Год печали

Уилл Грэм всегда спал с левой стороны большой кровати, не мог занять вторую половину. Ему всегда казалось, что та сторона уже занята. Тень бывшего, хотя в его случае это был призрак, навязчивый дух, почти физическое воплощение. Прошло уже десять месяцев, а кажется ничего не изменилось. Пустой ящик с полотенцами, нет второй зубной щётки и бритвенного станка. Уиллу казалось, что нет половины него самого. Казалось бы ничего необычного, иногда люди расстаются, так бывает. Но они не расставались. Доктор Ганнибал Лектер был гениальным хирургом и психиатром, большой любитель искусства и кулинарный гений. А ещё он серийный убийца-каннибал. Всего этого Уилл не знал, хотя наверное должен был. К тому времени, они встречались уже пять лет, а знакомы были десять лет. И за все эти годы, Уилл ни разу не подумал, что близкий ему человек может оказаться таким монстром. Тридцать семь доказанных преступлений. В тридцати случаях, у жертв были вырезаны те или иные внутренние органы. Уилл опять погрузился в воспоминания, мысленно перенёсся на десять месяцев назад, когда ему впервые позволили поговорить с Ганнибалом без следователя. Зачем? Зачем ты это делаешь? У меня нет ответа на этот вопрос, считай, что это моя природа. Я тот кто я есть. Убийца, который ест своих жертв. — Уилл скривился от отвращения, только лишь представив эту картину, а потом он вспомнил кое что ещё и его отвращение лишь усилилось. Сколько раз? Что сколько раз? Сколько раз ты готовил своих жертв на нашей кухне? Сколько раз ты кормил меня людьми? — К горлу Уилла подступила тошнота, кажется его сейчас вырвет. Никогда. Никогда? Тебя, никогда. — Ганнибал казался искренним, а выражение лица Уилла словно причиняло ему боль. Но Уилл не мог ему больше верить, ему лгали долгие годы. Он чувствовал себя таким идиотом, а учитывая то, что он был частным детективом, то вдвойне. Как можно было такое не заметить? Как можно быть на столько слепым? Ты мне не веришь? Сложно верить тому, кто врал мне годами. Я не врал на счёт нас. Всё что было между нами — это правда. Я люблю тебя Уилл и это ничего не меняет. Для меня меняет. — Казалось слова Уилла причиняли ему физическую боль — это было взаимно. Каждое сказанное слово, как нож в собственное сердце, от которого медленно отрезают по кусочку. Мне жаль, что ты так думаешь. Но я сказал правду, я никогда не кормил тебя теми, кого убивал. И мои чувства к тебе были настоящими. — Уилл хотел ему верить, но не мог. Прощай Ганнибал. Прощай Уилл. — Он не пытался закатить сцену, когда он уходил, не просил остаться. Он молча смотрел ему вслед, а Уиллу казалось, что там вместе с Ганнибалом осталось и его сердце. Существует теория о годе печали, согласно которой, должен пройти год, прежде чем человек переживёт расставание и начнёт жить дальше. Если верить этой теории, то через два месяца в жизни Уилла всё чудесным образом наладится и его разбитое сердце склеится. Маловероятно, что автор теории размышлял о том, что кто-то будет переживать расставание с серийным маньяком. Очевидно обычные теории тут не работают. Уилл налил себе кофе в его кружку и явственно услышал его ворчливый голос. Ты опять пьёшь из моей кружки? Я этого не люблю. Знаю, по этому и пью. — Уилл хитро улыбается, а Ганнибал лишь закатывает глаза. Свежезаваренный кофе отправляется в сток раковины. Уилл достаёт из шкафчика другую кружку и заваривает кофе по новой. Уилл, ты убил сковородку! Совсем! — Восклицает Ганнибал и отправляет сковороду в мусорное ведро. Попытка наречь блинчики