my univers

      ровно семь дней хисын не видит и не слышит ёнджуна. у него сдают нервы, альфа внутри безжалостно скулит от тоски, рвётся на поиски омеги. хисын на протяжении недели разрывал телефон омеги, отбивал порог его дома и все безрезультатно. соседи говорили, что видели омегу последний раз неделю назад, но шум с квартиры был, значит ёнджун находится в дома все это время.       хисын решил испытать удачу в последний раз, ведь он готов был выломать чёртову дверь. парень берет зонт, так как на улице снова пошёл дождь. путь занял немного времени, ли подымается по лестнице стряхивая капли дождя с волос и куртки, он замирает, когда видит, как закрывается дверь в квартиру омеги. хисын мигом преодолевает последние десять ступенек и ломится к двери, стуча по ней. – ёнджун! я знаю, что ты там! открой, прошу, – хисын не боится потревожить соседей и кричит, внутри волком воет альфа, чувствуя своего омегу, – джун, я всё осознал, всё. мне тебя безумно не хватает, я так соскучился по тебе, ёнджуна…– хисын бьёт лбом, а затем и кулаками о дверь, – ты мне жизненно необходим, слышишь? моя жизнь неполноценна без тебя, ёнджун, ты моя вселенная…       За той стороной двери омега сжимает ключ в руках, ёнджун сомневается. всё это время омега находился в прострации, он не замечал стрелку часов, дату на календаре, какое время суток на улице. джун тихо залечивал свои раны сидя в небольшой квартире, все физиологические потребности в еде и свежем воздухе притупились. омега вливал в себя литрами чай или кофе, забывая о приёме пищи и витамина d. моральное здоровье повлияло на организм, постоянный упадок сил и апатия говорили сами за себя.       ёнджун скучал, тоска съедала его изнутри, но слова альфы ядом протекали вместе с кровью по венам в сердце. ёнджун умирал изнутри, он снова смог полюбить, но лишь погубил себя в очередной раз. ёнджун все ещё любил, он с улыбкой пересматривал их совместные фотографии и видео, которые дарили омеге недолгие позитивные эмоции, одевал на себя когда-то забытое худи хисына вдыхая любимый аромат. ёнджун помнил каждое сказанное слово в тот вечер и глотал горькие слёзы обиды. – джун, прости меня, слышишь? прости за все, что я сказал, что сделал по отношению к тебе. Я жалею о каждом сказанном слове, жалею, что всё это время был слепым придуроком, – хисын вздыхает, его голос дрожит, – ты нужен мне, ёнджун. без тебя я не существую.       ёнджун снова роняет слезы, он слишком долго ждал эти слова, что не верит в услышанное. «ты мне нужен» снова слышит омега и сдаётся, ему ужасно не хватает этого человека в его жизни. парень вставляет ключи в замок и поворачивает несколько раз, хисын не верит своим ушам поэтому хватается за ручку нажимая. дверь открывается, альфа влетает в коридор замечая совершенно другого человека. ёнджун с опаской смотрит на ворвавшегося альфу в квартиру, хисын подходит вплотную, прижимая дрожащее тело к себе. он чувствует, хрупкое тело в своих руках и скулит, зарываясь носом в шею вдыхая слабопахнущий аромат. джун обхватывает спину обоими руками, прижимаясь к альфе плотнее. хисын сжимает омегу в объятиях и понимает, что больше никогда его не отпустит. — я люблю тебя, ёнджун, – говорит куда-то в шею замечая как омега перестал дышать. хисын подымает голову заглядывая в родные глаза, – джун, люблю тебя, слышишь? – я…– ёнджун не может проронить ни слова, такое желанное признание выбило все из головы, – ох, черт. – я знаю, маленький, – хисын улыбается, вытирая мокрые ладошки с щек омеги, – спасибо, что дал мне шанс. – я ещё не сказал, что даю тебе шанс, хисын, – ёнджун улыбается в ответ рассматривая любимое лицо. хисын берет лицо омеги в свои руки и целует. целует так как всегда хотел ёнджун, нежно, еле прикасаясь губами к друг-другу слыша их дыхание, – никогда меня не бросай, второго раза я не переживу… – глупый, я никуда не уйду, – хисын снова целует, гладит по щекам, целует припухшие веки, красный нос, щеки доходя к желанным губам. ёнджун сдаётся, льнёт ближе прося ещё. хисын не может отказать омеги и целует. Поцелуй получается небрежным, оба сталкиваются губами в быстрых касаниях, мажут по друг-другу принося обоим чувство нежности. хисын отрывается целуя напоследок, – я всегда буду рядом с тобой. – я знаю…– ёнджун обнимает альфу за шею, прижимая вплотную к себе, тот покладисто кладёт свои руки на талию омегу даря очередную улыбку. джун видит нежность в глазах альфы и понимает, что он больше никогда не сделает ему больно. будет любить по-настоящему.       