Эфир правды

Темная студия. На трибунах сидят гости программы, а перед ними эксперты. Двое ведущих – Юлий Барашиков, человек уже в возрасте и что называется «умудренный опытом», а также его молодая коллега Александра Гордая. Они выходят на середину студии, свет прожектора светит только на них двоих. Сегодня новая история, новые герои, новое вступление. - Здравствуйте. Это программа «Эфир правды» и вот прям сходу Юль, у меня к тебе вопрос: если преступников несколько, а жертва одна, работает ли здесь правило «Testis unus – testis nullus» - один свидетель не свидетель, или же… - звонкий голос Гордой разнесся по всему залу. - Нет тут или же. Нету*. – отрезал Юлий, и они разошлись в разные стороны. Включился свет и после представления ведущие сели на свои места. - сегодня мы разбираем чудовищное происшествие: Трое парней изнасиловали 16-летнюю девушку. Им всем дали по 12 лет. Но многие считают, что незаслуженно. – Кратко изложил суть дела Юлий. Саша продолжила: - Сюда приехала Евгения Иванова – мать Владимира Иванова, одного из осужденных. Она здесь чтобы доказать невиновность сына. Встречаем! – раздались аплодисменты. В зал вошла полная женщина в бриджах леопардовой расцветки. Шла она как бы переваливаясь с ноги на ногу. Было в ее чертах что-то омерзительное, хотя если об этом задуматься вы не сможете понять, что именно. Так бывает, когда жизнь человека, его поступки и даже мысли накладывают свой отпечаток. В целом женщина была некрасива. И едва она зашла, сразу стала вопить скрипучим и визгливым голосом. - Люди добрые! Помогите, помогите мне пожалуйста! - Успокойтесь. Сядьте и расскажите, что произошло? – голос Барашикова был твердым и властным, но вместе с тем поразительно мягким и успокаивающим. Евгения расплакалась, и Саша подсела к ней. Своими тонкими изящными руками Александра взяла пухлую, мясистую руку Евгении, успокаивая ее. И та наконец рассказала свою историю. - Так получилось, что мой сын и двое друзей сейчас сидят ни за что. Из-за этой малолетней ш..! девочки. - Какой девочки? Расскажите, мы же не знаем. – перебил Юлий. - Олеся Курилова. Про нее у нас весь город говорит. Ну что она уже со всеми переспала. Всем дает и уже с 12 лет с парнями. Она ведет себя как проститутка! И с мальчиками у нее было по согласию. - Так, есть какая-то девочка – Олеся, она спит со всем городом, всем дает, а вот им не дала! И мальчики, как вы их называете, решили, что это повод ее насиловать?! – к концу фразы голос Саши срывался чуть ли не на крик. Ее очень возмутила эта история и она продолжила - Мальчикам уже под тридцать! Вашему сыну Владимиру 26 лет, а его сообщникам: Алексею Ярову и Денису Мещукову, 29 и 25 соответственно, а вы все «мальчики». – Но тираду Саши прервал Анатолий Васильев, певец. Сегодня он был в списке экспертов. - Ну постой! Для матери ее ребенок всегда «мальчик», а может они и впрямь невиновны? Девочка могла их оклеветать, известны и такие случаи. – За это ухватилась Евгения и продолжила свой рассказ. - Она говорит будто бы они ее втроем изнасиловали, но почему она тогда просто не ушла? Дверь деревянная и не запирается! А сейчас ей просто нужны деньги. - Стоп. – Вмешался Юлий. По экрану, видимому с любого уголка студии, прокрутили ролик, где Евгения рассказывала все тоже самое, но стоя у той самой двери. В конечном итоге все сводилось к тому, что парней посадили просто так. Ни за что. Впрочем, звучало правдоподобно. И после этого в студию позвали маму изнасилованной девочки, упомянув, что отец на службе и не смог приехать по объективным причинам. Валентина Курилова – мама Олеси зашла в студию спокойным, размеренным шагом. Она ничем не выделялась. Внешность ее была столь обыденной, что пройди она мимо вас на улице, вы бы даже не заметили, что кто-то прошел. Валентина, сев на предложенное место, диванчик в центре студии, и совершенно не обращая внимания на крики Евгении заговорила максимально спокойным голосом. - Я считаю, что наказание вполне заслуженно, хотя на мой взгляд и недостаточно. – весь вид ее выражал уверенность в своей правоте. Александра посчитала нужным уточнить: - То есть вы верите своей дочери? - Да. Я своей дочери верю. У меня нет причин не верить. – После этого Евгения вскочила и размахивая руками начала оскорблять и Валентину и Олесю. Валентина в свою очередь сидела молча. Сидела и смотрела на Евгению. Знаете, таким взглядом дети смотрят на экспонаты в музее. Слегка заинтересовано, но в основном скучающе, а главное желание - поскорее уйти. Это заметили эксперты и поспешили обратить внимание всех остальных. Таким образом мнение зала потихоньку сместилось в сторону Евгении. На экран вывели саму Олесю, где она рассказала о том, что же произошло в ту ночь. - … И Алексей Яров закрыл дверь. В этот момент Мищуков схватил меня. Владимир, ну, Иванов, ударил меня. А потом… - Речь ее была сбивчива и не структурирована, а голос создавал довольно странный эффект. Он был тихий, но четкий. Может показаться, что девочка едва ли не шепчет, но слышно ее прекрасно. После видеоролика Олеся зашла в зал. Вы могли бы сказать, что не выглядит она как жертва столь ужасного преступления. Однако же, скорее всего вы даже не представляете как должна выглядеть изнасилованная девушка. На ней же не написано. Возвращаясь к внешнему виду – это были яркие, прямо-таки кислотные зелено-желтые волосы и яркий макияж. Чёрно-белые штаны в клеточку и белый топ. Фигура у девушки была хорошая, талия тонкая, походка стремительная, а взгляд пустой. Она села рядом с матерью и повторила свои слова. Ее голос в действительности был очень тихий, что заставляло остальных молчать и вслушиваться. Мнение студии и экспертов разделилось, но большинство посчитали, что она врет, ссылаясь на внешний вид. Также показали видео с опрошенными соседями: старушками в один голос кричащими «Шал*ва», учителя в школе сказали, что не смотря на разногласия из-за внешности, Олеся учится хорошо, без троек. Поведение нареканий не вызывает. Друзья и одноклассники сказали, Олеся тихая и спокойная. Не любит большие, шумные компании, часто сидит с книгой. В этот момент возник Павел Шариковский – актер. - ну я бы хотел еще заметить, что слухи просто так не появляются. – на что Олеся сказала нечто, что услышано не было. Ее попросили повторить. - Говорю, сроки тоже. Тоже не появляются из ниоткуда. – Все стали обсуждать дерзость, внешний вид и слухи. Шариковский заявил, что не ведут себя так жертвы. И где-то на этом моменте Олеся встала и вышла. Молча, спокойно, без слез. Ее мать пошла за ней. На экран вывели видео с закулисных камер. Девочка сидела на стуле и тряслась, в то время как Валентина стояла со стаканом воды и пыталась успокоить дочь. В студии один из экспертов – Елена Рыжова, многодетная мать, сказала, что будь это ее дочь, она бы ее выпорола и не допустила бы подобного. Александра подошла к Олесе и успокаивая, уговорила ее вернуться в студию. Девочка, выпив воду и утерев слезы, спокойно вошла в студию. - Я конечно могу ошибаться, но мне казалось, что именно в этом вопросе все строится на субъективном восприятии жертвы. Я считаю, что меня изнасиловали. Я этого не хотела. Я просила не делать этого. Мне плевать как они меня услышали или восприняли. Они должны быть наказаны, они должны сидеть. И они сидят. Могу добавить, что мне искренне жаль, что в России мораторий на смертную казнь. – Конце ее шепот перешел на крик. - Вы желаете ей смерти? – Перебил ее некий Андрей Чижовский - социальный работник. - Да. Да, определенно да. - Вы знаете, а я ей верю. – заговорил Юлий – Верю, что в этой истории она жертва. Что все, что она рассказывала было на самом деле и что она правда настолько их ненавидит. И хотя я не понимаю почему, ты, Олеся, так долго молчала. Ведь Qui tacet, concentire videtur – кто молчит, тот по видимому соглашается. Раз уж Саша решила начать с такого. - Продолжая вашу странную фишку использовать латинский для изъяснения могу сказать Manifestum non eget probatione. – Очевидное не нуждается в доказательсве. – не на секунду не растерявшись ответила Олеся. Это конечно тоже мгновенно стало поводом для обсуждения. И Олеся только успокоившаяся снова оказалась на грани истерики. Ей казалось, что все, абсолютно все против нее. Не удивительно, что она сорвалась. - О да! Собралась тут чудо-компания гениальных экспертов. Певец, которого никто не знает, актер, который где-то, когда-то и снимался. И многодетная мать, на федеральном канале пропагандирующая избиение детей в качестве меры воспитания. Хочу напомнить, что это дело о групповом изнасиловании несовершеннолетней лицами старше 18-и. Так, просто напоминаю. – Олеся своими словами вызвала новую бурю негодования. Однако программа уже подходила к концу. Сорок минут эфирного времени заканчивались. Юлий подошел к Олесе с прощальными словами и ответ получил в той же манере. - Si res ita wint, vaieat iustitia**. - Res iudicata pro veritate habetur***. Свет гаснет. Выпуск завершен. Занавес опущен.