Prickly relationships

      По коридору разносятся громкие вскрики и удивленные вздохи. Толпа перекрыла весь проход, стараясь протиснуться к центру. Тут и там мелькали камеры телефонов. Девушки шокировано смотрели на, застывших посреди этого всего, девушек, в их глазах застыл страх. Парни же просто молчали, наблюдая за столкновением.       Рослая рыжая девушка гордо возвышалась перед брюнеткой. Та была ниже на пол головы, но туфли на ногах Хван давали еще большее преимущество. Она держала в руках обычные ножницы, довольно глядя на валяющиеся на полу пряди темных волос. Взгляд кошачьих глаз излучал превосходство, девушка словно возвышалась надо всеми, показывая, что не стоит переступать черту.       Рюджин не была из тех, кто молча терпел бы такое отношение. Младшая резким движением хватает светлую рубашку за воротник, разворачивая и буквально ударяя об стену. Йеджи морщится, после чего, на лице появляется хитрая улыбка. Она перемещает свои руки на черный галстук, что неряшливо болтается на шее Шин и резким движением затягивает.       Светло-карие глаза на миг теряют настрой, но брюнетка тут же берет себя в руки. Рюджин смотрит прямо в темные глаза напротив, видя пылающий огонь, что заставляет внутри все гореть адским пламенем. Взгляд опускается ниже, подмечая напряженную шею, от чего ключицы выделяются еще лучше. Йеджи продолжает сдавливать ее горло, видя, как брюнетка мучается. Ее гортань начинает саднить, а в легких все полыхает. Одной рукой Хван проводит по оголенной части шеи, чуть расслабляя «удавку». Шин облегченно вздыхает, но это дается ей с трудом. Она тут же чувствует острые ногти, что довольно ощутимо проходятся по коже, останавливаясь на яремной впадине.       Младшая закусывает губу, благо пряди, падающие на лицо, скрывают это от других, но она замечает, как меняется взгляд напротив. Йеджи нравится, что она смогла вывести обычно спокойную и собранную Шин на эмоции. И она, не скрывая удовольствия, проводит ногтями вдоль ключиц, оставляя красные отметины. Толпа о чем-то шепчется, но никто не смеет их прерывать. Хван знает, что все ее уважают, либо боятся, но для нее это почти равноценно.       Шин исподлобья рассматривает лисье личико. Тонкие алые губы, которые стали чересчур часто пересыхать, а потому Йеджи приходится раз за разом проходить по ним языком. Маленькая родинка на носу, аккуратные брови и ровная линия челюсти. Дыхание старшей сбитое, ее грудь тяжело вздымается, и Шин приходится отвести взгляд, чтобы хоть немного успокоить бушующие эмоции.       Она чувствует жар тела перед собой, горящие и отдающие легким покалыванием царапины. Йеджи нервно сглатывает слюну. Шин становится чертовски горячо, в ее голове мысли начинают терять собранность, но ей нужно думать. Здесь слишком много людей, ей нужно уйти. Сцепив зубы и прикрыв глаза, она резко отталкивается от рыжей, и та отпускает ее. Она все еще жмется к стене. Дурацкий темный топ, не скрывающий ее подтянутой фигуры, черные скинни джинсы и расстегнутая рубашка. Рюджин видит в кошачьих глазах все то, что видеть не должна, а потому чертыхаясь про себя, младшая просто расталкивает толпу ротозеев и уходит прочь.       На следующий день Рюджин приходит в школу поздно. Все в коридоре ошарашенно тыкают в нее пальцами и шепчутся за спиной. Это не мешает младшей гордо поднять голову и идти к аудитории. Ее немного смущал ее вид, но выставлять это напоказ она не решилась. Дурацкий короткий топ и чрезмерно короткие, по меркам Рюджин, шорты. Сверху она надела укороченную куртку, но жарко ей не было, чему девушка была рада. Она отрезала свои волосы под каре, раз уж Йеджи решила ей вчера помочь, то почему не довести дело до конца? А также, Шин успела покрасить их в темно-синий, что красиво переливался на свету.       