– Вся жизнь с тобой, Ли Феликс

Как только дверь за Хваном закрылась он сорвался на бег. Он хотел поймать обиженного Феликса и разузнать, что же случилось. Он добежал до раздевалки и с силой дёрнул дверь. Он зашёл в комнату, по стенам которой были шкафчики, а по середине стояли скамейки. Старший огладел всё помещение, но никого не обнаружил. Сел на скамейку и опустил голову. — Неужели уже ушел? Не переодевался что-ли… Он запустил в свои чёрные волосы длинные пальцы, думая о том, что же он такого сделал, что его Ликс на него злится. Феликс бежал в общежитие по широким улицам Сеула. Мысли путались у него в голове. — Что это за парень? Кем он приходится Джинни? Его прервал звук уведомления, пришедший на его телефон. Разблокировав его, он увидел сообщение от Хёнджина. Джинни: 21:47 Ликси, я не знаю, что произошло, но прошу у тебя прощения. Я не смогу долго без тебя, прошу, давай поговорим Светловолосый всё смотрел на это сообщение, не зная, что написать в ответ, и не заметил, как ноги привели его к общаге. Зайдя в комнату он отложил телефон, ничего не отвечая Хвану, и уселся на кровать, погружаясь в свои мысли всё глубже. Хёнджин видел, что Феликс прочитал его сообщение, но ничего не ответил. Это огорчило тёмноволосого, внутри была пустота, будто на него не обиделись, а вычеркнули из жизни. Он не знал куда деть себя и чем угомонить своё тело. Хотелось разрушить всё вокруг. Но зачем наносить ущерб всему, если он находится в студии, которая причем ещё и работает круглосуточно. Он вернулся в зал. Включил музыку и стал двигаться. Из-за всех этих эмоций, танец получился очень чувственный. Старший решил разучить новую хореографию. Он прорабатывал её так чётко и много раз, что через несколько часов Хёнджин уже весь сырой валялся на полу без сил встать. Он не помнил как дошёл до раздевалки, как вызвал такси и как дошёл до комнаты в общаге. Как только его голова коснулась подушки, он провалился в глубокий и крепкий сон. Тем временем Феликс всё думал, что же это может быть. Почему он так среагировал. Вскоре вернулся его сосед по комнате — Минхо. Светловолосый решил поделиться с ним историей, произошедшая сегодня. Они дружат с того времени, как Феликс был на первом курсе, а Минхо на втором. Но их поселили в одну комнату, а Ли младший только рад. Ликс рассказал всё без утайки соседу. Минхо внимательно слушал друга. Прошла минута, после того как Феликс закончил рассказывать историю. Ли старший собрался с мыслями и выдал светловолосому: — Да ты влюбился по уши, Ликс Заулыбался Ли старший и пересел ближе к Феликсу, обнимая того. — Чего? Влюбился? Да не может быть — Ещё как может. Не упускаем факт, что ты влюбился в него давно, но только сейчас осознал это. Через ревность Феликс ещё немного сомневался в правоте слов Минхо, но всё действительно указывало на этот факт. Он не был готов к тому, что ему понравится его друг. И нет, это не заключалось в том, что Феликс гомофоб, наоборот, он давно понял, что ему нравятся парни, но чтоб именно Хёнджин… Парни ещё немного поболтали и улеглись спать. Утром Хёнджин проснулся и заметил, что даже не переоделся. Теперь не только вся одежда была мятая, но и сам Хван помятый. Встав, он заметил, что кровать соседа была заправлена, а след его и вовсе простыл. — Эх, Бан Чан снова к Минхо побежал. Влюблённые…– сказал Хван сам себе. Хёнджин собрался в душ. Идя по узким коридорам общежития, Хван всё смотрел на прочитанное сообщение, на которое так и не последовало ответа. Как только тёмноволосый подошёл к двери, она открылась и в грудь Хвана что-то врезалось. Это что-то было ниже его, со светлыми сырыми волосами, которые пахли шоколадом. Он опустил взгляд, в то время как широкие карие глаза посмотрели на него. Это Феликс. Хёнджин улыбнулся. Но Ли подорвался с места и ушёл, ничего не сказав другу. Старший огорчённо вздохнул и зашёл в душ. Капли упали на лицо Хвана. Тот закрыл глаза расслабляясь. Приняв душ, он закинул свои вещи в машинку и поставил стирать. Был выходной, поэтому Хван решил идти в студию пораньше, но ему следовало дождаться окончания мытья его одежды. Не зная, чем себя занять, тёмноволосый стал готовиться к