Театр чертей

Столас помнит, как сложно им давались отношения. Из них двоих особенно Блицу. С детства познавший всю несправедливость жизни, он отказывался идти на любой контакт, кроме сделки, что обязывала приходить каждое полнолуние и играть в любовь. Каждое его действие было грубым, но это не плохо. В какой-то мере, высший нуждался именно в такой грубости. Так, чтобы тело пронизывала сладкая боль на утро, после ночи. Но потом случилось ужасное. Принц осознал, что жить не может без своего Блицци. И дело не только в соитиях, дарящих абсолютное блаженство, но и в потребности быть рядом. Сидеть за одним столом, брать любимого на руки, во время просмотра фильма и чесать ему рога, слушая, как тот тихо мурчит от удовольствия, дарить любовь бескорыстно, без принуждений. Блиц плевался, кричал, что Столас больной, нашёл себе любимую игрушку, что ненавидит всех высших демонов и любви между ними не быть, но принц в это не верил. Он отказывался отступать, желая доказать упрямому бесу искренность своих чувств. Долгие месяцы ушли на то, чтоб стать хотя бы другом, однако Блиц по- прежнему не позволял себя касаться. Он терпеть не мог всякий тактильный контакт. Огрызался, стоило протянуть руку, шарахался как от чумы, а его двухцветная мордочка искажалась в искреннем отвращении к таким действиям. Позже Столас узнал причину. Всё кроется в прошлом. Блиц сам рассказал, что будучи родом с Круга Похоти всякого натерпелся. Подробности не раскрыл, но заверил, что по сравнению с этим, жизнь в цирке- сладкий, тихий Рай. Тогда принц поклялся собственным сигилом присечь все попытки дарить ласку, до тех пор, когда имп будет готов. Время шло, лёд между ними таял. Осознав, что высший зла не желает, красный переползал к нему на грудь и рассказывал о своей жизни. Порой плакал, кричал, что мир вокруг него слишком жесток, что он никому не нужен, ни семье, ни подчинённым на работе ни даже дочери, пусть приёмной, но всё же. Столас молчал, слушал. Это стало их небольшим ритуалом. Блиц часто заходил во дворец, когда никого не было, и отдыхал на пушистой груди птицы. Только в те моменты можно было лицезреть его спокойствие. Принц был до безумия счастлив. Он стал чаще использовать всякие масла для перьев, чтобы сделать их ещё мягче, вычёсываться по сто раз в день, всё ради любимого беса. Собственно, в один из таких дней Столас нарушил клятву. Они лежали вдвоём в саду, под деревом, одни, наедине с собой. Блиц, как всегда, устроился на любимом месте, говорил о работе, о подчинённых, не пускающих его в свою жизнь, о том, что вынужден следить за ними из потребности быть рядом. — Как Милли и Мокси не поймут? Я хочу стать для них другом, не только боссом, ты же понимаешь? — Ах, Блиц, как мне это знакомо — Именно в тот момент, рука аристократа потянулась гладить чужие плечи. Случайность, однако… кажется имп был совсем не против. Наоборот, он прогнулся в спине, прижимаясь ближе к тёмным перьям и заурчал. Ощутив вибрации, исходящие от маленького тела, принц не смог сдержать слёз. Это было прекрасно, лежать вот так и сердцем чувствовать доверие своего любимого. Какое- то время он лежал неподвижно, продолжая ласкать Блица. — Эй, глупая сова, не играй в чувства — Лениво пробурчал тот — Плохо кончится. — Но это не игра — Возразил Столас — Я правда тебя люблю. — Скажешь тоже. — Только прислушайся, моё сердце буквально кричит о любви к тебе! — Сначала все такие «Люблю не могу» и прочие сопли в сахаре — Блиц вздохнул — А потом бросают, не забывая обозвать бездушным фриком, поверь, я знаю. — Эй! — Крикнул принц — Мне ли об этом не знать. Мы со Стеллой разводимся. И…и я боюсь, что она заберёт Октавию…но вместе с тем, так хочется дать нам шанс, Блицци. — ПФ, твоя дочь взрослая, сама разберётся — Фыркнул красный — А насчёт «нас» не трынди, никаких «нас» ещё не было. — Ты познал горький опыт неудачных отношений, как и я, но поверь, это не повод ставить крест на чувствах! Позволь себе любить, позволь мне любить тебя. В доказательство слов, Столас крепче прижал к себе Блица. И тот наконец-то сдался, расслабился. Пользуясь, тем, что принц убрал руку, подполз ближе к его голове. — Наебёшь- убью! — Зло прошипел он, утягивая птицу в поцелуй. С того самого дня прошло два года. Блиц переехал во дворец Гоэтии, однако, кантору свою закрывать на отрез отказался, хоть высший его уговаривал. «Полностью зависить от тебя? Да щас!» — Ворчал он в ответ, и принц в конце концов смирился. Октавия не захотела жить не с отцом не с матерью, поэтому съехала в одно из имений Паймона- своего деда, который завещал его ей. Это же касалось и Луны. Зная характер дочери, Блиц купил для неё квартиру. Та, конечно, побухтела для приличия, но отказываться не стала. Компания «IMP» сильно расширилась, а Милли с Мокси не только получали большую зарплату, но и стали желанными гостями во дворце. Они остались вдвоём. Только бес, демон и прислуга, нельзя сказать, что им легко жилось. Красный был жутко раздражительным. В моменты злости, он хватался за пистолет и разносил всё, что видит. Заметив это, Столас приказал сделать на заднем дворе тренировочные поле. Блиц был очень рад. — Молодец, сова, умеешь думать, когда хочешь! — Сказал он, не забыв подпрыгнуть и ткнуть принца кулаком в плечо. Последний же лишь улыбнулся, видя радость любимого беса. — Ваше Высочество — Слуга, закончивший установку последней