Золото для Агаты

       Домой я вернулась с дрожащими коленями, абсолютно убитая, сползла спиной по стене и нервно захохотала. Мой мозг отказывался переваривать случившееся, как и во многих вопиющих случаях нарушения дисциплины, он вообще не понимал, как его отключили, и почему теперь вокруг так много отвратительных картинок, а самое главное, что теперь со всем этим богатством делать? В коридоре появился отец. Он вытирал руки, неужели, мыл посуду? Он умеет пользоваться тряпкой? - Ты словно обкурилась! - Констатировал он, не забыв добавить в голос и взгляд отвращение к моему виду. Я пропустила его замечание мимо ушей, видимо, никакой ответной реакции он от меня и не ждал. - Помнишь, что завтра у матери день рождения? - Помню. - Мало ли! - В ответ на мой обиженный тон отозвался папашка. - Твой мед кого хочешь доведет до беспамятства!        Интересно, он такой вывод по Разумову сделал? Надеюсь, его нет у нас. - Лень, только давай без твоих сборищ! Просто посидим... - Как посидим? Ты жена официального лица! Хотя ладно, не будем особо разгоняться, если ты так хочешь.        Мама покачала головой. Отец любил пышные сборища с фейерверками и музыкой, подобные настоящим балам. Поняв, что намечается демонстрация достижений, а в этот список входит и любимая дочка, я поспешила ретироваться. Естественно, он заставит меня пойти. А я сделаю вид, что у меня огромный объем работы по анатомии и никуда не пойду. Я залетела к себе в комнату.        Меня вновь затрясло. Миша все-таки такой странный! С наслаждением смотрел на меня, танцующую, полураздетую, и даже ничуть не проникся! Как можно просить одеться молодую красивую девушку?! Непробиваемый мужчина! Может, это специфика работы анатомов? Постоянно видишь женское тело, все составные органы и привыкаешь к этому. Тогда, что может вызывать у них интерес? Желание?        Тут уже вредное чувство пронзило меня, я рванулась к ноутбуку и, как часто случалось в последнее время, застучала пальцами по клавиатуре. Надвигался сложный коллоквиум по спланхнологии. Как его может сдать необделанная талантами студентка? Конечно, станцевать! А потом чуть углубиться и пойти до конца ради высшей оценки и своего личного удовольствия. Откуда только в моем воображении появляются такие картинки?! Они заставляют меня улыбаться, закрывая глаза и представляя ласкающего меня Золотко, всплывать в жестокую реальность, где я не могу добиться даже ласкового поцелуя! Хоть в Гугле набирай «Как соблазнить препода», а потом поставить запятую, и добавить «если он уперся». Немного подумав, я именно так и сделала и захохотала. Люди действительно ищут помощи в интернете! Я даже проскользила взглядом по паре ссылок, как пошло. А где красота? Яркость и необычность? Ладно, сама разберусь.        Немного посидев в социальной сети, я завалилась спать. Время позволяло забить на все и отрубиться. А, может, поразмышлять о Золотухине. Как же стыдно! И откуда только берутся эти приступы совести, как у хорошей девочки??? Порой сама себе удивляюсь. Надо держать себя в руках. После некоторых раздумий, я поняла: я не соглашусь до конца просто быть его другом! Меня такое положение дел не устраивает, и успокоюсь я, только лежа в его постели и тяжело дыша от полученного удовольствия.        Я живо представила себе эту картинку: светлые стены его спальни, он лежит, зажмурившись, растянув на губах полуулыбку, и обнимает меня за плечи. Я же нахожусь в трансе, я счастлива, моя мечта сбылась, тело все еще горит, следы удовольствия и перекатываются по венам остаточными шариками ртути. Я со стоном выдохнула. Динамо!

