Всё ещё друг?

—Говорят, что море и любовь, —почти синонимы. Усопп промолчал. Мысли с лихорадочной быстротой носились по голове, наматывая круги. Что всё это значит. Что значат эти слова, его мысли, всё вокруг происходящее. Казалось, что счастье, печаль, тепло и существование юноши в целом зависели от одного человека. В голове всплывали воспоминания прошлых лет. Что он чувствовал, когда впервые встретил Каю? Что Кая чувствовала тогда? Хотя... неужели эти вопросы так важны сейчас? —Кая... —Да? —девушка немного приподнялась и повернулась к Усопп лицом. —Кхм...я бы хотел сказать, что... А знаешь! Мне проще будет показать! Усопп осторожно коснулся краснеющей щеки Каи и решительно потянулся к её желанным малиновым губам. Он возбуждённо впился в сладкие уста своей возлюбленной. Тело девушки горячо задрожало. В смятении она немного опешила, но в ту же секунду ещё более страстно ответила на поцелуй. Руки девушки неспешно обвились вокруг шеи юноши, а он, в свою очередь, нежно сжимал её хрупкий стан в объятиях. Парень ласково покусывал и обводил бархатные губы партнёрши. Жарко. Казалось, что прошли десятки лет прежде чем влюблённые расстались. Всё-таки запасы воздуха в лёгких не бесконечны. Какое-то время они ещё смотрели друг на друга. Их глаза сияли, разум был затуманен и тело не поддавалось никаким импульсам. Прийдя в себя они резко и почти одновременно отвернулись в разные стороны. Волна смятения накрыла обоих с головой и посеяла глубокую тишину, хотя продолжалась она достаточно недолго. Первым раскололся Усопп. Он плавно опустил голову и начал тихонько посмеиваться. Эти нервные смешки сопровождались каким-то неразборчивым шёпотом и мышиной вознёй. Он судорожно перебирал пальцами травинки, камешки, листочки - всё, что попадалось под руку. Постепенно его голос становился громче, и вот уже отчётливо можно было услышать всё, что он говорит. —Хах... прости... на меня что-то нашло и я... —юноша замолчал и не решался продолжать свою речь. — Усопп... ты ведь тоже что-то чувствуешь? Если да, то скажи мне это прямо. Скажи что всё это для тебя не просто пустой звук...—голос Каи невольно дрожал, но оставался сдержанным. Юноша вновь молчал. Он уже давно был уверен в своих чувствах и хотел бы сказать всё это как можно раньше, но что-то его тормозило. Мгновенно в голове проявлялись неприятные картины—последствия этой любви. Проще было молчать. Он обеспокоенно смотрел на свою возлюбленную. Под луной её волосы казались пепельными. Глаза постепенно намокали, но, похоже, она не собирались плакать. Её обессиленные дрожащие руки крепко сжимали мягкую ткань платья. Даже во тьме можно было разглядеть яркий несходящий румянец на щеках. Её взгляд был прикован к тёмным пучинам моря. В нём читались печаль, тревога, сожаление и лишь капля надежды. Именно с этой надеждой эти грустные глаза изредка обращались к юноше. —Сколько ты ещё собираешься молчать? Голос Каи был совершенно невозмутимым и невозможно было услышать хоть каплю каких-либо эмоций. Данное поведение постепенно выводило Усоппа из себя и не только оно. Это молчание причиняло ему не меньше боли и страданий, чем самой девушке. Необдуманность его планов всегда причиняла много вреда и даже сейчас. Почему он не подумал раньше? —Хотя... можешь не говорить. Я всё понимаю. —Аргх! Ты не понимаешь! Я люблю тебя! Правда люблю! Но мы не сможем быть вместе просто так... —голос юноши постепенно слабел. —Я — воин моря, враг мирового правительства, злодей! Я давно выбрал этот путь. Один факт того, что ты пират, уже подвергает опасности не только тебя, но и всех дорогих тебе людей. А даже если так! О наших связях рано или поздно узнают, и что тогда... а если я не смогу тебя защитить. Последнее предложение Усопп практически оборвал на полуслове. Перед его глазами вновь предстали ужасные картины. Он был в гневе. Непонятно, на кого он был зол — то ли на себя, то ли на Каю, то ли на весь мир. Хотя вся его ярость мгновенно сошла, как только он взглянул на девушку. Она плакала. Её слёзы наконец-то смогли вырваться наружу и медленно стекали по её алым щекам. Усопп обмяк и сам был готов расплакаться. В его сердце воткнулись тысячи шипов и каждую секунду его пронзали новые иглы. Он чувствовал себя виновником всех смертных грехов. Он и никто другой. —Ах... п-прости. Я не хотел, чтобы так вышло... —Забери меня с собой... —Что... —Помоги мне... стать сильнее и забери меня! —Ч-что?! Нет! Я не могу... я не смогу помочь тебе... —Научи меня... чему угодно! Я хочу уметь постоять за себя... и тебе не придётся так беспокоится обо мне. —Это не в моих силах... я не могу... только Луффи может звать новых людей на наш корабль. —Позвони ему... пожалуйста... я не хочу, чтобы ты вновь уходил. Девушка прильнула к юноше и крепко сжимала его одежду, будто притягивая к себе. Как же не хотелось его отпускать. Именно этот человек поддерживал её в трудную минуту, и именно этот человек помог вырваться из оков отчаяния и скорби. Но ведь у него есть своя жизнь, свои мечты и свои накама, которые давно приняли его. И ей хотелось быть частью его жизни, частью этой семьи под названием "Мугивары". —Хорошо! Я выясню этот вопрос с нашим капитаном и обязательно тебе сообщу. Я помогу тебе, заберу с собой и всегда буду защищать тебя! —А если он откажется... —Поверь, мы найдём выход! Усопп повернулся к Кае и крепко прижал к себе её пылающее тело. Она тихонько плакала. Юноша осторожно поглаживал девушку по голове и иногда легонько прикасался губами к её горячем лбу. Голубая луна была уже высоко в небе.