Paramours / Любовники

      Пробравшись сквозь толпу кричащих фанатов, я захожу в здание, здороваюсь со встречающим меня организатором и иду к нужной комнате. Поправляю висящую на плече тяжёлую сумку и захожу, закрывая за собой дверь на ключ. Моим глазам предстаёт широкая, красивая и мускулистая спина курящего в открытое окно парня. Услышав, что я пришла, он поворачивается, одаряя ослепительной мальчишеской улыбкой. — Привет. — негромко произносит русый, подходя ко мне. Сигарета остаётся зажатой между указательным и средним пальцем, чуть отведённой назад руки. Я улыбаюсь в ответ, позволяя ему снять сумку с плеча и поставить на кресло. Джастин одет лишь в знаменитые боксеры, щеголяя идеальной мужской фигурой. Его горячая ладонь касается моей талии и по всему телу пробегают мурашки, заставляя легонько вздрогнуть. И ведь каждый раз, изо дня в день, любое его прикосновение — как разряд тока для меня. — У нас есть время? — шепчу такой глупый вопрос, прижимаясь к крепкой татуированной груди. От запаха, тепла и твёрдости его тела голова начинает кружиться, и я прикрываю глаза. — Для тебя у меня всегда есть время. — шепчет он в ответ. Я слышу, как он улыбается. Так привычно, еле слышно хмыкнув, обнажает безупречные зубы. Тёплые ладони уже охватывают мои плечи, тиская в объятиях. Мы не виделись несколько дней. Мягкие губы касаются виска, когда я утыкаюсь лицом в сгиб между его шеей и плечом. — Я тоже скучал, Эви. — вновь шепчет парень, а я чувствую скользящие вдоль позвоночника пальцы. — Но, на самом деле, у нас есть минут двадцать, если не меньше. Ну вот. Разочарованно всхлипнув, отстраняюсь, и всего на мгновение встречаюсь с напором карамельных глаз, изучающих, ласкающих, сверкающих забавой, как всегда. Бибер кусает губу, слегка нахмурившись, но на лице ни следа грусти, злости или ещё каких-нибудь отрицательных эмоций. — Я принесла одежду. — вспомнив, зачем я вообще здесь, оглядываю комнату и вижу передвижную вешалку с отпаривателем. — Отлично, то, что нужно. Вытащив из сумки костюм, вешаю его на перекладину и включаю паровой прибор. Джастин садится в кресло, закидывает ногу на колено и наблюдает. Он всегда так делает. И пока я колдую над его нарядом на этот вечер, русый просто докуривает свою сигарету, бессовестно стряхивая пепел прямо на пол. — Ты выглядишь сегодня… Как-то не так. — негромко, но без нотки робости, произносит татуированный. — Да, я немного приболела. — отмахиваюсь, но говорю правду. Ничего серьёзного, просто съела что-то не то. Японский ресторан, чтоб его… — Могла бы остаться дома и придти в себя. — вздыхает парень. Я поворачиваюсь к нему лицом и вскидываю брови. — И ты бы прожил без меня ещё один день? — усмехаюсь, саркастично закатывая глаза. — О, ты права. — сдаётся Бибер, затем встаёт с кресла и в мгновение оказывается прямо передо мной. — Не переживу без тебя ни дня больше. Такая глупо-романтичная фраза. Даже зная всё, что между нами происходит, я всё же смеюсь, осознав смысл шутки. Всё это, должно быть, одна большая шутка… Но нет. Мы здесь, и мы смотрим друг на друга, желая впиться в губы, жадно целуя. А Джастин так и поступает. Он притягивает меня к себе и склоняется, увлекает в глубокий поцелуй. Голова вновь идёт кругом, я закрываю глаза, обхватывая шею русого руками. Пол подо мной будто становится мягким, как свежеиспечённый бисквит, и ноги подкашиваются от языка Бибера, танцующего невообразимые танцы, сплетаясь с моим. Сильные руки подхватывают, не дают упасть, и прижимают ещё ближе к их обладателю. — Эви… — сквозь поцелуй, тихо стонет кареглазый. Дрожь пробирает до самых костей, когда я слышу эти звуки. Я