Вот мы и встретились

      Сперва было очень больно, потом стало холодно. Этот холод пронизывал до костей, лишь горячие ладони Дастина немного спасали от него. Во рту был соленый привкус крови. В воздухе витал ее отвратительный запах. Кровь была везде, и ее было очень много. Эдди понимал, что ему не спастись, но свой выбор он сделал сам, и, на самом деле, ни о чем не жалел. Но из глаз все равно текли слезы. Он не хотел умирать. И все же мир вокруг погрузился во тьму. Это был конец.       А потом Эдди вновь открыл глаза, и боли больше не было, как и крови. Больше не были ничего. Ни реального мира, ни Изнанки, только черная пустота, окружающая со всех сторон. Почему-то это совсем не пугало.       Эдди никогда всерьез не задавался вопросом о том, что будет после смерти. Хотя бы потому, что он не планировал умирать в ближайшем будущем. Конечно, он понимал, что каждый человек однажды покинет этот мир, но предпочитал считать, что лично с ним такое произойдет не раньше выпуска из школы. Жаль, что случилось обратное. Очень жаль.       Концепция существования загробной жизни никогда не внушала Эдди особого доверия. Скорее он склонялся к тому, что после смерти будет то же, что и до рождения — ничего. А все его шутки на тему того, что он попадет в ад, были всего лишь шутками. Эдди не верил в ад, как и в рай. Но… Но расставшись с жизнью на руках Дастина, он очнулся здесь.       В этом месте не было ничего. Только темнота, но, что странно, там было будто бы светло. Эдди опустил взгляд на руки и ему показалось, что на них светит солнце или яркий прожектор. Вся кровь исчезла, не оставив даже следов. На нем была чистая футболка «Адского клуба», такие же чистые джинсы. Эдди усмехнулся. Он думал, что призраки ходят в той одежде, в которой умерли. Хотя, у него не было никаких оснований считать, что он теперь призрак. К слову, в них от тоже не верил.       Наверное, Эдди стоило задуматься о том, что происходит, но он словно не был на это способен. В голове, как и вокруг — пустота. Внутри — неестественное спокойствие. Он не знал, что происходит, но знал, что все закончилось. Это утешало.       А потом Эдди услышал плач. Он доносился откуда-то издалека. Голос почему-то казался знакомым, пусть Эдди и не мог определить, кого конкретно он слышит. Но точно знал, что это не Дастин. На каком-то подсознательном уровне он осознавал, что больше никогда его не увидит. Но кто тогда?       Эдди пошел на звук. Прежнее спокойствие начало развеиваться, сменяясь волнением. Но этого волнения было явно недостаточно, чтобы остановить Эдди. Он продолжал идти в темноту, ориентируясь лишь на доносящиеся до него всхлипы.       В какой-то момент он увидел ее. Светлые волосы, зелено-белая форма чирлидершы. Крисси. Она сидела, обхватив ноги руками и уткнувшись лицом в колени, ее плечи дрожали. Эдди стоило удивиться, увидев ее здесь. Но он не удивился. В какой-то степени это было даже логично, они ведь умерли, так почему бы им не оказаться в одном и том же месте?       — Крисси, — осторожно позвал Эдди.       Эхо отразило его голос, но Крисси будто бы не услышала. Эдди позвал ее еще раз, чувствуя, как внутри закипает тревога. Однако тревога быстро отступила, как только Крисси обернулась. Она была все также красива, даже несмотря на тушь, размазанную по щекам. И, главное, Крисси была живой. Наверное.       — Эдди? — тихо, словно не веря, спросила она.       Губы Эдди тронула невольная улыбка.       — Да, я здесь, — ответил он.       Крисси поднялась на ноги и подошла к Эдди. Она больше не плакала. Теперь в ее взгляде читалось что-то, похожее на надежду.       Эдди не совсем понимал, что делать, но был искренне рад увидеть Крисси. Пусть они и были знакомы совсем недолго, она успела ему понравиться. Крисси была обаятельная и добрая. И этот придурок Джейсон явно ее недостоин.       