Мастер и муза

— Кто такая Ости? — Маль отвлекся от намеченной проповеди и приплюснув лицо в стекло смотрел на улицу. — Да бывшая бикса Люца, — пояснил голос из-за батареи. Ади запихивался туда вместе со скейтом. Тем временем, на земле пришли в движение тектонические плиты, начали извергаться вулканы, с гор сошли лавины, родили все беременные разом и не беременные тоже, а континенты поменялись местами, затронутые мощными свиноступами бывшей. Муза отважно прижалась ко мне своими сиськами, я почувствовал как воспрял мой дух. — Щит вопрос, говно квесчин, — заверил я, хотя внутри подсел на очко, ещё никогда мой противник не был так могуч. — Што-а-а-о делать? — Лошан наяривал круги по студии с такой скоростью, что пробил черную дыру в пространстве, нас всех начало плющить утягивая за горизонт событий. Правда мне думалось, что горизонт этот где-то пониже пояса Лошана. — Дрочить и на лоб мазать, — вякнула батарея. Ади напомнил о здоровенных рыжих тараканах в квартире моего друга Мамина Мамона (прозвали его так потому что он тот самый, мифический сын маминой подруги, который лучше тебя во всем). Тараканы бегали по стенам сбивая лапками побелку, топая при этом как стадо слонов, а усами бренчали «You're in the army now». Ещё они отлично зашли в жареном виде под пиво. Грешным делом я подумал, что в случае многомесячной осады можно проделать тот же трюк с Ади, но потом отставил эту мысль. — Что это?! — прокричало мое плечо голосом нимфы. — Дементор?! Из-за спины высунулся ее пальчик и тыкнул в окно, рядом с все так же плющащим лицо Малем. — Нет, — я буднично махнул рукой заехав по носу отлипшему от стеклоглади Бонту. — Это Ости. В небе перед окном студии парила массивная темная фигура, с мотыляющимися на ветру лохмотьями. — А почему она так выглядит? — не понял Маль. — В последний визит у нее были порваны штаны, наверно разошлись окончательно. Пока мы выясняли причины странного вида Ости, она пропала с радаров. Дверь затрещала под мощными ударами. — Открывайте, нахуй двери, в жопу ебаные звери! — донеслось оттуда. — Ой, это меня, — прекратил открывать портал в ебеня Энди и метнулся к двери. — Назад! — завопила Мими, даже она испугалась гнева обиженной подруги. Девушка пнула по булкам своего благоверного, тот шлифуя труханами от Кельвина Кляйна пол достиг входа и вся кинетическая энергия пришлась на Лошана, кеглей рухнувшего сверху. — Стра-а-айк! — обрадовалась Мими махая руками, что было огромной ошибкой. Она заскользила по полу, в оконцове пути приложив пяткой в нос зажатого тушей Дино Энди. — Хр-хр-хрю, — завизжал Энди в красную подошву лабутена. Дверь оторвалась от петель, вместе с петлями и куском стены, естественно. Первым показался мощный свиноступ на шпильке. Затем в помещение салона втекла монументальная фигура Ости. Низ ее тела прикрывали ошмётки кожаных штанов, довольно слабо, надо сказать, ведь копилка в красных стрингах торчала наружу. — Это кто тут у нас свинота?! — она пошебуршала взглядом по присутствующим, не вписалась в проем, бахнув копилкой по дверной раме. Ту покорежило, по стене пошла гигантская трещина (в разломе я увидел пару космических кораблей), здание жалобно заскрипело. Бывшая аккуратно прижала дверь к стене, вместе с лежащей за ней БДСМно-лазурной кучей. Та тихо хрюкнула напоследок, уже троекратно, с разной тональностью и притихла. Я спрятал музу за спину и отважно шагнул вперёд, бросился грудью под шквал будущих хуев, так сказать. — Ости, акстись, — начать решил с дипломатии, так учил меня сосед по падику Геворг, цвета волосатой спины которого сейчас стало небо на улице. — Чё? — скрежетнула батарея. — Разлучница! — наступала стерва. — Вобла! — она опасно приближалась. Я скомуниздил банку вазелина, планируя метнуть ее под ноги. — Авоська на тощих ножках. Я прищурил один глаз, целясь, хотя с габаритами Ости попал бы даже слепой. — Не бывать вашим отношениям! — бывшая пульнула порцию яда, мы с музой закосплеили Нео, уклоняясь. — Только я могу тебя вдохновлять! Я! — Между нами все кончено, Ости, — пришлось перейти в наступательную. — Мы две половинки одного пончика. Это судьба. — Какая ещё судьба?! — она потрясла кулаками. — Нет никакой судьбы! — Отдайте ей все, что она хочет. Я слишком молод, чтобы умирать, — ныла дверь. Я не понял кто это. — У нас энергетическая совместимость, — скромно вставила слово нимфа. — По верхней и нижней чакре, а ещё по гороскопу. Он баран, а я ворота. — Чё? — теперь батарея