Start Line

      На семнадцатилетие Тэхёна Кай купил ему колоду карт и книгу фокусов. Тэхён до сих пор помнит, как Кай посмотрел на него, когда вручал ему пакет, завернутый в остатки оберточной бумаги от подарков Субина на день рождения. «Мы долго будем командой», — сказал он, его щеки порозовели. «Ты мой лучший друг, и ты мне очень помогаешь, поэтому я хотел подарить тебе что-нибудь, что тебе понравится».       По правде говоря, если бы Тэхёна спросили, он бы и не догадался, что Кай считает его своим лучшим другом, хотя он так думал о Кае. Он бы догадался о Субине, потому что Кай и Субин всегда были привязаны друг к другу, как связаны люди, которые нуждаются друг в друге, и Тэхен никогда не думал вмешиваться в это. Он разорвал оберточную бумагу (небесно-голубую, с разбросанными на ней щенками в разных игривых позах) и понял, как много думал Кай, вкладывая в свои подарки… Как много он, должно быть, изучал Тэхёна, слушал его разговоры и заботился о нем, чтобы сделать это для него.       Тэхён даже не был уверен, откуда он взял на них деньги, потому что тогда им точно еще не платили, а Кай часто тратил свои карманные деньги, выделенные ему родителями, сразу, как только он их получал вместо того, чтобы копить, как Тэхён. Зарплата от летней работы Кая, той, что у него была до того, как он стал трейни, давно закончилась, что беспокоило Тэхёна, но Каю это казалось новым началом.       Так что, если бы кто-то спросил Тэхёна сейчас, он бы сказал, что это был момент, когда он понял, что Кай будет его лучшим другом на долгое время — его лучшей половинкой, его соучастником в преступлении, его красивым помощником в фокусах.       Сейчас им обоим по девятнадцать, и все карты мягкие, потертые от использования и погнутые по углам. Корешок книги заклеен двумя слоями клейкой ленты, по одному на каждый случай падения передней обложки. Тэхён перечитывал большую часть страниц снова и снова так много раз, что запомнил их, но он открывает один из разделов в конце, с которым он еще не очень хорошо знаком, и садится, положив книгу на колени, чтобы перетасовать свою колоду карт — ту, что подарил ему Кай, а не ту, что пылится на его книжной полке, которую он использует только в особых случаях, например, когда показывает фокусы вживую, — рассеянно читая.       Не проходит и минуты, как он чувствует знакомую тяжесть Кая, прислонившегося к его икрам, и слегка поёживается, когда его волосы щекочут его. Немного неловко, когда Кай, который мог бы легко занять весь диван в одиночку, ложится на него так, будто у него была только одна подушка, на которой он мог бы растянуться, но Тэхён не особо возражал. Он знает, что общение с Каем не всегда было легким, но он не может вспомнить время, когда это не было так естественно и не казалось таким правильным.       Кай упирается головой в колено Тэхёна, чтобы посмотреть, что он делает. Не глядя на него, Тэхён гладит его по макушке, как будто Кай — щенок-переросток, а не товарищ по группе. Это приятно. Сегодня они завершили длинную серию фотосессий, и Тэхён недостаточно устал, чтобы заснуть, так что тихая ночь с Каем, который медленно забирается к нему на колени и ничего не делает, кроме того как обнимает его, звучит как идеальный способ закончить день для Тэхёна.       Но, как обычно, в общежитии безмятежность остается недолго. Блаженная вечерняя тишина нарушается, когда открывается входная дверь, и Бомгю кричит так громко, что Кай падает с дивана, а Тэхён дергается, и его карты вылетают из его рук в середине тасовки, рассыпаясь по его коленям, полу и Каю.       — Хён, — жалуется Кай, но Бомгю даже не удостоил его взглядом, когда выбежал из кухни в коридор, где Ёнджун выскальзывает из своего пальто. Тэхён хмурится и стряхивает с колен несколько карт, раздраженный мыслью убедиться, что он ничего не потерял.       — Хён! — говорит Бомгю, слишком громко для их квартиры и слишком близко к лицу Ёнджуна для громкости его голоса. — Ты… с Юджин…?       Хмурый взгляд Тэхёна усиливается, потому что он не помнит, чтобы Ёнджун говорил о Юджин, и теперь даже Субин, который спал в своей комнате, присоединился к Бомгю, выглядя бодрее, чем за весь день. На полу Кай выглядит потерянным, переводя взгляд с Ёнджуна на Тэхёна. В его волосах дама пик, и Тэхен выдергивает ее и приглаживает волосы, слишком растерянный, чтобы смеяться.       Вместо того, чтобы ответить на вопрос Бомгю, Ёнджун только ухмыляется, а Бомгю снова кричит что-то неразборчивое, а Субин смутно выглядит так, будто вот-вот потеряет сознание.        — Кто такая Юджин? — требует ответа Кай обиженным тоном.       Это только заставляет Бомгю и Субина хихикать, когда Ёнджун пытается не заикаться в ответ.        — Она, ммм. Девушка. — неуверенно говорит он.       Он корчит лицо, которого Тэхён никогда раньше не видел, и беспомощно машет руками — и тут до него доходит. Под Тэхёном лицо Кая покраснело, как свекла, что означает, что он, должно быть, тоже понял, и Тэхён разрывается между нервозностью, жгучим любопытством и отвращением.       — Енджун-хён хочет сказать, — объясняет Бомгю, — что после нескольких месяцев жалоб на одиночество он наконец нашел кого-то, с кем можно переспать!       Субин, который по идее зрелый лидер их группы, не может сохранить серьезное выражение лица и начинает хихикать. Ёнджун проводит рукой по своим (неряшливым, растрепанным, как рубашка, которая на нем едва застегнута наполовину) волосам и тяжело вздыхает.       Внезапно Тэхён стал намного меньше заботиться о том, чтобы достать свои карты из-под дивана, хотя он встал на колени рядом с Каем, чтобы собрать их, потому что не уверен, что сможет справиться с такой близостью к Ёнджуну после того, что он сделал.        — Не могу поверить, что ты сказал Субин-хёну, а не мне, — восклицает он. — Не могу поверить, что ты рассказал Бомгю-хёну, а не мне!       Тэхён знает, что он не так много слышал о романтических стремлениях Ёнджуна, как другие участники, но он все еще хочет узнать больше. Есть еще некоторые вещи, которые хёны обсуждают только между собой, вещи, о которых Ёнджун и Субин говорили наедине, пока Бомгю не стал взрослым и они не начали раскрывать ему свои секреты. Тэхен не знает, когда эта привилегия дойдет до него и Кая, но он начинает думать, что этого не произойдет, если судить по сегодняшним событиям.       Судя по всему, сексуальная жизнь Ёнджуна — одна из тех запретных тем, предназначенных только для хёнов. В этом есть смысл, но Тэхен все еще считает, что это немного несправедливо.       — Ты ещё ребенок, — говорит Ёнджун. Если Тэхён присмотрится, его уши могут быть немного красными, но это, скорее всего, принятие желаемого за действительное.       — А Бомгю нет? — недоверчиво говорит Тэхён. Ёнджун поджимает губы и качает головой, а Бомгю, который явно очень старался оставаться тихим, издает прерванный визг.       Тэхён почти уверен, что Ёнджун просто смущен, потому что он никак не может утверждать, что Бомгю больше подходит для того, чтобы услышать эту информацию, учитывая то, как он приветствовал Ёнджуна, когда тот вернулся домой.       Тэхён даже не знал, что Ёнджун сегодня вечером уезжает.       — Я хочу жить, как ты, — жалуется он. Кай протягивает ему стопку карт, примерно половину колоды, и Тэхён понимает, насколько тихим он был с тех пор, как Бомгю рассказал, что делал Ёнджун. — Хён, будь милосерден. Остальные из нас были заперты здесь, пока ты жил своей лучшей жизнью.       — Я не думаю, что вы сможете жить моей жизнью, если вам это не нравится.— говорит Ёнджун. Его тон скептичен, но также любвеобилен. Наконец он уходит от двери, направляясь дальше в квартиру, а Бомгю и Субин следуют за ним по пятам. — Кроме того, это стоило больших усилий. Нам нужно было сдать анализы, и она должна была подписать соглашение о неразглашении, а после этого мне пришлось вызывать одного из наших водителей. Худший позор на свете. Я не знаю, почему она все ещё хотела меня.       — Возможно, потому что ты сексуальный и знаменитый, — говорит Субин, наконец овладев безучастным выражением лица, но только до тех пор, пока Ёнджун не бросает на него взгляд. — И потому, что ты хороший парень, конечно. Но в основном потому, что ты сексуален.       