Фиолетовые полевые васильки

... Прошло две недели. Устаканилась хмурая осенняя погода с противной моросью по утрам и ночными туманами. Днём пока что было тепло, но солнце проглядывало сквозь тяжёлую пелену туч редко, бледными лучами скользя по крышам домов, но почти не прогревая медленно остывающую землю. Мы с Владом условились готовить по очереди, через день, однако в магазин ходила только я. Однажды у утра ко мне(мужчина уже ушел на работу) заскочил Уилджек, он предложил проехаться до моего дома и родителей. Подумав, я согласилась, сколько там, недели три прошло, как мы самовольно удрали из моего семейного гнезда. Автобот привычно открыл дверцу к водительскому сидению и заранее включил музыку девяностых. Я благодарно кивнула и села в салон. Спорткар мягко тронулся, постепенно разгоняясь до 114 километров в час. Мы молчали: Уилджек следил за дорогой, начал капать дождь, а я рассматривала готовящуюся к долгому сну природу. Подсолнухи уже убрали, в них давно созрели семена, клевер постепенно склонялся все ближе и ближе к сырой темной земле. Домик, выглядящий уставшим, мутными окнами смотрел на мрачное, уже остывшее море. Плющ срезали, а старый клён, по которому я любила ползать, спилили под корень. В садике пышно и вычурно догорали странные, ядовито-розовые розы, а моих васильков нигде не было. Я растерянно вышла из машины, Уилджек остался в своей альт-форме, терпеливо дожидаясь моего возвращения. Я нерешительно подошла к двери, перекрашенной из мягкого терракотового цвета в едкий салатовый, и тихо стукнула три раза. В доме что-то шумело, звучала громкая музыка, слышались громкие, какие-то слишком веселые голоса. Я постучалась погромче. Дверь резко открыла девочка примерно моего возраста. У нее были жгучие черные волосы, аккуратными локонами падающие ей на плечи, громадные синие глаза смотрели снизу вверх из под густой челки. - Вам кого? - Мне? - я почувствовала, как в душе что-то треснуло, - а родители дома? - Сейчас позову, - тихо откликнулась девочка и, не закрывая дверь, крикнула, - Мама! Папа! Мама? Папа? Я растерянно застыла перед дверью, не найдя в себе силы переступить родной порог. Вскоре девочка вернулась, за ней шли мои родители... В их весело блестевших глазах было написано раздражение, отец развязно бросил: - Маргарита, пшить отсюда. Маргарита?! По сердцу резанула тупая боль, родители рассказывали, что до моего рождения они всегда хотели назвать свою дочь именно так. - Ты сейчас же уберешься туда, откуда приперлась!!! - Пап? - Не называй меня так!!! - взревел он и наотмашь хлестнул меня по щеке. Я отшатнулась и с невольными слезами на глазах смотрела на того, кто первый раз в жизни ударил меня. - Не порть нам репутацию адекватных хороших людей!!! - Алеша? Ты скоро, гости ждут! - проворковала из гостиной мать. Отец откликнулся ласковым голосом, перекрикивая громкую современную музыку: - Иду, дорогуша! Потом он резко повернулся ко мне, схватил меня за шкирку и грозно прошипел: - Забирай свои вещи и уматывай отсюда! Запомни - ты нам больше не дочь!!! Я держалась рукой за щеку, не сдерживая слез. Чтобы собраться, мне хватило 15 минут, с рюкзаком и походной сумкой я вышла на улицу, к Уилджеку. Дождь усилился. - Ты все? Что с твоей щекой? Я забросила сумки на заднее сиденье и пристегнулась: - Да так, просто я теперь абсолютно свободный человек... - В смысле???!!! - Уилджек резко затормозил, мне пришлось схватиться за руль, чтобы не удариться об него. - Извини! Слез не было. Я сухо рассказала автоботу о случившемся. - Они рассказывали, что всегда хотели, чтобы девочка у них была брюнеткой с синими глазами, а они бы ее назвали Маргарита... Робот сругался по-кибертронски. Я безучастно водила пальцем на стеклу, с другой стороны медленно стекали капли серого мутного дождя... ...Он постарался доехать до дома Влада так быстро и аккуратно, как только мог при дожде и сильном ветре. Девочка молчала и в оцепенении смотрела в одну точку, ее глаза потускнели и потеряли упрямый блеск. - Возьми сумки, я тебя донесу. Она безмолвно нащупала рюкзак и машинально закинула его на плечо, взяв в руку вторую сумку. Он трансформировался и накрыл девочку рукой, чтобы она не промокла, дождь первый раз был холодным. Струи воды упруго лились по его корпусу, она с третьего раза открыла дверь и вошла в дом. Уилджек набрал знакомый номер(со своей рации он может звонить на телефоны): - Влад, это дело жизни и смерти! Срочно езжай домой! Влад примчался через двадцать минут, он был готов увидеть сгоревший дом, взорванный город, базу десептиконов на собственном дворе и даже трупы роботов, но никак не то, что он увидел. Уилджек быстро прояснил ситуацию. Влад побледнел и умчался в дом, чтобы найти девочку, лежащую на своем диване и тупо смотрящую в потолок. Сквозь распахнутое окно в дом резко врывался пронизывающий до костей ветер, мужчина быстро закрыл окно и включил свет в уже темной комнате. Девочка никак не отреагировала, лишь проморгалась и вновь уставилась в светлый бежевый потолок. - Алиса? Никакой реакции. Влад понял, что сейчас ее лучше оставить одну. Он тихо ушел на кухню, залез в интернет, нашел рецепт пюре, раскрыл табличку над столом и принялся за готовку. Уилджек сидел в гараже. - Алиса? Я поесть приготовил, будешь? - Влад заглянул в дверь, девочка лежала в той же позе на диване и все так же смотрела в потолок. Мужчина озабоченно присел рядом с ней и, откинув челку, потрогал лоб ладонью. Жара нет. Она бессознательно обняла его руку, не желая отпускать. Ее глаза намокли, она приподнялась и уткнулась лицом в его грудь, обхватила и заплакала навзрыд. Влад поглаживал ее по волосам и молча обнимал девочку.