Разбить стену

«Стена»

      При свете довольно-таки тусклой луны, пролетела меж деревьев летучая мышь, в лапах которой была красная роза. Заметив решетчатый забор, та пролетела меж его прутьев, набрала скорость и пролетев через старые могилы, она остановилась возле двухэтажного дома.       Перевоплотившись в самое страшное существо, о которых говорят в мифологии Румынии и легендах, имеющее: бледную кожу, мешки под глазами, вытянутые острые уши и самое пугающее это как иглы два длинных клыка.       Брюнет поправил галстук, свою чëлку и направился к окну дома, дойдя до которого тот увидел свою давнюю подругу. По ту сторону окна, в красиво обставленной ухоженной комнате, на широкой кровати полусидела-полулежала блондинка, чьи волосы ниспадали к плечам и подобно солнцу сияли в свете лампы. С минуту парень просто наблюдал за тем, как Солнышко перелистывала страницу за страницей какую-то книжонку. Уголки губ едва видимо дёрнулись, раз другой, пока на его лице, не появилась глуповатая, но забавная, дёргающаяся улыбка.       И только сейчас его взор зацепился за отсутствующий взгляд и машинальное перелистывание страниц. Сощурив глаза тот с ужасом для себя, отметил, что лучезарная улыбка, что каждый день украшала красивое и милое личико его подруги, отсутствует и не подаёт никаких признаков своего присутствия. Его встревожило и он тихонько постучал по стеклу когтем, привлекая внимание девушки.       Та резко подняла голову и увидев Оскара, переменилась в лице и как-то нервно, даже судорожно и в страхе бросила куда-то в угол книгу. Она вскочила на ноги и подбежав к окну, открыла его и отойдя от оного, дала пареньку места, чтобы тот смог без проблем влезть в её комнату. — Солнышко, что случилось? — с переживанием спросил тот. — Из-за чего ты грустишь? — он прижал розу к груди. — А, Оскар, всё в порядке. — с натянутой улыбкой ответила та и оглядев парня с головы до ног, зацепилась взглядом за розу и за считанные секунды вырвала оную из не самой крепкой хватки. — Это мне? — выдавливая из себя счастливое выражение лица, сказала та. — Спасибо, Оскар! — она слишком наигранно, неестественно поднесла розу к своему носу и втянула едва ощутимый цветочный аромат.       Тут и к гадалке не ходи, что-то тревожило девушку и это было заметно не только в её словах, но и движениях настолько, что каждый, бы сказал, что она притворяется. — Солнышко, пожалуйста, не меняй тему разговора и не делай вид, что всё хорошо. Видно же, что что-то стряслось. — хмурясь, спросил вампир. Девушка же по-прежнему строила натянутую улыбку, всячески пытаясь уйти от весьма болезненной темы. Её взгляд гулял по комнате и всюду, но только теперь она старалась не смотреть на ночного посетителя. — Вот, просто. — её взор наткнулся на книгу, что лежала на тумбочке, она тут же её схватила и открыла страницу с закладкой, — прочла очень грустную историю героев и чуть-чуть захандрила.       Оскар пробежался глазами по страницам книги и не нашёл ничего такого, что могло бы заставить грустить человека, отложив книгу в сторону, он перевëл хмурый взгляд на Солнышко. «Да что тут вообще происходит? Что с ней не так?! Подери меня Дракула.» — он не понимал что сейчас происходит с его дражайшей подругой. Тут он вспомнил, что перед тем как открыть ему окно, Солнышко что-то бросила в угол комнаты и это что-то было сильно похоже на книгу. Краем глаза он увидел, что она напряглась и посмотрела в тот же угол, что и сам Оскар. Они пересеклись взглядами, дело шло на секунды. Он шустрой мышью метнулся в тот угол и почти его достигнув, споткнулся о ковер, попутно сбивая с ног и Солнышко, которая тоже подорвалась для того, чтобы опередить вампира.       Секундная пауза и заливистый смех обоих разнёсся по комнате. Они оба лежали на полу и смеялись в голосину и он не желал утихать, потому что обоих смешил смех другого. Оскар открыл глаза и сперва глянув на лежащую рядом подругу, которая всё продолжала смеяться, а затем обратил-таки своё внимание туда, где он ранее хотел оказаться первей Светланы. Он подполз туда на четвереньках и найдя искомую вещь, сел и стал разглядывать злосчастную книгу. Повисла гнетущая тишина. Он провёл рукой по корке книги. «Всё что нужно знать о вампирах». Он недоумённо глянул на девчонку, вновь на книгу, оглядел последнюю и только сейчас увидел чёрную закладку. Он хотел было уже открыть книгу, как Солнышко вырвала из его рук оную.       Тут его нервы сдали и вскочив на ноги, он возмущенно, чуть повысив тон, спросил. — Да что с тобой такое! Весь вечер сидишь, рожу корчишь, строишь из себя не пойми что. Объясни, что происходит. — под конец голос стал тише.       Улыбка исчезла с её лица, появилась некоторая отрешённость, она встала, прошлась по комнате и села в кресло, хмуро глядя на собеседника. Тяжёлый вздох. Такой что в комнате стало холоднее градусов на десять. — Нам, — она сглотнула. Было видно, что ей самой тяжело даются эти слова. — нужно перестать общаться и вообще видеться друг с другом. — последнее девушка выдавила из себя силой, настолько сложно ей было это говорить.       Слова прозвучали как гром среди ясного неба, в его ушах зазвенело так, словно что-то разбилось в дребезги. — Н-н-но, — дыхание перехватило, кровь зашумела в ушах так, словно он стал по настоящему живым, как девушка, что сейчас сидела перед ним. — почему? — он не мог поверить, что когда-нибудь это произойдёт, что услышит от неё эти слова. — Оскар, пойми, — она улыбнулась ему, но эта улыбка была не той, что он привык видеть, она была грустной, мрачной, без капли веселья. — мы не можем быть вместе. Мы не подходим друг другу. — она глубоко вздохнула, закрыв глаза. Слеза покатилась по её щеке. Она сдерживала слёзы. Она не хотела показывать ему их, но стена, что сдерживала влагу, покрылась трещинами. — Почему? — вновь повторил он. Оскар просто не мог понять, что могло произойти такого, что в миг всё превратилось в пепел. — Ты вампир, я же смертная. — произнесла та. Глаза Оскара полезли на лоб, он не хотел верить тому, что сейчас услышал. — Да, Оскар, я догадалась ещё давно, но думала, что мы останемся друзьями, не более, но всё зашло слишком далеко и пора этому кому-то прекратить. — она облокотилась о спинку кресла и вновь вздохнула. — Прошу, уходи. Всё кончено.       Мир юного вампира посыпался, разбился мириадом осколков. Вот так, в один миг всё разрушилось. Превратилось в труху и пепел. В полном ошеломлении он доковылял до окна, в беспамятстве обратился мышью. Очнулся он только в своем гробу, весь съёжившийся, плачущий навзрыд. Рядом с ним, нависая, перешептывались его школьные друзья. У всех был взволнованный, обеспокоенный вид, особенно у Готики и его дяди.