«Пожиратели»

Среда — середина будничных дней. Это мог быть самый обычный день для наших уродов, но, как мы знаем, обычность — это не для них. И этот день был наполнен весьма интересными событиями для жильцов дурки. Начнём наш день с «волка». —Вот так... — сказал вслух Вульф, поднявшись на ноги и придерживаясь за мебель. Его спина «вылечилась», но ноги были слабые. Сегодня он вряд ли потренироваться, ему бы сначала просто походить. Это он и планировал. (Скрип) Дверь в комнату аккуратно открылась, и из неё вышла Рэйвел, в обычном для неё ( по крайней мере за последние три дня) наряде медсестрички. —Вульф, я знаю, что ты проснулся, поэтому... — не успела договорить Рэйвел, как она увидела упомянутого парня на ногах. Эмоции, которые читались на её лице, можно было охарактеризовать, как радостные, искренне счастливые и просто успокоение. Ведь одно дело слова о нормализации, а другое — подтверждение этим словам. Рэйвел по-настоящему была счастлива увиденному, но из-за своего характера и образа, она мгновенно взяла их в руки и со спокойным голосом обратилась к Вульфу: —Вижу ты уже на ногах. Я рада! — сказала Рэйвел с прекрасной улыбкой её матери на лице. —Ага. Спасибо! — ответил Вульф, одарив девушку лёгкой улыбкой. —... Рэйвел уже и забыла, что Вульф был ростом с её братом. И ей было как-то не привычно смотреть снизу вверх на него. Но да ладно. Рэйвел всё равно была рада этому факту. Затем она зачем-то посмотрела вниз на свою одежду. Милый, розовый и откровенный наряд медсестры уже не вызывал у неё смущение и стыд, наоборот, он оказался весьма качественным и удобным изделием. И факт того, что ей больше не надо надевать его, вызывал больше разочарование, нежели радость. —Рэйвел, можешь принести мне костыли из медпункта? Думаю, на первое время мне лучше сначала привыкнуть к ногам. — попросил об услуге Вульф. —Да, сейчас. Но сначала , наверное, мне стоит переодеться. Этот наряд уже без надобности мне... — Рэйвел уже развернулась, чтобы выйти, когда услышала неожиданное и еле слышимое слово. —Жаль... —Что ты только что сказал? — Рэйвел не поверила в услышанное, что аж резко развернулась на 180 градусов, чтобы видеть лицо негодника. —Ничего... — Вульф попытался отвертеться, но пылающий огонь Феникса было уже не остановить. —Если не скажешь сейчас, то сам пойдёшь за костылями. И уж поверь ты их точно не найдёшь. — кратко и лаконично пригрозила Рэйвел всего двумя предложениями. —... Вульф уже успел сто раз пожалеть о своём нечаянно выкинутым слове. Но он не был скромным или стеснительным школьником, чтобы нормально не отвечать на «угрозы» низенькой и милой блондинки. Поэтому как мужик взял и ответил за свои слова: —Ладно. Признаюсь в преступлении! Ты очень миленькая и сексуальная в этом наряде. И мне бы хотелось больше видеть тебя в нём. А может быть и без него... —... — Рэйвел не могла ничего ответить. Вместо этого она сильно покраснела от пару прямолинейных и шокирующих бедный девичий ум предложений. Особенно последнее предложение. Но Рэйвел была гордым Фениксом, и она не могла позволить себе показать слабость и робость, поэтому быстро приняла более менее презентабельный и спокойный вид. Отвечала она хоть и с некоторыми запинками, но всё же достойно. —Ну... Просто так я конечно не стану потакать твоим извращённым желаниям! Но по принципу «услуга за услугу» я считаю, это уже будет приемлемо для нас обоих. Согласен? Это предложение было весьма заманчивым для «волчонка», к его собственному удивлению. Но ему и этого было мало. —Я бы кое-что подкорректировал. —Чего? И что же это? — Рэйвел была наполовину возмущена и наполовину заинтригована. —Больше нарядов и косплея. —... —... —Чего? —Я бы хотел увидеть тебя и в других образах и костюмах. Вот и всё. Если конечно ты не против? Слова Вульфа действительно застали Рэйвел врасплох. Девушка была смущена такой просьбой. Но она обдумала предложение: «Ну... Думаю, мне самой может наскучить наряд медсестры. Да и интересно будет узнать, идёт ли мне другая экстравагантная одежда» Решив, что ничего такого в предложении Вульфа нет, Рэйвел ответила в своей гордой манере принцессы: —Ну, если ты так хочешь, увидеть моё прекрасное тело в красивой одежде, то... Во-первых, ты сам платишь за одежду. Во-вторых, помогаешь мне с покупками. В-третьих... —Выбираю одежду с тобой. —Да! В-четвёртых... СТОП! ЭЙ! — Рэйвел была возмущенна вмешательством «волка». —Просто скажи «да» или «нет». То что ты просишь, я бы и так сделал, если бы ты вежливо попросила. Давай, остановимся на простой взаимности. Согласна? — Вульф не намеревался становится подкаблучником Рэйвел, поэтому предложил самый оптимальный вариант для них обоих. Да и просто ему лень запоминать все множество условий. Рэйвел была бы сильно возмущенна дерзостью парня, но... «Дерзким он ещё круче выглядит... Да и сам он уверенный и, кажется, надёжный парень. Вроде эти качества, как говорит мама, самые важные в мужчинах...» — были мысли молодой девы. Именно из-за таких соображений Рэйвел с румянцем на лице ответила парню успокоенным и миловидным голосом: —Ладно... Но обещай, вести себя как достойный парень и держать своё слово. —Обещаю, я не подведу такую милую и достойную девушку. — ответил с лёгкой улыбкой Вульф. Таким образом «Феникс» и «волк» заключили формальный, но интересный договора между собой. **** Отвлечемся от этой парочки и переведём наше внимание на «рептилию». Джонатан проснулся раньше всех, но, как обычно бывает, просто лежал в своей постели и думал о жизни: «Зараза... Вновь никакого результата... Лишь жалкие фрагменты формул... Я точно выгорел...» Настроение у него было отвратное и подавленное, что лишь подтверждала выгорание. Но внезапно для самого Джонатана в его мозге промелькнула мысль. Странная, но заманчивая и желанная. «Хочу тяночку...» Да. Джонатану хотелось женского или девичьего тепла и нежности. Он даже подумывал пофлиртовать с некоторыми девушками. Да. Джонатан хотел девушку, но в таком состоянии вряд ли кто-то из его знакомых дам захочет просто пообщаться с ним. Он сам послал бы себя куда подальше. **** Оставим мрак позади и переключимся на что-то светлое и доброе. Например, пиво. Вернее, на «пивозавра». —Сегодня у нас будет кекс! — проговорила факт Вайзер, лёжа рядом с Кантом в одной постели. —Ага... — просто ответил тот. Любовная парочка располагалась в комнате Канта. Вайзер уже второй день подряд спала вместе с парнем. Можно было сказать, что она практически переехала к нему. Но Вайзер не собиралась пока что перебираться сюда на постоянной основе. Ведь где Канту кувыркаться с другими девушками, как в не своей комнате. Как демон, да и ещё шибанутый, у Вайзер не было моральных ограничений в рамках «других девушек» и «отношений на стороне», вернее она была только за, если Кант приведёт к себе ещё больше партнёрш для различных утех и