***

       Утром застала маму за кофе в халате с затравленным видом. С искренней улыбкой поздравила ее с днем рождения и подарила кулон с красивым камушком голубого цвета. Мама пыталась протестовать, мол, все равно носить некуда, а на работу в таком не ходят, но я убедила ее надеть кулон сегодня на праздник. Мама замолкла и сделала большой глоток кофе. - И почему твоему отцу так нравятся большие праздники? - Демонстратор. - Кратко охарактеризовала я. - Ты подумала?..        Мама облизнула губы, напряженно вспоминая, на лбу прорезалась морщинка. Я говорила ей о Кате — дочке Михал Иваныча. И она обещала подумать. - Да, почитала ее рекомендации. Ничего девочка, даже больше скажу, готова посмотреть, какой из нее патологоанатом! - Вот и отлично! - подскочила я, чем заслужила подозрительный взгляд. - Что? - Ты становишься похожа на отца, Агата. Это ради зачета? Помощь ближнему? - Фу-фу-фу! - Повторила я любимую присказку Аллочки. - Как ты могла такое подумать? Золотухин мне симпатичен, вот я и решила ему помочь, тем более что имею такую возможность. Он супер препод! - Понятно. - С улыбкой мама уткнулась в чашку. Я не совсем поняла, осознала ли она то, что я хотела скрыть. Надеюсь, нет. Иначе смотря на меня, мама не сможет сохранять серьезное выражение лица.        На день я убежала гулять с Аллой, не сидеть же мне дома? Мама прекрасно знала, что я не останусь на организованный папашей раут. Я сделаю все, что угодно, чтобы сбежать.        Алла рассказывала о своих проблемах с парнем. Она начала встречаться с каким-то подозрительным типом, все, что я поняла из ее речи — он невролог. - Все медики какие-то неадекватные! - Констатировала она. - Это потому что мед — психушка! Уж я-то знаю! - Усмехнулась я в ответ.        Когда выговорилась Алла, настала моя очередь. Я в красках рассказывала ей о своем Золотке, упуская непосредственно важные моменты наших с ним отношений. Однако тема дружбы все равно промелькнула. Начался спор на тему дружбы между мужчиной и женщиной. Лично на мой взгляд она возможна: мы ведь с Золотком общаемся как друзья, хотя я не против перевести эти отношения в более тесные. Тогда это отбраковывается — взаимные чувства уже не дружеские. С академескими мальчишками — вполне. - Кто знает, Агата, чем через пару месяцев закончится ваше общение?        Я постаралась убедить ее, что оно останется таким же доверительным и невинным. Алла старалась это оспорить. - Дружба между мужчиной и женщиной бывает либо до, либо после, либо, - она сделала паузу и улыбнулась, - если он пенсионер! - Иди в ректум! - Отозвалась я. - А коллеги? - Рабочие отношения.        Ее логику не переспорить. Устав от споров, мы сошлись на том, что надо бы и на ночь свалить из дома. Завтра у меня гуманитарный день, а это значит, что особых усилий прилагать не придется. Только сначала мы условились забежать домой и переодеться. Из удобных джинсов и водолазки я планировала вылезти в какое-нибудь коктейльное платье и каблуки толщиной с дамскую сигаретку. Забегая вверх по лестнице, я мысленно выбирала себе наряд. Пожалуй, надену свое неоново-желтое платье-баллон! Оно шикарно будет смотреться в клубе! Я забежала в комнату, бросила сумку в сторону и тут же рванула к шкафу. Открыла дверцы и стала перебирать одежду. Я настолько увлеклась, что лишь со второго раза услышала шум за спиной, кто-то прочищал горло, и явно лишь для того, чтобы его обнаружили. Я повернулась и увидела в комнате отца. Он зализал волосы и уже был одет в рубашку. На шее болтался развязанный галстук. Он чуть скривил губы в усмешке, смотря на меня. В руках были какие-то бумаги. Даже сейчас он не может расстаться с работой! - Куда-то собираешься? - В клуб! - Я вернулась к шкафу. - У матери день рождения, будут гости. Ты обязана там быть! - Никому и ничем я не обязана, понятно? - Проворчала я. Отец хмыкнул. - «Его точные пальцы хирурга сжимались на ее девичьей груди, оплетали стан, позволяли себе приспускать джинсы. Она чувствовала, как ее страх сочетается со страстью».        