схожу с ума. Пока он отстранился всего на мгновение, успеваю накинуться на шею, расцеловывая пульсирующую венку. Он невероятно чувствителен, и каждый поцелуй заставляет жмуриться и тихонько ахать, отчего я лишь распаляюсь. Но времени нет, и он подхватывает меня, словно совсем ничего не вешу, садит себе на бедра и прижимает к стене, задирая лёгкую юбку. В мгновение, Джастин, уже автоматичным движением, стягивает вниз боксеры и отодвигает мое белье в сторону. Проникновенный взгляд, затуманенный желанием, тихий стон и горячее, судорожное дыхание на моих губах… Если бы могла, я бы осталась в этом мгновении на всю жизнь. Сейчас, когда мы вот-вот почувствуем друг друга, сольемся в единое целое, когда нет меня и его, есть лишь мы. Я прижимаюсь к кареглазому всё ближе, ловлю его губы, и едва сдерживаюсь, когда он наполняет меня. Сильные пальцы впиваются в мои бедра, сдавленный стон срывается сквозь поцелуй, и всё тело Бибера напрягается. Он хочет грубо, жёстко, но знает, что нужно подождать, и сдерживает себя, лишь едва слышно рыча мне в губы. Кажется, нет ничего более правильного в этом мире. Ничего более прекрасного… Эмоции пульсируют внутри, отдаваясь в каждом уголке тела, пальцы немеют, а перед глазами всё плывёт. Хватаюсь за Джастина, как могу, лишь бы не потерять сознание и не упустить ни секунды наслаждения. — Эви… — русый вновь стонет моё имя, и я киваю. Его темп становится напористее, быстрее, толчки глубже. Он выпускает своего зверя, заставляя тонуть в ощущении неописуемого блаженства. Закрывает мне рот ладонью, заглушая стоны, произвольно срывающиеся с губ. Борясь с головокружением, я распахиваю глаза, желая видеть его лицо в этот момент. Брови нахмурены, глаза чуть прикрыты, но он смотрит прямо в мои. Губы приоткрыты, на молочной коже проступает яркий алый румянец. Джастин судорожно дышит, то-ли рыча, то-ли мурлыкая. Мои пальцы проникают в русые локоны, сжимая и оттягивая, и кареглазый вздрагивает, прижимая всем телом к стене. Ни на миллиметр не отстраняясь, он двигается вглубь, всё замедляя темп. Я чувствую, как от кончиков пальцев бегут холодные мурашки, скапливаясь внизу живота, чувствую, как голова начинает невыносимо болеть. И, наконец, взрываюсь. Всё тело окатывает волной тепла, внутри всё сжимается, слышу хриплые стоны Бибера где-то у меня на шее, и ощущаю, как теряю сознание… Прихожу в себя уже в кресле, перед глазами всё ещё рябит, но я вижу, как Бибер приглаживает на груди пиджак. — Опять я умерла. — тихо смеюсь, замечая, как по лицу кареглазого расплывается улыбка. — Ничего страшного, я уже привык. — он подошёл ко мне, зачесывая волосы пальцами назад. — Ты точно в порядке? — Бибер присаживается на корточки и кладёт ладони мне на колени. Прислушиваюсь к себе. Немного тошнит, голова кружится, но в основном, всё в порядке. Киваю, заглядывая в медовые глаза. — Ты долго была в отключке. Мне это не нравится. — качает головой парень. — Может, поедешь домой? — Нет. — вспоминаю, что мне, как и всегда, необходимо весь вечер контролировать вид Джаса, его причёску, состояние костюма и прочее. — Дай мне пару минут, и я буду готова идти. — Вон там уборная. Влажные салфетки. — оглядев комнату, Бибер берет со стола пачку салфеток и протягивает мне. — Спасибо. Я запираюсь в уборной со своей рабочей косметичкой и стараюсь привести себя в норму. Заглянув в зеркало, вижу, что обычно прямые волосы растрепались, улыбаюсь и расчесываюсь. Обожаю свои волосы. От природы светлые, практически платиновые, и шикарно контрастирующие со смуглой кожей. А глаза — моя изюминка. Ярко-синие. Конечно, в подростковом возрасте, часто находила в