В этот момент Тэхён перестал задаваться вопросом о сомнительных вещах, которые говорят его участники. Субин может искренне хвалить Ёнджуна (редко), но Тэхён не может представить, как он в перспективе будет говорить о своем парне. Возможно, они действительно проводят слишком много времени вместе. Тэхён собирает последние карты и аккуратно раскладывает их вместе с книгой, а Ёнджун садится на другой конец дивана.       — Но оно того стоило? — говорит Кай после паузы, впервые заговорив с тех пор, как спросил, кто такая Юджин.       Ёнджун снова ухмыляется, и у Субина отвисает челюсть, а Бомгю бросается Ёнджуну на колени, ожидая, что его поймают — что, конечно же, Ёнджун и делает.       Кай снова краснеет, выглядя неловко по сравнению с тем, насколько хаотичны другие участники.        — Кай-я, — мягко говорит Тэхён, и на лице Кая появляется облегчение, когда он понимает приглашение и снова прижимается к боку Тэхёна.       — На самом деле, рассказывать особо нечего, — говорит Ёнджун в ответ на шквал вопросов, которые Бомгю и Субин задавали ему с тех пор, как он сел. — Вы знаете, я предпочитаю парней, но она горячая, и время сработало, и у нас есть химия. Никто из нас не хотел ждать.       — Должно быть что-то веселое, о чем ты нам не рассказываешь, хён, — льстит Бомгю.       — Но ты расскажешь мне все подробности позже, верно? — добавляет Субин. Ёнджун подмигивает ему, совсем не лукаво, и любопытство, которое Тэхён, возможно, чувствовал, когда Ёнджун впервые пришел домой, исчезает, когда он снова понимает, насколько несносны его хены. Интеллектуально у него есть вопросы, на которые он предпочел бы узнать ответы в безопасной среде, но он скорее просмотрит плохие источники в Интернете, чем ещё послушает, как Ёнджун намекает на то, что он сделал с девушкой, о существовании которой Тэхён не знал ещё пятнадцать минут назад.       Бомгю дуется.        — И мне?       — Если я не скажу Тэхёни и Хюнини, я не смогу рассказать тебе, — говорит Ёнджун, взъерошивая волосы Бомгю.       Бомгю возмущенно кричит, но больше не давит. Хотя Тэхён все еще раздражен, он удовлетворен обещанием Ёнджуна считать Бомгю находящимся на одном уровне с Тэхёном и Каем, с точки зрения того, кому он доверяет, даже если он просто не в настроении говорить и передумает позже. Ёнджун знает, что, помимо того, что Тэхён и Кай спрашивают его напрямую, они не против участвовать в разговорах, которые ведут между собой старшие участники.       Во всяком случае, Тэхён не обижается на это. Есть вещи, о которых он говорит только с некоторыми участниками, но особенно с Каем.       Хотя Бомгю (цепляющийся за Ёнджуна, как осьминог, скорее всего, спящий) и Субин (распластавшийся на полу, нахмурив брови, просматривая свой телефон) притихли, атмосфера уже не та, что была раньше, и Кай все ещё странно напряжен рядом с Тэхёном. Тэхён предпочел бы сделать так, чтобы Каю стало лучше, чем тратить время на собственные мысли.        — Думаю, я пораньше лягу спать, — сказал он так небрежно, как только мог, прижавшись щекой к макушке Кая. — Пойдешь со мной?       Они живут в одной комнате с тех пор, как переехали, но Тэхён знает, что Кай распознает приглашение как  предложение поспать вместе и насладиться обществом друг друга, а не просто синхронизировать их графики. Их кровати больше, чем в их старом общежитии, и Кай чаще всего воспринимал это как приглашение разделить постель с одним из своих хёнов.       Обычно это заканчивается Тэхёном, хотя Субин также является главным претендентом. Прошло много времени с тех пор, как Тэхён просто предполагал, что это вопрос удобства, а не то, что Кай действительно хотел проводить время рядом с ним.       Кай кивает, достаточно, чтобы подтвердить то, что Тэхён уже предполагал, что он скажет.        — Время спать? — говорит Ёнджун. Он потягивается — осторожно, чтобы не сбросить Бомгю со своей груди, и сердце Тэхёна сжимается от нежности. Все пятеро растут, но самое лучшее в этом то, что они всегда поддерживают друг друга. — Спите спокойно, мои дорогие.       Ёнджун целует Кая в макушку, когда тот встает, что заставляет его хмуриться, но в уголках его губ играет легкая улыбка, когда он поворачивается к Ёнджуну спиной, и часть напряжения исчезает с его плеч.       Они по очереди готовятся ко сну, и Кай уже ждет Тэхёна в его постели к тому времени, когда он закончит чистить зубы, натянув на плечи одеяло. Он притягивает Тэхёна к себе за талию, что заставляет Тэхёна смеяться.        — Ты такой ласковый сегодня. — говорит он, радостно позволяя Каю обнять его сзади, как одну из своих плюшевых игрушек. — Ты скучал по мне?       Нос Кая упирается в затылок Тэхёна. Даже так Тэхён чувствует себя полностью окруженным Каем, в его руках тепло и безопасно.        — В последнее время мы мало времени проводили дома, — говорит он.       Это правда — они так заняты в эти дни, что иногда все, на что у них есть время, это залезть в постель, и такой совместный сон может быть удушающим. Теперь, когда их рабочая нагрузка уменьшилась, Тэхён хочет проводить больше таких ночей со своими мемберами. Что же касается ночей, которых с нетерпением ждут его участники — ну, он не может точно подтвердить их.       Тэхён все еще чувствует некоторую неловкость и напряженность от Кая, что совсем не похоже на то, как он обычно ведет себя с мемберами. Тэхён ненавидит, когда Кай расстроен. Он не скрывает свои чувства и не стесняется их, но все равно больно видеть, как ему больно, даже если он не знает, как выразить это словами.       Кай всегда хорошо помогает Тэхёну чувствовать себя лучше, когда ему плохо, дает ему пространство, когда ему это нужно, и безопасное место, куда он может прийти, когда хочет поговорить. Тэхён хочет сделать то же самое для него, потому что он заслуживает этого за то, что он такой добрый, заботливый и действительно такой замечательный человек, что Тэхён иногда не понимает, как он существует в мире, который иногда может быть таким жестоким.       — Ты хочешь поговорить о том, что было сегодня? — тихо спрашивает Тэхён. Он поворачивает голову достаточно, чтобы Кай почувствовал, что обращается к нему, но не настолько, чтобы разобрать выражение его лица. Он надеется, что Кай знает, о чем он говорит, и Тэхён он знает, что поймет, даже если решит интерпретировать слова по-другому, чтобы избежать этой темы. — Я знаю, что это было довольно ошеломляюще.       Лоб Кая касается шеи Тэхёна. Тэхён поворачивается лицом к другому концу комнаты. Одна рука Кая обвивает его талию и скользит под рубашку, чтобы массировать его голый живот, по-видимому, скорее инстинктивно, чем мысленно.        — Ты не выглядел очень удивленным, — говорит он.       Тэхён пожимает плечами. Должно быть, ему удалось лучше, чем он думал, скрыть, насколько противоречивы его чувства.        — Думаю, я был бы менее удивлен, если бы Субин-хён не был так сильно влюблен в Чонгука-хёна все время.       Тэхён боялся, временами иррационально, что его мемберы больше не будут относиться к нему так же тепло, когда они начнут заводить отношения. Но отношения Субина с Чонгуком были своего рода звоночком. Он пришел к выводу, что его хёны были такими же хёнами, какими они всегда были, независимо от того, какие отношения у них были в свободное время. Субин старался заверить Тэхёна, что он не собирается относиться к нему иначе, чем к любому другому мемберу, и что его отношение к Тэхёну теперь не изменится.       Это, а также тот случай, когда он пришел домой пораньше и обнаружил, что они целуются, Субин, согнувший Чонгука над их кухонным столом, были картиной, которая не покидала его мысли в течение нескольких недель.       Кай ерзает, отодвигаясь, чтобы чувствовать себя более комфортно, но все же остается достаточно близко, чтобы Тэхён чувствовал его дыхание на своей коже. Он вздыхает.       — Да, но это другое.       — Ты знаешь, что они все еще…       — Лучше бы я этого не знал! — Кай вскрикивает. Его рука неподвижна. Его ладонь, теплая и удобная, лежит на боку Тэхёна. — Я не знаю, что хуже — так думать о Субин-хёне или о Чонгуке-хёне.       