Зайдя в аудиторию, девушка слышит удивленные возгласы, но никак не реагирует. Она тут же натыкается на лицо старосты, что сегодня была одета куда приличнее. Клетчатая юбка, чуть не доходящая до колена, светлые чулки и кроссовки. Сверху, на удивление младшей, светлая рубашка заправленная под юбку, а дополняет образ дурацкий галстук. Рюджин едва сдерживается, чтобы не придушить рыжую бестию на месте, но все же проходит на свою парту и садится, молча утыкаясь в экран телефона. Она чувствует на себе долгий, прожигающий насквозь, взгляд, ей даже не нужно поворачивать голову, она и так знает, что только один человек может так нагло пялиться на нее.       Звенит звонок, и Хван, взяв свою сумку, подходит к последней парте, садясь рядом с младшей. Синеволосая никак не реагирует на это, продолжая листать ленту соцсетей. Входит лектор, окидывая взглядом класс и привычно поправляя очки. Его старые морщинистые руки небрежно кладут книги на стол, и он тяжело вздыхает. Объявляя громко тему, мужчина отворачивается, беря мел и начиная со скрипучим звуком выводить буквы на доске.       — Ты пялишься, — шепчет Рюджин, зная, что их никто не услышит, ведь так далеко сидела всегда только она. Кошачьи глаза чуть щурятся, и чужое дыхание опаляет ушную раковину, от чего по спине пробегает стая мурашек.       — Что ты творишь? — Хриплый голос Йеджи выражает недовольство. Шин молчит, продолжая записывать тему в тетрадь, зная, как это игнорирование раздражает старосту. И она оказывается права, ведь вскоре Хван не выдерживает, клыками цепляя край уха и прикусывая. Рюджин замирает, закрывая глаза. Дыхание словно замирает, а Шин старательно считает до десяти, чтобы не сойти с ума. Она прикусывает нижнюю губу, аккуратно опуская правую руку под стол. Йеджи дергается, тут же отдаляясь, поняв, что чужие пальцы до боли вцепились в ее бедро. Она чуть морщится, от чего становится похожа на разъяренную кошку. Шин облизывает пересохшие губы, стараясь не отрывать взгляд от написанных формул. Но в голове у нее совсем другие формулы, те, которые подростки обычно смотрят поздно ночью, опасаясь быть замеченными.       Йеджи ерзает, когда рука Шин ползет чуть выше, заходя на внутреннюю строну. У нее нет длинных ногтей, а потому ощущения иные, но это не мешает начать выписывать узоры на ее коже, от чего Хван кусает губы, сжимая ручку так, что белеют костяшки. Рюджин на миг перестает соображать, глядя на ту Йеджи, которую знает лишь она. В глазах нет той искры наигранной доминантности, лишь нежность, смешанная с похотью.       — Староста сегодня плохая девочка? — Тихо спрашивает Рюджин и видит огонек раздражения в темно-карих глазах. Хван хочет сказать что-то колкое в ответ, но рука под ее юбкой делает нехитрое движение, чуть задевая чувствительную точку. Лисица коротко вздыхает, ложась головой на парту и впиваясь ногтями в свои ладони. — А как же записывать лекции? — Рюджин, довольная своей работой, вновь проводит по внутренней стороне бедра, приближаясь к коленям. Она чувствует, как Хван дрожит, прижимая ко рту кулак. Дыхание сбивается, а глаза почти закрыты.       — Я тебя убью, — грозно шепчет она, проверив, что никто не обращает на них внимания, младшая решает провести горячим языком по краю уха. Йеджи тихо шипит, наверняка она держится изо всех сил, чтобы не издать ни звука. Она вновь ерзает, стараясь сжать ноги, но Рюджин лишь усмехается, позволяя это сделать.       — Я тоже тебя люблю, — с ухмылкой произносит Рюджин и, убирая рыжие пряди с шеи, проводит по открытому участку языком, останавливаясь лишь на миг, для легкого укуса. На этот раз Йеджи находит в себе силы дать отпор, резко проводя ногтями по животу младшей. Та напрягается, от чего при касании лучше ощущается сталь чужого пресса. Хван почти скулит. Она не выдерживает, поднимая руку.       — Можно выйти? — Хрипло спрашивает она. Учитель удивленно оборачивается, но кивает. В след говоря о том, что она выглядит болезненно. Свои красные уши она надежно прячет под длинными рыжими волосами, но Рюджин видит, насколько сильно она влияет на Хван.       