себе какие-то изъяны, но со временем поняла, что никого нет шикарней, чем счастливая девушка. Вскоре выхожу обратно к Джастину, который уже сам уложил волосы, и вновь стоит у окна, затягиваясь сигаретой. Хочу подойти к нему, но в дверь начинают добиться, поэтому оставляю эту идею и иду открывать. Открыв дверь, вижу на пороге надменно ухмыляющуюся девушку. Глаза сами собой закатываются, но я прячу это под долгим морганием и через силу улыбаюсь. — Миссис Бибер. — киваю девушке. — Ты опаздываешь. — брюнетка заходит в гримёрку, не обращая на меня внимания, и фыркает на Джастина, когда он оборачивается. — Опять куришь? — Келси, прекрати. — вздыхает русый, выбрасывая сигарету в окно. — Пойдём. Они вместе выходят из комнаты, а я иду следом. Как только мы выходим из здания, Джастин мгновенно меняется. Он улыбается всем вокруг, раздаёт автографы, позирует для папарацци. Когда Келси нет рядом, он всегда такой. А когда она рядом, ему приходится выдавливать из себя веселье, потому что она — настоящее исчадье ада. И я так считаю не потому, что она его жена, а я лишь стилист и помощница. Келси Рокк — она же Бибер, подавляет Джастина, обрубает любые попытки заниматься тем, что он любит. Кроме исполнения песен, естественно. И я каждый раз вижу, как он буквально угасает, стоит ей только появиться рядом. Он не тряпка, даже немного наоборот — иногда излишне твёрд и даже где-то груб, но эта девица… Пока я прожигала дыру в спине «миссис Бибер», мы успели дойти до машины. Джастин пропускает женушку вперёд, затем бросает на меня полный отчаяния взгляд, и садится к ней, захлопывает дверь и говорит что-то водителю. Я подхожу к своей машине и сажусь за руль. Они выезжают, еду за ними. — Ты что, опять куришь? — вслух передразниваю Келси, закатываю глаза и морщусь. — Фу, блять. Глупо, но безумно жалею, что не имею возможности высказать ей, кто она такая. Ведь по сути — а кто такая я? Для всего мира — лишь хорошая подруга Бибера и по совместительству его стилист. Ни одна живая душа, кроме нас двоих естественно, не представляет, что творится за закрытыми дверями. Искренний, жизнерадостный парень и истеричка жена, даже не думающая скрывать своё нутро на публике. Но никто не знает его так, как знаю я. Ни на кого он не смотрит так, как на меня. Глоток воздуха. Живые эмоции. Потрясающий секс, в конце концов. Вот кто я такая, черт возьми. Мы с Джастином познакомились около пяти лет назад. Тогда мы оба были подростками, казалось, весь мир в наших руках. Сутки напролёт мы могли болтать, гулять, смотреть фильмы… А потом он становился все более знаменитым, более занятым. Я поступила в университет в другом городе. Бибер часто путешествовал, выступал, и виделись мы очень редко. Зато как трогательно! Он никогда не предупреждал, что приедет, и каждый раз был для меня сюрпризом. Не знаю, как, но каждый раз он заставал меня дома и устраивал настоящий праздник — много вкусной еды, шарики, какие-то подарочки… А потом Джастин влюбился. Ну, по крайней мере, однажды я четко услышала эти слова. Не сказать, что расстроилась… Конечно, я не влюблена в него, и никогда не была, но между нами совершенно точно есть что-то невероятное. Каждый день Бибер становился всё мрачнее, а на собственной свадьбе настолько сильно пытался изобразить счастье, что его улыбка была похожа на оскал. Я мечтаю, чтоб они развелись, но не потому, что претендую на место избранницы Джаса. Он искренне несчастлив рядом с ней — вот и всё. Я совсем задумалась, и даже не заметила, как мы доехали. Беру сумочку и выхожу из машины, догоняя Биберов. Все вокруг кричат при появлении Джастина, поэтому слегка морщусь.