с треском провалилась. Официально заявляю, ты отстранён от готовки навсегда. — Ганнибал не злился, он смеялся, но на счёт отстранения он говорил серьёзно. Я не против, тем более у меня есть свой личный Шеф-повар, зачем напрасно переводить продукты? Конечно и к тому же этот Шеф-повар может приносить еду тебя прямо в постель. — В глазах Ганнибала заблестели хитрые огоньки. Вы пытаетесь меня соблазнить, доктор Лектер? Всегда. Уилл моргнул, прогоняя образ из головы, глядя на одинокую плиту. Он давно её не использовал. Теперь Уилл питался исключительно в китайских ресторанах. Десять месяцев. Словно целая жизнь прошла. Он пошёл в душ перед работой. Ой! Ты мне на ногу наступил. — Уилл весело рассмеялся. Собственный смех разлетелся по пустому помещению, ударяясь о стены и возвращаясь в сознание Уилла с болезненным ударом. Он больше не смеётся. Сможет ли он когда нибудь смеяться теперь? Дай я тебе потру спинку. — Ганнибал любил заботиться о нём. И что нибудь ещё. — Ганнибал обхватил его за талию, прижимаясь к нему спиной, проводил мыльными ладонями по груди и животу. Уилла всегда возбуждали эти прикосновения. Он обожал его руки и длинные как у музыканта пальцы. Это был его фетиш. Он даже научился рисовать их, хотя художник из Уилла не лучше чем повар. Но он довёл это своё умение до совершенства, даже Ганнибал восхищался его трудами. У Уилла был маленький блокнот, где на всех страницах были нарисованы руки Ганнибала. Уилл каждый день собирался бросить его в камин и каждый день обещал, что завтра обязательно так и сделает. Возможно этот день всё же наступит. Пристегнись. — Говорит голос Ганнибала в голове, когда Уилл садится за руль. Ты должен был пройти тех обслуживание ещё четыре месяца назад. — Голос Ганнибала продолжал звучать в голове, словно он сидел рядом. Он был прав, за личными переживаниями, Уилл совсем забыл о бытовых делах. Оплата по счетам, налоги, ТО машины. Скоро его могли вообще выселить из квартиры, но так наверное даже к лучшему, здесь он прожил пять счастливых лет с убийцей. Ему следовало избавиться от квартиры сразу же как всё это вскрылось и уехать куда нибудь на Юпитер. Но он опять не смог, прошлое не отпускало и не уходило. Он жил с призраками прошлого, они мягко обнимали его и утешали. Ему были нужны эти призраки. Пока, он не мог их отпустить. На работе он почти ничего не делал, в основном сливался со стенами и пил. Виски на завтрак? А что дальше? — Этот призрак был не из прошлого, раньше он вообще не пил. Это говорило его подсознание, принимая облик осуждающего Ганнибала. Клиентами Уилла занимались его помощники, а их босс приходя утром в офис просто сидел в кабинете и пил и так уже десять месяцев подряд. Его затягивало в этот омут и спасения не было видно. Мистер Грэм? Можно войти? — В дверном проёме показалась Эбигей Хоббс, молоденькая секретарша Уилла. Заходи. — Он махнул рукой в знак приглашения, пытаясь сфокусировать взгляд. Вам нужно подписать эти бумаги. Что это? — Эбигейл на долго замолчала, гораздо дольше, чем требовала ситуация. Эбигейл? Это заявления на увольнение. — Эбигейл выглядела виноватой, словно проблема была в ней. Но он знал, проблема была в нём. Его помощники выполняли его работу, но получали прежнюю зарплату. Они слишком долго ждали перемен и им надоело. Уилл их понимал, сам бы поступил так же. Спасибо Эбигейл, оставь бумаги, я подпишу. — Эбигейл молча ушла, а среди нескольких заявлений, он нашёл и её. Он не злился, они поступали правильно. Год печали, видимо в его случае он только