отношений. Это было бы очень интересно и возбуждающе для неё. Что-то похожее на «измену» она планировала устроить для Канта и Юбеллуны. Но... «Эх... Я думала, что они уже чпокнулись... А они только поспали на одной кровати. Но ничего прошло всего пять дней! К концу недели я клянусь, что затащу их обоих в одну постель и заставлю их трахнуться!» — Вайзер, гений мысли, мать японской похабчины. —Пора вставать... — сказал наконец-то Кант, не забыв поцеловать лоб Вайзер и встав с постели. —Ага... Ночь для этих двоих обещал быть интересным. **** Но не менее интересные события происходили на кухне. Здесь Михаил вместе с Шурией готовили завтрак для всех. Как всегда дофига еды. Михаил готовил спагетти, а Шурия — соус и мясные тефтельки. —Михаил, попробуй. — предложила Шурия парню ложку с соусом. — Вроде соли не хватает. —(НЯМ)... — Михаил скушал соус с ложки, протянутой Шурией. По сути она его накормила, что повеселило девушку. — Да. Добавь щепотку соли и пол-дольки чеснока для остроты. Это улучшит вкус соуса! —Окей! — с радостью приступила Шурия к исполнению советов Михаила. Шурия поначалу осторожничала с Михаилом. Слишком уж добрым и дружелюбным он ей казался, что вызывало некоторые подозрения на то счёт, что Михаил ищет способ подкатить к девушкам. Но за первые два дня она поняла, что это просто такой характер и хорошее воспитание. Она даже не была уверена, видит ли он в девушках объект сексуального влечения. Он даже ничего не говорил насчёт некоторой одежды, которую некоторые носили. Особенно Шурия, на которой обычно был лишь лифчик и длинная набедренная ткань вместо трусиков. Не возмущался, но и не глазел особо. Просто принял как данность. Но сейчас Шурия свободно и открыто общается с ним по-дружески. Но украдкой смотря на Михаила в настоящий момент, у Шурии возникали другие мысли на его счёт: «Мой тип мужчин! Сильный, большой, добрый, отзывчивый и готовит отлично! Явно не глупый пацифист, но и драки не ищет. Мама всегда говорила, что такие мужчины на вес золота!» Именно. Шурия начала видеть Михаила как потенциального мужчину во взрослом плане. Но была одна проблема. «Он явно всё ещё невинен в плане секса и сексуальных интересов. Он видит в девушках пока что только подруг и соседей. Надо начинать это исправлять!» Шурия была целеустремленной девушкой. Если она чего-то хочет, то попытается всеми возможными способами добиться желаемого. Вот Михаил пошёл накрывать стол. Это был шанс для Шурии. В чём же заключался её план по развращению Михаила? Это был одновременно простой, но «гениальный» план... Шурия взяла булавку, нацепленную на её личный фартук, и зацепила кончик задней набедренной ткани за свой носок. «Отлично! А теперь...» Шурия нарочно пролила ложку своего соуса на пол. —Ой... Надо бы протереть... — сказала вслух Шурия. Михаил точно услышал её, и он заканчивал расставлять ложки, а значит время следующего шага Шурии. —Вот так... Она нагнулась и стала медленно, неспеша протирать пол тряпкой. Именно в этот момент булавка сделала своё дело. В нагнутом положении девушки набедренная ткань, зацепленная за носок, не могла прикрывать заднюю часть тела. Иными словами, благодаря гибкому телу, задница Шурии была практически полностью оголена для глаз Михаила. «А теперь нужно только подождать соответствующего эффекта!» И он последовал. Когда Михаил повернулся, чтобы вернуться к своему спагетти, то его взгляд мгновенно зацепился за эротический вид наклоненной девушки. Её загорелые ягодицы, стройные красивые ножки и... Михаил, к своему стыду, немного загляделся на девушку, но затем «покраснел» от смущения и мгновенно отвернулся от неё. «Похоже, это сработало. Отлично!» — победно думала Шурия, поглядывая на Михаила, затем встав во весь рост. Но вот только её задняя ткань, зацепленная за носок, всё ещё оголяла половину её задницы, в том числе и ... . Михаил видел это и не мог найти смелости, сказать Шурии это. Но в эту странную картину, которая могла бы и дальше оставаться неизменной, если бы в неё не вмешался самый порядочный и милый «рыцарь». Карламайн зашла в кухню с прекрасным утренним настроением. Увидев перед собой Михаила, она хотела громко поздороваться с хорошим другом, разделяющего её порядочность и честность. Но «медведь» был как не свой. Со странно смущённым и стыдящимся чего-то лицом. Карламайн не понимала, в чём собственно дело. Но взглянув за спину Михаила, она поняла, в чём собственно дела. Сама покрасневшись, Карламайн быстро оказалась рядом с Шурией, та была отвлечена готовкой. Быстро оглядев тело подруги, Карламайн нашла причину «проблемы». И сказать, что она была в полном недоумении, — это ничего не сказать. Коричневолосая мгновенно присела и отцепила булавку от ткани, прикрыв зад Шурии. Это выдало её. —О! Доброе утро, Карламайн! — с улыбкой поздоровалась Шурия. — Как наст... Но не успела Шурия закончить вопрос, как Карламайн передала ей отстегнутую булавку и тихо прошептала в её ушко: —У тебя пелотку было видно! —... — Шурия застыла. Застыла от осознания своего просчёта. «Упс. Кажется я переборщила с развратом...» — подумала Шурия, взглянув на спину подростка. —Надевай трусики хотя бы ради приличия. Что было бы, если бы другие парни увидели тебя? — прошептала совет Карламайн. —Да... Спасибо за совет! — с доброй улыбкой ответила Шурия. Загорелая девушка действительно забыла, что теперь они с девочками живут не с одним мужчиной, а с пятью разными подростками. И это вызвало некоторые неудобства и трудности в плане разврата. Шурия теперь будет учитывать этот факт. Это будет трудно, но... «Интересно! Нужно быть осторожнее, ведь есть риск попасться. Это интригующе!» Шурия любила трудности и ей нравилось преодолевать их. Пока Шурия настраивала себя на режим «хардкор», Михаил вернулся к спагетти, а Карламайн тихо сидела на стульчике и кое о чём думала: «Шурия это специально сделала. Но зачем?» — задавалась «рыцарша» интересным вопросом. — «Подразнить Михаила, что ли? Но они хорошо ладят, и не думаю, что Шурия хотела поиздеваться над ним. А если наоборот?» — Карламайн была смышлённым «рыцарем», её мысли двигались в правильном направлении. — «ДА НЕ МОЖЕТ ЭТОГО БЫТЬ?! Мы все знакомы лишь пять дней, а она уже хочет заграбастать его себе? Нет, Шурия конечно любит сильных и мускулистых мужчин. НО НЕ ПЯТЬ ДНЕЙ ЖЕ!» — от таких мыслей Карламайн начинала краснеть. — «Ну... Признаю. Пока что Михаил кажется неплохим вариантом парня в любовном плане. Сильный, внушительный, добрый, дружелюбный, необидчивый, отзывчивый, приятный в общении, порядочный, хорошо готовит, считает всех равными, всегда рад приготовить вкусняшки, если попросить...» — Карламайн могла и дальше продолжить список достоинств здоровяка, но сразу остановилась, осознав что-то. — «НЕТ! НЕТ! НЕТ! Я не интересуюсь Михаилом в «этом» плане! Тем более и остальные ребята хорошие. Просто