мишени, подошёл к птице — Вам не кажется, что многоувожаемый Блиц несколько груб с вами? — Всё в порядке, такой у него стиль общения. Однако ночью, своенравный чёрт был куда нежнее в отношении к высшему. Даже баловал его принингом, особенно после мероприятий, на которых Столас всё ещё обязан был появляться. Один раз он даже взял с собой Блица, для поддержки, но тот в отместку такое ему устроил, что к концу дня бедный демон еле держался на своих дрожащих ногах. Ведь за два года красный выучил все его слабые места и точно знал, как с ними обращаться. — Вот вернёмся домой, я с тебя не слезу — Ругается принц — Зачем вообще было всё собрание прятаться под столом и мять мои лапы? — Что? Ты сам сказал, что они у тебя затекли — Имп злорадно усмехнулся. — Но зачем делать это так…так — Щёки птицы озарил румянец. — Как? Давай, договаривай. — Так двухсмысленно! — А чтоб все поржали с твоей поплывшей рожи! — Блиц! Тот лишь засмеялся, довольный своей маленькой проказой. — Принц Гоэтии, сидит такой расфуфыренный, среди себе подобных, весь красный и лыка не вяжет только потому, что трогают его лапки — Шепчет, прямо на ухо. — Прекрати немедленно! — Распушился Столас. — Ваше Высочество — Прямо у выхода из здания к ним подбежала блондинистая демонесса с очень нахальным взглядом. — Кэтти Килджой, канал «Новости 666» — Представилась она — Можно задать вам пару вопросов? И не дожидаясь ответа, она продолжила: — Многие до сих пор не верят, что вы развелись с княгиней Стеллой ради блудства с каким-то бесом, это правда? — Эй, манда! Я тут стою вообще- то! — Рявкнул бес, однако та не обратила внимания. — И как живётся в голубом статусе? Принц растерялся, хоть он обожал внимание, видеокамеры его сильно напрягали, а возле этой нахалки как- раз толпилась целая съёмочная группа. — Что ж вы молчите, Ваше Высочество? Может прокомментируете хотя бы это?. Один из операторов включил запись на которой было видно, как покрасневший, распушившийся Столас едва не пищит, прикусывая клюв на недавнем собрании высших. Демон закрыл лицо рукой, готовый провалиться на три круга ниже, какой стыд! — ТАК ВСЁ! СЪЁМКИ КОНЧИЛИСЬ! — Вскипел Блиц. — Что? — Я СКАЗАЛ УБЕРИ КАМЕРУ, СУКА ЕБАНАЯ! И ЗАПИСИ СОТРИ! — А если нет? — Саркастично ответила блондинка. Бес подобрал с земли осколок стекла и запустил его прямо ей в глаз. — БУДУТ ЕЩЁ ВОПРОСЫ? Пока девушка в ужасе прикрывала раненое место, с которого порядком текла кровь, Блиц набросился на неё, прижал к земле и начал душить, ударяя об асфальт затылком. Пара работников съемочной группы попыталась помочь журналистке, однако их пыл быстро убавился, когда чёрт пригрозил им кинжалом. Всё это случилось так быстро, что Столас даже среагировать не успел, а когда понял ужас происходящего- долго пытался оттащить Блица от жертвы. Закончилось всё тем, что рогатый испортил все камеры, избил ведущую новостей до полусмерти, и принц навсегда зарёкся брать его на мероприятия. Даже сидя в лимузине, на пути домой, тот не мог прийти в себя — Тише, тише, мой Блицци, прошу…тебе надо успокоиться. — МНЕ НАДО ЧТО?! — А- м- м, сделать массаж, съесть что- нибудь из любимой мексиканской кухни и посмотреть со мной фильм. Как тебе идея? — Неплохо, но если фильм выбираешь ты, я налеплю на глаза огурцы и отрублюсь, пока ты смотришь свои ванильные сопли в сахаре. — Договорились. Разумеется, пришлось платить компенсацию за всё, что устроил Блиц. — Ваш избранник больной на всю голову — Сказала мадам Килджой, забирая толстую пачку денег. — И это говорит леди, устроившая драку с одной из принцесс Ада в прямом эфире? — Глаза Столаса блеснули красным светом — Кто вообще позволил вам съёмку собрания членов Гоэтии? — Это всего лишь бизнес. — Скажу только раз, если вы осмелитесь повторить такое, превращу в камень, ясно? — Взмахнув плащём, принц удалился прочь, оставив демонессу с раскрытым ртом и деньгами. Пусть он понимал, что бес поступил слишком жестоко, из- за него девушка лишилась глаза, но оправдывал- как- никак рогатый всего- лишь защищал его, да и кто бы не взбесился, видя, как его любовь мешают с грязью? После того случая, Блиц никуда не ходил со Столасом. Он даже на улице не желал появляться вместе. «Хуй расслабишься, когда за любой пердёж тебя готовы обосрать на камеру!» — Отвечал на любую попытку совы провести время вдвоём где- нибудь вне дома. Странно, ведь сколько принц его знал, чертёнку не было важно чьё- то мнение, как он сам говорил: «Плевал я на это с балкона!». Такие перемены огорчали, ведь раньше они частенько ходили по городу, в основном в спа- салон, хотя сложно было поверить, что кому-то вроде Блица это нравиться. Что ж, оказалось тот глубоко уважал пилинг и вообще все процедуры, связанные с рогами. Принц помнит, как однажды сфотографировал его, такого милого, с огурцами на глазах и улыбкой, пока две демонессы чистили ему рожки, и как пришлось трижды клясться сигилом, что это фото никто не увидит. Теперь остались лишь воспоминания. Каждое утро имп убегал на работу, возвращался только под вечер, уставший, иногда злой. Один раз он пропал до глубокой ночи. Как-же Столас тогда волновался. Все попытки отследить Блица с помощью магии провалились. Дурной знак. Только равный по силе демон мог перекрыть все пути. Принц даже не чувствовал присутствия своего беса в мире. Это было ужасно, знать, что любимый в опасности и бездействовать, не в