Тэхён весело фыркает. Несмотря на тон Кая, он знает, что не заставил его по-настоящему чувствовать себя некомфортно. Тем не менее, есть еще одна возможная причина, почему Кай казался таким недовольным с тех пор, как Ёнджун вернулся домой, та, о которой они никогда раньше не обсуждали между собой, та, которая заставляет Тэхёна чувствовать то же самое, что и в первый раз, когда он понял, что отношения Субина с Чонгуком были не просто романтическими—       — Это то, что тебя интересует? — говорит Тэхён, осторожно сохраняя ровный голос, хотя его сердце быстро бьется. — Потому что это… сейчас нам разрешено.       Помимо желания, чтобы Кай чувствовал, что ему есть с кем поговорить, он на самом деле не думает, что он лучший человек для этого разговора. Ёнджун был бы намного лучше, или Субин, или Бомгю, потому что все они способны быть серьезными и полезными, когда это необходимо, даже если они много бездельничают.       Такие вещи не так важны для них, как для Тэхёна и Кая, не говоря уже о том, что главные тревоги Тэхёна по поводу отношений в значительной степени отличаются от тех, что есть у других участников. Он больше обеспокоен тем, что руководство думает, что он слишком строго следует правилам, и один раз, когда местный медицинский эксперт компании прочитал ему лекцию о безопасном сексе в качестве айдола, это легко входит в пятерку самых унизительных опытов, которые пережил Тэхён с момента дебюта. Он был смущен совершенно иначе в отличие от Кая, который будет чувствовать себя смущенным, когда он неизбежно решит, что ему нужно выпустить пар таким образом.       Кай яростно мотает головой.       — Нет! — говорит он слишком громко. Его рука вырывается из-под рубашки Тэхёна. Тэхён предполагает, что если бы включили свет, он бы снова увидел Кая ярко-красным. — Я к этому не готов. Я еще даже ни с кем не целовался.       Кай определенно краснеет после этого признания, и последнее, чего хочет Тэхён, — это заставить его чувствовать себя еще более неловко, хотя он понимает все меньше и меньше того, о чем говорит, пока их разговор продолжается.        — Некуда спешить, — мудро говорит Тэхён. — Ты должен идти в своем собственном темпе. Если ты не готов кого-либо целовать или если нет никого, кого ты хочешь целовать, то тебе и не нужно.       Вот. Это хорошо, верно? Это совет, которым Тэхён отчаянно утешал себя в прошлом, но он думает, что это может сделать его еще более голодным до того, чего он не может иметь.       — Я чувствую, что что-то упускаю. Я имею в виду, потому что хёны в восторге от этого, — говорит Кай. По-видимому, преодолевая свое прежнее смущение, он проводит большим пальцем по краю рубашки Тэхёна. — На что это похоже? Целоваться?       И это… на самом деле совсем не то, что Тэхён ожидал от Кая, но сегодняшний вечер был неожиданным во многих смыслах. Тэхён не знает, как с этим справиться, это не то, что Кай должен был сказать, если он напортачит, это будет неловко для них обоих, и тогда будет трудно говорить о таких вещах, как раньше.       Вдох. Кай не ожидает ничего грандиозного, он просто хочет уверенности Тэхёна. Он хочет совета от кого-то, кто его понимает, кто-то, кто немного более опытен, чем он. Тэхён должен справиться с этим, верно?       Дело в том, что Тэхён не совсем подходит под описание работы. — Эм, — говорит он. Не облажайся это, не облажайся это, не облажайся. — Это приятно, наверное.       Если раньше его кровяное давление повышалось, то сейчас его сердце почти выпрыгивает из груди. Тэхён сам навлек это на себя, не так ли? Наступает пауза в тишине, которая не совсем неудобна, а затем:       — Ты такой же скупой на детали, как Ёнджун-хён.       Тэхён поворачивается в объятиях Кая, чтобы посмотреть ему в лицо. Они почти нос к носу, делят подушку с Тэхёном. Глаза Кая широко раскрыты, как блюдца.       — Я не знал, что ты хочешь их от него, — дразнит Тэхён.       Это больше похоже на знакомый стеб, к которому они привыкли. Ему это нравится, а Кай нравится ему еще больше.       — Я этого не говорил, — возражает Кай. Но затем его взгляд смягчается, он наклоняет голову и уткнется носом в ключицу Тэхёна. — Спокойной ночи, Тэхён-а. Спасибо, что поговорил со мной.       — Я всегда рядом с тобой, — говорит Тэхён, хотя ему это и не нужно. Кай уже знает это, потому что они каждый день показывают друг другу, как много они значат друг для друга. Довольный, Тэхён обхватывает одной рукой поясницу Кая, чтобы держать его рядом, пока они спят. Он любит своего лучшего друга — любит все в нем и все, что они вместе.       И, засыпая, он думает о прикосновении губ Кая к своей коже.  

 ***

      Тэхён понял, что он гей, незадолго до того, как стал трейни, когда наткнулся на позитивную страницу для квир-личностей с десятками фотографий пар, бросающих вызов гетеронормативным стандартам, и понял, что было бы неплохо быть одним из тех парней, которые целуют других парней.       Осознание не стало шоком. Он всегда знал, что его мысли и опыт отношений отличались от мыслей и переживаний других людей его возраста, но долгое время списывал это на свою асексуальность. Однако даже после того, как он исследовал, что для него значит асексуальность, в глубине его сознания все еще оставалось мучительное сомнение, что чего-то не хватает, что он еще не совсем разобрался со всеми частями своей головоломки и что есть некоторые другое объяснение того, почему он всегда чувствовал себя странным, когда дело доходило до отношений, хотя в душе он был романтиком.       Тэхён был немного — или, на самом деле, очень испуган поначалу. Но больше всего на свете он испытал облегчение, когда наконец смог выразить свои чувства. Он просто никогда не рассматривал возможность того, что может быть геем, хотя горячо поддерживал других людей, которые относились к меньшинствам.       Путь Тэхёна к признанию своей асексуальности был быстрым, но более тернистым. Он отождествил себя с этим термином с тех пор, как впервые прочитал его определение, хотя нюансы того, что он для него значил, сильно изменились за эти годы. Оглядываясь назад, он считает, что ему повезло, что он даже так ясно видел себя в этом ярлыке в начале, когда он все еще был так сбит с толку своим восприятием различных типов влечения и тем, как это отличалось от его романтических желаний.       И, конечно же, ему пришлось обдумать множество новых обстоятельств, когда он пришел к выводу, что его отвращение к идее поцелуев было отчасти вызвано тем, что он не хотел целовать девушек. Внезапно он столкнулся с множеством новых физических желаний и фантазий, которые он не был уверен, как осмыслить в связи со своей асексуальностью.       С тех пор прошло много времени. Тэхён стал более зрелым. Он более уверен в себе. Он научился смотреть внутрь себя и усвоил идею о том, что все, что он чувствует в связи со своей ориентацией, имеет силу, даже если — и особенно если — это изменчиво. Он знает, что его чувства сложны, но это не значит, что он меньше заслуживает уважения своих границ и возможности исследовать вещи, которые другие могут не считать традиционными для его сексуальности.       Сейчас все хорошо. Тэхён уверен в своей личности, но в его жизни было бесчисленное количество взлетов и падений, прежде чем он достиг этого момента.       Пик страха Тэхёна перед тем, что гомосексуальность может навредить его карьере, пришелся на момент, когда он впервые встретил своих будущих товарищей по команде, но вскоре он рассеялся, когда он узнал их поближе. Он беспокоился, что в конце концов ему придется признаться своим мемберам, чтобы не чувствовать, будто он что-то скрывает от них, или, по крайней мере, чувствовать себя комфортно в собственной шкуре. В худшем случае, он готовился стать подушкой для битья, на случай, если когда-нибудь просочатся слухи о его сексуальной ориентации, которые могут навлечь на них неприятности.       Но однажды, за несколько недель до их дебюта, Ёнджун небрежно упомянул, что несколько месяцев назад встречался с одним из других стажеров. Если другие участники и были удивлены, никто из них не упомянул об этом, но произошло значительное изменение в том, как они обсуждали деликатные темы между собой. Разговаривать стало легче. Достаточно скоро Ёнджун был не единственным участником, который страдал со своим бойфрендом, и к тому времени, когда Субин, наконец, сделал все официально с Чонгуком после нескольких месяцев вокруг да около, все они, по крайней мере, однажды внесли что-то в разговор, который поставил под сомнение, действительно ли они были натуралами.       