хороши по-своему. Они же не интересуют меня. Даже мыслей не было. Просто Михаил интереснее мне... Наверное...» — Карламайн была бы в странной растерянности, если бы её не окликнул низкий мужской голос. —Карламайн! —Да? —Буди всех, кто ещё не встал, и начинай утреннюю зарядку! Разгони у всех аппетит! —Есть! — ответила с энтузиазмом Карламайн, выйдя из кухни. Теперь Михаил и Шурия остались наедине. Между ними была неловкая атмосфера и тишина. Никому это не нравилось, поэтому Михаил решил исправить положение. —Я извиняюсь, что не сказал сразу о «проблеме» и что немного поглазел на тебя... — с стыдом извинился и признался Михаил. —Не стоит, Михаил! Это всего лишь случайность! — Шурии было самой стыдно за то, что пристыдила паренька. —Надеюсь, я не противен тебе. Тебе наверное было неловко из-за меня... —Нет! Не переживай об этом. Я не невинная малолетняя девчонка. Таким меня не смутить. Да и не имею я против тебя никаких претензий! Так что всё нормально. Тебе можно... — непринужденно сделала намёк Шурия в конце. «Он пропустит этот намёк. Это точно!» — была уверена она. —Это хорошо! Значит всё нормально! —с лёгкой улыбкой ответил Михаил. «Это явно был намёк в конце. Ситуация принимает странным оборот.» — сделал некоторый вывод он. **** Пока эти двое раскладывали завтрак, в гостиной проводилась физкульт-зарядка. Карламайн конечно хотела спартанскую разминку, но остальные единогласно были против, поэтому... —И под конец сделайте столько отжиманий, сколько сможете. Я бы хотела по сто, но вижу, некоторые хотят уже есть... — с разочарованием сказала Карламайн, смотря на Михаэ, у которой кружится голова. Михаэ всегда ответственно подходит к делам и выполняет их в строгой точности, поэтому она, как «епископ», ощущала себя не очень после всех спартанских упражнений «рыцаря». Услышав, что кол-во отжиманий по самочувствию, Михаэ смогла сделать только пять и тут же обессиленно пошла в кухню. «Михаэ молодец!» — одновременно пронеслось в мыслях всех находящихся в гостинице. Оставим нашу милашку и посмотрим, как справляются другие. Первым делом приходит на ум другой «епископ» «Дурки». Азия хоть и кажется хрупкой и слабой, но живя с пятью дебилами, она не могла избегать силовых тренировок и упражнений. Поэтому «монашка» смогла сделать целых пятнадцать отжиманий. Миттелт, Мира, Ил и Нэл — по 25. Марион, Бюлент, Ни и Ли — 35. Карламайн, Сирис, Изабелла и Сюлан принципиально целились на сто. Лин, к удивлению новеньких, без проблем шёл на восьмой десяток. Вайзер же наоборот предсказуемо чуть не забила на упражнение, но получив тычок в бок от своего парня, всё же осилила целых три. Упомянутый Кант уже сделал сто, но продолжал медленно отпускать своё тело. Причина этого перевыполнения пятилетки заключалась в женщине, красивой девушке с длинными фиолетовыми волосами. Юбеллуна спокойно и неспеша делала отжимания. Как самая старшая из девочек она должна подавать им пример, поэтому пятьдесят — минимальная для неё планка. Из-за больших и объёмных грудей, прижавшихся к ковру, ей конечно было неудобно опускаться до конца, но ей не на что было жаловаться. У всего есть плюсы и минусы. Сейчас для Юбеллуна это минус, а вот для Канта плюс, т.к. это был довольно редкий, но притягательный вид. Закончив с отжиманием, Юбеллуна улеглась на левый бок, опирев голову на левую руку. Она строго посмотрела на хулигана, заставив того напрячься. Но затем Юбеллуна лукаво улыбнулась и обратилась к нему: —Ну как? Нагляделся? Кант принял виноватый вид и улёгся напротив девушки. Виновато улыбнувшись ей, он решил попросить у неё милости: —Виноват! И прошу прощения у тебя, если заставил тебя испытывать неудобства. Тебе нужно было лишь сказать, и я бы не поднимал больше на тебя взгляда. —Нет. Меня не смущали твои подглядывания. Просто сначала нужно просить разрешение на это. И лишь потом наслаждаться мной. —А ты бы разрешила? — с тихим спокойным голосом спросил Кант, уже догадываясь об ответе. —А почему нет? Ты делаешь мне очень приятно по вечерам и не только. Ты ведь практически ничего не получил от меня за это, поэтому это моя маленькая плата. — с тихим голосом ответила девушка. Юбеллуна действительно была не против от взгляда Канта. И ей было даже лестно видеть его живой и интересующийся ею взгляд. Он смотрел на неё с восхищением и наслаждением. Давно Юбеллуна не получала такого внимания от мужчины, тем более от того, кто видит в ней живую девушку, желающую нежностей и ласки, а не ходящую собственность. «Это пока что... Наверное... Не знаю... Не хочу знать. Даже если он устанет от меня... до этого момента я буду наслаждаться его вниманием, а после я уже буду морально готова...» — Юбеллуна уже не была молодой дурочкой, верящей в какие-то сказки. Она понимала чего хотят мужчины, и что для этого они будут делать. Это заставляло её грустить. — «А для его внимания нужно платить ему тем же...» —Не надо никаких плат или тому подобное. Мне просто нравится делать другу приятно, тем более милой девушке! И мне нравится видеть тебя в... ну-ну, можно сказать... в счастливом настроении! Хмурость вообще не к лицу любой девушке! — шутливо закончил Кант, не скрывая нежности, с которой он говорил с девушкой. Юбеллуна была бы удивлена такому ответу, в котором не читалась ложь и притворство, если бы не знала парня перед собой почти пять дней. Срок короткий, но с здешними пятью идиотами девочкам хватило лишь двух выходных дней, чтобы привыкнуть к ним и действительно сдружиться с ними. Поэтому Юбеллуна сразу видела искренность его слов, что вызывало в ней смешанные чувства. —В этом доме никто не ищет выгоды или чего-то корыстного. — Кант продолжил тихо говорить. — Мы с ребятами привыкли помогать друг другу, когда это требуется, и мы в этом нуждаемся. В нас это воспитали, привили и вдолбили кувалдой в мозг! — вновь пошутил Кант. —Похоже на правду... — спокойно согласилась Юбеллуна, вспоминая детское дружелюбие всех пятерых пареньков. — И похоже и мы тоже станем такими... — тихо сказала себе под нос Юбеллуна. —А? Ты что-то сказала? —Ничего такого. Просто немного задумалась... — у Юбеллуны уже голова начинала болеть из-за всякой фигни, поэтому она говорила медленно и устало, что заметил Кант. Он практически полностью понял проблему и мгновенно придумал решение. —Скажи, Юбеллуна. Ты выходила на прогулку в город? —Мгм? — Юбеллуна не понимала причём тут это, но всё-таки решила ответить. — Ну... Только до ближайшего супермаркета. Покупала вкусняшки для девочек. А то Вульф наотрез отказывался говорить, где лежат сладости. —Ага. Просто так есть сладкое он не позволяет. Только с чаем или кофе. И хранит он их строго под замком. В прямом смысле этого слова! —Я не удивлена. — со смешком сказала Юбеллуна. — Но вернёмся к твоему вопросу. Зачем ты это спросил? —Просто хотел узнать, не хочешь ли сходить в центр и развеяться? —Неужели ты предлагаешь свидание? А ты оказывается у нас изменник! — лукаво сказала Юбеллуна. —Ну, не сказал бы, что это именно свидание... —Когда парень и девушка, тем более не родственники, ходят куда-то и проводят большой отрезок времени вместе — это очень сильно походит на свидание. — резко объяснила Юбеллуна. —Тс. Ладно. Свидание, дружеская или семейная прогулка — какая разница, как это называется? Главное, что мы оба хорошо проведём время и это поднимет обоим настроение, а остальное всего лишь детали. — спокойно объяснил своё мнение Кант. —Тогда почему бы не позвать и Вайзер тоже? Ради компании.