силах помочь. Вернулся тот на следующий день. Точней сказать, коллеги привели его под руки. Избитого, с посиневшей, в некоторых местах, кожей, сломанной ногой и бинтованными руками. Сердце демона болезненно сжалось. Он хотел сразу подхватить несчастного импа, исцелить, успокоить, но стоило к нему потянуться- красный дёрнулся, зло сверкнув глазами. — Не трогай меня, чмо в перьях! — Сэр, всё хорошо, успокойтесь — Тихо сказал маленький чёртик, кажется, его звали Мокси. — УСПОКОИТЬСЯ?! — Завопил Блиц — ПОСМОТРЕЛ БЫ Я НА ТВОЮ РОЖУ, ПОСЛЕ ЕБУЧЕГО ПОДВАЛА! — Но это же Столас — Встряла девчонка, очевидно Милли, принц плохо их знал, несмотря на то, что бывали они здесь часто. Он предпочитал не встревать в их с Блицом компанию. — ДА ПЛЕВАТЬ! ВСЕ ЭЛИТАРНЫЕ- УРОДЫ! Только после того, как они вдвоём проводили босса на диван и помогли улечься, демон узнал, что Блиц попал в беду. — Он пришёл к нам ночью, жутко избитый. Мы с Милли сразу взялись его лечить. По его словам, на него напала куча вооружённых наёмников. Наш босс не из тех кто легко попадается, но проблема в том — Говорил Мокси — Что мы оставили всё наше оружие в офисном хранилище. Сердце принца защемило, это ведь он был против оружия в доме. Редко кто дерзнёт покуситься на дворец Гоэтии, а если такие найдутся- станут камнем, поэтому Столас путём долгих уговоров, уверил импа, что хранить «рабочий реквизит» дома нет необходимости. — Блиц очнулся в каком-то подвале. Рассказал, что двое элитарных придурков пытали его. — Кто. Это. Был? — Гневно закричал принц, царапнув когтями стену. — Судя по всему, кто- то из вашей семьи, они говорили о книге. — Стелла и Андреалфус — Столас едва держал себя в руках. Он знал, что его бывшая жена хочет завладеть гримуаром, однако не думал, что она осмелится на такое. — Вы двое, можете идти, спасибо, что помогли Блицу, дальше я сам — Сказал он, выпроваживая двух протестующих чертят из дома. Как только Милли и Мокси ушли, демон опрометью бросился к Блицу. — Бедный мой бесёночек — Причитал, обнимая плечи любимого — Мне так жаль… — Уйди! — Имп оттолкнул его руки. — Я хочу лишь помочь тебе… — Поздно! Всё, уже ничем не поможешь! — Не понимаю, о чём ты. — ПОМОЩЬ, МОЙ ДОРОГОЙ, НУЖНА БЫЛА МНЕ, КОГДА ДОЛБИЛИ МОЛОТКОМ ПО СПИНЕ И ВЫКРУЧИВАЛИ НОГУ! Блиц свирепеет, глаза наливаются кровью. — ТЫ ЖЕ МОГ МЕНЯ ВЫТАЩИТЬ, КАК ТОГДА, В МИРЕ ЛЮДЕЙ, НО ЧТО ТЫ СДЕЛАЛ? Столас молчит. — ЧТО ТЫ СДЕЛАЛ? А НИХУЯ! — Но я даже не мог тебя найти! — А? — Взгляд беса прояснился — В смысле «не мог найти»? — Должно быть мои «дорогие» родственнички использовали свои силы. Они скрыли тебя от меня, чтоб никто не смог помешать им. — Какой же ты бесполезный… — Трагично произнёс Блиц — Именно за это я вас всех ненавижу. Кичитесь своим статусом, издеваетесь, а в реале ничего из себя не представляете, тупые, бесполезные уроды. Слышать эти слова было ужасно больно. Принц понимал, что рогатый лишь выплёскивает свой гнев. Пережить множество пыток- жуткая учесть. Но где-то в глубине души заскреблось неприятное чувство. Неужели он и правда так считает? Демон, дающий ему всю любовь, всё, о чём можно желать бесполезен? — Не говори так, прошу — Столас опустился на колени — Прости меня! Я знаю, что не смог тебя спасти, но сейчас я весь твой, сделаю всё, чтобы тебе стало лучше. Блиц хмыкнул и кое- как развернулся к нему спиной. Принц понял его без слов. Это был один из их жестов. Оба не любили тратиться на речи. Даже Столас, будучи всегда открытым, предпочитал ткнуться импу в шею, вместо просьбы почесать голову. Особенно в моменты усталости, когда на слова вовсе не было сил. А вот истинные намерения Блица узнавались только по жестам, прочитать которые мог исключительно принц, из- за чего вся прислуга дивилась: «Как Его Высочество терпит такого грубияна?» И сейчас, несмотря на колкость слов, сказанных в порыве ярости, он знал, что любимый хочет объятий. Примостившись рядом, Столас прижал к себе чертёнка, на что тот вскрикнул: — Больно, глупая птица! — Прости, я нечаянно — Из- за травм пришлось ограничиться лёгкими касаниями к плечу. Какое-то время Блиц лежал неподвижно, но вскоре завозился у совы под боком. — Тише, родной, тебе нельзя много двигаться. — Сам знаю! Развернувшись, он рухнул мордочкой в мягкие перья и задрожал. — Мне было так страшно, я думал всё, конец — Всхлипывает, прижимаясь ближе. — Обещаю, всё будет в порядке — Говорит принц в ответ — Я свяжусь с отцом, он укажет ей её место. — Ты в этом уверен? — Даже такая стерва как Стелла не осмелится спорить с королём. Имп вздохнул с облегчением. Одна из его рук потянулась демону за спину и немедля углубилась в перья, с нежностью их перебирая. От такого принц заворковал, жмурясь в удовольствии. Внезапно, он ощутил, как хвост Блица оплетает его ногу. Это заставило смутиться. — Чт…что ты делаешь? — То, что меня отмолотили как Мокси не значит, что я не могу почесать любимую, ТУПУЮ птичку — С мурчанием ответил тот — Прости меня, я вспылил, сам не знаю, что за хрень со мной творится. Когда злюсь, то всё, пиши пропало, такого могу натворить… — Тебе не за что извиняться — Столас потёрся щекой о рога беса. — Но это полный капец! Знаешь…мне бы не хотелось говнить тебя каждый раз, когда хреново. — Тогда я научу тебя одной хитрости — Прошептал принц — Преврати свой гнев в нечто прекрасное. — Пф-ф-ф, чего? — Это я узнал от отца. Когда тебе