Иди сюда.

Поздний осенний дождь уныло тарабанил за окном, оставляя грязные разводы на стекле и смывая с него прилипшие бурые листья и сосновые иголки. С наступлением вечера небо совсем почернело, а в доме семьи Айвори будто сгустились сумерки,ведь никому из её членов в такой мрак даже вставать не хотелось, или каждый занимался своими делами. В такие моменты с разных углов доносились еле заметные шорохи неизвестных тварей, но они так же быстро исчезали, как и появлялись, цокая и шурша по плитке. Гостинную дома освещал слабо мигающий экран старого телевизора у стены, который, впрочем, был единственным источником света в комнате. В полутьме разносились обрывки довольных голосов из какой-то богом забытой передачи, которую хозяин дома периодически включал на одном из бесчисленных каналов, дабы разбавить гнетущую тишину. Лютер сидел, откинувшись на спинку потрёпанного жёлтого кресла, подлокотники которого были протерты и содраны почти до набивки - в этом была уже вина времени и коточелов, которые в порыве охоты могли разгромить половину всего их жилища. Кстати, а где они? На полке часы в форме скрученной спящей кошечки с четыремя железными стрелками пробили только 10 вечера. В это время Ниен проверяет несколько комнат на наличие грызунов и после этого либо берет нож в лапы, либо со спокойной душой заваливается спать. Но в этот раз никто спешно не спустился по лестнице и даже не пожелал хозяину спокойной ночи. Странно. Не прошло и десяти минут, как сверху, где-то далеко, послышалось недовольное шипение, после чего грохот и снова тишина. Кажется, смерть унесла на тот свет ещё одну мышку, очень жаль.

***

В коридоре гулким эхом пронеслось неторопливое шуршание шагов, будто кто-то с трудом тащил за собой ноги. Старший Айвори перевёл взгляд на дверной проём, из-за которого показался привычный жёлтый свитер одного из котов, который, в этот раз, был перепачкан тёмными красными пятнами. Светлые волосы тоже были перемазаны и слиплись на лице, ещё больше размазывая по нему кровь. Сам же Нион держался за голову, и хоть его выражение лица было всё таким же безразличным, но подкушенная нижняя губа выдавала в какую никакую боль. Он хотел пройти мимо в ванную, чтобы не пачкать дом и не расстраивать хозяина, но.. - Подойди сюда. - Лютер поманил его пальцем с крупным перстнем, камень которого отражался в глазах Ниона. Коточел медленно подошёл к хозяину, виновато опустив голову и продолжая поддерживать кровоточащую рану одной рукой. Старший Айвори похлопал себя по коленям, и парень послушно сел, немного сжавшись и откинув голову хозяину на плечо. - Ниен снова тебя обижает? - спросил он, поглаживая котика по мягким, светлым волосам, в зоне, куда ещё не добралось липкое кровавое пятно. Нион неуверенно кивнул, кажется боясь произносить это вслух. - Он не исправим, что тут поделать. Кажется, его охотничьи инстинкты берут верх. С одной стороны, это хорошо, но с другой... - Лютер задумался, уставившись в верхний угол комнаты. - В некоторые периоды лучше не показываться ему на глаза. Да. Определённо. Он замолчал, продолжая неспешно гладить Ниона, который уже почти засыпал, с трудом открывая слипающиеся веки. Телевизор продолжал неспешно щипеть и потрескивать, но уже не так громко, будто не желая нарушать устоявшееся в команте умиротворение.

***

Свет полностью погас. В гостиной было слышно только тиканье старых часов и тихое урчание заснувшего коточела на плече у хозяина. Лютер прислонился щекой к его волосам - кровь уже запеклась, да и кожа рагладилась. Регенерация Ниона впечатляла. Спокойной ночи.