— задала справедливый вопрос Юбеллуна, ожидая какой-нибудь интересно реакции от парня. —Ей лень. — прямо сказал Кант. —Что? —Эй, Вайзер. — позвал Кант девушку позади себя. —Чего? — послышался голос, символизирующий саму лень. —Хочешь пойти со мной и Юбеллуной в центр города? —Не-а. Мне лень. Веселитесь сами... —Вот видишь. Тоже самое она мне сказала и вчера. Юбеллуна не могла поверить в такую глупую и смешную причину отказа от свидания. «А хотя... Что ещё ожидать от Вайзер?» В итоге ей ничего не оставалось, кроме как подумать над предложением парня. На самом деле у неё не было причин отказывать, кроме очень очень очень маленького неприятного предчувствия. Но Юбеллуне была сильной и гордой девушкой, чтобы это переживание пугало её, поэтому она со спокойной уверенностью ответила согласием: —Хорошо. Я согласна на свидание. На какое время? —После учёбы я бегом вернусь домой, и мы отправимся на прогулку. Окей? —Окей. Таким образом за каких-то пару минут Кант и Юбеллуна договорились о свидании. Сразу после этого в гостиную зашли Вульф на костылях и с мокрыми волосами и Рэйвел, шедшая за его спиной. —Всем физкульт привет! — поздоровался «волчара». —Привет! — хором ответили все присутствующие. Первым, кто поинтересовался здоровьем «волка», был «муравей». —Всё ок? — кратко спросил Лин. —Ок! — кратко ответил Вульф. —Вот и хорошо! А теперь завтрак. — сказал мелкий и вместе с остальными мелкими отправился кушать. Все остальные тоже потихоньку шли на кухню. Рэйвел хотела незаметно последовать за всеми, чтобы не попасться на глаза Карламайн. Блондинка очень не любили физические упражнения. (Хвать) Но Карламайн оказалась быстрее и шустрее. Поймав Рэйвел, она заставила её сделать пару небольших упражнений для разминки. В это же время Вульфа остановили две кошкодевочки. —Ты ведь не забыл об обещании, ня? — лукаво спросила красноволосая Ли у паренька. —Да, ня! Тебе нужно напомнить, какую рыбу мы просили, ня? — задала вопрос голубоволосая Ни, готовая сразу напомнить парню о рыбе. —Помню я всё. Судзуки — для красной кошечки, а хираме — для голубенькой. Всё верно? — спросил полушутя Вульф, показывая свою хорошую память. Ли и Ни были приятно удивлены тем, что «волчонок» строго помнил о рыбе. В отличие от некоторого индивида. И почему-то им было смущённо приятно слышать банальные, но веселые и тёплые прозвища от беловолосика. Вновь в отличие от некоторого индивида. А ещё они были удивлены ростом подростка. Они вроде и не знали, что Вульф того же роста, что и Райзер. Это вызывало у них странную мысль: «Отлично! Не нужно будет привыкать к новым габаритам!» Странные мысли. Кто знает, что они означают? Пока Ли и Ни в приподнятом настроении провожали Вульфа до кухни, обдумывая вкус его еды и не только, один «рыцарь» украдкой наблюдала за входящим в кухню парнем. Сирис хотела нормально поздороваться и лично узнать его состояние, но глупая гордость и смущение не позволяли сделать это при свидетелях. Поэтому она справедливо решила сделать это в более удобное время. **** Ну, а теперь завтрак. Все с аппетитом ели спагетти с соусом и тефтельками. С особым аппетитом свою тарелку уплетала Сюлан, да так, что... —ДОБАВКИ! — попросила ещё больше, протягивая пустую тарелку. —Конечно! — с улыбкой ответил Михаил, взяв тарелку. Ему нравились девушки с хорошим и здоровым аппетитом, поэтому он с радостью увеличил порцию Сюлан. Все девушки с удивлением смотрели на подругу. Конечно бывшие пэры Райзера знали о большом аппетите Сюлан, но в этом доме её желудок явно увеличился в объеме. —А ты не потолстеешь, Сюлан? — лукаво спросила Изабелла. —Сплюнь! От этой еды нельзя потолстеть! Шурия не за что не приготовит сильно жирную пищу! Об Михаиле говорить нечего! (Ням...) — отвечала Сюлан, поедая спагетти. — Плюс мы много тренируемся. Так что калории быстро сжигаются. Чем больше я съем, тем больше энергии у меня будет. Так что сегодня наш бой будет за мной! (Ням...) — объяснила свою стратегию «ладья». Её аргументы хоть и были несерьёзными, просто чтобы оправдать свой аппетит, но они были обоснованными. Особенно обоснованными для двух пришибленных соперничеством девушек. —ДОБАВКИ!/ ДОБАВКИ! — попросили Изабелла и Карламайн, мгновенно доев первую порцию —Ещё раз будете есть так спешно, ничего не дам. — строго сказал «большой брат». —Ладно.../ Ладно... — стыдливо ответили девушки. Михаил лишь спокойно улыбнулся им и взял их тарелки для новых порций. Михаил умел быть строгим и требовательным, хоть он и кажется мягким безобидным медведем, но внутри него живёт бешеный бурый. Остальные «сумасшедшие» спокойно ели свои порции, а некоторые тихо шептались между собой. Общались на разные обывательные темы. Но нас может заинтересовать только один. —Миттелт! Можно будет поиграть с твоими фигурками? — попросила Ил, сидящая рядом с блондинкой. —Нет! — Миттелт наотрез отказывалась отдавать своё сокровище этим двум бестиям. —Ну, пожа-алу-уйста-а! — давила своей милотой Нэл, сидящая через свою сестру. —Нет. Вы сломаете! —Мы не сломаем! Ну-у... — близняшки сделали щенячьи глазки, чтобы до конца доломать Миттелт. Но она была стойкой. —На меня это не работает! Я сама маленькая милая девочка. У меня иммунитет! — «серьезно» заявила Миттелт. —Ммм!!! — они продолжали давить. Ил и Нэл были двумя маленькими и миленькими девочками. Они были не только самыми младшими, но и самыми ребячливыми. Настоящие дети — не иначе. А Миттелт стала объектом их излишнего внимания. Сначала им было весело бесить её приставанием к Лину, но потом Миттелт как взрослая забила на это, и они перестали делать это специально. Сейчас же они видят в ней маленькую старшую сестру. Маленькую — потому что она была ниже. А старшую — потому что она вела себя зрело и всегда была готова помочь с маленькими делами. Даже несмотря на их неусидчивость. Они продолжили смотреть на неё милыми щенячьими глазками, и Миттелт решила сдаться. Не из-за того, что она сломилось перед их милотой, а т.к. понимала, что они всё равно возьмут их. —Ладно! Только аккуратнее! Если хотите поиграть, то играйте больше с роботами, а не с фигурками. Первые крепче... —СПАСИБО! — с широкими улыбками поблагодарили близняшки и уже хотели было пойти в комнату Миттелт. —ЭЙ! Имейте совесть! Дайте хотя бы уйти в школу! — возмутилась Миттелт наглости малышок. —Ладно!