Мелодия Цин Синь

Война Архонтов в самом разгаре. Регионы утопают в крови и горечи. Боги сотрясают землю своими мечами, копьями и обрушают гнев на ни в чем неповинных жителей. «Самый слабый» Бог ветров – Барбатос, тоже учувствует в войне, неуспешно, ведь его город был практически сравнен с травой и цветами. Единственный, кто утешал бедного Бога, так это Сяо – один из выживших Защитников Якса. Яксы служат Гео Архонту, но это никак не мешает «случайно» видится с любимым Богом песен. Бархатные руки Барбатоса аккуратно вытирают кровь с лица возлюбленного. Война жестока, все кого-то потеряли. Электро Архонт потеряла сестру, Моракс же, Гео Архонт, не смог спасти главного человека в жизни. А Барбатос, он давно уже все утратил, еще в первые дни войны. Для него лишь одно утешение - Сяо. Их любовь чиста и наивна, как косы молодых девушек. Чувства искренни, как детский смех. Их поцелуи наполнены страстью и желанием. Прикосновения нежны и аккуратны. Кажется, все идеально, любовь как со страничек романов. Именно Сяо, начал называть Архонта - Венти. Возможно, он не знал полную историю появления этого имени, но считал, что оно идеально подходит любимому. Венти старался изо всех сил, дабы конец войны приблизился хотя бы на минуту. Они встречались в долине Гуюнь, там раньше цвели тысячи Цин Синь. Их лепестки развивались на ветру и обволакивали со всех сторон, словно облака. В долине они просто сидели в цветах болтая о всем на свете. Точнее, болтал только Венти, а Якса лишь слушал, не желая перебивать дивных голосок Архонта. Никаких четких временных рамок встреч не существовало. Как только Барбатос начинал играть на лире, ветер быстро подхватывал ноты, относя их прямиком к войну, который день за днем уничтожал врагов. Мелодии эти были настоящим медом для ушей и помутившегося из-за кармы разума. Так и прошла война. Мондштадт – город ветров был заново построен на руинах и теперь это процветающий город свободы. Только Архонта свободы, увы, больше нет. В один из дней, уже в конце войны, Венти не пришел, дивная мелодия больше никогда не летала по потокам ветра. В уже каменном лесе Гуюнь стоит гробовая тишина, Цин Синь там давным-давно перестали расти. В тот день Алатус плакал, горько и громко, так, чтобы все услышали об утрате. *** Шли века, война уже в прошлом. Города и регионы были успешно восстановлены. Указ Сакоку в Инадзуме был отменен, Ли Юэ теперь самостоятельный город, на который не влияет Архонт. Но Сяо все так же защищает земли страны контрактов, от мёртвых душ Архонтов. Иногда он уходит со своего поста, навестить статую Анемо Архонту в Мондштадте. У Ног статуи часто появляется маленький букет сплетённых в букет Сесилий и Цин Синь. Сестрам из церкви было очень интересно, кто же оставляет такие красивые букеты? Позже интерес исчез, за ненадобностью. Старшая сестра Виктория сказала, что это не их дело, у этого человека явно есть свои причины. Ведь Виктория пару раз видела Адепта ночью, кладущего цветы. Янтарные глаза наполнялись скорбью, парень приклонял свою голову перед Богом, которому он не служит. Она никогда не расскажет об этом. Сестра думает, что не в праве вмешиваться. *** Совсем скоро праздник ветрянных цветов. Все жители помогает украшать город, Ордо Фавониус дружно собираются в лучшем баре города - «Доле ангелов». Но они будут обречены весь вечер ловить на себе недовольные взгляды хозяина, особенно не повезло Кэйе – командиру кавалерии. Ему будет удостоен самый злобный и недоброжелательный взгляд. Джинн Гуннхильдр – действующий магистр Мондштадта и ее вечная спутница, библиотекарь штаба Ордо Фавониус – Лиза Минчи, будут есть пиццу в «Кошкином хвосте». Кэйа и Дилюк, хозяин таверны, опять будут ссорится. Альбедо, алхимик Ордо Фавониус и Кли будут гулять где-то на Драконьем хребте, в очередной раз находя что-то новенькое. Но в день праздника на площади появится безымянный бард, который сыграет самые лучшие песни на своей лире. Его песни безусловно завоют тысячи одобрительных возгласов, возможно бутылочка одуванчикового вина и немного моры. Адепт конечно же придет, ведь такой праздник нельзя пропустить. Как только Сяо сделал шаг на земли города свободы, в разум резко ударила до боли знакомая мелодия. Сердце забилось как бешённое, может быть его возлюбленные все-таки не мертв и сейчас играет на своей лире для жителей Мондштадта? Праздник уже набирал обороты, все больше людей пришло послушать превосходную мелодию, которая повествовала о бедах прошлого. Парень тщетно пытался пробиться в толпу, в итоге стал с боку, где его практически не было видно. Наконец-то увидев барда, Адепт стоял в полном