станет плохо, напиши песню или картину, в которую выложишь всю боль. — Хм-м-м — Задумался Блиц — А это идея. Прошло три месяца. Чертёнок полностью выздоровел, Столас же, как обещал, связался с Паймоном. Тот хоть и не одобрял связь сына с плебеем, пришёл в ярость, заверив, что со всем разберётся. Вскоре весь Ад обсуждал личность княгини Стеллы, её брата, их конфликт с королём Гоэтии, а также то, что эти двое чуть под демонический суд не попали. По словам некоторых репортёров, король лично едва не разодрал негодяев на части, как грешников в древнюю эпоху. — Ох и батя у тебя — Хвалил Блиц — Строгий- жуть, но за нас глыбой встанет! Жизнь вновь вошла в привычное русло. Правда имп с тех пор с оружием не расставался. Даже дома носил с собой кинжал, чем пугал прислугу. А так, всё по старинке: работа, поздние возвращения, крики на принца и всё заново. Столаса такой расклад печалил, хотелось, чтобы Блиц чаще был рядом, но тот, как назло всё сильнее зашивался в работу. Порой даже ночевал в своём офисе. А демон не мог заснуть без тихого мурчания рядом. В душе становилось пусто, тоскливо до слёз, тело мёрзло, хоть во дворце было тепло. Когда же они спали вдвоём, лучше не было. Бес возвращался таким измотанным, что сразу ложился спать, без единого слова. От этого становилось ещё больнее. Вот он, любовь всей твоей жизни, но он не согреет, не поцелует в клюв, не скажет «Ночи, птичка» и не почешит голову. Он рухнет в кровать, отмахиваясь от рук, и захрапит спустя секунд десять. Лишь по выходным Блиц становился прежним. Валялся до обеда в кровати вместе со Столасом, удивляясь, как птица от него не отлипнет? А принц всё лежал, ткнувшись головой ему в живот и крепко обнимал двумя руками. — Эй, да харош уже обниматься! — Ругается красный. — М- м- м, нет — Промурчала сова. — Ну, нахер, у меня всё затекло! Имп с ворчанием завозился в объятиях, пришлось отпустить. — Неси масло, птичка. — Масло? Зачем? — Удивился демон. — В смысле «Зачем?», пёрышки чистить будем! — О, Блицци! — Как давно принц не слышал этих слов, аж взволновался. Стоит ли говорить, что для птиц подобное- высший знак эмпатии. Жест любви и полного доверия. — Чё лежишь, красный, как моя жопа? Трахаться не будем! — Вскипел Блиц. Последнее время он стал очень нервным. Любая мелочь могла вывести его из себя. Столас делал всё, чтоб избежать этого, но выходило плохо. Казалось, беса злит всё вокруг. — Прости, милый, просто… — Ах, да, я забыл, что вы- птички бываете слишком ванильными — Усмехнулся рогатый — Лежи, сам принесу. Вернулся он во всеоружии: персиковое масло, пилка под когти, даже лавовые камни где- то нарыл, кажется у принца будет очень приятный день. То, что происходило дальше, свело его с ума. Под спиной тепло от камней, а лапы во власти Блица, мастерски орудующего пилкой. Столас мог поспорить на гримуар, что ни в одном салоне с ним не обращались так бережно. — Хватит пальцы топорщить, неудобно! — Ах, прости, мне так хорошо, не могу это контролировать. — Хм- м- м — Имп улыбнулся во все зубы — А если так? Он обхватил птичью ступню двумя руками и слегка её сжал. Большие пальцы надавили в середину с внутренней стороны, проходясь круговыми движениями. Принц мелко задрожал от удовольствия. — Ну вот, теперь они вообще все сжались — Комментирует Блиц — Что- то ты слишком чувствительный. Тот ничего не ответил. Частое отсутствие любимого, из-за работы, пробудило в нём тактильный голод. Зная, что следующим днём вновь будет один, Столас впитывал каждое касание, пытался запомнить. Когда дело дошло до перьев- его совсем понесло. Он так и извивался от рук беса, втирающих ароматное масло ему в кожу. — О, Блицци, кажется мне больше не нужна книга, чтоб вознестись к звёздам! — Лепечет сова — Нужен лишь ты! — Не вертись, дай закончить — Ворчит красный — У вас в роду точно нет змей? Ты как ёбанный уж в углях. — Не уходи, не покидай меня — Взмолился Столас — Побалуй ещё свою птичку! — О- о- о, ясно, совсем трип ловишь. — Это не трип, мне просто так одиноко, когда ты не рядом. Несильный удар хвостом в бок предупредил: «Заткнись и сиди смирно!», но принц так разомлел, что не видел ничего вокруг себя, отдавшись во власть собственных чувств. — Ах, если бы ты разгрузил свой график, мы могли бы быть вместе чаще. Я так тоскую, Блиц! В тот же миг, он почувствовал, как имп убрал руки. Дело плохо. — НУ ПРОСТИ, ЧТО У МЕНЯ ХЕРОВА ТУЧА КЛИЕНТОВ, ДОЛБЯЩИХ МНЕ В ЛИЧКУ КАЖДЫЙ ДЕНЬ «КОГДА ИХ ОЧЕРЕДЬ»! МЫ ЕЛЕ- КАК СПРАВЛЯЕМСЯ, ДАЖЕ С НОВЫМ ПЕРСОНАЛОМ! ПРИКИНЬ, НЕ ВСЕ ИЗ НАС ЧЕЛОВ КОСИТЬ МОГУТ, ПРИХОДИТСЯ УЧИТЬ! А ЗНАЕШЬ, КАК ТЯЖЕЛО, КОГДА ЭТИ ГРЁБАННЫЕ УРОДЦЫ ТАКИЕ: «ОЙ, Я НЕ МОГУ, ЭТО ЖЕ ДЕТИ», И СЛИВАЮТСЯ, КАК БАБКИ В УНИТАЗ! — Я всё понимаю, но если бы ты работал чуть меньше, то… — ЗАТКНИСЬ! — Имп вскочил на ноги и метнулся к шкафу с одеждой, не закончив начатое. — Нет, пожалуйста… вернись… — Но тот уже хлопнул дверью. «Глупец! Как я мог?» — Мысленно ругал себя демон — «Знал же, что это его разозлит! Пустоголовая птица!» — Снова один, в пустой комнате, от бессилия хотелось плакать. Чтобы хоть как- то успокоиться, он решил немного почитать. Интересная история всегда спасала в трудную минуту. Но перерыв весь стеллаж с книгами, Столас понял, что всё это ему давно знакомо, перечитано сотни раз. Горько вздохнув, пернатый был готов вернуться в кровать и натянуть до головы одеяло, как вдруг ему на