Самая дорогая покупка

      Пробудился Шастун в знакомом помещении, после не лучше проведённого дня, всë ужасно болело, в том числе и голова, поэтому ему понадобилось минут пять, чтобы понять где он находится. — Снова у Попова? Серьёзно? — недовольно пробубнел парень в пол голоса и начал подниматься. После неудачный попыток, Антон обматерил всех и вся, но остался на месте, пытаясь понять, что в этот раз он делает у ненавистного преподавателя.       Во время очень серьёзных рассуждений, видимо о жизни, парень не заметил, как тот самый Арсений зашëл в комнату. Оперевшись о косяк двери, мужчина с небольшим недовольством посмотрел на Шастуна, ожидая объяснений, почему именно он должен платить нехилые бабки за жизнь ученика. — Ну и что ты скажешь в своë оправдание? — произнëс Попов, продолжая сверлить почти ничего не понимающего юношу. — А что я должен говорить? — недовольно спросил Антон, пытаясь понять, что было вчера и почему он должен оправдываться. — Действительно, — раздражительно ответил мужчина, но деньги на парня уже потрачены и время в спять не вернуть, поэтому в этой ситуации остаётся только ждать, что Шастун перестанет вести себя так. — Мне нужно домой, — сообщил парень, с новыми попытками подняться на ноги. После нескольких неудач, у него всë получилось, только вот Арсений его никуда не отпустит. Подойдя к двери, Антон уже чувствовал запах свободы, но вот только Попов не разделял его замыслы на побег.       Капюшон юноши был сжат в руке мужчины, не давая уйти. — Эй! Отпусти меня! — Шастун хотел уже начать брыкаться и вырываться из плена, но сил было мало, да и всë тело ужасно болело, поэтому ему оставалось совершать попытки выпутаться из хватки, но к сожалению для самого Антона у него ничего не получилось. — Ты не куда не пойдёшь в таком состоянии, — чëтко сообщил мужчина, чуть-ли не силой сажая младшего обратно на диван.       Антон закатил глаза и скрестил руки на груди, показывая всë своë недовольство. Но видимо Арсению было всë равно на возражения парня, поэтому он как ни в чëм не бывало встал с дивана и ушëл на некоторое время, а после вернулся с ватными дисками и перекисью. — Я не хочу ничего обрабатывать, — протестовал против заботы юноша, вовсе не желая, чтобы о нëм кто-то заботился и о себе он тоже заботится не хочет и не будет. — Тебе и не надо, я сам всë обработаю, — слишком спокойной ответил Попов, садясь рядом с недовольным Шастуном. Вылив небольшое количество антисептического средства, Арсений взял руку Антона, крепко держа еë, чтобы ненароком юноша не начал вырываться и не зарядил ему той самой рукой в глаз. Начав обработку ран, Попов внимательно наблюдал за реакцией парня.       Закончив некую пытку для Антона, мужчина покинул комнату, оставляя Шастуна один на один со своими мыслями.       Парень лежал, пытаясь вспомнить, что было, почему Арсений о нëм заботится и вообще зачем это всë. Час пролетел незаметно, юноша наконец-то вспомнил конечно не всë, но отрывками. Сначала была водка, потом какой-то незнакомец, после человека в чëрном ничего не помнит, а после только боль, видимо его похитили и. — И Арсений платил за меня деньги? — вслух озвучил свои мысли парень, осознавая всë происходящее. От мысли, что Попов тратил на него свои финансы, хотелось провалиться сквозь землю. — Блять и сколько он потратил? Наверное много, сука, лучше б сдох, — мысли атаковали Шастуна, он не мог поверить в это. Как это так? Почему именно преподаватель? Вдруг парень вспомнил, как записал Арсения когда-то. — Сука! Это же просто сарказм был! — прокричал юноша, от чего сам Попов явился в комнату, чтобы спросит, чего Антон так орëт. — Ты чего? — поинтересовался учитель, с непониманием смотря на ученика. Шастун резко повернул голову в сторону Арсения и до него дошло, что это были немного не мысли. Нужно выкручиваться. — Ээ, ничего, всë нормально, — проговорил юноша, отворачиваясь через боль к стене, надеюсь, что старший просто забьёт и уйдёт. Так и получилось. Попов пожал плечами, выходя из гостиной, возвращаясь обратно на кухню, пить кофе и читать всякие новости в телефоне.       Как только в помещении остался только Антон и воздух, с тонким ароматом одеколона мужчины, Шастун облегчённо выдохнул, снова через адскую боль поворачиваясь на спину, ведь от лежания на боку, становилось только хуже, а ему и так хуëво, куда ещё хуже.       Так прошло пол дня, Арсений накормил вредного парня, услышав о себе много нового, но после просвещения, Попов получил благодарность и просьбу о помощи в перемещение обратно в зал. Мужчина как девочка на побегушках согласился, забыл об оскорблениях, ведь Антон это Антон, он не исправим.       Ближе к вечеру, парень уснул, поэтому Попов смог спокойной поработать, без причитаний, которые доносились из комнаты, чуть-ли не поминутно. Последнее, что произнёс парень, была неразборчивая, очень странно сформулированная, фраза «Ты просто не понимаешь, зачем взял меня к себе домой, я что кот дворовый?» не понятно, что хотел сказать этим Антон, но он это сказал, и просто заснул, оставляя мужчину в недопонимании.       Сам же Арсений пошëл спать только ближе к трëм ночи, убирая ноутбук в сторону и потирая болящие от жгучего света экрана глаза. Приняв душ, Попов лëг в кровать, моментально засыпая. Этот день был очень трудным, не только из-за мальчишки, хотя из-за него тоже.

