Les meilleures vacances. (Лучший отдых)

Огни вечернего города размазываются по лобовому стеклу из-за дождя. Чонгук спешит домой с работы, сегодня он изрядно устал. Навалилось столько всего, что хочется хотя бы на день забыться и не думать о проблемах. Он любит проводить это время с Тэхёном, тот как тёплое молоко с медом–всегда окутает своей нежностью и утопит в тепле и сладости. Вот и сейчас Гук отсчитывает минуты до приезда домой. Дома прохладно, совсем не так, как на улице. Сегодня +30, еле как получалось спастись от жары кондиционером и холодными напитками. –Хёни, я дома! К Чону мгновенно подлетает счастливый старший и обнимает до хруста. — Я приготовил кое-что.. Гук отстраняется и удивлённо приподнимает правую бровь. —Ты сделал что? Тэ закатывает глаза, но улыбается. Зрелище, как он готовит это и вправду диковинка. —Совсем не сложное..омук и пибимбаб. —Какой молодец, хён! И целует обе щеки, что так мило порозовели от похвалы. —Тэхёни хён... Шепчет тихо, будто кто-то может услышать. Пальцы ловко перебирают край фартука новоявленного повара, движения плавные и лёгкие. —Я так устал. Лицо Тэ резко меняет эмоцию и теперь его глазки похожи на щенячьи, он смотрит так сочувствующе и мягко... —Мы можем обниматься и целоваться всю ночь, Гу. Я буду гладить твои щечки и целовать их бесконечно. а ещё.. —Тэ, я хочу разрядку. —Оу. Выражение лица Тэхёна в момент меняется, взгляд потемнел и потяжелел. —Зайка.  Нежные кончики пальцев побежали по бархатный коже. Так невесомо. Словно шёлк, медленно спадающий с плеч. —Ты хочешь сегодня спутаться со мной в постели? Ехидная ухмылка не спадает с лица. Чонгуку хочется раствориться во всех этих ощущениях, которые дарит Тэхён. Очень сладко. Горячий шёпот обволакивает, большие руки окутывают, как кажется, все тело. Невероятно. Так может только Тэ. Гуку тяжело отвечать, он уже не здесь, а где-то в перистых облаках удовольствия. —Да, я хочу, хёни.. Крошечно ойкает, когда его толкают ладонью в грудь прямо на кровать. —Нужно в душ. И резко срывается на бег. Тэхён пользуется коротким одиночеством и переодевается в новый комплект кружевное белья. Он поправляет ткань, недолго любуется собой перед зеркалом и затем как можно удобнее растягивается на мягком матрасе. Он хорошо подготовлен и планирует поскакать на своём малыше сегодняшней ночью. Младший как вихрь врывается в комнату, чем вызывает мягкий смех с кровати. С него бы картины писать, чёртов Аполлон. На бёдрах еле держится белое полотенце, тело покрыто каплями воды. Так торопился, что не стал вытираться. "милашка." Кидает сначала мимолетный взгляд на кровать, а потом задерживает его вместе с дыханием. —Ох... На большее не способен. Ну как он может быть таким милым и сексуальным одновременно...Секрет природы. Тэхён еле держится, чтобы прямо сейчас не наброситься на своего зайца. Прожигающе смотрит и приглашающе хлопает ладонью по простыни. Не видит реакции, кроме застывшей фигуры и широко распахнутых оленьих глаз. Тэ лежит на боку, выделяя все сексуальные изгибы своего тела. Он впервые надел подобное. Кружевной кроп-топ прикрывает бордовые твёрдые соски, жестоко стимулируя их. Терпеть тяжело и парень сдерживается, чтобы не стонать раньше времени. Ультракороткая юбочка кокетливо открывает вид на бёдра, а высокие каблуки подчёркивают идеальные длинные ноги. Градус в спальне повышается до предела, когда Чонгук, уже в горизонтальном положении с Тэхёном на бёдрах, слышит щелчок наручников над головой. —Сейчас хён сделает хорошо, сладость. Слегка пружинит на сильных мышцах и облокачивается на свои руки позади. Волны телом будоражат, особенно когда промежности создают трение. Чонгук хочет схватиться за стройную талию, но его руки в плену. Он тихо поскуливает и наблюдает за безобразием, происходящим прямо перед глазами. Тэхён на время прекращает издевательства и плавно спускается вниз. Именно сегодня хочется немного поиграть с разумом Гуки. —Ах, Тэхёна... Уже не хён. Значит полностью расслаблен и готов доминировать. Член звонко шлёпается о живот, а на яичках осязаются тёплые руки и проворные пальцы, что так ловко перебирают нежную кожу. Игра начинается. Тэ включает все свои актерские способности и делает самый невинный и чистый взгляд, который только может. Глазки широко распахиваются, брови приподнимаются будто в легком удивлении. Ну ангел...