Без звука, но громко

О человеке, который лаконично и очень точно обрисовывает ощущения, эмоции, чувства, ситуацию в целом, собственные и чужие мысли говорят «с богатым словарным запасом». У таких людей спокойный, размеренный голос. Они следят за темпом рассказа, не начиная тараторить или слишком нудно, долго объяснять простые вещи; не повышают или занижают тон, стараясь передать атмосферу вместе с содержанием рассказываемого. Такие люди чётко обрисовывают картину словами, не добавляя лишних элементов, не изменяя моменты в угоду эпичности. Чонгук не был одним из этих ораторов, но он прекрасно видел, как в любой компании существует такой человек, который остроумен в каждой фразе и у которого «в жизни постоянно случаются интересные ситуации». Чонгук привык видеть людей с лидерскими качествами яркими, запоминающимися и активными.

По этой причине Чонгук так удивился, когда встретился с Тэхёном и Юнги.

Это была непримечательная и обычная студенческая встреча после небольшой конференции. Такие вечеринки бывают каждую неделю в субботу до утра воскресного дня. У Чонгука болит голова, внутри будто пчёлы жужжат каждую минуту. Чонгук поэтому принял таблетки от головной боли, отказался от спиртного, боясь, что его вырвет. Он не стал пьяным танцевать вместе с другими, встав у барной стойки, беседуя с Чимином о чём-то. Похоже, они говорили о девушке. — Она говорит, что ей не нравятся курящие, — Чимин выдыхает никотиновый дым. Со светодиодами это смотрится красиво. Чонгук улыбается. — Будешь избавляться от привычки? — спрашивает. — Нет. Надеюсь, что нет, — смеётся Чимин, отодвигая от себя пепельницу с потушенной об неё сигаретой. Чонгук пожимает плечами, качая головой в разные стороны. Он делает глоток из стакана воды. Увидев краем глаза движение рядом, Чонгук бросает туда беглый взгляд, удивлённо поднимая одну бровь, когда видит парней, возникших между ним и Чимином. Пак возмущённо кряхтит, но садится на соседнее место. Чонгук кривит лицо. Незнакомцы смотрят на него. Тёмная рубашка с малахитовыми застёжками и платком в нагрудном кармане, узкие джинсы с цепью, закреплённой на ремне, шатен, смолянистые глаза, ухмылка на тонких губах — этот парень привлекает взгляд. У Юнги тогда пепельные волосы. — Знаешь какого цвета сапфир? — спрашивает он, смотря в глаза Чонгука. Взгляд бесстрастный и безучастный, он выглядит так, словно говорит это, выжимая из себя последние оставшиеся соки. От незнакомца разит спиртным. Чонгук ждёт минуту, переваривая в голове высказанный вопрос. Он переводит взгляд с одного парня на другого, сглатывая. — Синего?.. — неуверенно отвечает Чонгук. Парень в тёмной рубашке загадочно поднимает брови. — Глубокие синие, — поправляет тот, что с пепельными волосами. — Есть же такие оттенки, которые засасывают в себя, просто поглощают каждый взгляд и готовы вот прямо из картины вылезти, чтобы обхватить тебя пальцами. Ощущение, будто из тебя вылезает сама душа, чтобы всосаться в этот оттенок. Такой цвет у сапфира. И такие у тебя глаза. Чонгук секунду сидит в полном ступоре, смотря в тёмные очи сказавшего столь необычный комплимент. Чимин на другом конце вытянувшейся цепи у барной стойки давится пивом. Чонгук изумлённо хлопает глазами, потом краснеет, потому что столь красивое сравнение не может его не смутить. И плевать Чонгуку было прямо сейчас, что эти слова прозвучали от парня. На заднем плане Чимин продолжает кашлять, сдерживая порывы смеха. — Спасибо, — улыбается Чонгук. — Ему спасибо, — вздыхает парень, немного откинувшись назад, чтобы темноволосый махнул Чону рукой. — Это его комплимент тебе. Он просил передать. Чонгук хмурится. Чимин протирает скопившиеся в уголках глаз слёзы. Чон медленно переводит взгляд с блондина на его друга. Тот ему очень мягко и добро улыбается. Вообще-то Чонгуку хорошо и одному, поэтому на любые предложения флирта или знакомства с целью заведения романтических связей парень вежливо отвечал «нет, не в этом году». И сейчас именно такой случай. — Так как тебя зовут? — спрашивает Чонгук, решив поиграть по правилам этих парней, которые, как думал Чон, просто издеваются над ним. — Юнги, — отвечает пепельноволосый. — А его? — указывает на друга. — Тэхён. — Что ж, Юнги, — Чонгук пожимает плечами, — передай Тэхёну, что я не в настроении на сапфировые комплименты. Может, в другой раз. И верните мне моего друга, убравшись отсюда, — говорит. Юнги смотрит на него безразлично, запоминая каждое слово и почему-то внимательно смотря на губы Чонгука. Чонгук никогда не забудет то, что произошло потом. Это воспоминание до сих пор живёт в голове: то, как сердце упало вниз, как ком в горле встал и больше не проглатывался, как тишина сломала его пополам. Парня раздробило прямо на месте. После этого момента Чонгук уже не мог быть прежним. Юнги медленно разворачивается к Тэхёну и начинает показывать жестами то, что передал Чонгук. Ким с интересом наблюдает за другом и с каждым движением пальцев, рук всё больше-больше поникает. «Он сказал, что не хочет с тобой общаться сегодня. У него не то настроение, но он добавил, что, возможно, в другой раз тебе повезёт. Но он до этого поблагодарил за комплимент». «Всё равно печально», — жестикулирует Тэхён, поворачивая голову к Чонгуку. — Печально, — цитирует его Юнги. Тэхён подмигивает Чонгуку. Взяв с барной стойки выпивку, он поправляет волосы, заводя мешающую чёлку за ухо.

