За решеткой

— Не волнуйтесь, Данна, сейчас его тело полностью расслаблено, — прозвучал довольный голос незнакомого мне мужчины. Как же сильно болит голова… почему же? И руки свело, будто привязанный. — Но это очень сильное средство. Вы могли убить его этой дозой, — довольно грубо ответил человек, лица которого я почти не видел из-за жутко дрожащих только что приоткрытых глаз. *Усмешка первого* — В зале суда он чуть не набросился на судью. И если бы я не принял меры, — подойдя чуть ближе к человеку, имеющему яркие кровавого цвета волосы. — он бы прикончил беднягу старика на месте.

***

Шум. Слишком громкий шум. Покорчив лицом, я не сразу осознал, что этот ужасный звук доносился от каталки, на которой меня везли по какому-то темному коридору. И еще через какое-то время я понял, что привязан к этой железной пыточной машине. Дернув рукой, дабы попробовать освободиться, один из четырех, что везли меня, взглянул мне в глаза и противно улыбнулся. — Очнулся, подрывник? — Сука! — вырвалось из меня неохотно, но я не смог сдержаться… потому что вспомнил то неприятное событие, из-за чего теперь меня не выпустят из вида. Сомкнув глаза, ощутил, что очень сильно хочу спать. Но не успел я привыкнуть к «мелодии» своей каталки, как мои холодные конечности начали отстегивать. В недоумении открываю глаза и вижу перед собой молодого парня, что без усилий поднял меня на руки и уложил на кровать, предварительно ласково пригладив мои волосы. Хм, довольно странный жест для работника в погонах. Постойте… погонах? Но на нем же была только черная майка, нет?.. Хорошенько протерев глаза ладонями, я немного четче разглядел высокую мускулистую фигуру человека, что присел напротив моей кровати. — Ну, привет, — улыбнулся он, внимательно рассматривая меня. — От-отвали… — шепнул я, что есть силы, после чего развернулся к стене и вновь закрыл глаза. Я спал ровно до того момента, как услышал, что кто-то позвал двух людей по имени и те, сидящие недалеко от меня, покинули эту комнату. Комнату с железной дверью… — Что?! Я вскочил с кровати, посмотрев назад. Да, железная дверь. И я… нахожусь в маленькой серой комнате с тремя кроватями, две из которых были пусты. Люди, что находились со мной в одной комнате, только что покинули ее. На стуле лежала чья-то синяя мастерка, к которой прицеплен горизонтально вытянутый значок с яркими цифрами. И, к сожалению, я узнал эту одежду… С ужасом глянул на свое одеяние и рухнул на ту же кровать, пытаясь осознать все то, что происходит вокруг меня. Я нахожусь в тюремной камере. И что ужаснее, на мне тюремная одежда. К горлу подступил комок, а пальцы рук начали нервно теребить синие брюки. Я уж подумал, что зарыдаю от шока, как маленький ребенок, но в ту же секунду прекратил вертеть пальцами и резко перевел взгляд на дверь, издавшую тяжелый скрежет. Когда она открылась, вошли двое парней, один из которых был в синих штанах и черной майке, плотно облегающей изгибы. Но волосы его, похоже, даже немного темнее верхней одежды, что не скажешь о болезненно бледной коже, выделяющейся на мрачном фоне помещения. А второй, как мне показалось с первого раза, отличался от странно улыбающейся персоны лишь тем, что имел длинный черный хвост, покоившийся на правом плече. Они были очень похожи друг на друга. Эти люди подошли ко мне тихо и без робости, будто хотели что-то сказать, но почему-то продолжали молча испепелять мою внешность черными как тьма глазами. — Долго же ты спишь… — выдохнул парень, взъерошив свои короткие волосы, после чего опустился на край моей кровати. Я нервно сглотнул, немного отодвинувшись, пока мои руки сами по себе прижали часть одеяла к торсу. — Ты и так следил за ним последние два часа, не устал, Обито? — раздраженно поинтересовался длинноволосый, усаживаясь за небольшой столик около кроватей. — Дай ему отдохнуть. — Но как видишь, тот наркоз прошел, — заявил Обито, скрещивая руки на груди. — Ч-что… — не удержался я. — что происходит?.. Кто вы такие? Не помню, в какой момент заметил, что руки мои дрожат. И впервые от приобретенного в сердце страха. Они смотрели на меня будто волки на добычу. — Я Итачи, — без предисловий начал