Если не знать его. Головкой члена стучит по своему языку и не спускает глаз с Чона. Тот сходит с ума от невозможности прикоснуться. Ему так хочется насадить хёна до упора и мелко трахать прямо в глотку. Сжимать волосы и направлять, толкаться как можно глубже, шлепая яйцами по подбородку. Тэхён знает все тайные желания младшего, потому специально дразнит и выводит его. Язык медленно проходит по всему стволу, очерчивая абстрактные узоры. Смотрит своими большими щенячьми глазами и насаживается ртом на твёрдый член. Яркие пухлые губы красиво обволакивают. Так мягко и мокро. — Je peux sucer tes couilles? На родном языке сказать это слишком уж смущающе, потому для подобных случаев Тэхён заучивает фразы на французском. Чон ни черта не понимает всё равно, от того ответа не следует и Тэ понимает это как согласие. Ну а что. Нежные губы опускаются ещё ниже. Рукой Тэхён придерживает член, хотя острой необходимости в этом нет. Язык исследует шовчик, мокро и широко лижет мошонку, рот втягивает каждое яичко и звонко причмокивает. Раздаётся дрожащий скулёж, младшему тяжело контролировать себя. Он начинает будто биться в судороге. —Хён...пожалуйста... По розовой щечке побежала первая слеза удовольствия, ещё немного и Гук может кончить, а это в ближайшие планы не входит. Тэхён останавливается и снова седлает крепкие бёдра. Берёт лицо младшего в ладони и целует нос, щеки, губы. —Мой хороший.—Поцелуй в лоб—Мой любимый—Звонкий чмок в щёку—Мой самый лучший мальчик. Чонгук дрожит и хныкает, его лицо такое разбитое. Некоторые слёзы высохли и неприятно стягивают кожу, кончик носа мокрый и покрасневший. Ресницы слиплись и капельки на них красиво блестят от лунного света, исходящего с окна. Тэ задирает свою юбочку и находит рукой член, направляя его сразу в себя. Мелодичные стоны разной тональности соединяются и создают идеальный звук. Тэхён медленно садится до конца и слегка покачивается, держа юбочку руками. —Чонгуки такой твёрдый...Такой славный малыш, так хорошо трахает хёна...Oh mon Dieu... Как в бреду бормочет и в ответ слышит лишь срывающиеся громкие стоны, которые мгновенно сцеловывает с губ. Тэ упирается ладонями в рельефную грудь и страстно скачет на члене. Рот замер в немом крике, а глаза закатываются до звёздочек. Остановился лишь для того, чтобы окончательно свести с ума своего чувствительного Чонгуки. Губы захватывают в тёплый плен твёрдые соски, а язык беспорядочно терзает. —Ах, Т...Тэхёна, я не могу... Тепло пропадает, Тэхен резко разворачивается спиной и снова насаживается до упора. Чувствует каждую венку и громко матерится снова на французском. Чонгук обожает, когда Тэ делает так, того уносит с голоса и интонации. Лингвистический кинк? Определённо. —Putain... petit diable. —Не останавливайся, Тэ... Теперь Чон видит перед собой охуенную задницу, что так задорно скачет на нём. Член то пропадает в дырочке, то снова появляется до самой головки. Кружевная юбочка игриво подпрыгивает, повторяя движения Тэ. Шлепки становятся всё громче, фрикции беспорядочнее и грубее. Оба издают рык и громко кончают. Сперма Чонгука толчками вырывается в нутро старшего, пока тот пачкает простынь. Они кончили одновременно впервые за несколько месяцев. Все плохие мысли и проблемы вылетели вместе с громкими стонами.         Сегодня Чонгук отлично снял напряжение.