/Ладно! — одновременно ответили всё ещё веселые Ил и Нэл, оставшись сидеть на своих местах. Миттелт немного успокоила свои нервы. По крайней мере ей не придется лицезреть, как её сокровища будут уничтожаться. Завтрак мог спокойно продолжаться в своей неспешной и мирной обстановке, но один британский джентльмен смог украсить картину небольшим безумием. Джонатан спокойно вошёл в кухню. Взгляд его был холодным и уставшим, что было странно, учитывая утреннее время. Но не это было самым необычным в его образе. Прошагав до своего места между Марион и Бюлент, Джонатан сел на стул и стал медленно поедать спагетти, не говоря ни слова. Ни тебе здрасьте, ни подколов, ни лёгкого флирта с «горничными». Просто молчаливое поедание своего завтрака. Поведение очкарика было настолько неожиданным и странным для всех девушек, что Рэйвел, сидящая справа от Вульфа, не могла не спросить об этом. —Что это с ним? —Он выдохся. Морально выдохся. — кратко ответил Вульф в своей, на первый взгляд, похустической манере, но в его словах были нотки братского беспокойство. Такое же беспокойство было на лицах остальных троих парней. Они уже и позабыли вид истощенного брата. В последний раз что-то похожее было после одной из боевых операций. «Тогда мы потеряли много наших ребят. Разведка немного ошиблась... Разведка Джонатана...» — вспоминал мрачные, но важные для их мировоззрение дни Кант. — «Ты винил себя за «недостаточную» разведку...» По идее «Младшие» должны прямо сейчас морально поддержать и узнать состояние брата, но это лишь усугубит ситуацию. Плюс, они все договорились, что личное испытание каждый должен преодолеть сам, лишь в чрезвычайных ситуациях принимать помощь. И сейчас был более менее спокойный случай. —Что значит «выдохся»? — попросила подробности Рэйвел. За последние пять дней она стала более заботливой и переживающей за своих соседей, поэтому она хотела знать, на сколько ситуация серьезная. —На данный момент он скорее всего врезался в непреодолимое препятствие, за которым его ждёт что-то бесценное и важное. — неожиданно поэтически объяснил Вульф, угадав с причиной апатии Джонатана. В это же время Джонатан спокойно ел спагетти, не обращая на посторонние звуки. Видя неприятный лично для неё вид парня, Марион улыбнулась в своей острой и хитрой манере и решила помочь Джонатану поднять настроение. —Значит ты устал. В таком случае могла бы я как-то помочь тебе в твоём нелёгком положении, Джонни? — кокетливо спросила Марион, намекая на разного рода помощь. Джонатан ничего не сказал. Он лишь медленно прожевывал свою еду. И когда он проглотил её, его голова повернулась к рыженькой, чтобы ответить на вопрос, но в этот момент подала голос вторая «горничная». —Да! Если ты устал, то мы могли предложить тебе что-то расслабляющее. — намекала Бюлент с свойственной ей мягкой и доброй улыбке. И чтобы подтвердить свои слова делом каждая из «горничных» прижала по одной ножке к ногам парня и стали медленно эротично тереться ими, пытаясь возбудить его. Это был настолько очевидный флирт для всех остальных, что некоторые предпочли смущённо отводить взгляд, а некоторые с любопытством смотрели на шоу. Джонатан долго не проявлял никакой активности. Он обдумывал. И когда Марион и Бюлент хотели пойти чуть дальше, Джонатан открыл рот. —Хочу коленки. — кратко рассказал своё желание парень. —Коленки? А! Хочешь полежать на коленках? — до Марион быстро дошло. —В таком случае чьи ножки ты бы хотел... — кокетливо начала спрашивать Бюлент. —Обе. —... попробовать перв... —И обе в нарядах горничных. —...выми? —А ещё полуобнажёнными. —... Джонатан продолжил есть, пока завтрак не остыл, а все девушки (парни просто знают, что за дерьмо щас случится) разинули рты от охуевания. Сказать, что Джонатан явно обнаглел, это ничего не сказать. «Он что? Совсем берега попутал?! Он вообще за базар отвечает?» — задавались множеством разных вопросов с «культурными» изречениями дамы. «...» — Марион и Бюлент всё ещё улыбались. Разумеется честное откровение бриташки слегка озадачило их, но ничего сверхстранного они не услышали. Единственное, что им было бы интересно узнать, так это... —А каким образом ты ляжешь сразу на две пары коленок? — поинтересовалась Марион с искренним любопытством. —Это просто. — решил излить свою мудрость Джонни на «невежеств». Скрестив сгибнутые средние и указательные пальцы на обоих своих руках так, чтобы они чередовались, он показал это обоим девушкам. — Садитесь напротив друг друга, скрещиваете свои ноги вот так, чтобы по одной вашей ножке были ощущала прикосновение и тепло от обоих ножек вашей «напарницы». Моя голова и шея располагается от самой первой коленки до последней. В этом положении для мои глаз открывается обзор на прекрасное сразу с четырёх сторон. Справа и слева я вижу нижние части ваших тел. Сверху ваши красивые лица и формы ваших «холмики» под одеждой. А снизу я буду задыхаться в ваших бёдрах. Некоторые парни хотят умереть удушья сиськами, но я как ценитель хороших женских ножек предпочту нижнюю часть тела. — кратко, но честно объяснил Джонни. —... На этот раз в ахуе были и парни. Такого странного извращения не ожидали даже эти дебилы. Девушки, немного додумав сцену с двумя парами ножек, слегка покраснели от смущения. Кому-то было «противно» от одной мысли такого разврата, и они пытались отвлечься. Кто-то просто было неловко слышать такое за завтраком, но идею они запомнили. Мало ли что. А третья группа так вообще воодушевилась реализовать такой интересный способ нежностей на практике. Разумеется, с интересующими их мужчинами и ближайшей подругой или партнёршей. Вайзер же окончательно взорвала к чертовой матери все границы приличия и скромности, вслух предложив... —Хочу попробовать! Юбеллуна хочешь на пару? — спросил она у соседки. —Посмотрим, как пройдёт свидание. Тогда и решим, — спокойно ответила непробиваемая тараном пивозавра Юбеллуна, одновременно выдав свои планы на день. —Кант! Ты обязан сделать всё на зашибись! Иначе я тебя трахну! — сделала странную угрозу Вайзер. —... — Кант лишь, стыдясь за себя и свою девушку, утвердительно кивнул. Все как-то быстро переключили свой взор на более кринжовый кринж, ненадолго забыв об троице любителей пофлиртовать. Но не Михаэ, которая была вся красная от смущения от всех странных и развратных разговоров за столом. Но ей было всё ещё интересно узнать, как ответят Марион и Бюлент. А ещё ей стало даже любопытно узнать: «Каково это, когда на твоих коленках лежат? Интересно! Будет ли тяжело, тепло или щекотно?» — задавала Михаэ достаточно невинные вопросы. Марион и Бюлент. Две довольно опытные и похотливые «горничные», но не распутные. За пару чашек чая они не готовы отдаться кому-то. Они, не смотря на внешний характер, довольно требовательные в партнёрах женщины. Вежливость, учтивость, элегантность в действиях, но ещё и дерзость, немного напористости, много мужественности и самое главное... «Оригинальность!» — как они всегда говорят. Банальность, если она не со вкусом и элегантности, полностью отталкивает их обоих. Поэтому они, сначала услышав банальные коленки, хотели просто подразнить мальчика, но дополнительные разъяснения оказались для них удивительным открытием. «Интересно!» — они обе уже сегодня намеревались попробовать данный способ, но чтобы не подавать виду и лишаться женской гордости, они решили набить себе цену. —Это конечно любопытно, признаю. — первой начала говорить Бюлент. — Но... —Две сразу будет многовато для тебя.