***

      Утро так-же не выдалось. Мужчина проснулся от какого-то шёпота, доносящийся из коридора, как ни удивительно, это был Антон, который старательно пытался свалить от Попова. Выйдя из своей комнаты, ему открылась просто превосходная картина. Шастун, в согнутом от боли положении, что-то бормотал себе под нос, пытаясь открыть треклятый замок. Арсений протёр заспанные глаза, смотря на парня, который видимо даже не заметил то, что сам хозяин квартиры сейчас стоит в нескольких метрах от него самого, строго смотря на всë это. — Антон, тебя ничего не смущает? — с полным недовольством в голосе поинтересовался Попов, продолжая сверлить юношу взглядом.       Услышав знакомый голос, Шастун тут же убрал руки от замка, выравнивая спину, тем самым заставляя боль усилиться в несколько раз. — Ну? Что скажешь на это? — так-же не успокаиваясь снова задал вопрос Арсений, видя как парень корчится от боли.       Антон же ничего на это не отвечал, а просто продолжал тупить и смотреть куда-то сквозь мужчину. После того, как Попов подошëл к юноше, его это привело в чувства, но он продолжал молчать, ожидая реакции или же действий со стороны старшего. Арсений же фыркнул на игнор в его сторону, взяв паренька за руку, уводя его обратно в комнату. Усадив неугомонного мальчика, он начал наворачивать круги, читая лекции. — Антон, ты сейчас в плачевном состоянии, тебе нужен покой, зачем ты постоянно хочешь от меня убежать? — после этих слов он всë так остановился, смотря Шастуну прямо в глаза. — Почему я хочу уйти?! Да потому что вы меня постоянно донимаете с этом внешним видом, проведением и родителями! Да! За мной не следят родители! Им на меня плевать, они алкаши и периодически меня бьют, поэтому я не бываю дома! Это всë, что вы хотели от меня услышать?! — кричал Антон, уже не понимая что он вообще говорит. Накипело. Почему в жизни Шастуна так много говна? Почему нельзя просто оставить его в покое? — Антон, я не знал, — растерянно сказал мужчина, он конечно догадывался, но не на все сто процентов, точно не такое он представлял. — Да?! Ну и понятно, что вы не знали, я никому не говорю о проблемах! Мне никто не нужен, не нужна мне помощь! — продолжал истерить юноша, уже не в состоянии остановиться. Арсений подошёл к Антону и поняв, что словами тут не помочь, обнял бьющегося в истерике парня. Шаст тут же начал вырываться, сопротивляться, забыв о боли, но сильные руки не давали этого сделать. — Да чтоб тебя! Отпусти меня! Мне никто не нужен! Я сам по себе, ты мне не нужен! — уже забыл рамки «учитель» «ученик», Антон просто хотел, чтобы ему перестал помогать. Но спустя несколько минут, он на удивление притих, мужчина уже подумал, что Шастун уснул, но нет.       Парень не выдержал своего напора эмоций и из глаз брызнули горячие слëзы, который будто прожигали бледную кожу. Антона начало трясти. Попов прижал плачущего мальчика к себе, гладя его по спине, успокаивая без слов.       Парень успокоился только через пол часа. Ну как успокоился, он просто вырубился. Мужчина рвано выдохнул, укладывая Антона на диван, укрывая его рядом лежащим, неаккуратно скомканным одеялом. Тихо покинув гостиную. Арсений всë таки решил взглянуть на время. «7:05». — Прекрасно поспал в свой выходной, — себе же прошептал мужчина, идя в сторону ванной комнаты, чтобы привести себя в порядок.       Оказавшись перед зеркалом, Арсений посмотрел на себя, оценивая свой внешний вид. Красные глаза от недосыпа, сухие губы, который потрескались в ближайшее к уголкам губ, синяки под глазами. Выглядит он конечно не ахти, будто бухал пол года и принял решение бросить. — Да уж, выгляжу как говно, надо идти дальше спать, — приняв решение, Попов направился обратно в свою комнату, чтобы до-спать своë время, потраченное парнем и его истериками, оскорблениями и не только. Как жаль, что он не может уснуть на дня два.       