омега первым тянется за поцелуем получая ответную реакцию, хисын целует аккуратно, боясь спугнуть омегу, но ёнджун на пробу лижет нижнюю губу альфы давая понять, что не боится его. хисын стискивает омегу, даря новый горячий поцелуй, лижет по небу сцеловывая тихие вздохи, сплетается языком с омегой в нежном, но страстном танце. оба скучали, оба изголодались по ласке. ёнджун зарывается пальцами в загривок альфы получая тихий рык в поцелуй, омега улыбается отвечая с таким же голодным напором любимому. хисына ведёт от такого омеги, ёнджун вызывает в нём бурю эмоций, он легко подхватывает не сопротивляющегося омегу под бедра, исследует сладкий ротик получая тихие стоны. ёнджун ногами обнимает альфу поперёк талии, получая крепкую хватку на бёдрах. никто не знает сколько парни провели в плену губ друг-друга. хисын опрокидывает омегу на на мягкие простыни, нависает сверху рассматривая любимые черты лица и только сейчас замечает изменение во внешности уже своего парня. – ты покрасился? – хисын гладит омегу по голове, замечая, что мягкость волос никуда не пропала, – ты такой красивый. – ты только сейчас заметил? – ёнджун ластится к руке довольно улыбаясь, – на следующий день после нашей ссоры я покрасился. решил, что розовый всегда будет напоминать о тебе. – я могу сказать, что чёрный тебе больше к лицу? – ёнджун обиженно смотрит на альфу, хватает его за ворот кофты притягивая к себе и кусая за подбородок, – айщ, ёнджун-а, нельзя кусаться. – пару минут ты так не думал, – омега улыбается, следя за изменением эмоций на лице альфы. хисын усмехается и целует его в шею слыша довольный стон сверху, – черт… – согласен, мы прервались, – хисын целует шею вновь проходясь по ней носом натыкаясь на метку субина. альфа рычит, он не хочет, чтобы это клеймо было на теле его омеги, – ты мой, чхве ёнджун. – хисын…– ёнджун вздрагивает от резкой смены настроения хисына. омега почувствовал дежавю боязно отталкивая альфу. хисын приходит в себя и целует в ладошки успокаивая. – тш, я не субин. я никогда не сделаю тебе больно, – хисын спускается поцелуями с ладошки к плечу, снимая с омеги большую футболку оставляя джуна в одних шортах, – ты рождён чтобы тебя любили, ёнджун. Я покажу тебе как это быть любимым. – хисын, спасибо…– омега внутри скулит, его больше не обидят, не сделают больно. ёнджун стонет, когда губы альфы касаются его кожи, хисын целует нежно, гладит большими ладонями по хрупкому телу показывая свои чувства, омегу накрывает волной. хисын относиться к нему как хрупкой статуэтке, боясь причинить боль, – я люблю тебя. – и я тебя, маленький, – хисын целует омегу в ухо ополяя его горячим дыханием, ёнджуна пробирает приятная дрожь, возбуждение приятно тянет внизу живота, а омега вырывается наружу, прося ласки, – ты у меня самый ласковый котёнок, слышишь? – прекрати говорить такие смущающие вещи, – ёнджун прячет лицо в изгибе локтя издавая стон, когда губы альфы касаются его пупка. хисын улыбке проводя дорожку поцелуев по телу омеги, пальцы цепляются за резинку шорт, но ёнджун останавливает его, – так нечестно, почему только я раздет? – какой ты капризный, – хисын с лёгкостью освобождает себя от худи встречаясь с восхищенным взглядом омеги. ёнджун уже видел его с голым торсом, но сейчас омега жадно рассматривает альфу перед собой. младший улыбается снимая джинсы оставаясь в одних боксёрках, хисын даже не заметил, возбуждение давит ему на молнию