***
По всей комнате в перемешку со стонами разносятся бесстыдные вздохи. Баночка со смазкой уже давно опустела и валяется на полу, словно ненужный мусор. Фёдор сидит на стуле с виолончелью в двух руках, аккуратно вводя, а затем сразу же вытаскивая конец грифа виолончели из попки. — А-ах~ Виолончель - сан, ты сегодня грубее, чем обычно. Мх-а~ Парень задирает голову от столь приятного ощущения движения любимого грифа у себя в анусе. Его член уже весь покрыт прозрачно-белыми ручейками, а Досту всё мало. Его руки начинают двигаться всё быстрее с каждой секундой, он чувствует в своём заднем проходе напряжение, но при этом сам парень поглощён безумным удовольствием. Внезапно, Фёдора словно током ударило. То, что он сейчас испытал никак не сравнить с тем, что он обычно чувствует при сексе с виолончелью. Эта боль... Словно... Демон аккуратно достаёт музыкальный инструмент из попки и оправдывает свои догадки. По грифу медленно стекает красная, словно губная помада, кровь. Видимо, в этот раз парень перестарался и задел свою кишку, из-за чего та была порезана. После этого страх обволакивает его разум. Он хватается за живот и корчится от боли, вспоминая, как буквально пару минут назад испытывал эйфорию. Его голова тяжелеет, парень вот-вот упадёт в обморок. Глаза Феди наполняются слезами и он жалобно смотрит на виолончель, так красиво блестящую в смазке перемешанной с кровью. "Всё. Это конец." Думает демон и спокойно закрывает глаза.***
Питерская больница с распростёртыми объятиями приняла сегодня ещё одного ебанутого. Завтра уже он очнётся в белой палате, а ещё через месяц вернётся домой, где его терпеливо ждёт любимая виолончель.