Чонгук замечает белого цвета слуховой аппарат с серой надписью бренда.

Чонгук ничего тогда не говорит, не напирает с извинениями или исправляет своё поведение. Настолько неловко ему было в тот момент. Чонгук уходит с вечеринки с тяжёлым осадком в груди. Чимин успокаивает его сотый раз за ночь повторяющимся «ну, откуда ты мог знать, что он неслышащий? прекрати терзать себя плохими мыслями». Чонгуку неспокойно, он не может усидеть на месте. С каждой тишиной или молчанием парень продолжает вспоминать Тэхёна, который, поднимая правую руку, проводит вдоль лица линию, показывая, что бывает грустно от ответа Чонгука. «Это ужасно», — думает Чонгук. — «Как ты мог таким образом ответить человеку с нарушением слуха?». — Вообще-то я их знаю, — говорит Чимин, рассмеявшись. — И не сказал мне? — удивляется Чонгук, всплеснув руками. — Ну, не успел среагировать вовремя. Прости, — пожимает плечами. — Мы с Юнги и Тэхёном ходим на изобразительное искусство. Я даже не догадался бы поначалу, что Тэхён такой. Он активный и весёлый, по нему не скажешь. Зато вот Юнги открывает рот только для того, чтобы озвучить мысли Тэхёна, — смеётся. — Они забавные. — Наверное, — вздыхает Чонгук. Та ночь заканчивается в воспоминаниях на секунде, когда Тэхён подмигивает Чону и машет рукой, скрываясь за первым поворотом грязной улицы, прямо у входа в клуб. Чонгук прислоняется спиной к стене и достаёт сигарету. Зажигалка выводит искры, но огня нет. Злость охватывает всё тело. Чонгук опускает руки и скатывается по стене, всё так же зажимая между губами сигарету.

Грустно.

Возможно, Чонгук видел где-то Тэхёна и Юнги, встречал на перерывах, мог однажды попасть с ними в один поток лекций, сидеть с кем-то рядом, поболтать пару секунд, иногда, вероятно, озвучивая мысли только односторонне. Просто раньше Чонгук не придавал этому особого значения, ведь никогда людей с дефектами не встречал, с ними контакта не имел, но по всем фильмам, книгам и историям имел представление, что таких людей нужно оберегать. Чонгук не представляет себе мир без звуков, где постоянная тишина и шумы, сопровождающиеся постукиваниями. Такое состояние бывает при полёте в самолёте, словно в ушах что-то облачком застывает. Ощущение, будто ты теряешься, не можешь сориентироваться, найти выход. Мир, в котором есть лишь картины в движениях. Без рёва машин, без звука городов, без песен, композиций, стихов, без голоса матери. Одна лишь тишина. Ты не знаешь, что произносить, как произносить, как звучат буквы, что с ними делать, как переставлять предложения, что такое ударение в слове или вообще — диалект.