шоке. Но разум начал вытеснять сердце «Что, существует только одно существо с такой внешностью? Причем это человек и никак не Бог». Венти спокойно играл на лире, а как закончил открыл глаза и начал осматривать толпу слушателей. Глаза сразу заметили знакомую фигуру. Теперь уже Венти был в шоке. В толпе на него с интересом смотрела пара янтарных глаз. Сердце, ох уж это сердце! Предаёт в самый неподходящий момент. Щеки моментально злились краской, несколько кристалликов слез хотело скатится по щекам, но не успели закрыв лицо рукой бард поклонился толпе и поспешно удалился. Сяо же, пожав плечами пошел к дереву в Долине ветров. Барбатос очень его любил, иногда они встречались и там, когда цвели Сесилии и Ветрянные Астры. Вид с верхушки дерева тогда был незабываемый. *** Венти знал кто клал под статую красивые букеты. Ему было так стыдно и грустно, что он так нагло ушел. Даже на прощание не объяснившись и не поцеловав любимые губы, в последний раз. Совесть мучала его все эти годы, но и прийти просто так он не осмеливался. Архонт думал, что Адепт его забыл, или обозлится, как только приметит фигуру Бога на горизонте. Но увидев его, живого, спокойного, с упоением слушавшего знакомые мелодии. Сердце обливалось тысячами рек крови, от этого ощущения. Бард убежал так быстро, как только смог. У него с собой был один букетик, который остался с прошлой ночи, когда его любимый Сяо опять принес его под статую в свете величественной луны. Сам Венти не знал куда пошел Якса после окончания концерта. Но ветер то знает все. Придя к дереву, вокруг которого цвели Астры и Сесилии, в густой тени дерева сидел одинокий Адепт. Подойдя поближе, тихо, чтобы не спугнуть, приглядевшись можно было понять, что он спит. Один раз, Сяо сказал: «Под древом в Долине ветров и на полях долины Гуюнь, я смогу спать вечно, ведь знаю, что ты всегда смотришь». И вот сейчас, спустя пятьсот лет разлуки, Алатус, уверен, даже не так, он знает, что Бог ветров за ним в любом случае будет присматривать. Пара слезинок все же скатились по белым щекам Архонта, но он быстро смахнул их рукавом рубашки. Венти начал собирать для Сяо букет, из Ветрянных Астр и Сесилий. Закончив, он повязал букет красивой бирюзовой лентой и положил близь Яксы. Он сейчас спит и стоит спеть ему мелодию, которая точно дополнит его отдых. Простая и легкая, но такая родная. Это была одна из первый песен, которую Барбатос сыграл еще молодому Защитнику, когда они только познакомились. Ветер привычно подхватил ноты, относя их куда-то, к Властелину Камней. Теперь мелодия играла повсюду. Вода неподалеку начала подыгрывать, небо с его вечными спутниками облаками, рисовали сказочные картины, идеально описывающие историю этих двоих. Сон Сяо окрасился всеми красками этого мира. Ему снились те мягкие как облачно лепестки Цин Синь в Гуюнь, идеальные совместные ночи, бархатные руки на лице, приятная, белая кожа, милые косички с ярко-голубыми кончиками и две прекрасные пары крыльев за спиной. Как вдруг песня достигла своего логического конца. Пальцы перестали скользить по голубым струнам и все стихло. Пели лишь птицы. Картины поплыли по небесной реке дальше, а вода закончила свою аккомпанировку. Солнце опускалось все ниже и ниже в море. Венти смотрел на лицо возлюбленного, долго и внимательно, пытаясь найти хоть какие-то отличия. Зачем? Он и сам не знал. Его волосы все такие-же яшмово-зеленые, где-то проглядываются более светлые пряди. Аккуратное лицо, сильные руки, с татуировкой от плеча до локтя, она чем-то была похожа на цвет морской глубины. К нему так хочется прикоснуться, как раньше, поцеловать в мягкую щеку, погладить уставшие от боя руки. Омыть мелодией лиры его запачканную кровью душу. Напеть любимые мелодии, хочется, чтобы он опять сорвал цветов и сделал венок, который Венти будет хранить до последнего вздоха. Неужели все так и закончиться? На одних лишь нотах, на одном-единственном взгляде? Барбатос не может такого допустить. Да, он ушел, он предал. Предал и не кается за содеянное. Но последние десятилетия душа изголодалась, оно скучает, лоно умоляет, хотя бы об одной встрече, об одном лишь прикосновении. Рука легко, как порыв весеннего ветерка ложится на щеку. Сердце бьется еще сильнее, лицо красное, кажется, что его лихорадить, хотя это совсем не так. Янтарные глаза медленно открываются. Вот теперь сердце замерло в предвкушении. А разум уже бьет тревогу, настойчиво уговаривая просто испарится с помощью способности. Но Архонт этого уже никогда не сделает. Никогда, он останется с Сяо навсегда, объяснит все, каждую деталь, каждое событие. Зацелует каждый сантиметр тела. – Венти?