Мы — нежность

— Оди любит тебя. Ты же знаешь, что она не так проста, если она захочет, то она сможет легко уйти. Но она не уходит, потому что ты ей нужен, — голос предательски дрожит, но он продолжает говорить, стараясь игнорировать противный ком в горле. Майк едва улыбается, но почему-то в его карих, темных глазах читается отчаяние. Он опускает взгляд, не желая смотреть на Уилла. Щелкает пальцами, потом скрепляет их в замочек. Байерс переводит взгляд то на руки, то на самого Майка. Он чуть надкусывает нижнюю губу. — Что с тобой? — Майк резко поднимает взгляд, щурясь, будто пытаясь понять в чем подвох. Он тяжело вздыхает. — Я не знаю, готов ли я к отношениям с ней. Понимаешь, она хорошая, добрая и милая. С ней интересно, она веселая и с ней можно много чего обсудить, но я не хочу. Раньше было лучше. Я, кажется, был влюблен в неё, но время летит и я уже не уверен, что она мне нравится как раньше. Это сложно объяснить и мне стыдно перед ней. Я не хочу ей признаваться в этом, не хочу разбивать её. Я не хочу делать ей больно, — с каждой фразой его голос начинает скрипеть все больше. — Майк…— Уилл кладет холодную ладонь на теплую ладонь Майка. Глаза Уилера начинают наполняться слезами. Так ужасно плакать перед кем-то, особенно перед Уиллом. Слезы отвратительно мешают четко видеть. Майк всеми силами пытается сдержать их в глазах, чтобы они не покатились по веснушчатым щекам вниз, но слез становится все больше и больше, поэтому держать уже не получается, и мерзкая слеза скатывается вниз по щеке, огибает сбоку линию носа, закатывается за крылья носа. Вторая слеза же скатывается прямо и капает на внешнюю сторону ладони Уилла. — Извини, — Уилер смахивает слезу с его руки. — Мне жаль, что тебе приходится это видеть, Уилл. Сам Уилл же с округлёнными глазами наблюдает за происходящим. Он уже слишком давно не видел, чтобы Майк плакал. Он никогда прежде не слышал, чтобы Майк так отзывался про Оди. — Все в порядке. Майк, прошу, все правда хорошо. Мне очень жаль, что ты это чувствуешь. Просто скажи: ты больше не любишь её? — Майк поджимает губу, закрывает рукой рот, чтобы не издать всхлип и кивает. — Ты в этом уверен? Когда ты это осознал? — Майк убирает руку. — Полгода назад. — Прости меня, что я не знал об этом. — Тебе не нужно извиняться. *** Дом Хоппера был очень пыльный и грязный. Окна в каких-то местах были разбиты, а на полу валялись осколки. Четко видно, что дом уже очень давно никто не проверял. Оди закрылась в комнате, Нэнси и Джонатан снаружи закрепляют разбитое окно досками, а Уилл с Майком сидят на пыльном матрасе посреди комнаты. — Я все еще не знаю, как сказать ей про мои чувства, — Майк начинает громко шептать, чтобы сама Оди не услышала раньше времени. — Знаешь пословицу? «По-настоящему любит-отпустит», но, к сожалению, я не уверен, что это подействует с ней, — Уилл тоже переходит на шепот. Уилер усмехается. — Вставай, — Майк встает, отряхивая джинсы от пыли, подает руку Байерсу. Он хмурится, но поднимается, держась за руку. Майк отводит его в темный, все такой же пыльный угол, но там их никто не увидит невооружённым взглядом. — Я без понятия, что я делаю, — он тихо хихикает, берет нежное лицо Уилла в теплые ладони, поглаживая большим пальцем его щеку и прижимается обветренными губами к его губам. Уилл крепче жмется к нему, как можно ближе пытаясь ощутить его невозможное яркое тепло. Он так ластится к каждому прикосновению, впитывая все, словно губка. Майк одной рукой касается его щеки, а второй гладит спину, медленно водя вверх-вниз. Отпускать совершенно не хочется, но легкие распирает от нехватки воздуха. Майк отстраняется, всматриваясь в лицо Байерса, замечает, что в уголках его глаз выступили слезы.