Йеджи довольно долго не появляется, а потому учитель спрашивает добровольца и самая первая поднимает руку именно Шин, оставляя куртку в классе и уходя. Она быстрым шагом доходит до женского туалета, замечая, что одна кабинка закрыта. Подбирается как можно тише, прислоняясь спиной к холодной, выложенной кафелем, стене и складывая руки на груди. Она слышит тихие и тяжелые вздохи, прекрасно зная, кому они принадлежат. Рюджин тактично кашляет.       — Не вежливо мастурбировать на человека, которого ты якобы ненавидишь, — на миг все звуки стихают. Но почти в тот же миг распахивается дверь, с такой силой, что если бы Рюджин стояла на шаг ближе, то ей наверняка бы попало по лицу. Йеджи злится, это сразу видно.       Ее рубашка небрежно торчит из-под юбки. Один из чулков слегка сполз, а волосы безобразно лежат на одну сторону, оголяя шею. Верхние пуговицы расстегнуты, выставляя на показ ключицы и верх светлого белья. Тонкие губы чуть опухли и покраснели от укусов, а взгляд кошачьих глаз рассредоточен. Хван делает пару шагов, прижимая Рюджин к стене. Чертова разница в росте играет в пользу старосты, но выдержка все еще на стороне младшей.       — Зря ты вышла, — почти рычит Хван, но вся ее злость сменяется тихим стоном, стоит Рюджин податься вперед и слегка прикусить кожу под ключицами. Рыжеволосая цепляется пальцами за плечи Шин, стараясь сохранить равновесие. — Черт, твои волосы, — девушка проводит одной рукой по коротким прядям, пропуская их сквозь пальцы. — Ты выглядишь горячо, — нехотя признает Хван.       — Старалась, — подмигивает Рюджин, цепляя галстук рукой и притягивая лисицу к себе ближе. От ее тела исходит невыносимый жар, словно ее лихорадит, но младшая не хочет заканчивать все быстро. Вчера Йеджи немного заигралась, а потому, Шин решает подразнить ее, прекрасно понимая, что закончится все скорее всего плохо, но это будет потом.       Губы Йеджи по-прежнему мягкие, легкий привкус вишни остается на губах Шин, и она не спешит расставаться с ним, вовлекая старшую в поцелуй вновь. Язык проходит по нижней губе Хван, и та прижимается сильнее, от чего становится жарко. У младшей в голове все плывет и первоначальный план нравится ей все меньше, но она продолжает дразнить лисицу, кусая и чуть оттягивая нижнюю губу. Внизу живота возникает ужасное тянущее чувство, от которого хочется избавиться как можно быстрее. Кровь в жилах бурлит, а светло-карие глаза уже затуманены пеленой похоти. В ушах раздаются отголоски бешеного сердцебиения, а аромат роз, который так любила использовать Йеджи, дурманит голову.       Колени старшей предательски дрожат, выдавая ее возбуждение. Рюджин не выдерживает, беря ее на руки, и грубо усаживая на подоконник. От мгновения, пока ноги Хван крепко держались за ее талию, Шин почти теряет дар речи. Острые коготки чуть впиваются в кожу на лопатках синеволосой. Нагло забираясь под ткань юбки, Рюджин начинает нарочито медленно вести пальцами по бедру, видя, как Йеджи извивается и сгорает от нетерпения. Большой палец якобы случайно проходит по влажной ткани, чуть надавливая. Староста закрывает глаза, опрокидывая голову так, что почти упирается ей в стекло. Меньше всего их сейчас волновало окно второго этажа, из которого кто-либо мог бы их заметить. Она тихо стонет, сильнее впиваясь ногтями.       — Ну, кошечка, потише, мне еще в класс с тобой возвращаться, хотя бы за вещами. — Голос Шин стал более низким и хриплым, она наблюдает за каждым изменением в выражении лица Хван. Очередное легкое поглаживание, и Йеджи прикусив губу, скулит, умоляюще глядя на Рюджин.       — Пожалуйста, — почти шепчет староста, но почти сразу звенит чертов звонок. Йеджи хмурится. — Какого черта?       — А, ты же вчера была занята моей стрижкой, — смеется Шин, отходя от растерянной Хван. Она переводит дыхание, мысленно благодаря сокращенные занятия и глядя на неудовлетворенную Йеджи, что злобно смотрит на нее, сводя ноги и спрыгивая с подоконника. — У нас занятия сократили, так что, увы, пора заканчивать.       — Кабинки свободны, — во взгляде старшей видно небывалое раздражение, и Рюджин это нравится, она подходит ближе, быстро вставая на носочки и целуя в губы.       — Позже, — младшая улыбается и быстро удаляется из туалета, слыша удар. Видимо, одна из дверей только что познакомилась с подошвой новых кроссовок Йеджи. Шин, довольная своей работой, идет к классу, стараясь игнорировать неприятное ощущение внизу живота, но осознание, что Хван сейчас хуже, заставляло ее забыть об этом.       Весь оставшийся день, Йеджи всячески старалась задеть Рюджин. То поставит подножку, то «случайно» смахнет ее реферат с парты, зная, что он не закреплен и листы разметаются по полу. Шин лишь усмехается детским шалостям, хотя понимает, что поступила неправильно. А потому, подсовывает Хван скомканный листочек, на котором неряшливым почерком выведено место их встречи и время.       Хван приходит, опаздывая на 20 минут. Младшая, наконец, облегченно вздыхает, ведь надежда уже уходила, также, как и многие учащиеся. Она улыбается, видя недовольное лицо Йеджи, та молча достает ключ от студсовета и пропускает перед собой Шин, заходя следом и закрывая дверь.       — Прости, я не хотела так тебя расстраивать, — признается Рюджин, стараясь поймать взгляд кошачьих глаз. Но Йеджи продолжает молчать, садясь на диван и закидывая ногу на ногу. Демонстративно скрестив руки на груди, староста все также избегает зрительного контакта. — Ты вчера тоже переборщила, я, конечно, и так собиралась давно подстричься, но черт тебя дери, Хван, я люблю тебя, но ты бываешь такой сукой, — фыркает младшая, подходя и садясь рядом. Она смотрит на рыжеволосую снизу вверх, чуть склонив голову и стараясь заглянуть в глаза, но та, словно обиженная кошка, отворачивается к стене. — Я поняла, перегнула, знаешь ли, не одной тебе плохо было. — Пытается оправдаться Шин. Но видит, что это бесполезно. — Хорошо, я заслужила это, тем не менее, предлагаю поехать домой и там все мирно обсудить. У меня квартира всегда свободна, а по пути можем заехать и взять кофе со взбитыми сливками, хочешь?       Йеджи вздыхает, поворачиваясь к Рюджин и ловко залезая на ее колени, опираясь обеими руками на спинку дивана по обе стороны от головы младшей. Она долго смотрит в светло-карие глаза, ища там раскаяние и, видимо, все же находит, потому как взгляд смягчается.       — Еще раз так сделаешь, пожалеешь, — Йеджи приближается, но замечая, как Рюджин тянется за поцелуем, резко увиливает. На ее лице играет озорная улыбка. Вот так из обиженной гордой кошки, она превратилась в игривую и озорную. Шин понимает, что месть будет подобающей и поднимает руки.       — Сдаюсь, — ухмыляется синеволосая, после чего перемещает руки на талию, опуская ладони ниже и чуть сжимая. Она видит, как Йеджи хмурится, после чего снимает с себя галстук и быстрым движением надевает его на шею Рюджин, затягивая, как в прошлый раз. — Даже так? — Улыбается Шин, ласково проводя по оголенным бедрам руками и вырисовывая видимые только ей узоры.       — Это в случае, если вновь захочешь сбежать, — поясняет Хван, довольно щурясь. Рюджин ухмыляется, вновь пытаясь поцеловать Йеджи, но та лишь затягивает у шеи галстук. — Не так быстро.       — Как прикажешь, — в глазах Шин видны искры, она явно не настроена играться. Быстро расправляясь с пуговицами на рубашке, младшая отбрасывает ненужную вещь в сторону, проводя языком по шее Йеджи и слыша, как сбивается ее дыхание. Разумные мысли исчезают из головы, когда Шин спускается ниже и рукой проводит по груди. Йеджи довольно ерзает на коленях, от чего возбуждение захлестывает Шин с головой.       Синеволосая возвращается к изгибу шеи, осыпая его поцелуями и укусами, пока руки ласкают грудь. Йеджи прислоняется ближе, обжигая дыханием кожу и слегка царапая спину ногтями. У Рюджин перехватывает дыхание, когда Хван слегка кусает мочку уха, параллельно проводя длинными пальцами по ее талии. Она спускается ниже, но все же не заходит под резинку штанов, что заставляет Рюджин разочарованно выдохнуть. Она понимает, что заслужила, но эта пытка выводит ее из себя, заставляя сгорать изнутри.       