глаза попалась тоненькая книжка, которой раньше здесь точно не было. Без лишних раздумий, принц радостно её схватил и пошёл назад в комнату. Устроившись поудобнее, с чашкой фруктового чая, он открыл книгу и удивился. На первой странице, большими кривыми буквами была выведена следующая надпись: «Театор чертей Сопственость Блица» В голову пришла мысль о том, что бес вряд ли этому обрадуется, но любопытство победило. Столас перевернул страницу. На развороте красовался большой рисунок, похожий на детские каракули, внутрь которого был вписан текст. Это нечто напоминало комиксы, которые в детстве очень любила Октавия. «Что- ж, почему нет?» — Решил принц и начал чтение. Разобраться в корявых записях было трудно, однако, он заметил кое- что интересное. Главными героями были два маленьких импа. В одном из них узнавались черты Блица, а второй походил на робо- шута из Лу- Лу Лэнда. Звали их совсем иначе- Дэйн и Вортокс. История же разворачивалась в одном из районов Имп- сити. Гуляя по улицам города, юные чертята наткнулись на странного беса. Он улыбался, но был настолько беден, что живьём срезал с себя кожу, поджаривал и продавал как еду. Герои хотели есть, поэтому решили не брезговать. На вопрос беса: «Ну как, вкусно?»; Дэйн, брезгливо скривившись, ответил: «Полное дерьмо!» Второй комикс был о семье, находящейся в рабстве у высшего демона, который обожал поедать маленьких импов. Как только ребёнку исполнялось десять, родители отдавали его на съедение владыке. В обществе таких чертят презирали, считали за скот, били, обзывали ходячим мясом, а те никак не могли защититься, покорно принимая все удары. Самое страшное, что эта семья даже не пыталась изменить свою жизнь и продолжала плодить детей, как беспомощные свиньи в загоне. После увиденного, принц испытывал двоякое чувство. С одной стороны, ему хотелось выблевать свои кишки наружу, от обилия крови в рисунках. С другой, обе истории имели свою притягательность. Скорбные, несущие боль и отчаянье, но тем не менее, отражающие реальность. Импы правда обездоленная раса, вынужденная работать на благо вышестоящих. Тот же Круг Гнева кормил весь Ад, трудясь на ферме дни и ночи. Но зачем Блиц рисует всё это? Что его гложет? Вопросы остаются без ответа. Щелчок входной двери вывел Столаса из раздумий. Любимый вернулся. Пернатый бросился его встречать. — Милый мой, я уже начал волноваться! В руках у Блица был огромный румяный тако, которым тот весьма аппетитно хрустел. — Сорян, руки заняты — Буркнул тот и пошёл вглубь дворца. — Подожди! — Остановил его демон — Я хочу поговорить с тобой. — Если ты опять заведёшь свою ебень про работу… — Жёлтые глаза зло сверкнули. — Нет- нет, про «Театр чертей» При этих словах, красно- белая мордочка вытянулась от удивления. Принц счёл бы это забавным, если бы бес не шипел от злости. — Рылся в моих вещах?! — Что ты, я нашёл её в библиотеке. — Бля, говорил же я слугам не трогать мои вещи! — Тихо рыкнул Блиц, откусывая тако. Столас готов был поклясться, что увидел его смущение, так быстро сменившее гнев. — Пойдём, нефиг здесь стоять. Сидя на диване, в зале и наблюдая, как имп жуёт, демон не знал, с чего начать. Подбирать слова нужно было очень тщательно, во избежание новой ссоры. К счастью, рогатый сам решил прервать тишину. — Ну, так…ты видел мой комикс… — О, да- да, и у меня столько вопросов — Принц аж распушился — Зачем ты рисуешь так много жестокости? Имп, срезающий кожу, поедание, рабство… как тебе пришло это в голову? — Следую твоему совету — Невозмутимо сказал Блиц — Вот и всё. — Что? — Удивился пернатый. — Сам сказал: «Преврати гнев в нечто прекрасное.» Картина наконец-то прояснилась. — О, теперь понятно, почему один герой так на тебя похож! Но… — Принц всё ещё беспокоился. Если сей жестокое творение берёт начало с эмоций, то что- же творится в мыслях бедного импа? Что его так мучает? — Почему, Блиц? Ты попал в беду? Кто тебя так измучил? — Жизнь, птичка — Со вздохом ответил красный — Мир вокруг нас- дерьмо. Просто в голове не укладывалось. Спустя столько выплаканных слёз, боли, ободряющих слов и заботы, мир Блица должен был стать лучше… но, увы, это не так. Он до сих пор страдает. — Блицци, я… — Столас хотел его обнять. Сказать, что он может помочь, что приложит все свои силы, для того, чтоб излечить его душевные муки, но хлёсткий удар бесовского хвоста об пол сказал: «Вот только попробуй!» Босс I. M. P. не любил говорить о проблемах. По своей воле, ещё мог открыться, но всегда отвергал непрошенную помощь. Принцу пришлось резко сменить тему. — Я…мне очень нравится твои истории! — Правда? — Недоверчиво спросил красный, однако его улыбка говорила о том, что он счастлив такое услышать. — Да — Закивнал демон — В них есть глубокий смысл. — Ну, я рад — Неожиданно, Блиц протянул ему полусъеденный тако — Хочешь? Не ссы, в этот раз без двойного перца. — Спасибо, мой Блицци, спасибо. Это был жест примирения. Имп ненавидел делиться. С того дня больше никто не говорил о «Театре», хотя, Столас иногда посматривал эти каракули, чтобы разобраться в мыслях Блица. Последний был вовсе не против: «Читай, раз сильно нравится». Он даже стал более мягок с принцем: хлопал по плечу, чаще ластился и рычал чуть меньше чем обычно. А в один из дней случилось чудо: обычно угрюмый чертёнок пришёл с работы радостный, как дитя. — Столас, ты не поверишь! — Крикнул он, обняв