начался. Домой он ехал заметно под шофе. Пьяный за руль? Совсем выжил из ума? — Иллюзорный Ганнибал сидел на сиденье рядом и читал нотации по поводу опасного вождения. Уилл вообще-то ехал довольно тихо, иногда виляя на пустой дороге. Отвали! Тебе какое дело? Ты плод моего воображения, так что твоё мнение никто не спрашивал. Ну так заставь меня уйти. — Уилл посмотрел на сиденье, но иллюзия не пропадала, а становилась всё ярче. Он не сразу осознал, что это были фары встречной машины. Резкий поворот руля и машина улетела в кювет, уткнувшись носом в высокие кусты. Видение Ганнибала исчезло, а алкоголь выветрился из организма в секунды. Уилл сидел в машине не шевелясь, пытаясь осознать происходящее. Уф, пронесло. Ты чёртов придурок! Смотри куда едешь! — Второй водитель начал орать на него, приближаясь к машине, его автомобиль не сильно пострадал, но тоже улетел в кювет. Эй! Ты что пьян? — Мужик постучал в окно, со стороны водителя. Эй! Я с тобой разговариваю! Дальше были эвакуатор, скорая и полиция. Уилл Грэм, опять вы в гуще событий? — Конечно, Уилл ведь был ужасно невезучим и в полицейском участке он встретился со старым знакомым. Капитан Джек Кроуфорд, был одним из тех, кто арестовывал Ганнибала и вся их с Уиллом личная жизнь была ему известна. В отличие от большинства, Джек был более тактичный, но Уилл ни с кем из них не хотел бы больше встречаться. Это он? Тот самый Уилл Грэм? Любовник Каннибала? — Коллега Джека Кроуфорда не был так тактичен, услышав знакомую фамилию, он стал громко и публично смаковать эту историю, обсуждая её с другими полицейскими. Да, говорят они были вместе пять лет. Каким же надо быть идиотом, что бы не понять, что тот с кем ты ложишься в одну постель, серийный убийца? А может они сообщники? Его причастность не была доказана, но может плохо искали? Парочка коров обсуждала эту тему якобы между собой, но так громко, что их слышали все в участке. Эй, вы двое! Захлопнулись и живо работать! — Громогласный голос Джека перекрыл все прочие разговоры. Эта парочка исчезла мгновенно, а в участке стало невероятно тихо. Спасибо. — Уилл прошептал себе под нос, однако Джек услышал. Он лишь молча кивнул и тоже пошёл работать. Ночь Уилл провёл в участке, а утром его отпустили домой. Пустая квартира, где жили воспоминания и призраки прошлого. Жизнь, в которой он был счастлив. Мне пора вставать. Нет, ещё рано, полежи со мной. — Ганнибал приобнял его, прижимая обратно к кровати. Я так опоздаю на работу, не хочу никого подводить. Свали всё на меня. Скажи, что твой мужчина слишком долго лежал на тебе и ты не мог сопротивляться Так и сказать? Да, пусть завидуют. Они и так завидуют, мои помощники считают, что у тебя классный зад, я один раз услышал их разговор в курилке. Я не согласен с их мнением. Твоя задница, Уилл, значительно лучше. Спорить мне не хочется, но предлагаю компромисс. У нас у обоих классные задницы. Отличный компромисс. — Ганнибал улыбнулся и поцеловал его, так нежно и сладко, словно он делал это прямо сейчас а не год назад. Он всегда отлично целовался, так, что колени подгибались. Его губы пахли ванилью, кожа пахла шоколадом, волосы имели аромат спелых яблок. Он был невероятным, Уилл часто думал, что он недостоин такого мужчины, он был простым и обычным, а Ганнибал был потрясающим. То как он на него смотрел, заставляло его взлетать выше облаков и парить там над грешным миром. Он любил его и любит до сих пор, скорее всего он никогда не перестанет любить его, сколько бы времени не прошло. Ганнибал Лектер был