Поддержка

      На пятом курсе дружба Скорпиуса и Альбуса переросла в нечто большее. Пятнадцать — как раз тот возраст, когда появляется желание постоянно быть рядом, держаться за руки и целоваться в укромных местечках замка. Не с кем-то, друг с другом. И Альбус, видевший старшего брата с разными девушками, представлял, как они со Скорпиусом будут вместе всегда, ведь он не хотел любить никого другого. А Малфой лишь с нежной улыбкой соглашался, поправляя выбившуюся непослушную прядь из чёрной копны возлюбленного. Но в отличие от того же Джеймса, парни свои отношения скрывали. Не потому что боялись осуждения со стороны однокурсников, просто они хотели сначала поговорить со своими семьями. Хотели показать, что их чувства серьёзны.       Больше всего пугало то, как пройдёт разговор со старшим Малфоем. Человеком он был всё же строгим, воспитанным в чистокровной семье, в высшем обществе, который придерживался принципов. Скорпиус отца любил и знал, что эта любовь взаимна, но всё же небольшой страх того, что старший Малфой не примет сына гея, жил в сердце своей жизнью. Поэтому парни решили сначала рассказать о своих отношениях родителям Ала. Они всегда были приветливы и вежливы к Скорпиусу и одобряли их с Альбусом дружбу.       На вокзале Кингс-Кросс всегда было шумно и многолюдно. Скорпиусу удалось незаметно для всех ласково провести по чужой руке своей ладонью, прежде чем расстаться с любимым на несколько дней. Они оба были рады оказаться наконец со своими семьями. Альбуса ждал ужин со всей многочисленной роднёй, а Скорпиуса ждал отец и возможная поездка к бабушке с дедушкой. Но юноши уже скучали друг по другу, несмотря на то, что должны были встретиться совсем скоро. И Альбусу просто нужно было подготовить родителей и самого себя к серьёзному разговору. Ничего сложного.       Как оказалось, сложности были. Сначала Скорпиус действительно уехал во Францию, но не на вечер, как рассчитывал, а на неделю. И как бы он не был рад увидеться с бабушкой и дедушкой, вскоре тоска мальчиков друг по другу стала невыносимой, а письма, отправляемые совиной почтой не могли передать всех эмоций. Когда Малфои наконец вернулись, Альбус напросился в Мэнор. Прятать свои чувства в огромном поместье, где находилось всего три человека было намного легче, чем страдать в резиденции Поттеров. Им нужна была возможность поговорить с родителями Альбуса наедине, а это было практически невозможно в полном родственников доме. Приходилось ждать.       Случай представился только в июле. Джеймс уехал с Тедди на матч по квиддичу и приуроченный к нему фестиваль, Лили гостила у четы Уизли, а рабочие графики родителей наконец-то совпали так, что и Джинни, и Гарри наконец-то оба были дома. Скорпиус должен был прибыть после ужина, поэтому Альбус попросил родителей ничего не планировать на это время, чем заслужил удивлённые взгляды. Весь вечер младший сын Поттеров сильно нервничал, почти не прикасаясь к еде, и постоянно отвлекался на часы. Родителям нервозность передалась тоже. Было странно видеть своего обычно спокойного ребёнка таким серьёзным и взволнованным и не знать причин этого беспокойства.       Когда в камине появился младший Малфой, как всегда одетый с иголочки, и вежливо их поприветствовал, ситуация яснее не стала. Альбус попросил родителей совсем немного подождать в гостиной, прежде чем схватить Скорпиуса за руку и утащить его в свою комнату. Быстрый поцелуй и обмен словами любви придали сил и уверенности. Поэтому спустя пять минут влюблённые вернулись в гостиную, держась за руки и устроились на диванчике напротив растерянных взрослых. Скорп крепче сжал ладонь возлюбленного, и Альбус выдохнул:       — Мама, папа, хочу представить вам Скорпиуса Малфоя — моего парня. Мы хотели официально сообщить о том, что встречаемся.       С каждой минутой тишина становилась всё более гнетущей, и мальчики начали понимать, что сложности не закончились.       — Ты шутишь, Ал? — Гарри Поттер снял очки, провёл рукой по лицу, задерживаясь на бороде и пристально посмотрел на сына, игнорируя второго парня.       — Конечно нет, отец, разве этим шутят? — От напряжения голос Альбуса звучал не так уверенно, как хотелось бы.       — Ал, любые отношения — это серьёзный шаг. И отношения с другим мальчиком, — Поттер старший долго подбирал слова, — не то, что считается нормальным в обществе. Вы ещё слишком молоды, чтобы думать о любви, чтобы понимать свои чувства.       — Вы с мамой тоже были знакомы с первых курсов Хогвартса и в нём же начали встречаться, абсолютно глупо говорить что-то о нашем возрасте!       — Не всё так просто. У нас в юности были другие обстоятельства, к тому же…       — К тому же, мы два парня? Проблема в этом? Неужели тебя это беспокоит, отец? — Альбус не мог поверить, что их диалог приобретал такую форму.       — Да, беспокоит. Ваша так называемая влюблённость может пройти через пару дней, но у людей уже сложится мнение о тебе, даже если в будущем ты найдёшь хорошую девушку и создашь с ней семью.       — Или вы беспокоитесь о себе? — Скорпиус уже надел свою маску холодности и спокойствия, хотя внутри его сердце кричало от боли. — Сын великого Героя Британии — гомосексуал, какой позор. Неужели для вас ещё что-то значит общественное мнение?       — Не утрируй, Скорпиус. Я просто переживаю за своего сына и его будущее. Потому что я люблю его.       — Тогда я не понимаю… — Молчавшая до этого Джинни перебила сына, прожигая сцепленные руки мальчишек пылающим взглядом. — Мы сами виноваты, что позволили этой дружбе с Малфоем существовать, но отношения? Нет, Альбус, это непозволительно. Неужели ты хочешь опозорить нашу семью? Сын героев встречается с сыном Пожирателя Смерти?       — Джинни! — Гарри не хотел слышать эту фразу, он действительно не был согласен со словами жены, но было уже поздно. Мальчики были в ужасе.       — Не смейте так говорить! Я не намерен выслушивать оскорбления в адрес отца. Может он был Пожирателем, когда был ребёнком, но это было давно. Сейчас он совершенно другой человек, он хороший человек и хороший отец. Он уже не тот, каким был годы назад. И я — не мой отец, так же как Альбус не кто-то из вас. Мы люди, имеющие право любить кого угодно и как угодно. Я люблю вашего сына и он любит меня. И даже если вы не одобряете этого, по каким-то надуманным причинам, вы не в силах этого изменить.       Скорпиус был зол и расстроен. Совсем не этого он ожидал. Альбус вцепился в него, обнимая и показывая свою полную поддержку. Джинни хотела продолжить спор, но Гарри положил руку ей на плечо, качая головой.       — Ал, иди в свою комнату. Скорпиус, думаю тебе пора домой. Нам всем нужно подумать.       — Без Альбуса я не уйду. — Малфой не раздумывая поднялся на ноги, закрывая собой возлюбленного, который с трудом сдерживал слёзы на глазах.       — Он никуда не уйдёт, пока я не позволю. Альбус всё ещё несовершеннолетний волшебник и находится под ответственностью родителей.       Предвкушая спокойный вечер, Драко устроился в гостиной собираясь прочесть книгу за бокалом вина, когда два мальчика в буре эмоций вывалились из камина. Старший Малфой чертыхнулся, рассматривая растекающееся по ковру красное пятно, и перевёл взгляд на своего и Поттера сыновей. По юным лицам можно было прочитать, что случилось что-то скверное. Он как раз поднялся, чтобы заговорить, когда следом выскочил сам Гарри Поттер.       Дети отшатнулись, и не разбираясь в ситуации, Драко решительно встал между ними и мужчиной, приветствуя того притворно вежливо.       — Мистер Поттер, какой неожиданный визит. Для нас всегда честь видеть в этом доме такого почётного гостя. Хотя будет предпочтительнее, если вы сообщите о своём приходе заранее.       — Прекрати вести себя как клоун. Я просто пришёл чтобы забрать сына. — Драко смотрит на Альбуса и тот машет головой, сжимая руку Скорпиуса.       — Не думаю, что ребёнок сейчас этого хочет.       Поттер сдерживает себя от грубости, пытаясь успокоить дыхание.       — Не твое дело, Малфой.       — Как раз таки моё. По каким-то причинам, Альбус не хочет возвращаться домой прямо сейчас, и, хорошо зная этого мальчика, я склонен поддержать его решение, что бы у вас там не случилось. Успокойся и заходи на чашку чая через пару дней.       — Я могу прислать авроров. Ты практически похищаешь и удерживаешь чужого ребёнка.       — И как ты им это объяснишь, Поттер? Твой, позволь заметить, шестнадцатилетний* сын сам хочет остаться здесь. К нему не применялись заклинания или зелья, что будет видно при любой аврорской проверке. А вот ты определённо его пугаешь, может мне обратиться в органы опеки?       — Не зли меня, Малфой.       — А то что? Используешь Сектумсемпру при детях и убежишь?       Голос Драко стал серьезным и ледяным, в руке мужчина сжимал палочку, воздух вокруг звенел от напряжения, и Гарри очнулся, понимая, как агрессивно вёл себя.       — Я не знаю, что произошло, Поттер, но думаю, что прямо сейчас тебе стоит покинуть мой дом.       — Мерлин, мне жаль. Я потерял контроль над эмоциями… Альбус?       Тот всё ещё стоял рядом с младшим Малфоем, сжимаясь в испуге, и Гарри понял, что никакими уговорами не вернёт сына домой в ближайшее время.       — Я прошу прощения за свое поведение. Да, думаю, мне стоит вернуться домой… Альбус, мы с мамой обо всём подумаем. Пожалуйста, пришли сову и возвращайся, как только сможешь, чтобы мы не переживали. Малфой. — Мужчина кивнул головой и, не смотря ни на кого, вернулся к камину.       Спустя минуту напряжение спало, дети облегченно выдохнули, и Драко обернулся к ним.       — Ну и что вы такого натворили, что вывели из себя самого благородного мага столетия?       Мальчишки переглянулись, будто общаясь о чём-то мысленно. Они уже изучали легилименцию? Драко фыркнул и вызвал домовика.       — Принеси пожалуйста молодым господам холодный фруктовый чай со сладостями. И думаю, мне не помешает ещё одна бутылка вина. — Отправив эльфа выполнять поручение, Драко обошёл пятно на ковре и вернулся в своё кресло, указав мальчикам на диван. — Садитесь, садитесь.       Альбус шёпотом спросил, стоит ли обо всём рассказывать, и смутился, когда ответил старший Малфой: — Вам есть что терять? Переходите к делу, друзья.       Сын чистокровного волшебника — Скорпиус Малфой стал просто Скорпом, снимая все маски и расстёгивая ненавистные пуговицы на манжетах.       — Отец, мы с Алом встречаемся. Любим друг друга не как друзья. Состоим в отношениях вот уже несколько месяцев. Хотели… Рассказать семьям, перед тем как перестать прятать свои чувства на публике. Начало не задалось.       Домовик вернулся с подносом в руках, передавая парням их чашки чая. Драко повертел в руках заново наполненный бокал и неожиданно рассмеялся.       — Неужели Поттер — защитник бедных и убогих — так плохо воспринял эту новость, что вы сбежали? Поверить не могу.       Мальчики растерянно переглянулись, всё больше расслабляясь.       — Отец?       — Что?       — Я сказал, что мы с Альбусом вместе.       — И я прекрасно тебя услышал, не делай из меня древнего старика.       — Но…       — Но вы ожидали, что это я устрою истерику и начну метать заклинания? — Драко улыбнулся, но в его взгляде проскользнула боль, отчего Скорпиус ощутил сильную вину.       — Нет, папа…       Старший Малфой отставил бокал и нежно посмотрел на детей.       — Скорпиус, Альбус, ваши ожидания вполне понятны и имеют смысл. Мы чистокровная семья, а однополая любовь не приветствуется в высшем обществе. Но в нём столько дерьма, что порой стоит послать это общество к чёрту. Я знаю, ведь я вырос во всей этой атмосфере аристократии, и куда это в итоге привело? Метка пожирателя, война, заключение, брак по расчету… Я не жалею лишь о том, что вся эта жизнь подарила мне замечательного сына, которого я люблю несмотря ни на что и буду любить, что бы ни случилось. К тому же, репутация нашей семьи в магическом мире была испорчена задолго до вашего рождения, пусть я и пытаюсь вернуть ей доброе имя, ваши отношения уже не смогут ничего испортить…       Скорпиус бросился к отцу в объятья, выбивая воздух из лёгких мужчины. Порой трудно понять, что твой малыш уже вырос и даже перерос тебя. Драко ласково повел руками по волосам и спине сына, а после посмотрел на Ала и приглашающе кивнул. Если во время объятий взрослые дети ему что-то и отдавили, Драко промолчал, потому что оно того стоило.       Отстранившись, мальчики вернулись на свои места и уже более расслабленно приступили к десертам.       — Мама назвала Скорпа сыном пожирателя, это было ужасно… Драко усмехнулся: — И разве она не права? Поверь, у неё был повод сказать это.       — Но отец!       — К вам двоим это никак не относится. Я уверен, что она не хотела никого обидеть и сказала это на эмоциях. Вы не должны обижаться и злиться на неё за это. В конце концов, всё будет хорошо. Альбус, семьи ссорятся и по меньшим поводам, родителям просто нужно время, чтобы принять всё случившееся, они успокоятся. Ничего не сможет сломать их любовь к тебе, я уверен.       — Спасибо, мистер Малфой. Я всегда считал вас крутым.       — Потому что так и есть. — На этой фразе все рассмеялись, Скорпиус облокотился на плечо Альбуса, посылая отцу благодарный взгляд.       — А что за заклятье вы упомянули, когда говорили с отцом? Сектумсемпра, мы его не изучали.       — И не будете. Да и саму эту историю мы оставим на следующий раз. Не знаю, как вам, но мне после такого вечера следует отдохнуть. Не засиживайтесь.       — Доброй ночи, мистер Малфой.       — Доброй ночи, отец, я люблю тебя.       Проходя мимо, Драко потрепал сына по макушке, показывая свою любовь без слов.       — Всё прошло не так уж и плохо. — Скорпиус притянул к себе ладонь любимого и оставил несколько поцелуев на тыльной стороне.       — С твоим отцом — да. Но не с моими…       Малфой прижал Альбуса к себе, заглядывая в его зелёные глаза.       — Отец сказал, что всё будет хорошо, я ему верю. — Мягкие губы прижались к его щеке.       — Думаю, твой отец добавил нам в чай успокоительное.       — Он определённо сделал это, и я его не виню. Нам следует подняться наверх, если не хотим уснуть здесь.       Домовой эльф разбудил Драко в два часа ночи, ворчливо заявив, что в гостиную через каминную сеть в непотребном состоянии ворвался некий Гарри Поттер и требует хозяина для разговора. Малфой застонал, проклиная себя за то, что не заблокировал камин, но быстро привёл себя в порядок, накинул на тело халат и взял в руки палочку. От шрамоголового можно было ожидать чего угодно.       Мужчина нашёлся сидящим прямо на полу, в компании, на треть опустевшей, бутылки огневиски. Драко прокашлялся, привлекая внимание ночного гостя.       — Знаешь, ты можешь воспользоваться моей мебелью, она не отравлена.       Поттер лишь фыркнул в ответ, пошатываясь поднялся на ноги и завалился в любимое кресло Драко. Малфой устроился на диване напротив, не выпуская из рук палочку и следя за каждым движением Поттера.       — Если ты снова хочешь устроить скандал, то выбрал не лучшее время. Мальчики спят.       — Нет, я просто с тобой поговорить пришёл.       — И всё же, ночь не подходящее время для подобных разговоров. К тому же, очевидно, что ты пьян.       — Недостаточно… Они рассказали тебе?       — О чём? О своей влюблённости друг в друга? Да, Поттер, рассказали.       — И по-твоему всё нормально?       — Что ты понимаешь под этим словом, Поттер?       — Ты не знаешь, да и мало кто знает, но в детстве я жил с маглами. Они меня терпеть не могли и называли ненормальным за то, что я был волшебником, ребёнком волшебников, о чём я сам и не подозревал. Многие люди считают ненормальным всё, что выходит за рамки их понимания, я пережил это, я не хочу, чтобы с Альбусом случилось что-то подобное… Наше общество жестоко.       Поттер сделал очередной глоток прямо из бутылки и уставился на неё, пытаясь найти на этикетке верные слова.       — Ты — его отец. Разве ты считаешь его ненормальным, потому что он влюблён в моего сына?       — Нет, я… нет.       — Возможно, общество не примет их отношения, но ни им, ни нам не должно быть до этого дела. Мы с тобой пережили немало таких моментов, когда всё и все были против нас. Пусть это было при разных обстоятельствах. Помнишь, как даже твой лучший друг отказался от тебя, прислушавшись к мнению большинства, во время четвёртого года?       — Ты помнишь?       — Да. Именно поэтому, что бы ни случилось дальше, ты должен поддерживать и защищать сына. Сыновей, дочь, жену, всю свою семью. Любовь не меняет сути человека. Скорпиус всё тот же Скорпиус, Альбус тот же Альбус.       — Да, знаешь, я сказал нечто похожее Джинни, мы поссорились, но я думаю, что совсем скоро она успокоится. Я уже. Даже не знаю, почему я так отреагировал. Испугался, наверное.       — Ты убил величайшего тёмного мага современности, чего ты вообще можешь бояться? Где тот Поттер, которого я знал в школе? Где человек, кидающийся в пекло, рискуя собой? Что случилось, неужели ты стал таким старым?       — Не сравнивай, Малфой. Была война, всё было иначе.       — Вот именно. Каждый из нас мог умереть, мы теряли близких, мир мог рухнуть. Но мы сейчас здесь с тобой и, честно говоря, я бы предпочёл чью угодно компанию в своей гостиной глубокой ночью. — Малфой усмехается только так, как умеет он, но в голосе нет ничего, кроме тепла, и Гарри заворожён. — Может быть их ждут насмешки, может быть, косые взгляды в спину, но они наши дети, они справятся. В конце концов, вспомни слова Дамблдора о том, что любовь всё побеждает или как-то так…       — Любовь спасительная сила. Чудесная и ужасная...       — Да… Даже если спустя года они поймут, что не могут и не хотят быть вместе, мы просто должны дать им шанс попробовать. Это их жизнь.       — Надеюсь, это говорит во мне алкоголь, но ты прав. Я просто не заметил, что Альбус уже совсем взрослый. Сейчас я думаю, что расстроился не из-за того, что выбор Альбуса Скорпиус или то что он гей. На самом деле, где-то глубже в своей душе я просто испугался, что вот он — мой взрослый сын, совсем скоро обзаведётся своей семьёй, оставит нас позади. Даже с Джеймсом у нас ещё не было такого разговора.       — Это закономерность, Поттер. Дети растут, мы стареем. Не представляю, что случится, когда придёт время вашей дочери рассказывать о своей беременности. — Малфой хохотнул.       — Мерлин, заткнись! Это случится ещё не скоро.       — Время летит незаметно. К слову, скоро начнёт светать.       — Да, чёрт возьми, ты прав, я что-то заговорился.       — Этот день, когда Гарри Поттер признал мою правоту несколько раз подряд, я отмечу красным в календаре.       Драко поднялся, убирая палочку, что до этого бесцельно вертел в руках, в карман, и подошёл к Поттеру, протягивая руку, чтобы помочь мужчине подняться. Поттер руку принял.       — Ты прости меня за это. За разговор, за то что ворвался днём. За Сектумсемпру прости тоже. Столько лет прошло, что я об этом и забыл. А тогда я представить не мог, что это возможно оставить в прошлом.       — Не напрягайся сильно, Поттер. Я специально упомянул об этом, чтобы разбудить в тебе чувство вины и отвлечь от мальчиков.       — Какой же ты засранец.       Прислонившийся к каминной полке Гарри добродушно рассмеялся, вглядываясь в хитрые глаза напротив. Драко протягивал ему чашу с каминным порошком.       — Что тебе нужно сделать, Поттер, так это убедиться, что твоя жена разделяет твоё мнение. Успокойтесь оба, подумайте обо всём хорошенько, обсудите это с другими семьями, которым доверяете. А потом возвращайтесь с хорошо отрепетированными извинениями. И для Альбуса, и для Скорпиуса, как я понял, моего сына вы тоже обидели.       — Да, прости… Хорошо, я пришлю сову. Если мальчики не захотят приходить, может мы с Джинни могли бы прийти сюда, чтобы поговорить?       — Конечно. Как знать, может скоро мы станем родственниками? Малфой и Поттер? Северус бы в гробу перевернулся.       — Нет-нет, Поттер, Уизли и Малфой, как тебе?       — Мерлин, это ужасно, я сделаю всё возможное, чтобы они оставили только мою фамилию. В конце концов, у вас есть ещё два наследника, мистер Поттер-Уизли.       — Поспорим?       — Проваливай, Поттер.       Выпроводив мужчину, Драко заблокировал камин, на случай любых других возможных посягательств на его спокойствие. У кресла он увидел недопитую бутылку огневиски и, поборов свою брезгливость, сделал глоток, обжигающий горло. Он был ужасно вымотан этим днём.       — Если вы думаете, что стали мастерами шпионажа, спешу вас разочаровать, что это не так. Быть может Поттер не услышал вас за шумом своих мыслей, но я заметил как только вы начали пыхтеть и перешёптываться. — В комнате воцарилась абсолютная тишина, не нарушаемая ни единым шорохом. Малфой улыбнулся. — Раз вы не собираетесь спать, я мог бы придумать для вас работу. Как насчёт того, чтобы вручную вывести пятно с ковра? У нас тут недавно появилось.       Спустя мгновение со стороны лестницы раздался топот пары ног.       — Такие взрослые, но всё ещё такие дети.       Драко забрал бутылку с собой в спальню. Если интуиция его не обманывала, впереди его ждало безудержное и беспросветное веселье.