сову за шею. — И, что же случилось, Блицци? — Ну, ты же знаешь, я рисую комиксы, когда накатит? — Да. — Короче, я опять посрался с Мокси и чтоб не разнести всё нахрен, взял первую попавшуюся бумаженцию и стал рисовать. А тут- херакс! Заказчик в офис припёрся! Я давай всё это дело прятать, но не успел. — И что случилось дальше? — Что случилось? — Радостно вскрикнул Блиц — Ему зашло, представляешь? Сказал, что я круто рисую! Да ещё так фартануло! Оказывается, он пашет в отделе комиксов. При этих словах, руки беса стиснули плечи принца, от чего тот закричал. — Б- Блицци, полегче… — Упс, прости — Красный отстранился — Не каждый день ко мне вваливаются в офис и предлагают издавать каракули на серьёзных щах. — Что- что? — Столас ушам не поверил. — Не, ну ты тупенький? Говорю же! Мне предложили издавать собственный комикс! Круто, да? — Подожди, но… — Какое ещё «но», птичка? — Блиц, недовольно скривился. — Разве «Театр чертей» это не личное? Ты рисуешь его только когда злишься, и…разве можно делиться таким с другими? — Пф, адская простота, все и так знают, жизнь- отстой. Представь, все его увидят и скажут: «Какая жиза!» и захотят ещё — Имп мечтательно прикрыл глаза. А как же I. M. P? — Возразил демон. — Рисовать я могу где угодно! — Уверен? Двойная работа это… — Ой, да заглохни! Справлюсь — Блиц самоуверенно хмыкнул. — Ну, раз так то…я буду тебе помогать — Сказал принц. Он не очень одобрял эту идею, но, делать что- то вместе с любимым Блицци очень хотелось. — Супер! — Радостно крикнул тот, обняв птицу. Так и начался их совместный труд. Дела они распределили быстро, Блиц придумывал истории и рисовал, Столас редактировал тексты. Со временем, чертёнок набил руку, оставив в прошлом «детские каракули». Его иллюстрации стали куда лучше. Спустя месяц, Ад увидел первый том «Театра». Успех был ошеломительный. Все только и твердили о «круто- кровавых» историях и персонажах, так полюбившихся многим. Блиц был горд до безумия. В честь этого, он устроил большой праздник. Позвал всех, Милли, Мокси, Луну, даже Октавия заглянула в гости. Она всё ещё не принимала беса как часть семьи, но комиксом взахлёб зачитывалась. — И- и- и, я поднимаю бокал за Столаса — Крикнул хмельной босс I. M. P. — Своего редактора и просто глупую птицу, жизнь с которой- не такое уж говно! За столом дружно зазвенели бокалы, доверху полные вина. Только Вия осталась в стороне, исподлобья смотря на Блица. — Что случилось, моя маленькая звёздочка? — Спросил принц, видя злость дочери. — Ты серьёзно пап? Он назвал тебя глупой птицей! — Ах, это, ну… Твоя мама и похлеще называла — Шутит Столас, неловко смеясь. — То есть, это по- твоему норм? — Прошипела Октавия — Когда любят- такими словами не бросаются! — Блиц он…он любит меня — Возразил старший — ухаживает за моими перьями, обнимает во сне и… — Не хочу об этом знать — Перебила дочь. — Ох…прости — Принц опустил взгляд, чувствуя себя виноватым. — Да лодно, только не позваляй ему такого, хорошо? — Я…постараюсь — Ясно, как день, Столас не сможет. Блиц всегда бросался колкими, порой оскорбительными фразами. А принц считал это как данность, успокаивая себя тем, что со Стеллой бывало хуже. Он до сих пор помнил, как та унижала его на слётах элиты, и ей явно это нравилось. Ни одного случая не упускала, лишь бы задеть, оскорбить, а Блиц он…он не такой, он любит… В остальном, всё прошло гладко. Не считая пьяной Луны, которая подбила отца соревноваться «Кто больше выпьет» тот конечно отказать не смог, хотя и Милли и Мокси и принц и даже Октавия уговаривали этого не делать. Закончилось всё тем, что нализавшаяся в стельку гончая упала под стол, а пьянющий до звёзд имп полез к Столасу целоваться. Пришлось просить водителя отвезти домой несносную Луну, М&M поехали с ней. Вия тоже ушла, не желая смотреть на «пьяный ужас». Как только все разошлись, демон уложил Блица спать, но тот наотрез отказался отлипнуть от перьев. — Эй, птичка, я тебя люблю… — Я знаю, любимый, я знаю. — А знаешь, сколько, ик, это стоит? Пять мятых баксов и презик… Принц счёл это за пьяный бред, не придав значения. Так он и пробыл с ним всю ночь, охраняя сон. Утром Столас проснулся один. Чертёнка не было рядом. Вздохнув, демон пошёл готовить завтрак. К своему удивлению, на кухне он обнаружил Блица, рисующего комикс. Рядом лежала упаковка таблеток с надписью «От похмелья». Вид у беса был просто ужасный: опухшие глаза, мелко трясущиеся руки; это очень взволновало принца. — Доброе утро, Блицци — Позвал он. Тот даже не шелохнулся. — Эй, Блицци- и- и- и! — Пропел Столас игривым голосом. Тишина. — Блиц! — ДА, ЧТО?! — Резко вскинулся красный. При этом его рука сорвалась, прочертив жирную полосу на бумаге. — Птичьи мозги, вот кто тебя просил?! — Зарычал имп. — Я хотел предложить тебе посмотреть фильм — Принц выставил вперёд руки — И позавтракать вместе. Ты неважно выглядишь, тебе нужен… — Предложил? — Прервал его чертёнок — Всё, проваливай! — Но… — Гов- НО, из- за тебя всё переделывать! — Скомканный лист отлетел в сторону. — Блиц… — Что, Блиц?! Заказчик звонил, нужны ещё комиксы, так что будь добр, СВАЛИ И НЕ МЕШАЙСЯ! — Громкий щелчёк хвоста об пол завершил разговор. Столас отступил назад, держа пред собой руки. Таким его имп никогда не был. Он мог прикрикнуть, нагрубить, но чтобы прогнать от себя со злобным рыком- нет, невозможно. Прослезившись, принц ушёл в