Я замерла. По спине пробежал холодок. Ноги принимали ватное состояние. Откуда?.. Я повернулась, не веря своим ушам. Отец улыбался. - Или вот еще мне тоже нравится: « Он плотнее прижал ее к себе. Она уже чувствовала спиной, что ему самому не терпится прекратить эту игру и взять ее прямо здесь и сейчас, но он медлил, подогревая свое и ее желание». Я уже не говорю о том, как ты сдавала коллоквиум. - Тебе самой-то не противно? - Он поморщился. - Меня тошнить начинает от одной мысли, что его руки могли прикасаться к тебе! Развратный дед! - Где ты это взял? - Спросила я, чувствуя, что белею на глазах. Мне становилось тяжело дышать. Он ведь там такого начитался... все мои фантазии на виду, прямым текстом, все понятно с первых строчек. Как я попала. - Ноутбук иногда нужно выключать. - Ты залез в мой компьютер! - Прохрипела я. - Я имею право знать, чем ты занимаешься! - Он потряс распечатками моих сокровенных работ. - Потрясающая у вас профессура! Позволить себе такое!        Я не оправдывалась. Сил не было, я старалась не отключиться. К сожалению, я слишком хорошо понимала, в какой ситуации оказалась, и что теперь придется делать. Отец ждал, он сам не озвучил бы желаемое, это должна была сделать я. А я старалась сжать губы и не закричать, не кинуться на него с кулаками за вмешательство в личную жизнь. - Это ведь отвратительно, Агата! Дряблый разваливающийся старик и молодая активная девушка! Не мне одному это не понравится. Какой фурор эти записи произведут в деканате... - Что ты хочешь? - Не выдержала я. Голос срывался, я готова была заплакать. Плевать на меня, мое отчисление может остаться и незамеченным, отец позаботится, а вот Мишу выгонят, опять же благодаря папочке. Я не имею права рисковать его положением. - Ты сейчас выйдешь к гостям, красивая и нарядная, будешь улыбаться и играть веселую хозяйку дома. А иначе вся академия узнает о том, как кафедра анатомии любит догги-стайл. - Меня тошнит от тебя! - Закричала я. - Почему ты постоянно портишь мне жизнь?! Я тебя ненавижу! - Ты выйдешь? - Да. - Полчаса, Агата.        Довольный, отец вышел из моей комнаты и тихо прикрыл дверь. Я со стоном упала на постель. Что же я наделала? Моя невнимательность и легкомысленность дали отцу повод шантажировать меня обычными эротическими новеллками! И это, если учитывать, что все написанное — чистый вымысел! Если бы Золотко участвовал хотя бы в одном из этих шоу на бумаге... он мне должен! Я потребую моральной компенсации!        Немного полежав, я встала. Надо выходить, а то он еще устроит внизу вечер чтения моих рассказов. Я чуть распушила волосы и освежила макияж. Вновь подошла к гардеробу. Наряжаться больше не хотелось. Вот возьму и выйду в потертом свитере и лосинах! Выбрав простенькое платье, я полезла за колготками, и тут взгляд наткнулся на вещичку, купленную то ли на спор, то ли для особых случаев, уже и не вспомнить. Я надевала ее только в магазине. Мозг быстро сварил ответную реакцию: нарядная и красивая? Я тебе устрою дочку политика! Нарядившись, я довольно глянула на себя и поспешила спуститься.        Стоило мне появиться на верху лестницы, половина взглядов прилипли ко мне, словно я была причиной сборища. Я улыбнулась. Отец тоже поймал меня взглядом и чуть не выронил бокал с кремовым напитком. Понял, папочка? Со мной нельзя спорить! Я грациозно, стуча высокими каблуками, спустилась вниз. Ко мне тут же подошла мама. - Разве в нижнем белье можно выходить на люди? - Шепнула она. - Это платье! - Просто ответила я, стараясь найти отца, он был зол, еще немного и бокал разлетится на части! Меня распирало от смеха, я отвернулась от него, чтобы не засмеяться и посмотрела на себя в большое зеркало в коридоре.        На меня смотрела стройная девушка, полностью демонстрирующая свою фигуру платьем в облипочку до бедер. Оно едва закрывало выступы больших вертелов бедренных костей. Платье было черным, с длинными рукавами, и полностью из мелкого кружева. Если присмотреться, а видимо, этим большинство мужчин сейчас и занимались, можно было различить контуры нижнего белья. Я улыбалась своему отражению, пока не увидела за спиной рядом с отцом биохимика. Тут уж мне захотелось побыстрее найти халат и закутаться! Потому что он тоже бросал на меня заинтересованные взгляды. Что за!? Надо уносить ноги!        Пробежав по дому, я встретила пару знакомых политиков, в том числе и Бориса Борисовича, родителей Беллы и Полины. Вскоре нашлись и последние. Беллка чуть не светилась от восторга, она была в откровенном, но в целом, терпимом платье с открытой спиной и пышной юбкой. Полина выглядела стильно и спокойно. - Ты похожа на... - Манекен из интим-магазина. - Перебила Полина. - Круть! - Выдохнула Белла. - Это то самое? Которое мы купили, когда играли в «правда или желание»? Шикарное платье! Дашь поносить? - Хоть сейчас забирай! - Осматриваясь, шепнула я. - А что так? Может, найдешь себе еще одного пенсионера? - У них инфаркты на такие платья! - Сообщила Полина. - Точно! - Белла обняла меня за плечи. - Смотри, я придумала, вот окажешься ты со своим Золотком в постели, уже все, кажись, пошло и тут — бац! Инфаркт! - Белла! - Я стукнула ее по макушке. - Тут знаешь кто? БХ! - Правда? - Глаза у подруги заблестели. - Пойду, поищу его.        