— продолжала Марион. — Конечно за просто так, многовато... —И что же я могу предложить за ваши бёдра? — на серьёзных щах спросил Джонатан. Как будто это не разговор о женских ножках, а мафиозный диалог о покупке оружия. —Ну не знаю... Может быть... — Бюлент наигранно раздумывала. —Хотите мороженого? — мгновенно предложил Джонни вкусную сладость. После этих слов за интернациональном столом начался сущий кошмар. —Мороженое? МОРОЖЕНОЕ!!! Я-Я ХОЧУ! —радостно кричала Ил. —И МНЕ! И МНЕ! — Нэл быстро подключилась. —ЯЯЯЯ, НЯЯЯЯ! — Ли. —Я ТОЖЕ ХОЧУ, НЯ! — Ни —И МНЕ! — Сюлан не отставала. В итоге всё абсолютно все присоединились к хотелкам. —Ладно. Видно, делать нечего. Говорите по очереди, какое мороженое вы хотите. Я запомню и куплю. — с небольшой доброй улыбкой сказал Джонатан, наблюдая за детскими прошениями мелких и достаточно взрослых снаружи, но ребячливых внутри девочек и мальчиков. Услышав Джонатана, все успокоились и спокойно начали говорить, начиная с Ил как самой первой. —Шоколадное! Пожалуйста! — с невинным детским видом попросила зеленоволосая девочка. —Банановое! Пожалуйста! — Нэл. —Ванильное, пожалуйста! — Азия. —Что-нибудь фруктовое, пожалуйста! — Миттелт. —Шоколадное, Бро! — Лин. —Мятное. Пожалуйста! — Карламайн. —Со вкусом абрикоса, если будет! Пожалуйста! — Изабелла. —Карамельное! Пожалуйста! — Шурия. —Фисташковое, пожалуйста, ня! — Ли. —Мятное, пожалуйста, ня! — Ни. —Малиновое! Буд... Пожалуйста! — Рэйвел. —Шоколад и потемнее. Пожалуйста. — Сирис. —Любое. — Вульф. —И мне любое! — Михаил. —Ванильное. Пожалуйста! — Михаэ. —Неаполитанское. Пожалуйста! — Юбеллуна. —На твой выбор. Братан. — Кант. —Со вкусом пива! Пожалуйста! — Вайзер. —... — все с посмотрели на темноволосую демонессу, т.е. пивозавра. —Чего так смотрите? Я смотрела по интернету. Такое есть! — убеждала Вайзер. Все решили молча принять это. —Ну, а вы? — обратился Джонатан к «горничным». —Угадай! — с хитрой улыбкой ответила Марион. —Поддерживаю! — ответила Бюлент. —Эээ... Муторно. Просто куплю все вкусы, что есть... — лениво наигранно сказал Джонни. —Хм! Как не по-джентелменски! — наигранно обиделась рыжая. —Действительно! — «поддержала» голубоглазая. В итоге завтрак прошёл относительно спокойно. К счастью для «Младших» Джонатан вёл себя прилично при дамах и не матерился. А ещё не выплескивал всю накопившуюся желчь внутри, что могло бы испортить начало этого дня. **** Академия Куо — самая странная школа в городе. Бывшая женская академия с недавних пор стала общей, и в неё мгновенно влились множество представителей мужского пола. Поводов было много, но причина одна. Это девушки. Разными путями или неосознанно, но практически все было завязано на представительницах прекрасного пола. Ученицы академии Куо были воистину самыми красивыми и сексуальными для своего возраста девушками этого города, да и не только. Ну, а ученики — самые бестолковые и тупые из всех, кого видел этот свет. А с приходом наших долбоёбов средний уровень идиотизма и шизофрении увеличился вдвое. На первый взгляд. И на второй. И на третий. И на... —Пятнадцати минут должно хватить. — предположила милая девушка с длинными каштановыми волосами среднего для японцев роста. —Согласен. — ответил здоровый подросток ростом под 183 с темными короткими волосами. Поставив таймер на 15 минут, Рэя и Михаил сидели на корточках перед стеклом духовки и смотрели на приготовление пышных сладких булочек. Для них было интересно наблюдать, как заготовленное тесто превращается в твердую корочку. Просидев так одну минуту, пара добряков поняла, что это какое-то бесполезное и муторное занятие. —Поедим? — предложил Михаил. —Давай! — с радостью ответила Рэя. Усевшись на стулья поудобнее они вытащили свои обеды. У Рэи был скромный, небольших размеров бэнто. Рис, овощи, пару сосисок в виде осминожек. Михаил же достал термо-контейнер с утренним спагетти и парой штук тефтелей и литровый термос. Михаил любил плотно покушать. Они оба посмотрели на обеды друг друга. —Спагетти, значит. Выглядит вкусно! —Хочешь половину? — предложил Михаил девушке. —Только если для пробы. — ответила Рэя. Взяв своими палочками немного спагетти с соусом, она аккуратно, чтобы не испачкать свою форму, отправила её в рот, медленно и тщательно прожевывая. Затем сделала пару глотков из своей бутылки, чтобы прочистить рот. —Вкусно! — с небольшой улыбкой похвалила Рэя еду. —Я рад! Мы старались! Михаил хотел продолжить свой обед, но Рэя была очень доброй девушкой и предложила ему... —Вот. Съешь осьминожку! — Рэя невинно улыбалась, протягивая своим палочками разрезанное колбасное изделие. —Не стоит. Да и не гигиенично это. Это же... —Не будь занудой! А лучше скажи: «А!», — настаивала Рэя, сделав милое «строгое» и «суровое» лицо. Хоть Рэя и была тихой и милой девушкой, но если она чего-то хочет или на что-то настаивает, то, на удивление многих незнающих её, она будет упираться, но добьётся своего. Михаил это знал, поэтому просто открыл рот и съел еду. —Ну, вот! Наверное впервые тебя кормит милая молодая девушка? — спросила Рэя. —Ну... Не совсем впервые... Но ты тоже милая... — невзначай сделал Михаил комплимент. Рэя продолжала мило улыбаться, но теперь с небольшим красным румянцем. Ей нравилось, что Михаил хоть и скромный, но не до такой степени как другие мальчики, чтобы спокойно сделать небольшой, но приятный комплимент. К тому же он всегда говорил искренне и честно и не разбрасывался ненужными и бессмысленными словами. Поэтому его слова имели заметный вес для Рэя. Хотя были и другие причины, почему ей было приятнее слышать это от Михаила, но об этом она старалась не думать. Они продолжали неспешно и спокойно есть. Прошло почти десять минут, когда Рэя доела свой бэнто, а Михаил доедал последние тефтельки. —Хочешь?... Последняя. — вновь предложил Михаил еду девушке. —Давай! — ответила Рэя. Михаил уже хотел протянуть контейнер, но взглянув на девушку, он не понимал, что делать. Рэй сидела на стуле с закрытыми глазами и открытым ртом, ожидая вкусность. —Эм... Это... — Михаил не находил слов, чтобы правильно выразиться. —Я жду. Ааа... — проговорила