Они так хотели

***

      — Что вы творите, — менеджер Седжин срывает связки, кричит на парней, не жалея сил, пытается достучаться до Пака и Чона, — вы можете делать всё что угодно вне сцены, — он медленно подходит к Чонгуку и шипит, словно змея, которая готовится напасть, прямо ему на ухо, при этом так чтобы Чимин тоже услышал, — но на сцене, будьте добры, засуньте свою любовь куда подальше.       Чонгук просто не умеет держать руки при себе, когда видит такого Пака. Чимина, который танцует как последний раз в жизни, который отдает всего себя сцене и фанатам, который выглядит как ангел, сошедший с небес, который умиляется различным плакатам на концертах. Чон не умеет смотреть на что-то помимо блондина, весь его образ так и манит смотреть на него до потери пульса, он идеален, его хочется рассматривать и рассматривать, поэтому Чонгук не упускает возможности залипнуть на его губах, мускулах и на всём, что связано с Чимином. Он же в свою очередь, просто любит ластиться к Чону, потому что не может устоять от того потока любви, который каждый раз исходит от брюнета.       — Я повторяю вам в последний раз, — менеджер отходит от Чонгука, пиная жестяную банку, которая так кстати оказалась под ногой, иначе он бы замахнулся на кого-то из артистов, — если ещё один раз хештег чигуков окажется в топе твиттера, — он глубоко вздыхает, пытаясь перевести дыхание, чеканит каждое слово, чтобы хоть как-то донести сказанное, — нам придется решать эту проблему с Шихёком.       Седжин-ним давно старается найти управу на Чонгука и Чимина, но даже если Намджун не может вразумить их и перестать так открыто взаимодействовать, то кажется, тут даже Бог будет бессилен. Менеджер выходит из гримерки, оставляя парней наедине, чтобы они могли обсудить проблему, но он точно знает, что разговора с Шихеком не избежать.       — Куки, — Чимин окликает брюнета, чтобы тот перестал буравить пол взглядом, но тут же сожалеет о своём поступке, потому что его сердце разрывается, когда Чонгук поднимает на него взгляд, а в глазах собирается влага, которая так и намеревается начать скатываться крупными каплями по ещё розовым после концерта щекам любимого человека. — Куки, не плачь, прошу, — Чимин подсаживается к парню и начинает вытирать глаза рукавами своей черной толстовки, при этом ещё больше размазывая сценический макияж, Чонгук только уворачивается и начинает тихо скулить, потому что понимает, что это конец.       Они долго скрывали свои отношения от мемберов, ещё с самого дебюта что-то произошло между ними, когда Чонгук случайно, а может и не случайно, клюнул Пака в губы в одну из ночей в общежитии, когда он не мог уснуть и пристроился к своему хёну на кровать, потому что так его сон ни что не тревожит. Тогда они оба не могли понять, что между ними произошло, но собравшись с духом, Чонгук решил обсудить сложившуюся ситуацию. И только, когда оба поняли, что неровно дышат друг к другу, тогда и зародилась их, ещё не крепкая, но каждый понимал, что долгая и страстная любовь.       Первым кто узнал был — Джин, он заметил их, когда после съемки клипа зашел в гримерку, чтобы взять воду, а в это время Чонгук, руки которого находились на бедрах Пака, шептал парню что-то, что заставляло его краснеть с каждым словом всё больше и больше. Ким тогда громко и наигранно прокашлялся, чтобы увидеть реакцию этих двоих. Как и ожидалось, они отпрянули друг от друга так резко, как будто оба обожглись о кипяток. Тогда и наступил день, когда вся их любовь медленно, но верно начала проявляться на публике.       Они скрывали свои отношения лишь потому, что думали о том, как на них после этого будут смотреть. Только дурак не знает как в Южной Корее относятся к представителям ЛГБТ сообщества. Поэтому они решили не рисковать, чтобы ненароком не ухудшить отношения с мемберами, чтобы их не выгнали из группы с позором и не оставили какое-нибудь дурное клеймо на всю оставшуюся жизнь. Джин тогда был спокойным как море, он лишь пожал плечами при это говоря, что это их выбор и никто их не будет осуждать за это, он также пообещал, что не будет никому говорить, так как это личное дело и если они будут готовы заявить об этом, хён точно будет на стороне парней. Через пару дней после этого, Чонгук собирает всех участников и объявляет о том, что они с Паком уже давно состоят в отношениях. Джин оказался как никогда прав, потому что друзья поддержали их, при этом утверждали, что если будут проблемы они могут всегда обратиться за советом.       