сессии, которая была не за горами. Так прошла неделя. Всю неделю Феликс и Хёнджин не разговаривали. Хван постоянно пропадал в студии и возвращался очень поздно и весь уставший. А Ликс всё время был без настроения и совсем не приходил на студию. Это не ушло от глаз друзей. — Да поговори ты с ним, упертый баран. По нему видно, что он скучает. Я его постоянно вижу в студии. Занимается на полную катушку. С него пот в три ручья льётся. А он забивает на это и дальше тренируется. Дотренируется, что сознания скоро терять будет. Уходит поздно ночью. Бан Чан говорит, что его редко можно застать в общежитии, только утром, когда он готовится к сессии, также не выходя из-за стола и ни на чего не отвлекаясь. И так каждый день. — бубнит Минхо Феликсу который час. — Балбес ты, Хван. Ну сколько можно. Как маленькие дети. Поговорите уже нормально. Ты мучаешься, всё в своей студии пропадаешь. И он мучается, всё угрюмый ходит. Брауни вообще не готовит, а я уже так соскучился по нему. В комнату к Минхо не зайти, постоянно успокаивает плачущего Ликса.– упрекал Бан Чан Хёнджина. На следующий день после пар Феликс решился пойти в студию. Зайдя в раздевалку, он переоделся в удобную одежду, чтоб ничего не сковывало движения и заплёл хвостик. Когда он подошёл к залу он увидел, как усердно тренируется Хван. Он уже очень сильно устал. И как говорил Минхо: «…Он тренируется на полную катушку. С него пот в три ручья льётся…» Он не высыпался, но продолжал энергично двигаться. В глазах Ли промелькнула грусть. Грусть от вида старшего, который ему нравится до потери памяти. Он не хотел, чтобы его любимый так себя мучал. Он тихо зашёл в зал и ждал окончания танца. — Новая хореография? Это очень красиво в его исполнении Закончив танец, Феликс похлопал. Хёнджин резко повернулся и только он увидел, кто хлопал ему, его глаза расширились. — Л-ликс? — Это было потрясающе, Хёнджин~а Феликс подошёл вплотную к Хвану и обнял его. Старший опешил, но через несколько секунд поместил свои руки на талию светловолосого, утыкаясь в его макушку носом, вдыхая знакомый запах шоколада. — Я сплю? — Нет. Я тут. Я настоящий. Я рядом Ноги тёмноволосого подкосились и они чуть не упали на пол. Феликс перенес уставшего парня на диван, посадил его и подал воды. Хван сделал несколько глотков и перевёл дыхание. — Ты зачем так себя изводишь? — Я не могу без тебя. Как только остаюсь без дела, в голову лезут мысли о тебе. Поэтому в последние дни я пропадал здесь и за подготовкой к сессии Феликс посмотрел на него с грустью и снова обнял. — Джинни, прости меня, я такой дурак Тот лишь ухмыльнулся и расстаял в объятиях младшего. Ли взял обещание с Хёнджина, что никакой больше перенагрузки и что младший будет следить за ним в оба. Отвезя, еле державшегося на ногах, Хёнджина в общагу и проводив в комнату, он положил его на кровать и укутал в одеяло. Феликс хотел было уходить, но Хван попросил остаться. Младший отнекивался, в итоге его схватили за запясте и повалили на себя, заключая в объятиях, без шанса выбраться из них. — Теперь точно не уйдёшь. — проговорил сонный Хёнджин. Так они и уснули. Рано утром пришёл Бан Чан и увидев эту картину побежал всем друзьям рассказывать, что парни помирились. Прошла ещё неделя. Подошло время сессий. Всю эту неделю Ликс следил за Хёнджином, чтоб тот не перенагружал себя, а чуть что сразу прописывал хороший подзатыльник старшему и валил на пол обнимая, чтоб тот не смог продолжать себя нагружать. Сдав успешно сессию, ребята решили устроить вечеринку в общежитии. Взрослые долго думали, но решили дать разрешение, всё-таки все хорошо потрудились. Разослав сообщения в беседу общежития, они двинулись всё подготавливать. Парни решили разделиться. Минхо с Бан Чаном пошли за выпивкой. Чонин, Чанбин и Сынмин за одноразовой посудой. А Феликс и Хёнджин за едой. Несколько часов спустя они встретились в зале, где будет стоять еда и выпивка. Всё расставив, у них осталось ещё время. Феликс решил не терять его и составлять плейлист. Большая часть была из музыки Ликса, а остальная собранная с общежития. Люди стали подходить. Свет выключили и музыка заиграла. Зал полностью наполнился людьми и музыкой.