Рэя, всё ещё с открытым ртом. Михаил похоже понял намёк. Взяв палочками мясную тефтельку, Михаил аналогично девушке начал протягивать ей в рот. Лицо Рэи с закрытыми глазами и открытым ртом в этот момент был необычайно привлекательным и... сексуальным. Да и к тому же она зачем-то немного высунула свой красный язычок, что придавало ей ещё больший похотливый вид. Михаил внутренне отругал себя за такие неприемлемые мысли об Рэе, об этой милой и замечательной девушке. Чтобы зарыть эти мысли на время, Михаил шустро покормил девушку мясом. Рэя тщательно прожевала еду и запила её водой. Она лишь мило улыбнулась Михаилу, безмолвно говоря ему, что было вкусно. Парень был рад этому. Между ними была мирная и тихая атмосфера. Им не нужно было много говорить или общаться, чтобы наслаждаться временем между собой. Рэя была милым лучиком тёплого света. А Михаил крепость, рядом с которым ощущал себя в безопасности. Так думали все. Все в школе. Все студенты. И все члены кулинарного клуба, который находился в кабинете и наблюдал за всем этим действием. «Да ладно? Эта наша Рэй-семпай? С каких пор она такая смелая?» — задавали множество вопросов студенты-кулинары. Но Михаил и Рэя не видели их удивлённых лиц и просто ждали таймера на плите. Ибо нет ничего важнее вкусных булочек. **** «...........» —Эй. Ты что? Спишь, Джонатан? — спросила спокойным голосом Сона Ситри. —А? Чего?... — Джонатан вышел из своих мыслей и вопросительно посмотрел на девушку, сидящую перед ним. В данный момент времени очкарик находился на своём самом обычном месте. Кабинет студсовета стал для него привычным и уже родным местом после всех уроков на пол часа или весь. Он не был нахлебником и всегда был готов помочь с мелкими или важными делами: заполнить скучные документы, подсчитать бюджеты разных клубов или просто приготовить чай в паре с Цубаки. Сейчас в комнате находились семеро: президент студсовета, Сона Ситри, сидела за своим столом; Цубаки вместе с Томоэ, играющая в приставку, сидела на одном из диванчиков; Руруко и Момо располагались на противоположном диване по обе стороны от Садзи, который с небольшой завистью наблюдал за игрой очкарика и его президента; сам же очкарик сидел напротив Соны. Смотря на неё, Джонатан увидел неплохо скрытое, но заметное для него беспокойство в глазах девушки. Это было мило. Настроение Джонни немного поднялось, но не сильно. —Извини... Просто задумался... Игра проходила вяло. Каждый ход Джонатана растягивался на пару десятков секунд. —Похоже, у тебя нет настроения играть. Может закончим играть? Тебе стоит прогуляться. — предложила ему Сона. —Да... Стоит... Но не раньше того, как я закончу отчёт! — под рукой Джонатана были бумаги на что-то там для чего-то там. Он привык заполнять скучные официальные документы. По крайней мере, это были не военные отчёты... —Хорошо. Цубаки! Можешь приготовишь всем чай? —С радостью, президент. — спокойно ответила «королева» Соны Ситри, сама желавшая испить напиток. Пока Цубаки готовила свой фирменный жасминовый чай, Джонатан заполнял отчёт, а Сона проверяла другие документы. Девушка в этот момент была сосредоточенной на своей работе. Но Сона не была Соной, если бы даже за работой не выглядела милой и красивой. Джонатан изредка поглядывал на неё и любовался её видом. Короткие черные волосы, красивые фиолетовые глаза, лёгкая улыбка на её губах и очки. «Мило...» Джонатан мог долгое время любоваться на это милое личико. Но милое личико заметила его шустрые взгляды. —У меня что-то с лицом? — спросила Сона с наигранно строгим голосом. —Да. Оно у тебя супер милое. — честно ответил Джонатан, не скрывая своего восхищения. —Ты всем девушкам это говоришь. Может быть скажешь что-нибудь новое? — парировала комплимент Сона с незаметным румянцем. Как она и говорила, Джонатан был вежлив и учтив со всеми девушками, к которым обращался и с которыми встречался. Это был лишь хорошие этикет и манеры, поэтому Сона не должна была смущаться и краснеть, но даже так ей было приятно слышать это. —Во-первых. Я говорю это, потому что это правда. Все девушки, с которыми я знаком, милые. Это нельзя отрицать. Во-вторых. Я всегда искренен. И говоря о твоей милоте, я действительно считаю тебя одной из самых красивых и привлекательных девушек, по моему мнению и вкусу. В-третьих. У меня есть множество комплиментов разной степени откровения и честности. Мне начать по возрастанию или же сразу перейти к самому смущающему? — спросил Джонатан со всей серьезностью, что у него ещё есть. —Давай второе. Мне даже интересно, что же такого ты можешь сказать. — с полной уверенностью и готовностью ответила Сона, ожидая слов парня. —Ты секси. —Хм. Слишком крат... ко... —... —... (Стук) Томоэ случайно уронила портативную приставку на пол. Благо приземлился он с небольшой высоты, поэтому не сломался. В отличии от Томоэ, которая была в небольшом шоке от слов Джонатана. Так же удивлены были Руруко и Момо. А Садзи был готов взорваться в эту же секунду. Цубаки же никак не отреагировала. —Повторика. Что ты сейчас сказал? — голос Соны был неуверенным, а сама она ещё сильнее покраснела. —Ты секси. А если быть точнее, то ты мне сексуально привлекательна. Твоя внешность, характер, привычки, образ мышления, внешний образ и внутренний мир — всё это привлекает меня к тебе. А ещё ты любишь играть в шахматы, и у тебя милые очки! — с лёгкой улыбкой на губах Джонатан практически признался в любви. —... — Сона была застигнута врасплох. Она не ожидала, что учтивый, но хитрый джентльмен будет говорить настолько открыто и честно. С ещё большим красным румянцем на лице и милым девичьим голосом она начала отвечать. — Мне... конечно лестно... —А ещё я тащусь от строгих, но милых начальниц. Скорее всего это фетиш. — бесцеремонно прервал её Джонни. —... — Сона ещё сильнее покраснела. Выдохнула и вздохнув, она немного успокоила свою девичью сторону. Взяв себя в руки, Сона вернула своё самообладание и спокойным и уверенным тоном продолжила отвечать. — Мне безусловно лестно слышать комплименты и... Кхм... твои откровения Джонатан. И я... Могу... — Сона немного стеснялась признавать это, но... — Ответить тебе... Частичной взаимностью... —!!!!!!!! — все, кроме Цубаки, не верили в услышанное. —ТЕБЕ ТОЖЕ НРАВЯТСЯ СЕКСУАЛЬНЫЕ НАЧАЛЬНИЦЫ?! — Джонатан. —НЕТ! Не это... Ты мне, в каком-то плане, тоже интересен. Вот, что я хотела сказать. — Сона говорила уверенно, хоть и слегка краснела от своих слов. —!!!!!!!! — вновь все, кроме Цубаки, разинули рты от храбрости и честности своего президента. Томоэ была настолько удивлена, что в качестве доказательства записывала все на мобильник. Вдруг она сбрендила, и этого не происходило. Руруко была в сто процентной радости, ибо президент практически напрямую призналась в любви, а значит у мальчика рядом с ней точно нет шансов. И на этот раз он