На двери написано: "Не входить"

Дверь, пустое здание. Все резвились на улице, но не он. Семилетний мальчишка сидел в комнате, закрывшись от всех. На двери которой висела бумажка: "Не выходить!". Тёмно-зелёные волосы, чёлка которых закрывала половину лица. Он сидел в абсолютной тишине. В углу комнаты, на кровати, которую покрывал мягкий плед. Собрав ноги под себя и, закрыв, лицо руками опустив их на колени. Имя его было – Кабаджи. Совсем маленький малыш, которого не любили на улице. Все считали его странным, и ни у кого даже в мыслях не было, играть с ним, а тем более дружить. У всех, кроме... — Кабаджи, открой! -настойчивый стук в дверь и крик, по ту сторону дверного проёма. — На двери же висит бумажка! Почему вы все не можете уйти! -в ответ послышалось, из комнаты. — Ты не сможешь меня прогнать! -крикнул мальчик, который всё ещё хотел войти. Это кстати говоря Моджи. Обычный, весёлый и задорный мальчишка. Но кое-что его очень отличало от остальных. Это его волосы, на голове два ушка, которые похожи на медвежьи. Он ладил со всеми хорошо. Но с Кабаджи особенно. Ведь он был первый, кто не прошёл мимо него. Моджи единственный, который подружился с ним. И теперь они были очень близки. Они были словно... инь и янь. Такие противоположные. Моджи был выше, активный, постоянно лез в драки и читать не любил. Кабаджи, был чуть ниже, спокойный и любимое его место – библиотека. Да, они абсолютно разные, но всё же, дружат. И очень дорожат этой дружбой. — Кабаджи, я знаю, что ты меня, точно не прогонишь. Даже если ты захочешь, я не уйду! -мальчишка в этих делах был очень настойчив. Моджи надеялся, что Кабаджи его всё таки пустит. — Моджи, уходи! Там же написано не входить... почему только ты не уходишь!? -грустным возгласом, послышалось со стороны акробата. — Потому что я хочу тебе помочь. Я знаю, что тебя обижали. Кабаджи, пожалуйста впусти меня! -думаю вы поняли? Да причиной этого всего, было то что, Кабаджи обижали на улице. Нет, его не били, просто... его обзывали. Ведь Кабаджи для них был, чем-то странным. Мальчиком – который не бегает по двору со всеми. И ходит только в библиотеку. Ох... поверьте, морально маленькому акробату досталось, очень много. — Моджи? Ладно, ты можешь войти. Только ты, -молчание и тишина, которая нарушается, шуршанием пледа, скрипом кровати и шагами ног по полу. Кабаджи встал с кровати и направился к укротителю. На носочках подходя к двери, он протянул руку к замку. Медленно проворачивая ключ, в замочной скважине. Дверь открылась так же, как и картина перед глазами акробата. Моджи стоял перед дверью, смотря на Кабаджи. Его одежда была в пыли, на лице были синяки и садины, кровь из носа. Разбитые коленки и ладошки. Весь растрёпанный и грязный, он стоял перед ним. Акробат не понимал что происходит, в его глазах читалось явное переживание за друга. Укротитель сделал лёгкий шаг навстречу. — М-моджи... -оглядывая его с ног до головы, тихо начал Кабаджи. — Что произошло!? — Я... это... подрался просто. Не переживай, всё хорошо. Правда! -видя беспокойство на лице друга, начал успокаивать того укротитель. — С кем? Когда? Из-за чего?! -с распросами кинулся акробат. Делая небольшой наклон вперёд к другу. — Кабаджи, подожди. Со мной правда всё хорошо, ‐одаряя лучезарной улыбкой беспокойный взгляд, ответил укротитель. Кабаджи просто смотрел, абсолютно молча, даже не зная что ответить. Секунды молчания. Тишина и ничего больше... Резкий рывок. Моджи непонимающе смотрит вперёд, после чего