спальню и укрылся, с головой, одеялом. На душе было так больно. Чем он заслужил это? Что сделал не так? Ответа не было, была только надежда. Надежда, что Блиц остынет, придёт к нему и извинится. Скажет: «Прости, я вспылил», обнимет, но этого не случилось. Столас уже был готов признать вину, лишь бы помириться с бесом, однако тот пришёл сам. — Эй, ты здесь? — Громко позвал он птицу. — Да, Блицци — Принц вынырнул из-под одеяла — Ты что- то хотел? — Я тут тебе тексты принёс, отредактируй, вечером сдаём — Положив кипу бумаг рядом с кроватью, Блиц ушёл, не сказав больше ни слова. Столас горько вздохнул. Ещё вчера они целовались, а сегодня вся любовь будто исчезла, испарилась. — Нет — Сказал себе принц — Он любит, просто устал, вот и всё. Прошло полгода. Популярность «Театра чертей» не угасала. Наоборот, все буквально помешались на этом. Новые выпуски разлетались со скоростью света. В интернете стали появляться анимации и клипы, с участием любимых персонажей. Однако, всеобщая любовь стала настоящей трагедией. Заказчик требовал больше новых историй, что заставило Блица разрываться между I. M. P. и новым делом. Передать компанию Луне он отказался, назвав дочь безответственной малолеткой. В бесконечной круговерти дел, у него не осталось времени для Столаса. Они общались, только когда бес приносил ему новую пачку текстов. Их совместные дни исчезли. Всё свободное от убийств время рогатый сидел в личной комнате и рисовал. Еду ему носили слуги. Пару раз принц пытался отвлечь беса, желая хоть немного побыть с ним, как в старые добрые, но после жёстких ударов в лицо и громких «СВАЛИ, ПТИЦА!» оставил эту идею. Как бы не было больно признать, они отдалились друг от друга. Блиц больше не тянулся гладить перья, мог ударить или пригрозить кинжалом. А Столас по- прежнему любил его. Так отчаянно, что готов был закрыть глаза на всё происходящее. «Это пройдёт» — Успокаивал себя он — «Просто сложный период, и я должен, должен ему помочь.» Проснувшись однажды, принц услышал какой-то шум из ванной комнаты. Это не был шум воды или матерного пения, что часто делал Блиц, плескаясь в душе. Это было что- то тревожное, что- то, что заставило сову насторожиться и бежать к нужной двери. И длинные птичьи ноги подкосились, когда перед глазами предстал имп…самый любимый во всей адской бездне. Он стоял к птице спиной, но в зеркале было всё видно. То, как он судорожно держит нож и как кромсает им вторую руку. Она была вся чёрная от крови, разодранная, без единого дюйма кожи, а Блиц улыбался в слезах, нанося всё новые порезы. — Нет, нет, НЕТ! — Столас бросился к нему, поднял на руки, выхватывая лезвие — Блицци, прошу… — ЗАТКНИСЬ! — Удар кулаком в плечо — ОСТАВЬ МЕНЯ! Бесёнок весь изворачивается, хочет дотянуться до ножа, но принц не позволяет. Прижимает его к себе, отбросив кровавое лезвие. — УЙДИ! — Истерично кричит Блиц — ЗАЧЕМ ТЕБЕ ТАКОЙ МУСОР?! — Ты- не мусор! Ты- мой самый родной имп во всей бездне! — Возразил Столас. — У МЕНЯ НИЧЕГО НЕ ВЫХОДИТ! ВСЁ, ЧТО Я ДЕЛАЮ- ХУЙНЯ! ЗАВТРА СДАВАТЬ НОВЫЕ ГЛАВЫ КОМИКСА, А ЧТО У МЕНЯ ЕСТЬ? НИЧЕГО! Я- БЕЗДАРНОСТЬ! — Успокойся, прошу — Совсем тихо сказал принц, роняя слёзы. Видеть любимого в таком состоянии было невыносимо. — ХОЧЕШЬ, ЧТОБ Я УСПОКОИЛСЯ?! ДАЙ МНЕ НОЖ! — Яростно взревел красный. — Блиц… — Демон не знал, что ему делать. Совладать с печалью дочери было нетрудно. Быть рядом, дать желанную уверенность, что отец никогда не бросит- достаточно для неё. Но когда твоя любовь хватает нож и режет себе руки, кричит, плачет, отвергая любую помощь- по неволе теряешься, чувствуешь себя бессильным. Столас знал, слова бесполезны, потому он отнёс беса на кровать и лёг рядом, обнимая. Тот упорно сопротивлялся, рычал, пытался укусить, но принц не отступился. Его пальцы гладили спину, плечи, желая хотя-бы отвлечь от самобичевания. Наконец, спустя тысячи нежных касаний, Блиц успокоился. — Зачем…зачем ты это делаешь? — Внезапно спросил он сову. Голос его был тихим, печальным, безжизненным, что не свойственно крикливому чертёнку. — Я люблю тебя — Ответил Столас. — Кого ты дуришь, птица? От меня все отвернулись, так с чего тебе притворяться? — Я не притворяюсь, правда. — Все притворяются. — А как же твои коллеги? — Когда ты в последний раз их видел? — Оскалился Блиц — Я не говорил, но… I. M. P. на грани развала. — Как же так? — Воскликнул принц — Вы всегда прикрывали друг друга! — А теперь нет. Мало того, ещё и других подбили! А ведь я считал их друзьями. Остекленевшие, пустые глаза беса были полны слёз. У Столаса сжалось сердце… Было ясно, как день, одной только любви недостаточно. Пусть Блиц противился, заявляя, что с ним всё в порядке и лечить надо не его, а «дерьмовый мир», демон заказал для него таблетки у Бельфигора. В былые времена он часто к нему обращался. Жизнь бок о бок со Стеллой приносила немало боли и чтоб не сломаться в конец, принц сидел на антидепрессантах. Он надеялся, что это поможет, Блиц излечится и станет прежним весёлым импом, который так полюбился ему с самого детства. Не в силах всегда быть рядом из- за своих обязательств, Столас приставал одного из слуг к Блицу, чтоб тот следил за его состоянием, а также принятием лекарства. Близился очередной фестиваль урожая. Ехать туда совсем не хотелось, но, в противном случае голодать будет весь Ад. Пришлось оставить свою любовь дома и надеяться, что выбранный