После нескольких честно заслуженных часов сна, мужчина уже сидел в кресле, составляя контрольные и самостоятельные. Конечно же не сам, он не из тех сук, который всë делают сами, а потом ходят, говоря учениками, что списать у них не получится. Попов просто по-находил контрольные, выбирая из них некоторые задания, формируя что-то между «Я составил сам» и «Спиздил из интернета».       Наконец-то закончив, он решил, что нужно уже проверить Антона и по возможности его накормить, ведь парень с прошлого дня ничего нормально не ел, только один раз на завтрак, а ведь этого мало, чтобы полноценно развивается и в принципе, чтобы не сдохнуть от голода.       Зайдя в комнату, он оглянул ученика мимолётным взглядом и убедившись, что тот спит, с чистой совестью покинул помещение, отправляясь на кухню, чтобы заварить себе кофе, так-как с утра ничего не ел, ведь как говорится, работа при выше всего.       Пройдя к чайнику, он клацнул на кнопку включения, а после отправился к полке, где хранилось всë кофе в его доме. За эту полочку он готов умереть, ведь отвалил за это всë нехилые бабки, но всë же не такие, как за жизнь ученика. Выбрав классическое кофе вообще без каких-либо добавок, он засыпал небольшое количество россыпного напитка, заливая его кипятком. Варить нет сил и желания, поэтому растворимый кофе это его спасение.       Пока ничего не подозревающий Попов попивал кофейный напиток, Антон уже успел проснуться. Поднявшись на локтях, парень поморщился от резкой боли во всём теле. — Бля.. Что вообще произошло? — спросил в пустоту севшим по непонятным причинам голосом, потирая глаза, чтобы зрение не так плыло.       Живот оповещал хозяина о том, что стоило бы поесть, но встать это довольно проблематичное занятие, из-за травм, но голод был выше какой-то там боли, поэтому Шастун поднялся с дивана, идя по интуиции на кухню. Когда тот был уже возле порога, на него обратили внимание. — О, Антон, доброе утро, — произнёс Арсений, отрываясь от телефона и направляя свой взгляд на юношу в дверях. — Доброе, а можно поесть? — прямолинейно поинтересовался Антон, ведь есть реально хотелось ужасно как. — Можно конечно, к чему такие вопросы, что будешь? — после этих слов, он отодвинул кружку от себя, чтобы невзначай не пролить горячий напиток на себя. — Можно чай и бутерброды? — спрашивает парень, уже заходя в комнату, становясь возле стола. — Да, — кратко ответил мужчина, поднимаясь со стула и подходя к холодильнику, в котором было не так уж и много продуктов, но их точно хватит, чтобы накормить голодного юношу.       Уже через несколько минут еда стояла на столе, в месте с чаем, которого было слишком мало, ведь сам Попов чай не пьёт. — Спасибо, — сказал Шастун, присаживаясь и пододвигая тарелку с бутербродами поближе. Арсений на это лишь кивнул, тоже садясь обратно на стул, продолжая пить свой уже немного остывший кофе.       Поев, Антон поблагодарил преподавателя, снова отправляясь в зал, ведь голод ушёл, а вот боль уходить не собиралась.       Попов на это лишь снова кивнул, убирая всë со стола. Дальше его ожидала проверка тетрадей, нудное дело, но за это ему платят. Открыв очередную тетрадь, его встретило половинка сердечка нарисованное на полях, а к нему надпись «Арсений Сергеевич, дорисуйте)», мужчина не понимающе посмотрел на маленький рисунок, а после нескольких минут раздумий, дорисовал это сердце. — Да уж, я слишком стар, чтобы понимать их приколы, — проговорил Арсений, продолжая проверять работы. Про это сердечко он забыл сразу-же, а вот девчонка, которая решила написать это, будет ходить и хвастаться, что вот ей учитель математики сердце дорисовал. Возможно так и будет, ведь в Попова влюблены многие девочки, а ведь сам мужчина даже об этом не догадался и не очень хотел, ведь зачем ему семиклассница и статья.