убийцей, но то, как он смотрел на Уилла было по настоящему. Даже самый гениальный актёр не сможет так притворяться, да ещё так долго. Их отношения были настоящими, а вот всё остальное — это ложь и притворство. Как жить с тем фактом, что твой любимый вёл двойную жизнь и не сожалеет об этом? Уилл налил себе виски, сел на диван в гостиной и начал гипнотизировать взглядом верхний ящик комода. Это был ежедневный ритуал, он только смотрел, но не приближался. Там, в темноте и пыли, хранилась ещё одна тайна, только его тайна и мечта, которая была похоронена, так и не успев родиться. Он пил и смотрел и не мог остановиться, он даже не заметил, как бутылка закончилась. Долго ты будешь заниматься этой ерундой? — Опять образ Ганнибала возник в его голове. Он сидел рядом с ним на диване, в своих чёрных джинсах и темно красной рубашке. Эту рубашку ему подарил Уилл на Рождество. Зачем ты опять здесь? Сколько можно меня мучить? Ты сам себя мучаешь Уилл, ведь на самом деле тут никого нет и это беседа с самим собой. Тогда заткнись и убирайся, я тебя не звал. Ещё как звал, ты не хочешь меня отпустить и ты знаешь что нужно для этого сделать. Нет. Ты должен встретиться со мной. Я сказал нет! Убирайся прочь! — Уилл бросил бутылку в пустоту, она пролетела через спинку дивана и разбилась о стену. Ненавижу! Я тебя ненавижу Ганнибал Лектер! — Уилл кричал, но это больше напоминало вой раненного животного. Я ненавижу тебя за то кем ты был для меня! Ненавижу тебя за то, кем ты был для других! Ненавижу и люблю! Господи, как же я тебя люблю и скучаю, каждый день, каждой клеточкой своего существа я хочу быть с тобой! Хочу! Уилл открыл ящик комода, достал от туда свою тайну и вышел из квартиры. Четыре утра следующего дня. Его нашли утром, ночью было минус десять, а он довольно легко одет. Почему вызвали меня? Это не мой район. Возможно вы его знаете, но мы не уверены, по этому и пригласили вас. — Под обувью Джека хрустнул тонкий февральский лёд и мёрзлая трава. Он проследовал за офицером и непроизвольно перекрестился от увиденного. Уилл Грэм сидел в неестественной позе, в лёгком пальто. Его глаза были открыты, а кожа уже покрылась инеем. Он замёрз прошлой ночью. Он провалился к простому деревянному кресту без излишеств — эта могила была вдали от других, она принадлежала Ганнибалу Лектеру, которого девять месяцев назад приговорили к смертной казни за его преступления. Что у него в руке? — Ладонь Уилла была сжата в кулак, пальцы осторожно распрямил и Джек увидел темно синюю бархатную коробочку, внутри которой было элегантное и сдержанное помоловочное кольцо. Увезите его от сюда как можно скорее. — Джек забрал коробочку с кольцом и спрятал в своём кармане. Они с Уиллом не были друзьями и познакомились они десять месяцев назад, при ужасных обстоятельствах, но он считал, что будет правильно, если он сбережёт это кольцо. Это была память о двух совершенно не похожих людях, которые не смотря ни на что, искренне любили друг друга. Уилл Грэм умер семнадцатого февраля, в результате переохлаждения. У него не было родных, а друзья спешно исчезли из его жизни, когда вскрылась правда о Ганнибале. По этому его похоронами занимался Джек, едва знакомый ему человек и совсем не друг. На прощание, когда его гроб стоял в церкви где присутствовала лишь бывшая секретарша Эбигейл Хоббс, Джек вложил коробочку с кольцом ему в руки. Если есть жизнь после смерти, уверен ты захочешь подарить ему это кольцо. Я бы ему ещё и врезал, но это уже тебе решать. Покойся с миром, Уильям Грэм.