Alone no more

— Он всегда говорил о тебе..мой сын, Кейске. *** Вы проснулись от удушья. Сердце громко стучало в перепонках, а глаза широко распахнуты.Оглядевшись в темноте, вы увидели лишь маленькое помещение, освещение которого подрузомивалось лишь свечами. Одежда, в которой вы были, казалась излишне тяжелой, а скотч, закрывающий рот, заглушал все ваши крики и мольбы о помощи. Каждые попытки движения прерываются крепко связанными запястьями и лодыжками, кажется только купленной веревкой. — А, доброго вечера, — раздается где-то сбоку женский голос — Спасибо, что проделала весь этот путь сюда, чтобы отпраздновать это чудесное событие вместе с нами! Нами? Силуэт рядом зажег еще одну свечу. В ее свете видна пожилая женщина в кимоно. — Я волновалась, что ты не примишь приглашение, но я рада, что ты все таки пришла познакомиться со мной и моим сыном, — продолжила она, не обращая внимания на ваш растерянный взгляд. — Ох, но ты же его уже знаешь? Вы же были одноклассниками, не так ли? Ее мягкое хихиканье заставляет вас вздрогнуть. А ее рука продолжала зажигать одну свечу за другой по всему периметру комнаты. — Я должна поблагодарить тебя. Ты никогда не отказывала ему в помощи, когда у него возникали проблемы с учебой. Он каждый раз, снова и снова говорил о тебе и только о тебе, когда возвращался домой со школы. Ох, какая же ты милая девушка, — улыбнулась пожилая женщина — И знаешь, ты довольно симпатичная, умная и не кажешься такой уж проблемной. Неудивительно, почему ты так запала в душу моему милому Кейске. Ваше лицо побледнело, когда вы поняли, о ком она говорит. — Давай же, Кейске. Не стесняйся. Скажи же ей что-нибудь. Поворачивая голову влево от себя вы окончательно прекращаете свои попытки вырваться из крепких пут веревки, кровь стынет в жилах при виде трупа с длинными темными волосами, одетого в мужское свадебное кимоно. — О, не волнуйся. Он просто нервничает из-за церемонии, — заверила женщина, по всему видемо мать Кейске, даже не подозревая об всем ужасе вашей нынешней ситуации — Он с таким нетерпением ждал этого дня, понимаешь? Всегда так пристально смотрел на твои фотографии и постоянно пытался придумать, как заставить тебя его приметить.Но потом, когда произошел тот случай… Она сдержала желание всхлипнуть. — О, Кейске… даже тогда. Его последняя мысль была только о тебе. Вы задрожали. Слезы навернулись на ваших глазах, когда женщина вновь заворковала с вами. — Сейчас, сейчас. Я понимаю, почему ты так взволнована. Вот почему, как его мать, я собираюсь исполнить его желание и позволить вам двоим пожениться. Вы, наконец, достигли своего предела. Ваши запястья нервно дергали веревку, когда мать Кейске повернулась, чтобы взять несколько чашек. — А теперь, чтобы официально… Вы с Кейске должны немного выпить. Вы испускаете болезненное шипение, когда скотч отклеивается от ваших губ. Вкус саке почти душит вас, когда его чуть ли не силой заливают вам в рот. — Да, молодец. Вот так, — проворковала она, по очереди наполняя чашки саке между тобой и трупом ее сыном. Когда ее внимание было направлено в другом направлении от вас, вы начали отталкиваться своим весом от одной из сторон стула — Теперь у нас есть чашечка и для тебя… В отчаянии вы пытались перекинуть вес с одной стороны на другую.И когда стул с громким стуком опустился на землю, женщина с криком упала на спину. Чашка саке вылетела из ее руки, сбив одну из свечей, а ее содержимое растеклось по татами. В считанные секунды огонь распространился по комнате. Вы ползли на четвереньках, чуть извиваясь с остатками сломанного стула на вашей спине. — Ах! Что же ты наделала?! Вы не остановились. Едва оглянувшись через плечо, вы видите, как мать Кейске отчаянно пытается потушить пожар. Увидев труп, вы мгновенно ускоряете шаг. Но крепкая хватка на лодыжке сдерживает движения. — Вернись обратно… — прошипела она, глядя на тебя безумными глазами. — Ты не можешь бросить его сейчас… Ты просто не можешь! Собрав оставшиеся силы, вы ударили пожилую женщину ногой в лицо. Ее хватка быстро ослабла, позволив вам уйти до того, как огонь полностью охватит комнату. И крики эхом раздавались позади. *** После случившегося мать Кейске поместили в психиатрическую лечебницу. Смерть сына довела ее до крайней степени безумия. По крайней мере, так вам сказали перед самым вашим переездом в новую квартиру. Вы не могли не думать о словах этой женщины подмечая одно маленькое противоречие. Баджи Кейске действительно был вашим одноклассником, и его мать явно очень тяжело переживала его смерть. Но вы не понимали, с чего она взяла, что у вас с Баджи были настолько близкие отношения. Вы то говорили с ним всего один раз. Помогли ему решить задачку по алгебре, над которой он длительное время ломал голову и... Так вот оно что. Все то, о чем она говорила… что если это действительно правда? Все ее слова. Значит, он наблюдал за вами издалека? Следил за вами? Был одержим вами? Вы не осмелились позволить этим мыслям надолго задержаться в вашей голове, решив, наконец, отдохнуть в своей, теплой и уютной на вид, постели. По крайней мере, в новой квартире было комфортно. А после вам нужно будет связаться с родителями и подготовиться к собеседованию утром по приему на новую работу. Тем не менее, вы так и не смогли уснуть. Холодно. Вы подхватили одеяло, обернув его вокруг своего тела. Кондиционер сломался? Подрагивая,вы нашли в себе силы залезть в шкафчик рядом с кроватью. Пальцы осторожно шарятся в темноте в поисках пульта от кондиционера. И тогда вы наконец чувствуете это. Что-то дышит вам в затылок. Медленно и стабильно. Вы тяжело сглотнули, не смея пошевелиться, когда край матраса просел под новым весом другого человека. И он приблизился к вам. Холод усилился на вашей шее. Мужской голос прошептал ваше имя, от чего у вас похолодела кровь. — …Б-Баджи? От вашего ответа матрас заскрипел. С ваших губ слетает вздох под тяжестью невидимых рук, обвивающих ваше тело. Что-то ложится в пространство между вашим плечом и шеей,оставляя на коже мокрые следы. — Нет… — У ваc по коже пробежали мурашки от низкого голоса,тихо бормочащего в ваше надплечье — Я хочу… услышать свое имя… Ваши губы дрожали. Зажмурив глаза, вы надеялись, что это всего лишь очередной страшный сон и не более.Еще один вздох сорвался с ваших уст. — К-Кей… ске? Что-то острое скользнуло по вашей шее, прежде чем остановиться у самого уха. Он укусил вас за мочку уха, заставив вздрогнуть.Что-то влажное лизнуло вытекающую каплю крови. — Ты… наконец-то моя, — одобрительно прорычал голос Баджи — Вся моя. В этот момент вы поняли, что все это — слишком реально, чтобы быть простым сном. Острые клыки, вонзающиеся в вашу кожу, заставляют вас ясно понять и ощутить, что вы никогда не сможете забыть о Баджи Кейске. Просто потому что он никогда не позволит этому случиться. Баджи Кейске никогда не позволит вам забыть.