тот, что сидел дальше от меня. — а это Обито. — Ну а ты, «милая»? — почти перебил. — Кто ты? Мои глаза расширились. Я не успел еще осознать смысл сказанного, как парень с длинными волосами быстро переметнулся ко второму. — Завязывай. Наступила омрачающая атмосфера на фоне тишины и глубоких вдохов Обито, не перестающего смотреть мне прямо в лицо. Я продолжал молчать и лишь медленно опустил глаза куда-то вниз, подмечая, что теперь руки не дрожат и стало немного легче. — Мое имя Дейдара, — проговорил я тихо и безэмоционально, не собираясь поднимать глаза, но краем глаза заметил, как Итачи, отвлекшись от книги, что держал в руках, взглянул на меня и неторопливо кивнул. — Как себя чувствуешь, Дейдара? — Странно… как будто я пьян, — честно признался, не имея желания врать, либо не отвечать на вопросы моих, как уже понял, сокамерников. Чувствуя на себе пристальный взгляд, я поджал губы и отвернул лицо к бетонной стене, рассматривая слегка потрескавшуюся поверхность стен. Неужели, теперь я здесь навечно?.. Как только эта мысль пришла в голову, я замер, отчетливо услышав стуки собственного сердца. Дыхание стало чуть громче, а глаза вновь наполнились слезами. — Все! Выходите на ужин! Еда никого из вас ждать не будет, все сожрут! — раздалось за дверью, после чего я услышал голоса… очень много мужских голосов, направляющихся куда-то в одну сторону мимо железной двери, за которой сидел я. — Так много… — шепнул я. — А чего ты удивляешься, милаш? — хихикнул Обито. — Это ведь тюрьма. М-да… и тварей здесь о-очень много. Ну что, идем? — Он никуда не пойдет, — заявил Итачи, встав передо мной. — Он даже не сможет встать. — Я не смогу? — впервые съязвил я, нагло поднимаясь с кровати. Но как только моя нога ступила на пол, я начал падать, позабыв, что такое равновесие. Парни поймали меня, уложив обратно. — Эх, да ты совсем без сил. Смотри на него, Учиха! Как думаешь, он еще долго может оставаться беспомощным? — На что это ты намекаешь? Отпусти мои руки уже! — озлобившись, глядя на хитрую гримасу, плохо скрывающую пошлость. — Что ж, — разбавляя обстановку, подал голос Итачи. — как и говорили работники, к нам завели настоящую «бомбочку», теперь я в это верю. Как бы Дейдара не придушил тебя ночью, Учиха, — мерзко выделяя последнее слово, закончил юноша, подойдя к двери, которую начали открывать ключом с другой стороны. — Заткнись, — шикнул второй, напоследок повернув голову в мою сторону, после чего скрылся за дверью. — Сегодня ты останешься здесь. Я принесу тебе поесть, — спокойно и четко произнес парень, смахнув длинный хвост назад и быстро ушел. В последнюю секунду я услышал, что Обито сказал охраннику захлопнуть нашу дверь, но тот почему-то рассмеялся, раскрывая железяку нараспашку. — Что, понятия попутались? Забыл, что дверь закрываем только после ужина? Я смотрел туда, откуда на меня глядели много незнакомых глаз мимо проходящих людей. Они приостанавливались, начали перешептываться, отчего по телу побежали неприятные мурашки. Но не удивительно, что сам охранник, который и «раскрыл секрет» Учихи, вызвал у меня бурю ужасных эмоций, с наглостью ворвавшись в камеру и встав напротив меня. — А ну, встань! — приказал мужчина в форме, на вид которому было не более сорока. — Оглох, что ль? — Не могу, — помотав головой. — С чего это? Не хочешь ужинать? — оскалившись в странной гримасе. — Постой… «не можешь», да? Не можешь встать? Боже, я был готов дотянуться до этой наглой рожи и дать подзатыльник, только бы он отвалил от меня. — Не могу я встать! — сорвалось с моих губ быстро и достаточно громко, чтобы даже те, кто проходил мимо этой камеры, не обращая внимания, теперь задерживались у открытой двери. Своей реакцией я рассмешил человека напротив, очень сильно рассмешил, будто под действием препарата был он, а не я. — Что, братья Учихи вдоволь насытились твоим телом? Ох, понимаю… бедняжка. Мое терпение почти на исходе. Я хочу врезать этому ублюдку по самые гланды, но… все же что-то меня останавливает. И на этот раз это совсем не то, что у меня сейчас не получится даже встать, нет… Меня волновали люди в синих костюмах, окруживших в этот момент мою кровать.