джинс, он был слишком увлечён своим омегой, – теперь, мы квиты? – боже, да, – ёнджун стонет от одного вида этого альфы. хисын не был качком, но имел крепкие мышцы торса и плечей, у него был достаточно заметные рельефа пресса и небольшую дорожку волос от пупка. омега касается пальцами груди, мажет по ней, ведёт рукой ниже, обводит рельеф мышц живота опуская руку на заметное возбуждение альфы. хисын тихо рычит на прикосновение омеги, – мы же дойдём до конца? – если ты хочешь, малыш, – хисын гладит омегу по колену наблюдая за реакцией, а ёнджун тепло улыбается согласно кивая, – мой хороший, – альфа дарит ещё один поцелуй омеге снимая с него последний элемент одежды. ёнджун всегда ходил без белья дома. омега смущенно стонет в поцелуй, когда хисын берет половинку в ладонь сжимая, – боишься? – нет, ты же рядом со мной, – ёнджун довольно закатывает глаза, когда хисын по-доброму усмехается и целует его шею.       альфа не спешит, растягивает удовольствие. целует попавшийся участок тела омеги, проводит по нему языком слегка кусая пока ёнджун плавится под любимым телом. хисын мягко поворачивает омегу спиной к себе прося того встать в коленно-локтевую, ёнджун слушается, принимая нужную позу, зад автоматически поднимается вверх полностью открывая омегу хисыну. ли гладит омегу по половинкам сжимая, раскрывая для себя вид на сжимающеюся дырочку с которой начала выделяться естественная смазка. альфа наклоняется, дует на неё заставляя джуна тихо простонать в подушку, хисыну нравится такой податливый омега, он на пробу мажет языком вход ожидая реакции старшего. В этот раз ёнджун стонет громко, его голос сладость для альфы. – б-боже, хисын, не над-ах, – джун снова стонет, когда хисын повторяет ласку вызывая табун мурашек по телу омеги. омега стонет, когда движение языком ускоряется, вскрикивает, когда в него проникают, вылизывая стеночки. ёнджун течёт, ему никогда так хорошо не было с альфой. хисын даже не вошёл, а уже приносит омеге незабываемое наслаждение, – хисын… – да? – альфа слизывает дорожку смазки с промежности омеги, джун стонет и поворачивает голову смотря на альфу через плечо, – малыш, ты хочешь, чтобы мы пошли дальше? – да, тоесть нет…– джун замечает замешательство на лице альфы, – просто, я готово кончить от одного твоего языка черт возьми! – что? – хисын довольно лыбится, замечая пунцовое лицо омеги, – малыш, ты можешь кончать сколько хочешь.       ёнджун смущенно стонет в плечо закатывая глаза, хисын не исправим. альфа целует омегу в лопатку и на пробу толкается пальцем вовнутрь. ёнджун блаженно выдыхает, когда альфа неторопливо растягивает его. хисын постепенно добавляет пальцы в омегу наблюдая за его реакцией. ёнджуну хорошо, он стонет, когда подушечка пальца массирует его простату. альфа целует омегу в висок двигая пальцами внутри надавливая на точку. джун не выдерживает и после очередного толчка позорно кончает на простынь тихо выругавшись. хисыну нравится такая реакция и в последний раз давя на точку вытаскивает пальцы с омеги.       внутри так пусто, ёнджун тихо шипит когда хисын кладёт его обратно на спину целуя в щеку. омега льнёт ближе, закидывает руки на плечи младшего притягивая ближе к себе. хисын кладёт под поясницу омеги подушку, чтобы ему было комфортно и смазав эрогенный член естественной смазкой ёнджуна неспешно толкается вовнутрь. старший стонет, крепче обнимая любимого за плечи выгибаясь, хисын мычит, целует омегу в ухо и входит на всю длину блаженно выдыхая. ёнджун смаргивает накопившиеся слезы, тяжело дышит и кричит когда хисын впивается клыками в субиновскую метку.       