Если бы только она не умерла. Если бы они не умерли.       Нет, Эдди прекрасно понимал, что у него нет шансов, но никто ведь на запрещал мечтать. В мечтах он бы хотел быть рядом с Крисси. Он бы хотел помочь ей, сделать так, чтобы она больше никогда ни о чем не переживала. Наверное, Эдди хотел так поступить еще в тот роковой день, когда Крисси пришла к нему купить наркотики. Тогда он намеренно медлил, отчаянно пытаясь придумать, как сделать так, чтобы она почувствовала себя лучше, не пойдя по этому пути. Но он не успел.       Однако сейчас Крисси стояла перед Эдди. На ее глазах опять появились слезы, но теперь, кажется, от радости.       — Это правда ты? — все еще сомневаясь, спросила она.       Эдди кивнул, руками потянувшись к ее плечам. Он думал дотронуться, чтобы доказать реальность происходящего и ей, и себе, но остановился в последний момент, словно решив, что не имеет права касаться ее. Впрочем, Крисси лишила его всяких сомнений. Она растерянно посмотрела Эдди в глаза, а потом обняла его, прижимаясь отчаянно сильно.       Эдди напрягся, не понимая, что ему стоит делать, но после расслабился и обнял Крисси в ответ. Сперва нежно и осторожно, но потом, кажется, наконец осознав все случившееся, крепко сжал ее в своих объятиях. Крисси была живой, правда живой. Она дышала, она была теплой, от нее приятно пахло ванильными духами. Она была здесь.       Они не говорили, просто обнимали друг друга и молчали. Им обоим было страшно, они оба не понимали, что происходит, но они были рядом и от этого становилось будто бы легче. Спустя время Крисси тихо спросила:       — Мы же умерли, да?       — Думаю да, — честно ответил Эдди.       — Но мы ведь живы сейчас, — возразила Крисси.       Эдди ослабил объятия, изначально намереваясь отпустить ее, но потом вдруг передумал. Не хотелось расставаться с теплом и спокойствием, что дарили прикосновения. Что ответить он не знал. На самом деле Эдди не знал вообще ничего. Он понятия не имел, где он, даже не догадывался почему Крисси также находиться здесь, не понимал, почему она плакала. Он не знал, как долго они будет здесь находиться. Возможно, это навсегда, а может лишь на несколько мгновений. Ответы на эти вопросы вряд ли существуют.       Эдди даже не мог никак убедиться в реальности происходящего. Вполне вероятно, что это странное место и Крисси — не более чем иллюзия, созданная его умирающим сознанием. Что-то вроде того явления, когда в момент смерти вся жизнь проносится перед глазами, только сюжет другой. Впрочем, какая разница? Не проще ли выкинуть все из головы и просто наслаждаться моментом, что способен закончиться в любой миг.       Объятия Эдди вновь стали крепче.       — Наверное, — ответил он.       — Почему мы здесь? — спросила Крисси, прижимаясь щекой к его плечу. — И что это за место?       — Не знаю. Я бы мог предположить, что это ад, но увидев здесь тебя, я пришел к выводу, что это скорее рай, — усмехнулся Эдди.       Крисси тоже усмехнулась. Кончик ее носа коснулся шеи Эдди, он ощутил на коже ее теплое дыхание. Это было так по-настоящему. Эдди нежно провел рукой по волосам Крисси, вдруг понимая, что счастлив быть рядом с ней.       — Я бы хотела остаться с тобой, — прошептала Крисси, а потом, уже громче, добавила: — То есть…       Она отстранилась и несколько взволнованно рассмеялась, вытирая со щек остатки размазанной туши.       — То есть… Извини, — Крисси глубоко вздохнула. — Просто хочу сказать, что ты мне понравился. Знаешь, когда ты привел меня к себе домой я чувствовала себя спокойно и… Я подумала, что ты хороший человек, Эдди. Я бы хотела узнать тебя получше и, мне кажется, мы бы могли ну… ну ты понял, наверное. Но я, — улыбка покинула ее лицо, — я умерла, — закончила Крисси.       