С первыми лучами восходящего солнца

По коже, не накрытой одеялом, приятно проскользил холодный ветерок. Ох, окно все это время было открыто? Похоже, соседям было неловко несколько часов назад. Син Цю медленно открыл глаза, выпутываясь из одеяла. К неудивлению спать очень хотелось, поэтому неконтролируемыми движением руки он убрал прилипшие ко рту и лбу длинные волосы, зачесав их обратно в хвост. В горле пересохло и ужасно хотелось пить, но он не спешил вставать. Тяжело вздохнув, он сел, опираясь одной рукой и уставился в окно — где-то на горизонте показывалась розово-желтая полоса, а потому уже было почти утро. Преодолевая сонливость, он, опираясь уже и на другую руку, решил встать, как вдруг услышал непонятный взвизг. Испугавшись, он дернулся в сторону источника звука и увидел, как подскочил Чун Юнь. — Ты чего орёшь? — Ой-ей... Рукой своей мне на шею надавил... — прохрипел он, а после откашлялся. — Да? Прости, я хотел сходить за водой. — ничуть не извиняющимся голосом произнес Син Цю, зевая. — О, и мне принеси, я пить хочу. — Угу-м. Син Цю нехотя сел на край кровати, убирая с себя одеяло. Чун Юню открылся отличный вид его обнаженной стройной, уже не подростковой, спины: вдоль лопаток, сверху вниз тянулись заметные красные полосочки, а чуть выше, почти у шеи, отлично виднелись два неплохих синячка, явно из-за укуса. Мысль о том, чьих это было рук дело, немного смутила его, но он все равно не отвел глаз, сонно моргав. Син Цю встал с кровати и направился ко столу, где стоял кувшин с водой. — Ты что, вообще голый спал? — удивился Чун Юнь. Син Цю, сделав пару шагов, тихо выругался, когда почувствовал, как нечто вытекало изнутри и неприятно прилипало к ляжкам. — Да, а что? Ты сам голый валяешься. Черт, надо было сходить в душ. — М? — Не, ничего. Он взял кувшин и крупными глотками начал его опустошать, а после понес Чун Юню. — Какой отличный вид прямо с утра. — ухмыльнулся экзорцист, принимая воду. — Я могу сказать то же самое. Вода течет по подбородку, не разлей на кровать. — предостерёг Син Цю и попытался не свалиться обратно в кровать, еле держась на ногах и разлепляя глаза. — Держи. Син Цю снова поставил кувшин на место и плашмя упал на кровать. — Не пойдешь в душ? — Мне лень. — почти неразборчиво послышалось из подушки. — Ну же, обними меня, чтобы я опять заснул. Без всяких возражений Чун Юнь улёгся почти что на него, обнимая рукой и ногой. — М, Син Цю, я уже говорил, что у тебя мягкая... — Да, не смущай меня снова. — Смущать? Тебе уже за двадцать, а ты смущаешься таких вещей? — Ну ты же тоже слова не можешь сказать, когда я говорю, какой у тебя большой член. — пробубнил Син Цю, выдыхая. Ему дадут поспать или нет? Чун Юнь замолк буквально на 5 секунд. — У меня большой член? Син Цю, ты никогда мне этого не говорил. Казалось, что Син Цю сейчас кого-то немножечко ударит. Он перевернулся и уставился в потолок ровно на секунду. Чун Юнь в недоумении отодвинулся. — Разве? По-моему, я всегда так говорю, нет? — Ну ты просто впервые сказал это прямо. — Архонты... Что-то спать перехотелось совсем. Син Цю снова взглянул в окно — из-за нежно-розовых облаков еле-еле выглядывал кусочек солнца. — Окно было открыто ночью, ты знаешь? — Да? А какая разница? — Будет неловко перед соседями? — По-моему, за эти года они уже смирились и не обращают внимания. — Ну если так... Син Цю перевел взгляд с окна на Чун Юня. Отросшие передние пряди, которые постоянно выбивались из хвостика, были зачесаны назад, открывая лоб; лицо вытянулось и заострилось, но было без единого изъяна, только в некоторых местах виднелись маленькие шрамы после боёв, которые Син Цю не успел залечить. Он перевел взгляд ниже: широкие плечи, подтянутое тело, все это — красивые бугорки на руках, небольшие кубики пресса и мышцы груди — результаты его тренировок на протяжении всех лет обучению двуручным мечом. Но больше Син Цю нравились разнообразные отметины на шее, ключицах и груди, всему которому были виноваты его руки и его губы. — Чего ты это так пристально смотришь? Тебе не стыдно, м? — экзорцист, скрывая улыбку, спрятал лицо в плече возлюбленного. — Любуюсь, можно? — Да, но