***

В целом, вечер, как и сотни других, прошли идеально, за исключением моего состояния, и именно поэтому сейчас я второй день сижу у себя дома, завернувшись в плед, и смотрю сериал. Джастин дал мне пару выходных, ведь в ближайшие дни ему не нужно идти ни на какие премии и выступления. Тихое бурчание телевизора прерывает звук телефонного звонка, и я, не смотря, беру трубку. — Эвелина Блэк. — произношу, скрывая вздох усталости. — Мисс Блэк, не изволите открыть дверь промокшему путнику? — слышу из динамика, и улыбка сразу расплывается по лицу. — Джастин… — я тихо хихикаю, прикрывая глаза. — Открыто. Заходи, я в гостиной. Я кладу трубку, и через несколько секунд в гостиную заходит Бибер. На его лице нежная улыбка, мокрые волосы прилипли ко лбу, а в руках парня два больших пакета. — Привет. — он ставит на пол пакеты и вешает куртку, затем подходит к дивану и садится на пол, рядом со мной. — Ну как ты? Я принёс вкусняшек. — Спасибо. — тихо улыбаюсь и притягиваю русого к себе, обнимаю за шею. — Это будут лучшие выходные. Как в старые добрые, помнишь? — кареглазый обнимает меня в ответ, касается губами скулы и еле слышно хихикает. — А Келси? — спрашиваю, понимая, что надо бы замолчать. — Ей всегда было всё равно. — Бибер пожимает плечами, отстраняется, и с хитрой улыбкой глядит на меня. — Ну же, Эви, ответь. Ты пила таблетки? — Мне уже легче. — отвечаю честно. Парень выдыхает, кивая, и подтягивает ближе пакеты. Он достаёт оттуда мой любимый йогурт и протягивает мне. За йогуртом следуют шоколадные пончики, огромное ведро мятно-шоколадного мороженого с корицей и карамелью, вишнёвый сок, фунчоза в салате и многое другое. Улыбаюсь, как дурочка, следя за заботливым Бибером. — Спасибо. — повторяю, протягивая руку к его щеке. Невесомо касаюсь подушечками пальцев острой линии его скулы, веду вниз по шее, и, зацепив пальцем вырез футболки, притягиваю кареглазого к себе. Его губы аккуратно ложатся на мои, мягко, нетребовательно. И я таю. Никогда не думала, что один маленький поцелуй мог бы столько значить. В его глазах мелькает что-то, чего не успеваю разглядеть, но уже поздно — он отстраняется и достаёт пачку сигарет. Закуривая, он спрашивает, опираясь локтем о диван рядом с моими коленями. — Чем сегодня занималась? Недолго вспоминаю события тяжёлого дня и вздыхаю. — Ничего интересного. — я меняю положение и морщусь от боли в мышцах. — Утром сходила к Джейс, согласовала сроки сведения. Потом проторчала с машиной, которую какой-то мудак облил растворителем. Замечаю, как лицо Бибера вытягивается в удивлении, и тихо смеюсь, подавляя желание вновь поморщиться от головной боли. — Отвезла машину в сервис и побежала к мистеру Берри, который предлагал тебе роль в фильме про апокалипсис. — рефлекторно облизываюсь, наблюдая, как кареглазый обхватывает губами сигарету. — Пешком? — удивляется Джас, выдыхает кольцо дыма и придвигается ближе, протягивая мне сигарету. Киваю ему и беру сигарету, затягиваюсь и медленно выдыхаю, прикрываю глаза. — Опаздывала, такси вызвать времени не было. — поясняю, пожимая плечами. — И, как всегда, на каблуках? — улыбчиво качает головой парень. — Я