Она опустила взгляд, не желая показывать Эдди всю печаль и сожаления, что переполняли ее. Но он прекрасно все понимал. И ему тоже было очень жаль. Он бы тоже хотел быть с ней, пусть и видел такой исход лишь в наивных мечтах.       — Когда все это случилось, мне было так страшно, — произнесла Крисси спустя несколько молчаливых мгновений. — Я хотела, чтобы все поскорее закончилось, хотела выбраться оттуда как можно скорее, чтобы мы вновь встретились.       Эдди многое бы отдал, чтобы отмотать время назад и спасти Крисси, узнать ее любимую песню и сыграть ее на гитаре, даже если это какая-нибудь дурацкая попса. Но путешествий во времени, к сожалению, не существовало. Он мог лишь взять Крисси за руку, осторожно переплести их пальцы и улыбаясь, но печально сказать:       — Вот мы и встретились.       Крисси улыбнулась, посмотрев на Эдди, но ее улыбка была горькой. Они оба думали о том, что это, наверное, не навсегда. Но, будь у них возможность, они бы предпочли остаться в этом месте, существующем вне пространства и времени, навеки. Крисси сжала ладонь Эдди ощутимо, но не крепко, так, чтобы кольца не впивались в кожу, пытаясь сохранить мнимое ощущение того, что все это происходит в действительности и они не мертвы.       Пальцы Крисси были теплыми и немного влажными от волнения. Касаясь ее, Эдди чувствовал что-то среднее между болью, сожалением и счастьем, которое, что удивительно, преобладало над всеми остальными эмоциями. Эдди был рад оказаться рядом с Крисси хотя бы здесь и сейчас. После смерти.       Она посмотрела ему в глаза, и в ее взгляде читалось то же самое. Казалось, что они понимают друг друга без слов, не испытывая потребности говорить, но Крисси все равно заговорила. Ее ладонь вспотела еще больше, она явно нервничала.       — Можно тебя кое о чем попросить? — взволнованно спросила она.       — Конечно, — улыбнулся он настолько мягко, насколько был способен.       — Знаю, мы знакомы совсем немного и, это наверняка странно, но, Эдди… Можешь поцеловать меня? Пожалуйста.       Эдди ощутил, как его сердце замерло. О таком он и мечтать не мог. Крисси оставалась для него чем-то возвышенным, почти недосягаемым, едва ли он мог допустить мысль о поцелуе с ней, но сейчас Крисси предложила сама, и Эдди, конечно же, был готов выполнить ее просьбу, ведь он, если задуматься, хотел это сделать больше всего на свете.       Кончиками пальцев он погладил ее щеку, после сократил расстояние между ними и осторожно коснулся губ Крисси своими. Это не ощущалось, как обычный поцелуй. Слишком ярко, слишком невероятно, лучше любых наркотиков. Губы Крисси были мягкими и сладкими. Эдди касался их, но поверить в это до конца так и не мог. Крисси решилась действовать первой. Она обняла Эдди за шею и ответила на поцелуй.       Они целовались долго, немного отчаянно, но целомудренно, не переходя той незримой черты, отделяющей чувственность от пошлости.       Когда настало время отстраниться, на щеках Крисси вновь блестели слезы.       — Это не по-настоящему, — сказала она.       Эдди отрицательно покачал головой, хотя слова Крисси не были вопросом. Он еще раз поцеловал ее, чтобы она больше не говорила ничего такого. Эдди чувствовал ее тепло, ее губы и не хотел верить в то, что все это может быть только его фантазиями, обреченным стать последним, что он увидит, прежде чем окончательно погрузиться во тьму.       Потом она, продолжая плакать, попросила:       — Не оставляй меня, пока мы еще здесь.       — Не оставлю, — пообещал Эдди.       В подтверждение своих слов он поцеловал Крисси еще раз. И не важно сколько у них еще есть времени, пара секунд или целая вечность, он никогда ее не оставит.