переводит взгляд вниз, где стоит Кабаджи, крепко сжимающий своего беловолосого друга. — Кабаджи, что случилось? -он поднимает руки, не зная куда их деть. Аккуратно опуская их, кладёт ладони на спину своего друга. Пытаясь понять, что делать и почему это произошло. — Зачем..? -дрожащим голосом сказал мальчик, медленно поднимая голову наверх, смотря прямо в лицо Моджи. — Я не поним... -не успевая договорить, беловолосого мальчика перебивает удар по плечу, ведь бить друга по голове сейчас, когда она итак пострадала в драке, не самая лучшая идея. — Ай, больно! Ты чего? -потирая рукой места удара, посмотрел на Кабаджи. — Зачем ты дрался? -уткнувшись лицом в плечо парня, потому что из-за роста достать выше не мог, пробубнел акробат. — Ну, просто, -неохотно ответил беловолосый мальчишка, явно отказываясь говорить правду. — Хорошо, задам вопрос по другому. С кем ты умудрился подраться, всего за час? -Кабаджи пристально вглядывался в отстранённый взгляд, не давая Моджи ни минуты отдыха. — Ладно, я подрался с теми хулиганами! -резкий вскрик, от которого Кабаджи вздрогнул, а укротитель похоже сам напугался такого ответа, от себя самого. — Подожди, с теми, что... -мальчишка слегка пошатнулся, делая шаг назад и округля глаза от ужаса понимания. — Да... с теми, что тебя обижали. Зато теперь они не будут лезть к тебе! Это же здорово? -сохраняя оптимистичную улыбку, Моджи наконец набрался смелости посмотреть на друга, стоящего напротив. — Да ты совсем дурак, Моджи! -Кабаджи поджимает губы, пытаясь сдержать накатившие эмоции. Его глаза начинают блестеть, а в уголках появляется слёзы. Укротитель ошарашено глядит на паренька, вытягивая руки перед собой и пытаясь что-то с ними сделать. Он подбегает ближе, активно шевеля ими возле акробата. — Кабаджи, извини! Стой, не плач! Ты чего? -беловолосый мальчишка слегка приобнимает его, притягивая к себе. Акробат лбом уткнуться ему в плечо, смотря вниз. Моджи опустил взгляд, видя лишь макушку друга и слушая откуда-то снизу непонятливые фразы, из которых различалось что-то вроде: "Моджи-дурак" или "Идиот!". На что мальчишка лишь улыбался, свободную руку положив на голову акробата и слегка ,потрепав, мягкие, и чуть волнистые снизу, волосы. —Идём, я обработаю тебе раны, -быстро вытирая мокрые от слёз глаза, Кабаджи потянул Моджи за руку в сторону кровати. — Да всё вроде нормально? -только вот сам укротител в этом похоже не нуждался. Потому что для него это было нормально. Он часто влезал в драки. Нет, он не хулиган, как думали о нём многие. Просто так получилось, он всё же был очень активный, так что обычные драки за обиды, друзей или даже игрушки случались. Они были детьми, так что ничего серьёзного. Покрайней мере до больницы не доходило. — Ещё раз скажешь, что всё хорошо, я тебя за дверь выставлю! -переходя на более тихий, но всё ещё слышимый тон, откликнулся мальчик. Уже усадив Моджи на кровать и идя в сторону шкафа за ватой. — Спасибо, -послышалось из-за спины акробата. — Я ещё ничего не сделал... -затихая на пару секунд, ища в шкафу, то зачем подошёл, после чего снова продолжил свою фразу, уже найдя кусочек ваты и какой-то бутылёк для обработки ран, который он попросил у воспитательницы. К слову та отдала его, только потому что знала о посиделках Моджи и Кабаджи, а так же про то, что беловолосый мальчишка – явный любитель перепалок, и не упустит момент случайно наломать дров. —... кстати из-за чего ты подрался? -направившись обратно и присев на край кровати, наконец