Даже сейчас Тэхён не совсем уверен, что другие участники — за исключением Кая, которому он все рассказывает, и Субина, который совершил десятки ночных прогулок с Тэхёном, во время которых они достаточно подробно говорили обо всем и вся, что он, вероятно, уже догадался об ориентации Тэхёна. Он знает, что расскажет им, когда придет время, но он не чувствовал необходимости превращать это в большое дело, одно из лучших последствий легкого доверия, которое они испытывают друг к другу.       Однако он специально решил рассказать им о своей асексуальности. Он не помнит, какой конкретный момент привел его к осознанию того, что ему было бы комфортнее, если бы он рассказал им, была ли это слишком грязная шутка, на его вкус, или предположение о будущем, которое он не мог понять, но он помнит, как они все сидели вместе, обедали, и он сделал нервное признание: что он никогда не испытывал сексуального влечения, и, если быть до конца честным, мысль о сексе ему противна.       Его худшие опасения не оправдались. Мемберы не отвергли его, не сказали ему, что асексуальности не существует, и не подумали, что он драматизирует. Были вопросы, но они не были навязчивыми — они искренне хотели узнать его получше, чтобы он почувствовал себя более расслабленным и смог поговорить с ними.       Тем не менее, было что-то вроде кривой обучения. Предыдущие знания участников об асексуальности различались. Тэхён часто даже не был уверен в том, где лежат его собственные границы. К настоящему времени признание асексуальности Тэхёна так же естественно для участников, как и признание того, что ни один из них не является полностью гетеросексуальным.       Но хотя было бы проще и приятнее, если бы Тэхён знал все подробности о своей сексуальности, обо всем, с чем ему комфортно, и о типах отношений, которые он хотел бы иметь, все же есть вещи, которые его удивляют в себе, например, тот факт, что, с тех пор, как Кай спросил его, на что похожи поцелуи, он мог думать только о том, чтобы поцеловать его.       Тэхён знает, что другие участники смехотворно привлекательны. Он влюбился в Субина примерно в то время, когда они дебютировали, и он был близок к тому, чтобы целовать Ёнджуна несколько раз, не говоря уже о всех ночах, которые он провел без сна, думая о том, как, если бы он поцеловал его, Ёнджун возможно, поцеловал бы его в ответ. Тэхён даже признает, что бабочки, которые он чувствует в глубине своего живота, когда он время от времени смотрит на Бомгю, вызваны тем, что он чертовски красив, и тем, что он — один из лучших людей, которых знает Тэхён, без сомнения.       А Кай… ну, чувства Тэхёна к нему всегда были сложными. Тэхён не знает, как бы он описал их отношения, кроме того, что они понимают друг друга на более глубоком уровне, чем друзья. Они лучшие друзья, но больше. Более близкие. Да, было не раз, когда Тэхён смотрел на Кая и думал, что не представляет жизни без него. Были тихие ночи, вроде той, когда Кай вбил ему в голову идею поцелуя, когда Тэхён лежал рядом с ним и думал, что в день, когда они разъедутся и не смогут быть так близки, как сейчас, ему будет невыносимо больно. И раньше он смотрел в глаза Кая, а затем вниз, на его губы, и задавался вопросом, подходят ли они друг другу так же идеально, как они подходят друг к другу как лучшие друзья.       Но он никогда не думал о Кае так.       Через неделю после того, как Кай спрашивает Тэхёна о поцелуях, он все еще снова и снова прокручивает этот разговор в своей голове. Достаточно ли хорошо он ответил на вопросы Кая? Был ли он слишком отчужденным? Он быстро понимает, что на самом деле его беспокоит не столько то, достаточно ли он утешил Кая, сколько то, неправильно ли он истолковал его слова, и на самом деле он предложил Тэхёну приглашение поцеловать его. Сама мысль об этом поначалу кажется Тэхёну невероятной, но чем больше он об этом думает, тем труднее выбросить это из головы.       Внезапно он думает о Кае в самый неподходящий момент. Пока они вместе завтракают и уже почти опоздали на танцевальную тренировку? Сейчас Тэхёну далеко не время думать о том, как мило выглядят губы Кая вокруг его ложки, если вообще есть подходящее время для таких вещей, но он думает.       Возможно, самым жестоким образом он замечает Кая на танцевальной тренировке Саида. Он ловит его взгляд, задерживающийся на линии тела Кая, когда тот танцует, на выражениях лица Кая, чередующихся сексуальных, игривых и милых так часто, что разум Тэхёна не успевает за ними. В прошлом он провел много времени, восхищаясь своими мемберами за то, насколько они хороши в том, что они делают, но на этот раз за восхищением Тэхёна стоит что-то другое, что-то одновременно незнакомое и волнующее, и это горит глубоко внутри него.       (Однажды Ёнджун ловит взгляд Тэхёна, и тот так грубо подмигивает, что Тэхён клянётся больше не смотреть на Кая до конца тренировки. Это длится всего около пяти минут, пока Кай не задаёт Тэхёну вопрос о его положении, и он не может его игнорировать)       Самые обыденные вещи сейчас привлекают внимание Тэхёна, например, как непринужденно привлекательный Кай выглядит в любое время дня, и как он иногда, кажется, возвышается над Тэхёном так, что, как он думает, на самом деле было бы неплохо поцеловаться. Ему нравится все, что делает Кай, от того, как он каждое утро аккуратно расправляет свои плюшевые игрушки на своей кровати, до того, как он откидывает волосы назад, когда они попадают ему в глаза. Тэхён чувствует себя немного злым из-за этого, потому что он знает, что Кай не может думать о нём так же, что Кай — его лучший друг, и у него не должно быть таких мыслей о нём, но это не кажется неправильным, поэтому он не останавливается.       Есть один душераздирающий момент, когда он, Кай и Бомгю вместе смотрят фильм, Тэхён и Кай сидят близко друг к другу, чтобы перекусить. Они одновременно тянутся к попкорну, и Тэхён начинает извиняться и передавать Каю миску, когда тот поднимает глаза и обнаруживает, что Кай тоже смотрит на него, и внезапно их лица оказываются так близко, что, если бы Тэхён захотел, он мог бы наклониться немного вперед, и они бы поцеловались.       На короткое мгновение Тэхён думает об этом. Он серьезно, искренне думает о том, что Кай сделал бы или сказал, если бы он поцеловал его — ответил бы он на поцелуй или оттолкнул бы его, если бы он притянул Тэхёна к себе и сказал, что ждал от него этого, если Кай возьмет попкорн или мороженое, которым они делились ранее. Но момент проходит, и Тэхён ничего не делает, потому что он не мог этого сделать, не поговорив сначала с Каем, а это означало, что Тэхен смирился с тем фактом, что его чувства значат больше, чем он изначально думал.       Самое неловкое это сон. Тэхён просыпается однажды утром после того, как Кай прижимает его к себе, обжигая во всех неправильных местах. Вес Кая давит на его спину, прижимая его к матрасу, и Тэхён бросает один взгляд на выражение его лица, умиротворенное во сне и совершенно не подозревающее о кризисе, через который проходит Тэхён. Он вырывается из объятий Кая и прячется на кухне, ожидая, пока проснутся остальные участники.       Только когда он остается один, к нему возвращаются подробности его сна: губы Кая, горячие и скользкие, их руки блуждают по телам друг друга, как Кай сладко ахнул, когда Тэхён поцеловал его так, как ему нравилось.       Когда тем утром Кай наконец вышел из их комнаты с растрепанными ото сна волосами и в рубашке, задравшейся достаточно высоко, чтобы обнажить полоску золотистой кожи, когда он потянулся, желудок Тэхёна сжался узлами, которые не рассасывались до конца дня, и становится только хуже, когда Кай снова забирается в его постель той ночью.       Тэхён никогда раньше не чувствовал себя так, даже когда он мимолетно влюблялся в других участников, когда он впервые понял, что он гей, и наконец смог принять чувства, которые подавлял годами. Это ошеломляет и немного пугает, но больше всего пугает то, что он не ненавидит то, что чувствует.       Приятно смотреть на Кая и думать о том, какой он красивый. Приятно иметь кого-то, кого он хочет поцеловать, хотя бы в теории. Приятно чувствовать головокружение, когда Кай хвалит его, и хотеть уделить ему внимание в ответ.       Если бы Тэхён не знал ничего лучше, он бы сказал, что искренне влюблен в Кая.       Но он не влюблен. Он не может быть влюблен в него.  