хисын старается как можно меньше принести боли омеги постепенно вводя клыки в его шею, он хочет полностью забрать ёнджуна себе, уберечь его от всех невзгод, окружить заботой и лаской. омега впивается ногтями в спину альфы, оставляя кровавые отметины. хисын мычит вытаскивая клыки с хрупкой шеи слизывает алую кровь и целует в уже свою метку. ёнджуну больно, метка ужасно пульсирует отдавая вибрацией в виски, слезы непроизвольно льются по щекам пока хисын не сцеловывает их. – прости, маленький, так было нужно, – хисын целует омегу в висок стирая слезы с красных щёк, дарит нежный чувственный поцелуй замечая, что ёнджун пришёл в себя и ему легче, – теперь, ты мой омега, ёнджун-а. ты больше не будешь плакать, хорошо? – угу, – ёнджун тянется за очередным поцелуем к альфе, хисын улыбается и целует омегу начиная двигаться. омега стонет в поцелуй, прижимаясь к нему прося ласки, которую хисын отдаёт сполна. альфа целует, гладит, ласкает каждый сантиметр тела омеги пока тот сладко стонет.       хисын не отрывается от желанной шеи омеги, ставя на ней свои метки, ускоряет движение тазом, гладя руками по тонким бедрам. ёнджун не боится показать себя настоящего, он капризничает, когда альфа не уделяет должного внимание его эрогенной зоне, стонет надрывно, когда головка бьёт точно по точке, шепчет слова любви, когда хисын прижимает омегу плотнее к себе рыча на ухо. ли закидывает ногу омеги себе на плечо, благо растяжка танцора позволяет это сделать, утробно рычит когда ёнджун непроизвольно сжимает его вокруг царапая загривок. альфа толкается точно под нужным углом вызывая громкие надрывные стоны омеги. шлепки бёдер об округлый зад, стоны ёнджуна и рычание хисына создают какофонию звуков которая наполняет спальню омеги. воздух накаляется от чего омега хрипит сжимая альфу в себе. ёнджун задыхается от переполнивших его эмоций притягивая любимого мужчину к себе, хисын целует омегу под собой ускоряя амплитуду движений с новой силой врываясь в старшего. омега стонет в поцелуй и снова кончает, так и не притронувшись к себе. ён отрывается от альфы, тяжело дышит откидывая голову назад, мокрые чёрные пряди небрежно ложатся на лоб и наволочку, омега закусывает губу и выгибается под очередным сильным толчком. хисына кроет от вида омеги, он со стоном кончает следом ёнджуну на живот. ли облегченно стонет, ложится на омегу целуя того в метку, ёнджун гладит мужчину по голове перебирая влажные пряди. – ёнджун-а, ты как? – хисын мурчит от ласки своего омеги, обнимая того за талию. джун довольно мычит, – боже, ты даже говорить ничего не можешь. Я тебя измотал? – все хорошо, хисын-и, – ёнджун тихо смеётся от неожиданной щекотки, сжимая волосы на загривке альфы, – мне нужно время прийти в себя. но, я ужасно потный и грязный! тащи меня в душ. – боже, а я надеялся, что ты хоть на время замолчишь, – хисын берет омегу на руки и бережно несёт в душ, где смывает с них обоих последствие их страсти. ёнджун блаженно засыпает пока альфа обтирает его сухим полотенцем. хисын меняет постельное и укладывает мирно сопящего омегу на кровать, ложится рядом, прижимая ёнджуна к себе и погружается в сон. утром омега просыпается в одиночестве, место рядом уже давно остыло как-будто никого и не было рядом. ёнджун не на шутку пугается, натягивает боксёрки и футболку выскакивая из своей комнаты, он зовёт хисына, но тот не откликается. омега слышит шум на кухне и молнией залетает в неё. хисын отрывается от плиты и поворачивается на шум и видит растерянного омегу в проёме дверей, ёнджун выглядел котёнком, которого выкинули на улицу. – маленький, что случилось? – ёнджун налетает на альфу сгребая его в охапку рук, жмётся ближе вдыхая любимый аромат, – боже, ёнджун, что с тобой? – я подумал, что мне все причудилось, что ты ушёл…– хисын целует омегу в висок обнимая. ёнджун облегченно выдыхает, хисын рядом, все что вчера произошло было правдой, – почему ты меня там одного оставил? – решил приготовь тебе завтрак, – хисын тепло улыбается, целуя омегу в нос, ёнджун тихо смеётся, оставив поцелуй на щеке альфы, – надумал себе уже непонятно что. никуда я от тебя не денусь. – конечно, я тебя к батарее пристегну, куда ж ты уйдёшь то, – ёнджун получает смешок от альфы и поцелуй в метку, омега убегает умываться и выглядывает с двери ванны говорит, – люблю тебя, солнце! — и я тебя, маленький.