же деловая, мать вашу, женщина. — смеюсь, чувствуя, как расслабляюсь. — Ну, до женщины тебе ещё лет пятнадцать. — Бибер хихикает и возмущается. — Джастин… — шепчу я, понимая, что разум затуманился. — Ты травку куришь? Он краснеет, смущаясь. А я, ловя момент, любуюсь его милейшим лицом, с еле заметными ямочками на щеках. — Прости, надо было предупредить. Не подумал. — Джастин кусает губу и виновато улыбается. — Ничего. Келси знает? — почему-то спрашиваю я, делая ещё одну затяжку с хитрой улыбкой на губах. — К чёрту Келси. — закатывает глаза татуированный. — Я сейчас тут, с тобой. Забудь обо всех вокруг. Бибер склоняется ко мне, обхватывает щеку ладонью и впивается в губы, сплетается языком и тихо стонет. Я мгновенно таю от его прикосновений, откровенного поведения и, особенно, от стона. Сейчас он, хоть с первого взгляда и грубовато-похотливый, на самом деле, в такие моменты парень максимально открыт и беззащитен, подвластен любым ласкам. И я тяну его на себя, запускаю пальцы в волосы, слегка прикусываю язык. Кареглазый отстраняется, отбирает у меня сигарету и тушит ее в маленькой вазе с цветами. Я смеюсь, сжимаю волосы Джастина и оттягиваю его голову, чему он послушно следует. Припадаю губами к нежной коже на шее, ласкаю языком… Бибер опирается на диван, нависает надо мной, тихо стонет и облизывает губы. — Эви… — шепчет он, слегка сжимает диванную подушку и прикрывает глаза. — Я пришёл не за этим. — И что? — я хихикаю и прикусываю тонкую кожу над пульсирующей венкой. — Давай я тебе массаж сделаю. — парень отстраняется и садится обратно, на пол. Он растрёпан, на бледной коже, как всегда, от возбуждения яркий румянец. Такой невыносимо милый и сексуальный одновременно. Я улыбаюсь, ложусь на подушку и закидываю руки за голову. — Какой это массаж? — с недвусмысленным намёком спрашиваю. Бибер шутливо закатывает глаза и стягивает с меня плед, берет одну мою ногу и начинает мягко массировать стопу. Тянущая боль сразу отступила, на её место пришло наслаждение. Я прикрываю глаза и тихо простанываю. — Ох… Вау. Проходит несколько минут, русый отпускает мои ноги и достаёт ведро мороженого. Я открываю глаза и улыбчиво смотрю на него, наблюдая. — Ну какой же ты замечательный. — тихо шепчу. — Нет. Абсолютно обычный. — отмахивается Джас. Закатываю глаза и фыркаю. — Весёлый. Искренний. — я загибаю пальцы. — Романтичный. Заботливый. Красивый. Сексуальный… Мне продолжать? Бибер смеётся и качает головой. — Эвелина, ты не представляешь, как я восхищаюсь тобой. — шепчет он, склоняется ко мне и оставляет на щеке лёгкий поцелуй. Я краснею от смущения и хихикаю. Мне никто и никогда такого не говорил… Внутри будто что-то переворачивается, сжимается, бурлит… Ещё пару часов мы сидим, кушаем что-то вкусное, смотрим сериал, а потом ложимся спать. Я засыпаю в объятиях Джастина, окутанная его ароматом, и понимаю — жаль, что я не влюблена в него. Если бы влюбилась, сейчас была бы намного счастливее. Но, кроме восхитительного секса, долгой и крепкой дружбы, весёлого совместного досуга, если так можно назвать, нет чего-то большего… И мне правда жаль. С этими мыслями я и засыпаю.