слуга справиться со своей задачей. День был ужасно тревожным. Даже знаменитые игры боли не могли отвлечь принца. Его мысли занимал лишь Блиц. Как он там? Вдруг ему плохо? Может стоило взять его с собой, а не оставлять дома? — это сводило с ума. Хотелось всё бросить и быстро поехать домой, но, увы, нельзя, долг Гоэтии. С трудом дождавшись конца, Столас уже собирался исполнить свои планы, как вдруг средь толпы заметил двух знакомых чертят- Милли и Мокси. Вспомнив о разладе I. M. P., он решил поговорить с ними, а заодно примирить с Блицом. Принц был уверен, что как только они узнают о беде босса- забудут все обиды и помогут. — Простите, Милли?.. Мокси? Те сразу обернулись. — Ваше высочество? — Удивлённо спросила чертовка. — Подойдите сюда, скорее. Ребята повиновались и спустя пять минут проталкивания сквозь толпу стояли перед высшим. — Вы что- то хотели? — Это касается Блица. При упоминании его имени, Мокси скривился и даже зарычал. Заметив это, Милли стала торопливо гладить рога мужа, шепча, чтобы тот успокоился. — Ему сейчас так плохо — Продолжил принц — Он страдает. Неделю назад он…резал руки в ванной. Я знаю, что вы поругались, но прошу, отбросьте обиды, ваша поддержка и дружба так нужны ему. — Да? Неужели ему нужны мы- инцестовые уродцы? — Фыркнул Мокси. — Что? — Удивился Столас — Вы же всегда стояли горой друг за друга, неужели Блиц мог… — Да, ещё как! Он стал просто невыносимым, вечно орёт и оскорбляет! Работать в таких условиях не- воз- мож- но! — Верно, кивнула Милли, даже Луне сильно доставалось, так перидайте ему, что «бесполезные, тупые хуебесы» не хотят иметь с ним ничего общего! — Развернувшись, они ушли, оставив принца наедине с мыслями. Он всё ещё отказывался верить в то, что его любимый бес на самом деле такой, хоть и сам неоднократно получал оскорбления и удары, винил работу, сложные дни, депрессию, но не Блица. Вернувшись домой, демон насторожился. С кухни отчётливо слышался глухой звук ударов на пару с жуткими хрипами. Бросившись туда, он обнаружил поистине ужасное зрелище: Блиц избивал плетью того самого слугу, который за ним присматривал. Бедняга был так измучен, что не мог встать, просто лежал на полу, принимая всё новые и новые удары. Кожа полопалась, из ран сочилась кровь. — ЧТО Я ГОВАРИЛ? МНЕ НЕ НУЖЕН КОНВОЙ! НО НЕТ, «ЭТО ПРИКАЗ ПРИНЦА» — Блиц был бесжалостен. Продолжал бить, даже когда слуга захрипел, в мольбах о пощаде. — НУ, КОНЕЧНО, НУЖНО ВСЕ МОЗГИ МНЕ СВОИМИ ТАБЛЕТКАМИ ВЫЕБАТЬ! Столасу стало плохо. На глаза навернулись слёзы, как в детстве, при виде фотографии Стеллы, душащей бедных, невинных зверушек. Как бы не было ужасно признавать, любимый был так похож на неё, с садистской улыбкой и налитыми кровью глазами, жестокий, неумолимый. Впервые за все годы, принц испугался Блица, не зная, как оправдать происходящее. — Прошу тебя, остановись! — Можно заночевать у тебя? — Папа, что случилось? — Октавия никак не ожидала увидеть отца в поздний час. Он стоял на пороге её дома склонив голову и, кажется, плакал. — Блиц…он…он напал на меня с ножом — Столас рухнул головой на плечи дочери, с громким рыданием — Я уже не знаю, что делать. — Превратить в камень — Грозно ответила Вия. — Нет! — Вскрикнул принц — Пожалуйста. — Он чуть не лишил тебя жизни! — В гневе распушилась девушка — Я всегда знала, что с ним что- то не так. — Прошу, не говори ничего отцу. — Как я могу молчать, зная, что ты в опасности?! — Это моя вина, мы поспорили из- за комикса, и он сорвался. — Офигенно он у тебя «срывается» — Октавия сверкнула глазами. — Пойми, ему просто нужна помощь! — Что? — Блиц уже очень долго страдает, и я должен быть рядом! Потому, что люблю его. Сидя в просторной гостиной с чашкой чая, Столас немного пришёл в себя, успокоился. — Ну так…как тебе здесь живётся? — Спросил он, нервно постукивая по столу пальцами — Отец не сильно строг? — Да не — Махнула рукой Вия — Он приходит только в мой день рождения. — Только не говори, что вы вместе ходите в цирк. — Пф- ф- ф, нет, он даёт мне деньги на подарок и всё. Это круто, полная свобода, плюс, я могу постоянно пополнять свою коллекцию странных чучел, без упрёков а- ля «Как юная леди может чем- то таким увлекаться! " — Хе- хе, здорово ты маму пародируешь — Столас улыбнулся. — Сейчас, подожди — Октавия куда- то ушла и через минуту вернулась с огромной пятиглазей ящерицей, зактытой стеклянным колпаком. — Вот это я купила недавно, правда она милашка? Жемчужина моей коллекции. — О, она прелестна — Тревожная трелль телефона заставила принца отвлечься от милой беседы с дочерью. — Подожди, сейчас — Он вздрогнул и помрачнел, стоило ему принять вызов. — Это Блиц, я…я должен идти. — Ты уверен? Он напал на тебя с ножом! — Да. Он пропадёт без меня, я ему нужен. — Надеюсь ты знаешь, что делаешь. Столас пытался помочь, заставлял пить лекарства, обнимал каждую ночь, шепча что- то приятное, поддерживал и никогда не злился, даже когда бес душил его в приступе ярости. Но это не помогло. И однажды, он нашёл Блица повешенным на дверной ручке. Убитый горем, принц дал себе обещание, что любимый никогда не погибнет. Пусть его больше нет, его комикс продолжит жить. Только теперь истории не были столь жестоки. В них было много печали и философии. И размышлений о времени. Если бы можно было всё исправить…но, увы, ничего не вернуть, выбор сделан. Блиц выбрал смерть. Столас- жизнь.