 ***

      Тэхён влюблен в Кая.       Это не имеет большого значения. Правда. Это не должно ничего значить, и он решил, что этого не будет. До сих пор ничего не изменилось в том, как он взаимодействует с Каем, даже если его сердце выпрыгивает из груди каждый раз, когда Кай подмигивает ему или просит поспать с ним. Это не так уж и много значит. Такое чувство не совсем незнакомо ему, хотя оно никогда не было таким серьезным и обезоруживающим, как сейчас. Все в порядке. Он может справиться с этим.       И, да. Мемберы всегда на цыпочках балансируют между друзьями и чем-то еще. Тэхён почти уверен, что было бы невозможно разделить их близость, понимая друг друга на столь уникальном для них уровне и их отношения друг с другом, не переходя время от времени эту черту.       Даже Субин постоянно флиртует с Каем, просто потому, что думает, что это мило, что Кая так легко вывести из себя. Теперь, когда Тэхён думает об этом, наверное, странно, что Кай так смущается, когда флирт Субина ничего не значит, но он не может осуждать его за это, учитывая, что Кай у него на уме 75% времени.       25% времени он спит, но Тэхену также довольно часто снятся сны о Кае в эти дни, так что, возможно, он на самом деле тратит 90% своего времени, думая о нем каким-то образом. Независимо от математики, это много времени.       Тем не менее, Тэхён начинает задаваться вопросом, не выходит ли его любовь из-под контроля. Когда они получают выходной, и Тэхён и Кай единственные, кто решает остаться дома, первое, о чем думает Тэхён, это то, как он, наконец, полностью один с Каем, часами напролет, что невероятно редко, учитывая, что группа проводит почти все время вместе.       День на удивление ничем не примечателен, как и все их дни без расписания. Кай пытается приготовить себе завтрак и вместо этого засыпает на их диване, а Тэхён тратит час на размышления о том, будет ли грустно, если он пойдет в спортзал в здании BigHit в свой единственный выходной день в обозримом будущем. Кай правильно поступил, задремав, хотя Тэхён почти уверен, что это было сделано не нарочно.       В конце концов он звонит своим родителям, разговор — хорошее отвлечение от списка продуктов, над которым он сейчас ломает голову. Ёнджун недавно пришел к выводу, что для них было бы лучше, если бы они начали больше готовить себе еду, а не полагаться на еду на вынос или на своего менеджера. Теоретически это отличная идея, за исключением того факта, что никто из них не умеет готовить ничего, кроме основных блюд.       В списке продуктов, который Ёнджун составил после того, как выбрал несколько рецептов, подозрительно не хватает овощей. Только броколли из всего списка. Тэхён хмурится.       Он только что открыл ссылку на один из рецептов, которые Ёнджун прислал в их групповой чат, когда Кай просовывает голову в щель открытой двери.       — Ты занят? — он говорит.       Не для Кая, никогда для Кая. И Тэхён действительно не хочет больше думать об овощах. Он качает головой и похлопывает по месту рядом с собой в постели, где он сейчас сидит со скрещенными ногами и скомканным списком перед собой.       Кай осторожно садится, достаточно близко, чтобы Тэхён мог почувствовать запах его апельсиновых духов. Он морщит нос, глядя на список.       — Планы на ужин у Ёнджун-хёна?       — Честно говоря, это какая-то катастрофа, — признается Тэхён. Он смеётся и бросает список на тумбочку, чтобы сосредоточиться на Кае. — Есть что-то, о чем ты хотел, чтобы я рассказал?       Кажется он затаил дыхание, что лишь немного пугает его, учитывая, что он даже почти не влюблен в него. Он даже не сказал бы, что ему нравится Кай таким образом, потому что это означало бы, что он хочет быть с ним, как будто это необходимо, а Тэхён вполне доволен тем, что у них уже есть.       — На самом деле есть, — говорит Кай. А потом колеблется. На нем один из свитеров Субина, мягкий и голубой, а рукава такие длинные, что закрывают его руки, сжатые в кулаки.       Это вызывает тревогу в голове Тэхёна. Кай просто так не нервничает из-за мемберов, и особенно из-за Тэхёна. Если что-то не так, то он должен это исправить.       — Как ты? — мягко говорит он.       Кай облизывает губы. Они слегка потрескались, вероятно, из-за того, что в последнее время они были сухими, но они все еще идеальные и мягкие, и Тэхен думает о том, чтобы целовать их примерно пять раз в день. Он хмурится, когда Кай снова колеблется, и отводит взгляд, глядя на свои руки, а не на Тэхёна.       — Я думал, — говорит он. Он снова делает паузу. Он прикусывает нижнюю губу и застенчиво смотрит на Тэхёна. — С тех пор, как Ёнджун вернулся домой после того, как он… — Кай неопределенно машет руками. — Я думал о том, что я никогда никого не целовал. Хотя я очень хочу.       О.       Абсолютно последнее, о чем думал Тэхён, когда понял, почему нервничает Кай, так это то, что он мог обдумывать их разговор о поцелуях. Вместо этого он предположил бы, что, возможно, Каю было трудно в школе, или что-то беспокоило его в их работе, или что ему было трудно поговорить о чем-то с одним из других участников. Он и через миллион лет не догадался бы, что Кай думал о том, что у него еще не было первого поцелуя.       Кай выжидающе смотрит на Тэхёна, ожидая его ответа. Он, наверное, нервничает, думает, что Тэхён не поймет, или, может быть, даже подразнит его. Он совсем не думает о том, что Тэхён не знает, что сказать, потому что его влюбленность в него размером с луну, что также мешает ему думать о том, как Кай целует людей.       — У тебя кто-то есть? — Тэхён хрипит, побуждая Кая продолжить.       Кай кивает.        — Я просто… я знаю, ты сказал, что я должен делать все в своем собственном темпе. Но я к этому готов. Я хочу научиться целоваться. Я просто не думаю, что у меня была бы возможность заниматься этим из-за того, что мы делаем.       Глаза Тэхёна расширяются. Тогда Кай серьезен. Он действительно хочет сделать этот шаг — и Тэхёну это кажется таким большим делом, хотя он знает, что для большинства людей это не имеет большого значения. Это неправильно, что он так удивлен? Так нервничает? Кай, по сути, уже сказал ему раньше, что чувствует, что он что-то упускает из-за поцелуев, поэтому он, вероятно, хочет, чтобы Тэхён дал ему больше советов, или…       — Так что я подумал об этом, — продолжает Кай, прежде чем Тэхён успевает ответить, его слова переплетаются друг с другом, когда он говорит все быстрее и быстрее, — и я решил, что могу просто спросить кого-нибудь из своих знакомых, заинтересованы ли они в том, чтобы поцеловать меня, так что тогда я бы знал, что это безопасно, и я мог бы им доверять.       Он смотрит на Тэхёна так, словно ожидает, что тот поймёт, что он имеет в виду. А потом до него доходит. Его челюсть отвисает.       — Ты…я…       Кай хочет поцеловать его. Кай решил, что хочет, чтобы Тэхён был первым, кто поцелует его, чего он никогда не сможет вернуть. Каждый раз за последние две недели, когда Тэхён смотрел на своего лучшего друга и задавался вопросом, каково было бы его поцеловать, Кай задавался тем же вопросом.       — Можешь сказать «нет», — пищит Кай. В какой-то момент он поднял рукава свитера, чтобы прикрыть нижнюю половину лица. Он что-то бормочет в ткань, щеки красные, такой смелый и нехарактерно застенчивый одновременно. — Я знаю, что это слишком, поэтому я не возражаю, если ты не хочешь или хочешь подумать об этом, но я хотел спросить тебя раньше всех.       Тэхён хочет этого до такой степени, что это может смущать. Он, вероятно, хотел бы поцеловать Кая, даже если бы он не был так привязан к нему в последнее время, потому что Кай — его друг, и, откровенно говоря, он горячий. Они с Каем хорошо смотрелись бы вместе.       Но Тэхён задается вопросом, хоть это и больно, хотел бы Кай по-прежнему поцеловать его, если бы знал правду?       — Кай-я, — говорит Тэхён, и комок в его горле становится еще больше от надежды, которая вспыхивает в глазах Кая, — я бы сделал это, но я не думаю, что я лучший человек, кого можно попросить об этом.       Принятие того, что он теоретически поцелует Кая, заставляет его сердце учащенно биться. Он не может представить, что сейчас чувствует Кай.       Кай наклоняется вперед на коленях и настойчиво кладет руки на бедра Тэхёна, где его шорты задрались. Его кожа горит там, где Кай касается его, но он, кажется, не замечает, как у Тэхёна перехватывает дыхание, когда он наклоняется ближе к нему.       — Ты именно тот человек. — настаивает Кай. — Я подумал и обо всех других хёнах. Я не могу попросить Субина, потому что у него серьезные отношения, хотя он, вероятно, все равно сказал бы «да». Я мог бы спросить Ёнджуна, но он так уверен, что я буду чувствовать себя еще более неопытным, и тогда я был бы расстроен.       Если бы Тэхён не думал о хёнах в прошлом, если бы они не были так близки друг другу, слова Кая были бы полным абсурдом. Но даже несмотря на то, что он все еще краснеет, а его бессвязность частично вызвана тем, как он нервничает, он, кажется, тоже так не думает. И это не так, по тем же причинам, по которым влюбленность Тэхёна в него не стала такой большой неожиданностью.       — Я не могу попросить Бомгю. Он подумает, что я шучу, а потом будет смеяться надо мной, прежде чем воспримет меня всерьез, и я не думаю, что смогу снова встретиться с ним лицом к лицу после этого. Остаешься ты, — говорит Кай и делает глубокий вдох, прежде чем продолжить. — Ты никогда раньше не говорил с нами о поцелуях, так что я не уверен, нравится ли тебе это, но если да, то я думаю, что мне было бы комфортно с тобой, и ты сделал бы это хорошо, поэтому я выбрал тебя. Я хочу поцеловать тебя.       Это мило, как сильно Кай этого хочет. Тэхёну на самом деле физически больно, Кай такой милый. И его грудь расцветает от мысли, что Кай думает, что ему было бы комфортно с ним в чем-то столь важном для него, как это.       — Дело не в этом, — говорит Тэхён, качая головой. Он тяжело сглатывает. Он не может больше избегать правды, не так ли? Особенно после того, как Кай был с ним честен. — Ну… на самом деле я не знаю, хочу ли я целоваться. Думаю, да. Но я думаю, что если ты хочешь научиться целоваться, ты, вероятно, захочешь попросить кого-нибудь другого вместо этого.       Кай выглядит искренне сбитым с толку. Он откидывается назад и поднимает руки, и Тэхёну сразу же не хватает его тепла.       — Почему?       Тэхен задается вопросом, есть ли причина, по которой Кай предположил, что у него уже был первый поцелуй, кроме очевидного — что от мальчиков их возраста обычно ожидают, что у них уже были отношения, и потому, что во всех разговорах, где Тэхён мог бы упомянуть об этом, он никогда этого не делал       Тэхён, наверное, тот, кто сейчас краснеет. Он подтягивает колени к груди, как будто это сделает момент менее мучительным. Было бы проще, если бы Кай сам догадался, но это не так, а это значит, что Тэхёну придется объяснить это за него.       — Я тоже раньше никогда не целовался, — говорит он. — Извини, если это разочаровывает.       Губы Кая безмолвно охают. Тэхён практически может видеть, как шестеренки крутятся в его голове, когда он обдумывает слова Тэхёна. Он закрывает глаза и тихо вздыхает. Секрет теперь раскрыт. Он не собирался так долго скрывать этот факт, но теперь ему кажется, что он понимает, почему он это сделал.       Когда он снова открывает глаза, Кай наблюдает за ним.       — В этом есть смысл, — говорит он. Его тон не обвиняющий и не слишком шокированный. Тэхён кивает и пытается не думать о том, какой он, должно быть, красный. — Но это не разочаровывает. Почему ты так говоришь?       — Потому что я был твоим первым выбором для поцелуя? — говорит Тэхён. — Вероятно, ты не ожидал, что у меня не будет никакого опыта.       — Ты по-прежнему мой первый выбор для поцелуя, — как ни в чем не бывало объясняет Кай, как будто в данный момент он не переворачивает мир Тэхёна с ног на голову. — Мы можем просто решить эту проблему вместе!       Если бы Кай уже не исполнил одну из фантазий Тэхена, это было бы проще простого.       — Ты имеешь в виду?.. — говорит Тэхён.       Кай замечательный, невероятный человек. Он милый. Но иногда он кажется слишком хорошим для мира.       — Конечно, — говорит Кай. — Мы можем учиться вместе и чувствовать себя комфортно, говоря друг другу, если мы хотим остановиться или что-то изменить. Ты имел в виду это, когда сказал, что поцелуешь меня, верно?       Тэхён кивает. Он решил быть честным, так что теперь он должен придерживаться этого. Кай ухмыляется, выглядя гораздо менее напряженным, чем когда он впервые подошел к Тэхёну. Голова Тэхёна все еще кружится, но он начинает чувствовать, что на практике это может оказаться не такой уж плохой идеей.       — Итак… — говорят они одновременно. Кай смеется. Грудь Тэхёна сжимается.       — Ты, наверное, уже понял это, — говорит Кай, — но я спросил тебя сегодня, потому что знал, что у нас будет немного времени для себя.       Кай милый, милый, милый. Тэхён может простить его за то, что он был слишком нетерпелив. Он сам слишком много надеется.       — О, точно. — говорит он умно.       Глаза Кая такие яркие. Он всегда был таким обаятельным?       — Так что ты думаешь? — он говорит.       Тэхён действительно, действительно не ожидал, что он сегодня кого-нибудь поцелует, когда проснулся этим утром. Он вообще никогда не ждал своего первого поцелуя, потому что даже не был уверен, что это когда-нибудь случится, и захочет ли он вообще целоваться. Но Кай считает, что это хорошая идея. И он думал о том, чтобы поцеловать Кая в течение нескольких недель, практически готовясь к этому моменту. Он никогда не будет более готов, чем сейчас.       — Почему бы и нет? — говорит Тэхён, и Кай улыбается.  