Менеджер Седжин-ним узнал тоже случайно, он сопровождал Чона и Пака до машины, которая стояла на выходе с арены, где проходил концерт. Он заметил краем глаза, как Чимин ухватился за руку Чонгука, а тот в свою очередь аккуратно переплел их пальцы. Это скрылось от глаз фанатов и сасэнов, лишь потому что охранники, которые шли спереди и сзади перекрывали тот самый обзорный угол, с которого было все отчетливо видно. Седжин тогда не придал этому особого значения, потому что мало ли, Чимин просто испугался толпы. Но его подозрения подтвердились, когда после съемок шоу он сопровождал их в машине. Чонгук тогда положил руку на колено Чимина, думая, что это скроется от глаз менеджера, может быть им удалось бы скрыть руку, которая нежно сжимала ляжку Чимина, может быть им удалось бы скрыть, то как Чонгук этой же рукой поднимался выше по ноге, но им точно не удалось скрыть то как Пак тихо постанывал. Менеджер из уважения сделал музыку в машине громче, но когда они прибыли в общежитие их троих ждал серьезный разговор, который не обошелся без слёз двоих парней, они буквально вымаливали прощения, чуть ли не стоя на коленях, сами не понимали за что они извинялись, но Седжин тогда просто сказал им быть аккуратнее на публике.       Никто и не думал выгонять их из группы из-за этого, даже после того, как узнал менеджер. Поэтому любовники выдохнули со спокойной душой, так как их опасения были просто зря потраченными нервами. Они не взаимодействовали так много и так ярко до момента, как впервые провели концерт в Америке. США полностью и безвозвратно развязало им руки, они стали трогать друг друга, как будто так и положено. Стали чаще и дольше обниматься на концертах. Стали без зазрения совести целовать друг друга в макушку.       Всё это, как оказалось, до хорошего не довело. Большинство фанатов стали строить теории насчёт их отношений, которые всё больше и больше набирали популярность в социальных сетях. Компания стала это замечать, но так как никто из руководства не знал об отношениях, они решили, что их броманс нужно разбавить новыми пейрингами, так между влюбленными начались мелкие ссоры, из-за Юнминов и Вигуков. Но конфликты решались так же быстро, как и начинались, потому что Чимин вспоминал, что у Тэхена есть девушка в Тэгу, а Чонгук совсем недавно узнал, что Юнги поглядывает на Наён из Твайс.       Слухи распространяются со скоростью света, компания не успевала следить и удалять новые сплетни и теории фанатов, к делу подключился Намджун. Он решил обсудить всё мирным путем, парни приняли его слова к сведению. И правда, на пару недель все аккаунты по Чимину и Чонгуку перестали выпускать свежую информацию, но счастье не длилось долго и буквально через три недели на очередном интервью парни сорвались и опять стреляли друг в друга влюбленными глазами. В их отношения влез Седжин, который до последнего старался скрыть любовь между Паком и Чоном. Всё произошло так же, как и с Намджуном. Сплетни стихли и вновь появились.       Чонгук понимал, что если они немедленно не прекратят их игры на сцене, на интервью, на различных шоу, их либо разлучат насильно, либо фанаты догадаются и отвернутся от них. Нужно было делать выбор самостоятельно. Он понимал, с самого начала, что эта игра в любовь не привела бы их ни к чему хорошему, и Чон решает, что он заварил всю кашу — ему её и расхлебывать.       — Хён, — Чонгук вытирает свои глаза, которые начинают болеть от слёз, — я думаю нам нужно расстаться, — Чимин замирает, думает, что его парень просто шутит, но после того, как он не получает никакого смешка в ответ, до него доходит, что брюнет говорит на полном серьёзе.       — Скажи, что это идиотская шутка, — глаза наливаются слезами, и капли медленно начинают стекать по пухлым щекам, в ответ он получает лишь звенящую тишину и легкое покачивание головы влево и вправо, что означает — Чон не шутит. — Мы больше не будем взаимодействовать, Куки, — блондин пытается достучаться до парня, но он и сам прекрасно знает, если Чон принял какое-либо решение, то мало, кто или что может его изменить.       — Чимин, — брюнет задыхается в слезах, эти слова даются ему с таким трудом, что следующее предложение больше похоже на слова смертельно больного человека, который начинает бредить и говорить непонятные ему самому строчки, — так будет лучше для всех, — он закрывает глаза и начинает содрогаться в истерике, плечи дрожат, ноги дрожат, но он стойко не произносит ни одного писка, только иногда икает из-за нехватки воздуха.       Пак в отличии от него начинает рыдать навзрыд и цепляться за футболку Чона, как за последнюю соломинку в океане безумия, он шепчет ему, что никому не будет легче от их разрыва, он молит его, чтобы тот поменял своё мнение, но Чонгук уже не в этом мире, он не слышит слова уже бывшего, он находится в прострации, он будто под водой, слезы градом валятся из глаз, он шмыгает носом, Чимин судорожно целует его в щеки и просит любить его всю жизнь. Они оба понимали, что рано или поздно это произошло бы, либо потеря популярности, либо их расставание. Чон — эгоист, он больше не слушает истерику хёна, он больше не думает о группе, он не думает ни о чём кроме боли в груди, которая нарастает всё больше и больше, всё тяжелее становится от вздохов Пака, который продолжает плакать, вытирать свои, а заодно и чужие слез, тяжелее становится и на груди, так как Чимин несильно бьёт его, тщетно пытаясь вразумить, но он непреклонен.       — Я прошу тебя, — последние слова Чимина, перед тем как Чонгук даже не оборачиваясь выходит из гримерки и направляется к Тэхену, который замирает от вида своего друга. Он бережно обнимает Чона, гладит его по голове, и тихо спрашивает почему Чонгук задыхается в слезах, тот лишь ещё больше начинает рыдать в футболку артиста. Он успокаивается через какое-то время, они всё также стоят по середине комнаты, и брюнет начинает рассказывать.       Чимин сидит на диване, он не следит за временем, он уже не чувствует ног, которые находятся в неестественном положении, он не чувствует как слезы до сих пор продолжают стекать, в то время как сам он уже давно успокоился, но в груди неприятный комок, точно так же как и в горле, и в руках, всё его тело сейчас неприятный и удушающий ком обиды, который создал Чон Чонгук.       Через два дня у группы будет ещё один концерт в Сеуле. Два дня пролетают незаметно, а сам концерт тянется невозможно медленно. Чимин чувствует, как каждый танец и каждая песня даются ему с трудом, но вот уже финал, они становятся на поклон, ничего не предвещало беды. Как Чонгук начинает петь 'Serendipity'. Пака начинает злить, когда Чон подходит к нему на моменте "너는 나 나는 너"*, и тянет к нему палец, чтобы блондин коснулся его в ответ. Он лишь хмурит брови, мемберы так же не понимают, что Чонгук хочет этим добиться, пока он не говорит:       — Чимин, я тебя люблю, — слезы сами по себе начинают течь по щекам брюнета, он старается быстро смахнуть их с глаз, но это не остается незамеченным от глазастых арми, которые уже начинают визжать, — прости меня, я не могу без тебя, — Чон подходит к Паку ближе и нежно и коротко целует его в пухлые губы, арена взрывается криками, а Чимин начинает судорожно дрожать от столь внезапного поцелуя. Во-первых, на публике, а во-вторых, они расстались.       Парни, что наблюдают эту картину не могут поверить своим глазам, они знают, что ждет их буквально через пару минут, они уверены, что менеджеры уже стоят за кулисами и готовят им выговор, если даже не разрыв контрактов.       Чимин в это время медленно кивает, тем самым прощая Чонгука, но он тоже понимает, что их ждет уже завтра. Громкий скандал, все заголовки будут пестрить ими двумя, вся Корея ополчится на них, их ждет огромный провал. Если кто-то спросит стоило ли это того — определенно нет, но Чон — эгоист, и он любит только Чимина.       В тот вечер Тэхен посоветовал вымолить прощения у Пака, но он никак не ожидал, что это будет на стадионе полном фанатов, буквально признанием на весь мир, но честно он рад. Он видел, как выглядел Чимин, как выглядел Чонгук. Все мемберы бегали из комнаты комнату, успокаивали то одного, то другого и это правда не довело до добра. Седжин-ним потирает переносицу, тяжело вздыхая: — Я правильно понял, что вы хотите все обсудить с Шихёком?