«Ему, наверное, очень сложно жить с этим», — думает Чонгук.

На следующей неделе он встречает в коридоре первого кампуса Тэхёна. Чонгук не знает, как себя вести, он теряется в тот же момент, как видит его. Ноги подкашиваются, а все учебники в руках выпадают из хватки. Тело словно слабеет и перестаёт слушаться. Чонгук сглатывает каждую секунду. Его ладони потеют. — Привет, — поднимает руку Чонгук, тем самым роняя на пол какую-то из книг. Тэхён следит взглядом за упавшей вещью и, вытянув губы в букве «о», опускается на корточки, бегло поднимая учебник. — Ох, не надо… то есть, — уже взяв в руки книгу, — спасибо. Да. Ой, ты же не понимаешь. Или слышишь? — вздыхает Чонгук, продувая спадающую на лицо чёлку. — Эм, как тебе сказать-то? — поджимает губы. Тэхён ему улыбается и, поднимая левую руку, думая над чем-то довольно продолжительное время, держит вытянутый указательный палец перед Чонгуком, тем самым говоря «погоди». Тэхён загорается после резкого движения. Над ним будто лампочка вспыхивает. Он показывает на себя. — Ты? — уточняет Чонгук, указывая на него всей рукой. Тэхён кивает, показывая на себя, потом указывает на Чона. — И я, — улыбается Чонгук. Он начинает вникать. Однако в следующую секунду Тэхён просто почему-то берёт и раскрывает ладонь правой руки, сжав в кулак левую, начиная обе комбинации между собой стыковать, тем самым показывая жест… «соития»?.. Серьёзно? Чонгук наблюдает за его руками, отгоняя из головы мысли о сексе и думая только о светлых, ярких намёках на что-то. Смотря на улыбающегося Тэхёна о подобном даже и думать не хочется. «Возможно, на языке жестов — это что-то другое», — приходит к выводу Чонгук, не придумав ничего вразумительного. — Я не понимаю, — вздыхает. Тэхён наклоняет голову набок, загадочно улыбнувшись. Юнги потом подходит к ним и, увидев жесты Кима, выдаёт такое же: — Ну, он говорит, что хочет с тобой переспать. Чонгук сглатывает, переводя взгляд с Юнги на Тэхёна, двигая только глазами. В мыслях не укладывается сказанное. Он указывает пальцем на переводчика, порываясь улыбнуться, чтобы выдать «нельзя так шутить», но Юнги выглядит совершенно серьёзным. Тэхён продолжает мило улыбаться, будто не говорил что-то грязное или ужасное. Чонгук снова смотрит на Юнги и, нахмурив брови, всё же выдаёт: — Реально? — Да, — без промедления отвечает. — Что? — Чонгук запинается на полуслове, выдыхая. В сердце что-то обрывается на две части. То ли от обмана, то ли от того, что его убеждения о милом Тэхёне с нарушением слуха просто оборвались на корню. — Ты, — указывает на Тэхёна, — вы, — на двоих, — да пошли вы к чёрту. Чонгук разворачивается в нужную сторону и проходит дальше, цокая языком. Это так неправильно и странно. Ощущение, словно Чонгука измазали в грязи с головы до пят. Несмотря на ужасную ситуацию Чон краснеет и пылает так, будто семафорит кому-то остановиться немедленно. Ему неловко и стыдно одновременно. Чонгук поворачивает голову только на повороте. Он смотрит на то, как Юнги переводит его слова Тэхёну. Ким в тот момент задумчиво сводит взгляд и вздыхает, пожимая плечами. И опять проводит правой рукой вдоль лица.

«Печально».

Он действительно активный и весёлый. Чонгук начинает замечать Тэхёна рядом всё чаще и чаще. Ким своеобразно общается со многими людьми, смеётся со странными придыханиями, выдавая иногда тяжёлые и глубокие хрипы, ударяя себя по колену. Когда он что-то рассказывает, жестикулируя, Юнги его понимает с полуслова и рассказывает, не отрывая взгляда от Тэхёна. В конце Юнги всегда добавляет, что ничего от себя не говорит и просто переводит то, что хотел высказать друг. Это так мило звучало от их дуэта. У Тэхёна утончённый и благородный стиль. Он одевается со вкусом и вызывающе. Его рубашки всегда расстёгнуты на пару пуговиц, а толстовки или свитера имеют забавные принты. У Тэхёна вообще комплексов нет: он позитивный, целеустремлённый, оптимистичный. Отсутствие звуков в его жизни, вероятно, ни у кого жалости не вызывает. Чонгук слышит от Чимина о том, что Тэхён никогда грустные истории не рассказывает. Когда его спрашивают об этом, он всегда отвечает через Юнги:

«Это не стоит внимания».