 ***

      На самом деле они не могут целоваться сразу.       Сразу после того, как они решают, что сегодня день, Каю звонит Субин, который на самом деле Бомгю, который использует его телефон и ищет свой.       — Я либо потерял его, либо оставил дома, — говорит он Каю. — Если я потерял его, у меня будут большие проблемы. Если я оставил его дома, у меня, вероятно, тоже будут большие проблемы, потому что два разных менеджера связались с Субином в поисках меня. Я собираюсь вернуться домой поис…       На что Кай взвизгивает и восклицает:       — Нет! — и отправляется на чрезвычайно напряженный пятнадцатиминутный поиск телефона Бомгю, который заканчивается тем, что Кай обнаруживает, что он оставил его заряжаться у своей кровати.       Бомгю, конечно, находит это забавным и хихикает до конца разговора, который Кай заканчивает только после того, как подтверждает, что Бомгю и Субин не вернутся домой рано.       — Способ поднять настроение, а? — горько говорит Кай, плюхаясь обратно на кровать Тэхёна. Его щеки немного покраснели от беготни. Дыхание Тэхёна сбивается в груди.       — Я сожалею об этом. — Он смотрит на Тэхёна широко раскрытыми глазами с надеждой. — Вернемся к тому, что мы делали?       Единственная проблема в том, что в течение пятнадцати минут, пока Кай разговаривал с Бомгю по телефону, Тэхён думал о том, как мало он на самом деле знает о поцелуях.       Кай, вероятно, будет ожидать, что он возьмет на себя инициативу, даже несмотря на то, что у него больше нет опыта, потому что тогда Тэхён будет полностью контролировать свои границы. Дело не в том, что Тэхён вообще против этого, просто за все время, что он думал о том, чтобы поцеловать Кая — или поцеловать кого-нибудь, на самом деле — он никогда не думал о фактической логистике этого, например, о том, что поначалу это может быть неловко.       Это не должно быть так сложно, верно? Тэхён вспоминает советы по поцелуям, которые он встречал в своей жизни. Расслабьтесь, не переусердствуйте и не используйте слишком много языка, это может показаться сложной задачей. Поцелуи должны говорить сами за себя, не так ли? Если они руководствуются тем, что им нравится, они не ошибутся. Но это совсем другой вопрос для рассмотрения. Возможно, Тэхён провел слишком много времени в мучениях над тем, будут ли ему приятны поцелуи. Конечно, Кай тот, с кем бы он предпочел разобраться в этом, но ему неловко ставить Кая в такое положение, когда это может лишить его нормального опыта.       — Тэхён-а? — тихо говорит Кай.       Тэхён вздрагивает. Прошло достаточно времени, а он не ответил на вопрос Кая, что он, вероятно, сомневается, хочет ли Тэхён этого на самом деле.       Он вытягивает ноги и делает глубокий успокаивающий вдох.       Последнее, что нужно учитывать, это то, что это действительно может изменить отношения между ними, но Тэхён знает, что этого не произойдет. Не после всего, через что они прошли вместе. Не с отношениями, которые у них есть вместе. Этого не произойдет, потому что Тэхён не допустит, чтобы их отношения обострились. Единственное изменение, которое может произойти, будет хорошим типом изменения. Не то, чтобы это что-то поменяет.       На группу это тоже не повлияет. Они даже не будут первыми двумя участниками группы, которые поцелуются — Ёнджун и Бомгю давным-давно украли этот титул, выполнив задание, которое они оба были слишком готовы выполнить.       — Мы можем начать медленно, — говорит Тэхён. Он судорожно вздыхает. Он нервничает, но и восхищен. Он знает, что Кай чувствует то же самое, эмоции Тэхёна отражаются прямо в его глазах. — Иди сюда?       Это больше похоже на вопрос, чем Тэхён имел в виду, но Кай всё равно слушает. Он садится и приближается к Тэхёну, немного вертясь, как будто его конечности внезапно стали слишком большими для кровати Тэхёна, хотя здесь они всегда хорошо подходят друг другу.       — Э-э, — говорит он. Его руки неловко парят в воздухе, как будто он не знает, можно ли ему прикасаться к Тэхёну.       Это нормально, что они делают это здесь? Должны ли они вместо этого целоваться на диване? Должны ли они встать?       Не переусердствуй, напоминает себе Тэхён. Неважно, если они поцелуются на кровати. Кай не будет думать о потенциально сексуальном подтексте, и Тэхён точно не будет. Это не будет странно, если они не сделают это странным.       Тэхён устремляется вперед, пока его колени не упираются в колени Кая. Он кладет руки на плечи Кая, притягивая его ближе. Кай тает под его прикосновением, обвивая руками талию Тэхёна. Они проводят большую часть ночей, закутавшись друг в друга, и Кай обычно накидывается на Тэхёна, но на этот раз они смотрят друг другу в глаза, и это намного более интимно. Ему приходится сопротивляться желанию спрятать свое лицо.       Сейчас было бы легко наклониться и поцеловать Кая. Но они оба все еще напряжены, поэтому он делает что-то более знакомое и вместо этого целует Кая в щеку.       Кай мягко выдыхает и крепче сжимает Тэхёна за талию. По его позвоночнику пробегает дрожь. Он позволяет своим губам задержаться еще на мгновение, прежде чем снова поцеловать его, ближе к его губам.       Кай отстраняется ровно настолько, чтобы встретиться взглядом с Тэхёном. А потом медленно наклоняется и целует кончик носа. Сердце Тэхёна замирает, и он инстинктивно приближается к Каю. Он скользит одной рукой в ​​волосы Кая, а другой держит его подбородок. Он наклоняет голову от прикосновения Тэхёна, и Тэхён не может не улыбнуться, совсем чуть-чуть, потому что Кай очарователен, и не каждый день он оказывается в таком положении со своим лучшим другом.       Кай ловит его взгляд и немного смеется, но когда Тэхён улыбается ему в ответ, он смотрит на его губы и замирает — и внезапно Тэхёну так сильно хочется поцеловать его, что это становится больно.       — Могу я? — спрашивает он, и Кай кивает, и это кажется самым естественным в мире, когда Тэхён сокращает расстояние между ними и прижимается губами к губам Кая.       Нет фейерверков. Тэхён не сбит с ног. Это просто поцелуй, но это поцелуй, и это Кай целует его в ответ. Когда они отрываются друг от друга, у Тэхёна кружится голова от адреналина, который трещит по телу, от того, как Кай настойчиво подтягивает его бедра ближе, пока тот почти не оказывается у него на коленях.       — Это было нормально? — спрашивает Кай, в конце голос надломился.       Тэхёна охватывает волна эмоций, пока он обрабатывает слова Кая. Он даже не думал о себе. На секунду он почувствовал, что это нехорошо, и что… это может быть лучше всего. Неважно, потому что это нормально для Тэхёна или потому что это с Каем, важно лишь то, что он хочет сделать это снова, и Кай тоже, судя по тому, как он на него смотрит.       Это был просто тренировочный раунд, чтобы избавиться от первого поцелуя. Они могли бы сейчас прекратить и говорить, что целовались с кем-то раньше, или они могли бы поцеловаться снова, и это могло бы быть даже лучше.       Язык Кая высовывается, облизывая губы.       — Мы можем-? — говорит он, и Тэхён отвечает ему еще одним поцелуем, больше не задавая вопросов, хочет он этого или нет.       На этот раз угол идеальный, и их губы соприкасаются так, что Кай прижимается к нему сильнее. Пальцы Тэхёна запутались в волосах Кая. Он все еще не совсем уверен, что делать, но он знает, что ему нравится, когда Кай хочет во всем разобраться. Губы Кая мягко, неуверенно прикасаются к его губам, и Тэхён слегка посасывает нижнюю губу Кая, пока тот резко не вдыхает, и Тэхён чувствует легкую улыбку на его губах, когда это срабатывает.       Тэхён снова целует его, и каждый раз их встреча так же головокружительна, как и первая. Инстинкт заставляет Тэхёна крепче сжимать подбородок Кая и поворачивать его голову, пока он не сможет поцеловать его глубже. Кай задыхается, звук вырывается из него, и Тэхён выгибает спину, пока они не прижимаются друг к другу всеми возможными способами.       