Стекло с сахаром

      Они стояли и неотрывно смотрели друг на друга. Никто не мог отвести взгляд в сторону, хотя оба были жутко смущены. Их чувства по поводу произошедшего были схожи. Каждый хотел провалиться сквозь землю, убежать, спрятаться от чужих глаз. Казалось бы, так стыдно, но в то же время у обоих на губах остался столь приятный вкус. Они оба это понимали. И также совместно отрицали. В голову даже на секунду не могла закрасться мысль, что всё это правильно. Нет, ни в коем случае. Они братья. Да, у них нет кровной связи, но это никак не может быть оправданием. Не должны братья так целоваться. Просто не должны. А они что наделали? Уму непостижимо!       Стоять и глазеть друг на друга они могли бы долго. Однако это не могло продолжаться вечно. Кому-то нужно было нарушить молчание. Начать диалог, который они оба сейчас избегали. Но стоило Лиену открыть рот, желая что-то объяснить, как раздался хлопок входной двери. Это Генри вернулся домой. Адель в то же самое мгновение отвернулся к кроватке Эмили, а Лиен упал в кресло. Они изображали абсолютное спокойствие. Словно ничего до этого не было. Мужчина практически в следующую секунду появился в комнате. Видимо, хотел взглянуть на ребёнка. Но он не ожидал увидеть всех детей в сборе. Мальчики повернули головы к отцу семейства, натянуто улыбаясь. К счастью, никаких подозрений у Генри это не вызвало.       — А где Грейс? — поинтересовался мужчина.       — Мама спит, — быстро дал ответ Адель. — Устала и решила вздремнуть, пока мы смотрим за Эмили.       — Вот как, — протянул Генри, проходя дальше в комнату и осматривая малышку в колыбели. — Раз девочки спят, может поедим вместе? Мне бы не помешала компания за столом, я жутко голоден.       — Конечно, — кивнул Лиен, поднимаясь с места. — Адель сегодня испёк пирог с персиками… А ещё лазанью приготовил.       — Звучит аппетитно, — похвалил мужчина, взъерошивая волосы пасынка рукой.       Они дошли до кухни, разложили еду по тарелкам, начали есть.       — Как дела с поступлением? — быстро нашёл тему для разговора Генри.       — Мою заявку одобрили, — сжато ответил Адель.       — Какая специальность?       — Бизнес.       Мальчик был не в настроении общаться о его будущем месте учёбы. Сейчас на уме была совершенно другая проблема. И у него одного.       Братья сидели напротив, но при этом не смотрели друг на друга вообще. Им было неловко общаться между собой сейчас. Да и без надобности, если честно. Генри вполне заполнял тишину рассказами о прошедшем дне, работе и прочем. Мальчики просто изредка кивали, поддакивали и старались не поднимать взгляд с тарелок на друг друга. А когда так всё-таки выходило, они тушевались, начинали бегать глазами по кухне и явно нервничали. Мужчина это явно заметил. Он замолчал, а братья даже не заметили этого, увлечённые своими попытками сохранить стабильной. Как можно понять, получалось у них плохо. Генри наблюдал некоторое время за детьми, а потом всё-таки решился спросить:       — Что-то случилось?       — Нет! — негромко воскликнул Адель.       — С чего ты взял? — практически одновременно с младшим пробубнил Лиен.       Генри усмехнулся. Не нужно быть детективом, чтобы понять, что их беспокоит что-то. Они оба почти напрямую об этом сказали своим отрицанием. Братья тоже это понимали, поэтому в очередной раз занервничали.       — Нет, так не пойдёт, — покачал головой мужчина. — Рассказывайте, что произошло. Если я не знаю ситуации, то вряд ли смогу помочь.       Мальчики переглянулись и одновременно отвели глаза друг от друга. Сознаваться никто из не хотел. Каждый понимал, что их поцелуй неправильный, аморальный. И они не горели желанием описывать инцидент Генри. Это было бы ещё более неловко! Но что-то сказать было надо. Иначе мужчина приклеится к ним и не даст покоя.       Тогда Адель набрал в лёгкие воздуха и начал неуверенно:       — Мне понравился мальчик, — на этом он пока закончил.       — Вот как, — протянул мужчина, заинтересованно глядя на младшего. — Это разве проблема?       — Да, проблема, — кивнул мальчишка.       Ру взглянул на Лиена и тут же отвёл взгляд смутившись. Генри тем временем молчал, внимательно глядя на пасынка. Такой своеобразный сигнал — нужно продолжить.       — Дело в том, что я не слишком уверен в своих чувствах. Мне он вроде бы нравится, но я не совсем себя понимаю. Мне кажется, что мы не можем быть вместе. Вот, — на ходу подбирал слова Адель. — И он, кажется, тоже что-то испытывает ко мне. Но я и его понять не могу. И недавно…       Мальчик вновь поднял взгляд на брата. Только теперь не убирал его. Неотрывно смотрел на парня, продолжая подбирать слова.       — Недавно мы поцеловались, — продолжение фразы прозвучало на тон ниже обычного. — И мне понравилось. Я не знаю, понравилось ли ему, но… Он начал первый, и я был не против. А потом всё стало слишком странно.       — В каком смысле «странно»? — переспросил Генри.       — В том, что нам стало неловко, и мы разошлись. И я не знаю, что с этим делать.       Адель всё ещё не сводил взгляда с брата. И в этот момент Лиен опустил глаза в пол и начал кусать нижнюю губу, складывая в голове кусочки пазла.       — Для начала вам нужно поговорить, — начал раздавать советы Генри. — Решить вопрос между вами поможет конструктивный и качественный диалог. Обсудите произошедшее, пусть каждый выскажется. Это поможет вам понять и друг друга, и себя. И тогда вы сможете решить проблему вместе.       Речь мужчины казалась вполне здравой. По крайней мере, Аделю, который всё внимательно слушал. Ру улыбнулся и кивнул отчиму в знак благодарности. Младший пообещал прислушаться и начал убирать тарелки со стола. Хотел уже начать мыть всё, как его перехватил Лиен.       — Я сам помою, — заявил старший, включая воду.       Мальчик послушно кивнул и сел обратно за стол. В этот момент начала капризничать Эмили, и Генри ушёл к ней, не желая беспокоить сон Грейс. Братья остались наедине.       Журчала вода в раковине, позвякивали тарелки, в другой комнате слышны были негромкие всхлипы младенца и убаюкивающие звуки от отца. А Лиен и Адель по-прежнему молчали. Даже когда старший закончил с посудой, разговор не начался. Юноша молча вытирал руки полотенцем. При том нарочито долго и старательно. Он никуда не спешил, не хотел быстрее убежать из комнаты, остаться наедине. Лиен будто находился в своих мыслях, над чем-то размышлял. Хотя гадать, над чем именно, было бы глупо. У них обоих сейчас в голове была одна единственная тема. На другие места не хватало.       — Я тебе нравлюсь? — задал вопрос в лоб старший, не поворачиваясь к мальчишке спиной.       Адель поджал губы, задумавшись, но ответа в себе найти не смог.       — Я не знаю, — откровенно признал Ру.       Парень молчал. Он тоже думал. Только на этот раз пауза затянулась. Адель чувствовал себя некомфортно, поэтому первый открыл рот:       — А я тебе нравлюсь?       Снова молчание. Тишина, которая жутко давила на уши. Казалось, что они вообще в доме одни, поскольку звуки из других комнат перестали казаться важными. Всё внимание сосредоточилось исключительно на кухне.       — Лиен, я… — не выдержав, хотел повторить вопрос мальчик, но был прерван.       — Я не гей, — уверенно и твёрдо констатировал старший. — Мне не нравятся парни. И ты мне тоже нравиться не можешь. Мне нравятся девушки.       Он говорил так, словно пытался самого себя убедить в этом.       — А поцелуй… — продолжил Лиен через небольшую паузу. — Это было помутнение. Ошибка. Нам стоит забыть об этом и…       Юноша не успел договорить. Адель резко подскочил и убежал в комнату. Лиен только в этот момент осмелился повернуться, но увидел он только отдаляющуюся спину. Дальше последовал хлопок двери в их общую спальню и тишина.       Старший не стал следовать за ним, сел за стол и выдохнул. Лиен верил, что это к лучшему. Поистерит сейчас, а потом пройдёт. Лучше расставить все точки и оборвать пути сразу, чем давать надежду, после её беспощадно разрушая. Сейчас, конечно, больно, но потом обязательно станет легче. Безболезненно этот вопрос всё равно было не решить.       Очень скоро в кухне появился Генри с малышкой на руках. Он вопросительно глядел то на сына, то на дверь, за которой спрятался Адель.       — Что это с ним?       — Он захотел побыть один, — быстро нашёл оправдание парень. — Давай не будем ему мешать.