задал вопрос акробат. — Ам, просто! -сказать, что парень волновался – это просто промолчать. Кажется говорить он не собирался. — Нет, ты блин..! Мне кажется сейчас, я тебя оболью этим недо-антисептиком. Моджи, не молчи! -подставляя перед его лицом пузырёк с антибактериальным средством, Кабаджи принялся открывать крышку и наливать часть в ватку, параллельно успевая глядеть на Моджи, всё ещё ожидая ответа. — Ну они же обидели тебя? Я узнал об этом у ребят. А потом мы немного подрались. И - конец, -акробат выронил вату к себе на колени, смотря на укротителя, то ли злым, то ли шокированным взглядом. — Моджи! Ты хоть понимаешь, что пострадал из-за меня!? Мне ничего не сделали! Просто посмеялись, в этом нет ничего такого! -Моджи сидит в ступоре, даже не зная, что сказать. — Они обижали тебя, даже если не сильно. Ты не заслуживаешь такого отношения к себе. Я не могу позволить, чтобы обижали человека – который мне нравится! - слова сами рвуться наружу, теперь в ступоре сидит уже Кабаджи, открыв рот и хватая воздух. Укротитель крепко смыкает губы, слегка дуя щёки и отвернувшись в сторону окна. Лишь позже акробат замечает на лице мальчика розовый румянец, который покрыл его щёки. Кабаджи сидит, глупо и откровенно пялясь на своего друга, если его всё ещё можно так назвать. Моджи изредка переводит взгляд, так же быстро снова отводя его. Проходит минута тишина, и тут не выдерживает уже беловолосый мальчишка. — Только не молчи, Кабаджи! -его лицо горит и сейчас он хочет провалиться сквозь землю. Моджи совсем не хотел говорить этого. Слова как-то сами вырвались. В конце концов, он был уверен, что его симпатия явна не взаимна. Маленький акробат считал его лишь другом. Единственным другом – который защищал его, общался с ним. Поэтому укротитель сжал кулочки, поджал губы, слабо жмурясь и смотря Кабдажи прямо в глаза. Акробат пару раз моргнул, хлопая глазами, будто приходит в реальность. Хотя пожалуй это и происходило. Решаясь наконец сказать хоть что-то, он слабо шевелит губами, в слабой попытке сказать хоть какие-то слова. Всё это переливается в немое шевеление ртом. — Моджи, знаешь, ты очень... добрый. Часто проводишь время со мной. Разговариваешь, играешь. Даже сидишь со мной в библиотеке, хотя тебе это не интересно... -он решается поднять растерянный взгляд на мальчишку. Губы слабо подрагивают, нос шмыгает. Кабаджи волнуется. Очень волнуется. Он чёрт возьми социофоб! Он заговорить с людьми нормально не может, а тут такую речь толкать. Единственный с кем мог говорить юнный акробат – это Моджи. Со всеми он вёл себя совсем по другому. Начинал паниковать, нервничать ну или вообще не общался. Собственно за это его и не любили. —... ты самый лучший человек, которого я встречал. Ты тоже мне нравишься! -последнюю фразу он выпалил на одном дыхании. Уркотитель лишь радостно улыбался, пялясь на него, как полный идиот. Глаза блестели, а румянец ещё больше расползался по щекам, доходят уже до кончиков ушей. Моджи резко набросился на Кабаджи, повалив того на кровать, крепко-крепко обнимая. Единственное, что успел сделать тогда мальчишка, это схватить рукой баночку с антисептиком, чтобы та не пролилась. Акробат покраснел наравне с укротителем. Кабаджи перекинул руку через мальчишку, обнимая того в ответ. Сейчас они дети и может не совсем понимают что значит: любовь, симпатия и всё остальное. Но одно они знают точно, сейчас им очень весело вместе, и через несколько лет они точно полностью разберутся в своих чувствах.