Стоило ей отойти, как на горизонте появилась Елена Игоревна, она что-то обсуждала с моим отцом. Отлично! Тут вся профессура! Кроме Золотка, естественно! - Вы сегодня смело выглядите! - Я вздрогнула. Разумов. Я поздоровалась. - Не боитесь нахватать проблем? - Каких? Очаровать какого-нибудь дядю и не смочь потом от него отделаться? У меня таких проблем не бывает, они обычно сами сбегают. - Я так понимаю, из-за вашего характера? - Вы всегда язвите? Вам это удовольствие доставляет? - Биохимик слушал меня с улыбкой, биовампир!        От необходимости высказываться дальше и, видимо, от проблем со сдачей бэхи меня спас, как это не странно папанька. Он осторожно отвел меня от Разумова. - Ты наверняка хочешь спеть. - Это уже перебор! - Зашипела я. Нашел себе прошловековой бал, где поют, танцуют мазурку и играют на пианино. Кстати таковое у нас имеется, и я вполне могу на нем сыграть. - А твоему деду понравилось бы твое пение! - Выдохнул он мне в ухо.- Разве ты не хочешь порадовать маму? - Что спеть? - Сквозь зубы прошипела я. - На твое усмотрение, но не очень современное. Рояль ждет тебя, Агата.        Я готова была придушить всех, кто окажется рядом со мной в этот момент. Отец как раз растолкал всех и объявил о моей (!) инициативе спеть для мамы в этот день. Я фыркнула и с вежливой улыбкой прошла к роялю. Что ж, посмотрим! Я уселась и поймала благодарный взгляд матери, мне вдруг стало жаль ее. Она хотела тихого семейного праздника, а ее заставляют торчать среди толпы странных людей в официальных нарядах. Разумов в костюме меня просто приколол. Медвежонок. А мама стояла в красивом платье и ждала. На шее блестел мой кулон. - Я хочу, чтобы твоя жизнь была спокойной, и для тебя эта колыбельная.        Слегка аккомпанируя себя, я запела колыбельную из Призрака Оперы «Музыка ночи». С каждым словом, я втягивалась, она успокаивала и меня саму. Я засыпала под нее года три подряд. А какое удовольствие было петь представляемому мужчине, чтобы не боялся этого сладкого отравления, чтобы тронул меня, поверил... Я видела, как прикрывает глаза от удовольствия мама, как улыбается Белла, как усмехается отец. Биохимик же почти рот раскрыл. Приятно. Жаль, тут нет человека, которому я пела колыбельную мысленно. Это был призыв не бояться и почувствовать песню темноты именно для него. Последние строчки «Дать мне крылья можешь только ты, Помоги мне сделать песню темноты» я допевала уже в полу трансе, прикрывая глаза.        Живые аплодисменты вырвали меня из этого транса. Я вспомнила, что сейчас не в подвале старой парижской оперы с анатомом моей мечты, а всего лишь дома, окруженная толпой гостей. Я улыбалась и благодарила всех, даже Кравчук, явно не доверительно отнесшаяся к моему наряду, благосклонно мне кивнула. - Это было потрясающе! - Вот уж от кого я никогда не хочу слышать эту фразу в любом контексте! - Спасибо, Александр Сергеевич. - Давно вы поете? - Он протянул мне бокал шампанского, я бездумно приняла его. - С детства. Меня воспитывали в старых традициях и новых устоях. - Ваш отец постарался на славу!        Я сделала глоток, и разговор сам собой разошелся. Мы начали хохотать над какой-то ерундой, обсуждать студентов и мед. Краем глаза я заметила, как нечто подобное происходит и с Беллой. Она тоже мило общалась. Правда, объектом ее чар стал мой отец. Что ж, по крайней мере, он не достает меня. - Вы нравитесь Белле. - Ляпнула я. - А почему это говорите мне вы, а не Белла? - Это неправильно. - А палить подружку правильно? - На самом деле, Разумов отпускал язвительные замечания каждые двадцать секунд, но сегодня, успокоенная колыбельной, я их не замечала. - Может, вы станете лояльнее к ней относиться. Пойдете на встречу. - Это неправильно. – Вновь повторил биохимик. Опа! Еще один борец за справедливость! - Хоть она и красивая девушка.        Он задумчиво смотрел на занятую разговором с отцом Беллу. А я молилась, чтобы вечер, наконец, закончился, потому что не могла больше спокойно себя вести. Волнение, усыпленное колыбельной, возвращалось. Одним приемом все не кончится...