Когда Кай отстраняется, губы Тэхёна чуть-чуть влажные, и он не может удержаться от погони за ртом Кая, пока снова не целует его, и на этот раз Тэхён задыхается. И имеет смысл продолжать тянуть Кая вниз, пока он не возьмет на себя инициативу, не прижмет Тэхёна к его кровати и не нависнет над ним, ожидая, чтобы снова поцеловать его.       Кай выглядит пьяным. Его щеки красивые и красные, он тяжело дышит, а его зрачки расширены, когда он смотрит на Тэхёна так, словно хочет еще, еще, еще. Они едва начали целоваться, а это уже ощущается гораздо больше, чем практика поцелуев. Сейчас они целуются, потому что между ними есть химия, потому что это хорошо, потому что они хотят этого не только из практических соображений.       — Это было хорошо? — шепчет Кай в едва разделяющее их пространство.       Да. Тэхён не чувствовал ничего, кроме желания, у него не было ни единой мысли, кроме его всепоглощающей любви и привязанности к Каю. Даже с Каем он не ожидал, что получит от этого такое удовольствие, как сейчас. Даже с Каем он не мог подумать, что ему будет так комфортно. Но так ли это удивительно?       — Пожалуйста, — говорит Тэхён, его сердце быстро колотится.       С Каем, сидящим на нем, ощущения другие, но они идеально подходят друг другу, как всегда. Руки Тэхёна ложатся на широкие плечи Кая, прижимая его к себе, пока они целуются. Язык Кая скользит по его губам, приглашая, и Тэхён вздрагивает и позволяет Каю поцеловать его, с открытым ртом и настойчиво, их языки скользят вместе.       Это… это что-то новенькое, и это не длится долго, достаточно, чтобы они попробовали это, чтобы Тэхён попробовал Кая. Незнакомый жар крутится внизу живота, заставляя его извиваться, прижимаясь к Каю. Это обезоруживает, ново и совершенно неожиданно, и Тэхён не знает, что с этим делать. В этом нет ничего серьезного, Тэхёну не о чем мучиться, когда Кай так чудесно отвлекает его своим ртом, но вероятность есть.       Когда Кай целует его, Тэхён теряет счет времени, и они, должно быть, обменялись десятками поцелуев, прежде чем отстраниться друг от друга. Кай упирается лбом в лоб Тэхёна, и каждый из них переводит дыхание. Его губы покусаны поцелуями и опухли, и Тэхён с гордостью думает, я это сделал. Когда он смотрит на них, уголки его лица превращаются в улыбку, и Тэхен хочет пройтись по ней губами.       — Могу я поцеловать тебя в других местах? — спрашивает он, и Кай кивает, даже не закончив предложение.       Тэхен чувствует себя немного смущенным из-за этого, потому что сейчас все внимание сосредоточено на нем, но реакция Кая того стоит. Сначала он целует уголок губ Кая, и почти превращает это в настоящий поцелуй, возможность которого слишком дразнящая. Кай вздрагивает, когда целует его в челюсть, а затем опускается. Он поднимает подбородок, чтобы дать Тэхёну лучший доступ для поцелуев по всей его обнаженной коже, и тихо стонет, когда Тэхён прикусывает его ключицу. Он успокаивает его своим языком и поцелуем, и озорство блестит в его глазах. Он наклоняется, чтобы повторить, как Тэхён ответил ему — целует его в челюсть, а затем в ухо. Тэхёну едва удается сдержать стон, что, кажется, делает Кая еще более решительно настроенным вытянуть его из него.       — Кай, — выдыхает Тэхён, притягивая его ближе.       Кай целует Тэхёна в шею, и через него словно проходит электричество, у него так кружится голова, он так хочет.       — Я знаю, — говорит Кай, задыхаясь, потому что он так же взволнован, как и Тэхён. Он только наклоняется, чтобы поцеловать Тэхёна в губы, когда его телефон начинает звонить.       Кай вздрагивает так сильно, что чуть не падает с кровати, Тэхён так крепко его держит, что не выдерживает.       — Мне очень жаль, — говорит Кай, лихорадочно роясь в карманах в поисках телефона. Когда он проверяет идентификатор вызывающего абонента, он хмурится. — Это Субин-хён! Или снова Бомгю-хён, наверное.       Его голос дрожит, и он идеально изображает человека, пьяного от поцелуев и расцелованного.       — Наверное, тебе следует ответить на это, — говорит Тэхён, но на самом деле не имел это в виду.       — Хён может подождать, — говорит Кай и бросает свой телефон куда-то в изножье кровати Тэхёна. Мгновение он смотрит на Тэхёна, всё ещё лежащего там, где его оставил Кай. — Я хочу снова тебя поцеловать.       Он это делает, и Тэхён смеется, полный счастья.       — Для уточнения, — говорит он между поцелуями, — мы делаем это не в последний раз, верно?       Это далеко не фактическое признание его влюбленности, но похоже на то же самое, с тем, с каким энтузиазмом отвечает Кай.       — Конечно же, — говорит он, сияя силой солнца, и Тэхён сияет от его энергии, целуя его снова, и снова, и снова.  

 ***

      На следующее утро Ёнджун находит Тэхёна в студии.       Тэхён начинает снимать наушники и здороваться с ним, но Ёнджун отмахивается и ждет с ним в дружеской тишине, пока он не закончит работу.       — Привет, Тэхён-а, — говорит Ёнджун после того, как выключил компьютер и повернулся на вращающемся стуле, чтобы посмотреть на него. — Как прошел твой вчерашний выходной? Мы действительно не виделись после того, как я вернулся домой.       — Ммм, — мычит Тэхён, пытаясь не думать о том, насколько хорошим был его выходной — он искренне старается, но ему все еще трудно сдержать улыбку, которая угрожает появиться на его губах, когда он думает о Кае, который сейчас занят с вокальной практикой, но пообещал провести сегодня немного времени наедине с Тэхёном. — Все было хорошо. Тихо. Как твой?       — Хорошо, — отвечает Ёнджун, но он кажется рассеянным. Он проводит рукой по волосам и кусает губу, и Тэхен заинтригован — он уже давно не видел его таким. Он нервничает? — Есть кое-что, о чем я хотел с тобой поговорить.       И снова мы здесь.       — Я уже сказал Субини, и я думаю, вы уже поняли это, но я хотел, чтобы вы знали, что той ночью несколько недель назад — я ничего не делал с той девушкой, с которой встречался, — говорит Ёнджун. — Я не знаю, почему я не признал этого в то время, но я не встречался с Юджин или кем-то в этом роде.       Тэхён еще не понял этого. Он даже не задумался над тем, что Ёнджун, возможно, говорил не всю правду, хотя, если подумать, он никогда прямо не подтверждал и не отрицал, что у него был секс с Юджин.       — Ты расстроен? — спрашивает Ёнджун после некоторого молчания.       Тэхён качает головой.       — Немного удивлен, но, конечно, нет. Я бы не обиделся на тебя за что-то подобное.       Ёнджун кивает.       — Это честно. — Он опускает голову. — Я тоже хотел, чтобы ты знал, что я никогда намеренно не исключаю тебя из таких разговоров. Я просто ничего не сказал, потому что… ну, мне нечего было сказать.       — Услышав об этом, я, вероятно, почувствовал бы себя довольно отвратительно, но я бы предпочел знать об этом и чувствовать себя таким образом, чем задаваться вопросом, — говорит Тэхён. Выражение лица Ёнджуна напряжено. — Все в порядке. Я знаю, ты понимаешь. Это не так сильно влияет на меня, как ты думаешь.       Ёнджун расплывается в легкой ухмылке.       — Я просто хотел убедиться. Я скоро расскажу остальным, но я знал, что с тобой будет легко поговорить об этом. Затем он сужает глаза, и сердце Тэхёна падает. — И есть еще кое-что, о чем я хотел с тобой поговорить.       Тэхён встает и отодвигает стул.       — Я ухожу, — говорит он.       Как и ожидалось, Ёнджун только встает и следует за ним, его глупо длинные ноги легко идут в ногу с Тэхёном.       — Я хочу, чтобы ты знал, — говорит Ёнджун, — то, что я не делал этого с Юджин, не означает, что я некомпетентный хён! Я все еще могу дать тебе совет с Хюнини!       Тэхён ставит ноги и резко останавливается.       — Хах? — говорит он, совершенно не пытаясь скрыть своего удивления.       — Ты и Кай, — самодовольно говорит Ёнджун. — Ты же знаешь, что не можешь шнырять с ним вечно, когда мы делим общежитие.       Нет смысла это скрывать. Как будто он знает о планах Тэхёна и Кая на потом.       — Прошел один день! — восклицает Тэхён, яростно краснея.       — О, дорогуша, все это было намного дольше. — Ёнджун хлопает его по плечу. — А хён всегда знает лучше. Но ты должен найти своего мальчика. Кто-то сказал мне, что он ищет тебя.