Тэхён подмигивает Чонгуку и прикусывает в воздухе, клацая зубами. Чон хмурит брови, поворачивая голову в стороны, ища того, кому мог быть адресован этот жест. Никого в библиотеке рядом с Чонгуком нет. Парень отрывается от книги, закатывая глаза, когда Ким опускается впереди него перед столом. Тэхён, оперев лицо руками, пальцами показывает на Чонгука, несколько раз указав на ручку, будто спрашивает, можно ли взять. — Валяй, — вздыхает Чон. «Спасибо», — записывает Ким на странице книги вверх тормашками. — «Запишешь мой номер?». — Нет, — качает головой Чонгук. «Почему?» — А ты как думаешь? — возмущается Чонгук негромко, цокнув языком и отвернувшись. «Я просто ищу к тебе подход. Я не думал, что предложение переспать так оттолкнёт от меня. Ты показался мне такой сучкой в тот день в клубе». — Любой обидится на предложение переспать со второй встречи. Даже… даже сучка. Но я не такой парень! — всплеснул руками Чонгук. — Серьёзно. Меня слышно вообще? Тэхён кивает, указав на слуховой аппарат в ухе. Он пишет на странице: «Ты мне нравишься. Я хочу с тобой общаться». Внутри Чонгука что-то со стуком опускается вниз. Он разглаживает нахмуренные брови и поднимает взгляд с измазанной страницы книги на Тэхёна, который виновато обводит пальцами на поверхности стола круги. Чонгук, честно говоря, не хотел ничего в отношении Тэхёна, но с какой-то встречи всё же действительно начал сомневаться в своём поведении. Чонгук обиделся, потому что от Тэхёна совершенно не ожидал предложения переспать. Однако сейчас, когда он знает, какой у Кима темперамент, характер, как выражает эмоции и чувства, всё начинает приобретать другие оттенки. И неприятная вторая встреча звучит уже не так ужасно. — Ладно, — пожимает плечами Чонгук. Тэхён поднимает брови. — Да. Только, — Чонгук сглатывает, — без глупостей. Тэхён кивает. Он улыбается. — Что ж… — вздыхает. — Ты левша? — Тэхён снова кивает, показывая левую руку, в которой была ручка.

Чонгук стесняется Тэхёна.

Очень часто. Ким не останавливается, когда начинает жестикулировать. Юнги часто усмехается, когда Чонгук, краснея, начинает опускать руки Тэхёна вниз и шикать на него. Тот в такие моменты прижимается к его щеке своей и потирается, как кот. Чимин, смеясь, говорит: — Да прекрати ты. Пусть покажет. Не нужно его затыкать. И Чонгук не затыкает, потому что само слово «затыкать» для него звучит ужасно в отношении Тэхёна. Ким всё равно выглядит радостным, несмотря ни на что. Он улыбается после этого предложения и продолжает показывать какие-то пошлости, приправляемые комментариями Юнги. Чонгука это не забавляет, но из-за этого он начинает часто задумываться о том, почему же человек, который не слышит и не говорит, постоянно на слуху и первый в беседах, в отличие от Чонгука, который на это способен без особых затруднений. — Я ужасен, да? — спрашивает Чонгук у Тэхёна. Ким смотрит на него удивлённо, качая отрицательно головой. — Иногда мне кажется, что из нас неслышащим являюсь я. Не слышу никого, если это мне не нравится. Молчу обо всём, что не устраивает. Это действительно ужасно. Тэхён обнимает его со спины и носом зарывается в макушку, вдыхая запах воздуха и улиц с волос. Жест, как «это не так». Чонгук не сопротивляется, закрывая глаза. О человеке, который лаконично и очень точно обрисовывает ощущения, эмоции, чувства, ситуацию в целом, собственные и чужие мысли говорят «с богатым словарным запасом».

На примере Тэхёна Чонгук узнаёт, что для этого не обязательно иметь голос или слух.