только не такими жадными глазами, мне кажется, что я сгорю под этим взглядом. — Тогда когда можно прожигать тебя взглядом? — вызывающим голосом произнес Син Цю. — Ну... — Чун Юнь поднял на него глаза, улыбаясь. — Например, когда мы тра- Договорить ему эту фразу не дали, затыкая самым наглым образом, накрывая губы. Сразу забирая инициативу в свои руки, Чун Юнь полностью навис над Син Цю, упираясь локтями выше его плеч, чтобы не упасть и давая себе поддержку, стоя на коленях. По комнате раздались влажные и неспешные звуки поцелуев. Син Цю завел руки за спину Чун Юня, смыкая, не делая никаких попыток прижаться ближе, потому что знал, что скоро это сделает сам экзорцист. — Ты же собирался спать. — тихо произнес Чун Юнь между поцелуями. — Мне не дали. — выдохнул ему в рот Син Цю, вовлекая свой язык в чужой рот. — Кто же не позволил тебе заснуть? — улыбаясь в губы поинтересовался экзорцист. — Один голубоволосый обнаженный экзорцист. — Кажется, я знаю его. — Да, это самый лучший мужчина на свете. Чун Юнь подложил ладони ему под голову, притягивая ближе. Сил держаться на ногах не было, поэтому он просто лег на тело под собой, прекрасно зная, что тому не будет тяжело. — Твой мокрый член тычется мне прямо в живот. — пожаловался Син Цю. — Какой ужас. Как ты захочешь решишь эту проблему? Син Цю, продолжая исследовать язык Чун Юня, начал водить по его лопаткам. — Сейчас же раннее утро, ты не возражаешь? — поинтересовался экзорцист. Ответом ему послужил изгиб тела Син Цю. — Какой ненасытный молодой человек. — Архонты, Чун Юнь, когда ты научился так язвить? Чун Юнь, занятый тем, что ставил новые засосы на шее, поднял лицо повыше и тихо выдохнул горячим дыханием в самое ухо: — У меня просто замечательный учитель. Тело Син Цю покрылось мурашками от этого низкого голоса, и он поддался тазом вперёд, утыкаясь прямо в живот Чун Юню. — Извини, но у меня нет сил на то, чтобы двигаться. — Ничег-го... Просто двигайся мне навстречу. Чун Юнь не был дурачком, чтобы после стольких лет с Син Цю не знать, что он имел в виду. Опустился чуть ниже, выцеловывая место между ключицами и начал скользить своим членом по члену Син Цю. — Ох... — вырвалось у последнего, когда экзорцист задел особо чувствительную точку. Продолжая повторять движения, Чун Юнь уткнулся в его шею, от чего у Син Цю пошла новая волна мурашек и потягиваний в животе от горячего и частого дыхания. А уши были словно в раю, когда Чун Юнь не сдерживал стон на особо чувствительных касаниях. — Долго я не протяну. — выдохнул экзорцист. — Продержись ещё немного. — тихо произнес Син Цю, выгибаясь. Но как бы Чун Юнь не старался, член Син Цю скользил именно по его любимому месту, поэтому он, не протянув пары минут, не сдержался и кончил, когда трение стало сильным и частым. Быстро поняв, что Син Цю ещё не готов, он рывком спустился, сразу же накрывая его пульсирующий член губами, выбивая из того самый громкий за это утро стон. — Ах... Юнь, я сейчас уже... Чун Юнь ещё пару раз провел языком, после чего быстро помог своей рукой, пока не почувствовал растекавшую по ней горячую сперму. — Иди сюда. — томно выдохнул Син Цю. Он потянул его за плечо, вынуждая того лечь на него и жарко поцеловал в губы. — Я устал. — после последнего поцелуя обмяк Чун Юнь и полностью лег на Син Цю. Тот рукой смахнул пот со своего лба и накрыл рукой глаза. — Опять мы все грязные. Чун Юнь, нехотя, поднялся и взял полотенце с прикроватной тумбочки, которое Син Цю закинул перед тем, как ночью провалиться в сон. Нежно провел по телу Син Цю, вытирая перемешанную сперму, а после с себя, снова куда-то откидывая полотенце и падая обратно на подушку. — Хочу спать. — Понимаю. Они переплели свои руки и ноги друг с другом, как любил делать Син Цю, даже если было жарко. — Солнце почти встало. — пробубнил Син Цю. — Утро началось не с умывания... — лениво сказал Чун Юнь. Син Цю положил свою голову ему на плечо, мягко поцеловав в ключицу. — Я представить не могу, что буду без тебя делать. — сказал он. — Это смущает. — ткнулся ему в макушку экзорцист. — Ты что, смутился? Но тот только улыбнулся и почти сразу заснул.