заговорила хором со стервой. Я закатал рукава повыше и выставил кулаки, принимая стойку крадущегося тюленя. — Я буду драться за двенадцатерых! Над головой раздался свист, замелькало что-то чёрное, разрезая потоки воздуха. Оказалось нимфа сняла колготки и размахивала ими как лассо, планируя взять Ости на аркан. С криком Зены королевы воинов я метнул банку вазелина. С подкрутом она преодолела расстояние между нами, и как стерва не силилась, используя выпады на манер Саб-жиро, снаряд окатил ее с ног до головы жижей. — Четырежды-блядская ярость! — горланила Ости падая вниз. Дальше произошло внезапное. Вращаясь, скользя, и набирая скорость она описывала круг вдоль студии, снова открывая черную дыру, пока сильная, уверенная рука Бонта не остановила ее. — Мадам, — он обнял ее за талию (ранее я считал, что это невозможно). — Разрешите спросить. Верите ли вы в господа нашего Шаву? Ноги Ости разъехались, она села на шпагат, громко хлопнула глазами. Тучи в страхе сдриснули с неба, солнце запалило лучеструями. — Я… Я… — не знала, что ответить стерва. — Верю, — с придыханием ответила бывшая. — Чу́дно, — воодушевился Маль. Он сел на корты возле прилипшей к полу Ости. — Я заведующий приходом адвентистов семидневной Шавы. — И мне очень, очень, — выделил он интонацией, — нужна духовная муза. — Ах, ваше шаурмейшество, — бывшая кокетливо протянула ему руку, ее щеки стали цвета бабушкиного свекольника. — Почту за честь. Бонт богатырским рывком оторвал Ости от пола. Действо сопроводил бутылочный «чпок». — Что ж, — Маль поклонился и распахнул дипломат. — Прошу, добро пожаловать в мою обитель. Дипломат внутри был бездонный, я заприметил там пару цыган с конем, один «БелАз» и трёх вьетнамских беженцев. Стерва втекла в диплочег (мне виделся этот загадочный предмет не иначе как спасительным ковчегом). Бонт щёлкнул замками. Цыганские песни оборвались. — Всего хорошего, господа, — галантно распрощался он, просочился в кривой дверной проем и был таков. — Это чё было? — Ади вытек из-за батареи, примятый в виде гармошки. БДСМно-лазурная куча зашевелилась, откинула дверь и с хрюком разделилась на трое. — Это любовь с первого взгляда, — томно вздохнула нимфа, так и стоя в руках с колготками. — Это, Вики, — робко подкатился к ней Дино. — Одолжишь? — он вытянул вазелиновую руку. — Конечно, бери, — любезно поделилась она. Он натянул их, с помощью скользкой Мими, отныне плоского Лошана и смог встать. — Чтож, — замялась БДСМная парочка. — Кажется, вопрос решен. Мы отчаливаем домой, Дино слишком сочный в этих колготках, чтобы быть на людях. Они переглянулись, взялись за руки и шмыгнули прочь. Окружающие как-то быстро потеряли интерес к драме, накал страстей спал и воцарилась тоска. Лошан словно мокрица выписывал зигзаги, приложился пару раз в плинтус головой, пока Ади не запулил его плоской стороной скейта в коридор. Сам рыжий встал на доску, судя по писку проехался по отдыхающему Энди и был таков. Мы с музой остались одни. Ничто не препятствовало нашей любви. Я прислонил дверь на место. Муза плюхнулась на кушетку, болтая ногами, а я заметил, что она так и осталась в топике, не поднимая верха платья. — Моя богиня, — прильнул я к медовому свистку. — Мечта. Царица, — мы все целовались и целовались, орошая слюной пол. — Что это, мой герой? — застыла она. — Парабеллум. Семейное достоинство, передается по мужской линии, — я расстегнул брюки и показал орудие. — О-о-о, — пропела нимфа и дернула полоску топика. Чудесная грудь скакнула вверх, потом вниз. Парабеллум дернулся. — Я вся горю, как кура гриль. — Не волнуйся, детка, — я пришпилил богиню как коллекционер бабочку. — По жарке курочек я спец. — Ах, мой альфач. «И-и-и, и-и-и» — пищала кушетка синхронно с музой. — Сейчас пальну, — заявил я. — Стреляйте, мой генерал, — прижалась муза. — Мой пончик только для вас. И я пальнул. Нимфа рухнула раскинув руки. — Люцифер. Я обернулся, сзади никого не было. — Люциф-е-ер, — мир вокруг затрясся, завращался, потемнел. Я открыл глаза, подскочил, вытер тыльной стороной руки слюну, потекшую изо рта. Рядом со мной на диване сидела Вики. — Ты заснул, — она улыбнулась и любовно погладила меня по щеке. — Пришла с работы, а ты хорька давишь. Решил попить глицинчику? - Вики покрутила в руке блистер. — Ага. Для памяти. Потом прилёг отдохнуть, — я сел, поправляя мятую рубашку. — Что снилось? Я посмотрел на свою жену, задумчиво почесал затылок и махнул рукой. — Да так. Муть всякая.