Движения Хван плавные и осторожные, она специально играет с младшей, прекрасно зная ее слабые места, и нещадно издевается над ней. Но несмотря на внешнее хладнокровие, Шин чувствует, как на ее коленях с каждым движением появляется все больше влаги.       Рюджин получает очередной отказ в поцелуе и не сдерживается. Она легко повалила Йеджи на диван, нависая сверху. Рыжеволосая поднимается на локтях, и Шин пользуется этим, чтобы расстегнуть застежку лифчика, кидая его к рубашке. Девушка не сдерживается, наплевав, что ее все еще держат на «поводке». Рюджин приближается к лицу Хван, проводя языком по нижней губе и таки разжалобив Йеджи на поцелуй. Староста платит ей сполна, нещадно кусая ее губы, и то и дело проходя ногтями по ее спине.       Рюджин тихо стонет, но решает играть не по правилам, раздвигая ноги Хван при помощи своего колена. Рыжеволосая цепляется за ее плечи. Йеджи жмурится, стоит младшей чуть шевельнуть коленом. В голове синеволосой не осталось ничего, она слишком без ума от вида перед ней. Грудь Йеджи вздымается от сбившегося дыхания, а тело напряженно, словно струна. Одно касание отзывается сотней приятных импульсов по коже, заставляя ее покрываться мурашками.       Рюджин неспешно ласкает грудь, свободной рукой наконец задирая юбку и проводя пальцами по внутренней части бедра. Она любила так делать, видя, как девушка под ней закусывает губу, чтобы скрыть стоны. Йеджи ерзает сильнее, уже полностью отбросив смущение, ведь сейчас ей хочется только одного.       Шин перестает сдерживать себя, оглядывая спортивное тело хищным взглядом и впиваясь в алые от укусов губы. Ее рука поднимается выше и наконец отодвигает ткань, пальцы касаются оголенной кожи, которая словно горит огнем. Йеджи не сдерживается и громко стонет прямо в губы Рюджин.       Шин чуть отдаляется, взглядом словно спрашивая разрешения. Вместо слов, Йеджи притягивает ее за шею к себе, оставляя болезненный укус на плече. Рюджин облизывает пересохшие губы, большим пальцем проводя по набухшему клитору и осторожно вводя два пальца. Йеджи словно бьет током, и она лишь сильнее цепляется за младшую, выгибаясь в спине и приподнимая таз. Напряжение внизу живота уже невозможно игнорировать, все полыхает, каждая частичка Шин сейчас полностью хочет владеть Йеджи, которая скулит, изводя нижнюю губу зубами.       Толчки становятся увереннее, и Йеджи уже сама двигает бедрами навстречу. Рыжеволосая протяжно стонет, начиная дышать все быстрее. Рюджин понимает, что сейчас девушка на пике. Проводя языком по ключицам, Рюджин спускается ниже, прикусывая сосок и начиная наращивать темп. Она видит, как часто вздымается грудь Йеджи, почти слыша, как громко стучит ее сердце. Пара толчков — и Йеджи громко стонет, выгибаясь на встречу. Она обнимает младшую за шею, прижимая к себе. По ее телу словно проходит электрический разряд, заставляя содрогаться в приятных конвульсиях, от чего ноги становятся ватными. Рыжая тяжело дышит, стараясь отдышаться и прийти в себя.       Они, наконец, встречаются взглядами, и там не видно ни капли вражды, лишь нежность и трепет. Йеджи ласково проводит пальцами по линии челюсти, останавливаясь у губ Рюджин и притягивая ее за край галстука. Этот поцелуй выходит мягким и осторожным, словно впервые. Стоит Рюджин отстраниться, она видит, как на лице Хван расплывается довольная улыбка.       — Я люблю тебя, — шепчет младшая, ложась рядом и притягивая к себе девушку за талию. Та урчит, словно кошка, утыкаясь носом в шею Рюджин.       — И я тебя, — ласково отвечает Йеджи.       Их вражда напоказ никуда не денется, ведь именно так они развлекают себя в учебное время, а главное, никто из однокурсников никогда не узнает об их небольшой тайне, которую каждая будет бережно оберегать от чужих глаз. Ведь отношения — это только их дело, и ничье больше.