не сможет это отрицать. Упомянутый Садзи был в подавленном состоянии. Он готов жизнь отдать за свою главу, а какой-то очкарик забрал её у него. По идее, Момо тоже должна быть в выиграше от диалога двух очкастых, но её взгляд сейчас был направлен на третьего очкарика в этой комнате. Цубаки наливала жасминовый чай. В её чайном наборе было множество различных листов, заварок и сухофруктов. Обычно она готовила не больше трёх видов чая. Никто в студсовете не был прихотливым, да и чай Цубаки всегда был восхитительным и бодрящим. Ограничилось всё классическими чёрным, зелёным и белым с небольшими добавками. Но с приходом Джонатана всё изменилось. Он часто приносил новые чайные листья и разные травы. И всегда показывал, как лучше заваривать их. «Чем больше вкусов, тем лучше!» — как говорил Джонатан. Цубаки очень нравилось знакомиться с новыми вкусами и запахами. И бриташка всегда готов был баловать её. Ей это нравилось. Но ей не нравилось внимание, которое оказывал он к ней. Вернее ей было приятно времяпровождение с ним, но то, что он оказывал особенно много внимание при Соне, немного... Нет. Сильно её беспокоило и злило. Цубаки наливала чай в личную чашку Соны, и лицо её смягчилось. На её губах была милая и нежная улыбка. С редкой, но искренней теплотой она наливала чай в чашку. «Если он будет играться с чувствами Соны... И тем более обидит её...» — Цубаки была хорошим другом и практически семьёй для Соны. И обидев её, Джонатан рискует разгневать вполне хлоднокровную «королеву». И в отличие от Акэно, Цубаки умеет скрывать свои убийственные намерения и может наказать обидчика в неожиданный момент и разными способами. — «Я его кастрирую.» — но для Джонатана был лишь один простой, но суровый исход. Когда она приступила к заполнению чашки для Джонатана её взгляд был нейтральным. Она решила полностью закрыть подростковые чувства и переживания. Она решила открыть детские. «Может мне плюнуть в чашку? Будет знать, как флиртовать сразу с двумя девушками!» — Цубаки, в какой-то мере, тоже могла быть ребячливой. Это было странно для неё, т.к. она никогда не вела себя так. Как минимум не последнее время. —Ясно. — Джонатан кратко ответил на слова Соны. Ему тоже было лестно слышать такое от неё, но сейчас у него не было сил на наигранную реакцию, поэтому он лишь добавил лёгкую и спокойную улыбку к своему слову. Сона частично понимала его мысли и посылы, поэтому приняла такой сухой и краткий ответ. —Раз уж сегодня мы оба здесь такие честные и открытые, то думаю, что следует признаться в некоторых безобидных, но всё же откровениях и секретах. — Джонни продолжил разговор. — Думаю, девушки позади меня не обидятся, если я скажу, что я хожу к вам главным образом из-за тебя Сона и в меньшей степени нашей игры в шахматы. Сона сумела сдержат свой румянец от второго признания парня. —Да, всё путём! Это было ясно как день! — позитивно ответила вечно неунывающая Томоэ. — Тем более ты не в моей любимой возрастной категории! — зачем-то добавила она. —Мне всегда нравилась твоя бесцеремонная честность, Томоэчка! — ответил Джонатан с веселой улыбкой и поднятым большим пальцем на правой руке. Томоэ ответила тем же. Они точно были друзьями по приколам. —Я тоже не обижаюсь! И... Да... — неуверенно закончила Руруко, передумавшая упомянуть свои романтические предпочтения. В отличие от Томоэ у Руруко был более точные описания... —Мне нечего добавить. Я тоже это понимала. — с уверенной улыбкой ответила Момо. Кратко и лаконично. Как всегда. —А я похоже остаюсь вне игры... — как-то разочарованно сказал Садзи, понимая свою неважность в этом разговоре. —А что, Садзи? Ты был бы рад услышать, что я прихожу сюда ради тебя Садзи? — подколол Джонатан того. —НЕТ! НИ В КОЕМ СЛУЧАЕ!... Лучше бы я молчал... — позна понял Садзи. —Вот и ладненько. Цубаки не произносила ни слова, когда расставляла пять чашек на столик между диванчиками, где сидели три девушки и один парень. Она считала, что её слова не будут отличаться от предыдущих ответов. Она, направляясь к столу Соны, хотела молча и без происшествий поставить чай напротив двух шахматистов. Но Джонатан немного подпортил её планы. —А если идти ещё дальше к абсолютной честности, то следует добавить ещё кое-что... — голос Джонатана был серьезным и чётким. Сейчас он не будет пытаться шутить и не договаривать. — Есть ещё одна персона, что манит меня сюда. Причина такой же важности, что и Сона и шахматы. Цубаки остановилась на полпути от них. Она была в оцепенении. Она молилась всем богам, чьи молитвы не причиняли вред демонам, чтобы Джонатан не наговорил глупостей. —И кто же это? — поинтересовалась Сона с заинтересованной улыбкой, т.к. догадывалась, о ком шла речь. —Девушка, чья красота такая же утонченная и строгая как и твоя. Такая же ответственная и строгая к правилам как ты. Практически не уступающая тебе в уме и сообразительности. — голос Джонатана был нежным и чётким, так что нельзя было оправдаться в неправильной интерпретации его слов. — Вы похожи как сестры и различны как сестры. И мне приятно видеть ваши слаженные действия и мысли. И... Думаю, я и так затянул с ответом. И да. Леди Цубаки и в меньшей мере её чай так же как и Сона и шахматы — главные равнозначные причины моих посиделок с вами. Ну и чего греха таить! Строгие, но милые секретарши меня тоже заводят! — закончил Джонатан на весёлой ноте, смотря прямо на Цубаки. По сути он только что признался в любви второй подряд девушке. Обеим в этой комнате на глазах у четырёх подростков. —... — четверо на диванчиках ещё больше разинули рты. У всех были похожие мысли, но разные интерпретации насчёт всего этого. «Да ладно?! Без хитрых уловок и мягких углов? Вот так напрямую! Хорошо, что я всё ещё записываю! Цубаса и Рэя не поверят, если не услышат!» — думала озорная Томоэ. «Как? Когда? И почему?» — Руруко не могла правильно сопоставить факты этой сцены. Она была прямолинейной и бойкой девушкой. Она видела связь между Джонатаном и её президентом, но она не замечала небольшие намёки между ним и Цубаки. «УБЛЮДОК! СРАЗУ ДВУХ РЕШИЛ ПРИБРАТЬ?! ТЕБЕ МАЛО НАШУ ГЛАВУ?» — Садзи точно был готов выбить дерьмо из очкарика. «Ты перешёл Рубикон, Джонатан. Назад пути нет. Теперь либо всё, либо ничего. Цубаки точно в ярости.» — Момо отдавала должное бесцеремонности и прямолинейности британца, но она также была в некотором гневе от его слов. Так как он сделал кое что непростительное. «...» — Цубаки ни о чём не думала. Она лишь медленно дошла до стола. Спокойно положила чашку перед Соной, которая выражала спокойствие и умиротворение, на удивление Цубаки. —Благодарю, Цубаки! — поблагодарила Сона с лёгкой и тёплой улыбкой. Вторую чашку Цубаки поставила с тихим, но заметным грохотом. Она не разбила и не разбила чашку, хотя ей сильно хотелось опрокинуть её на парня. Выражение её лица ничего не выражало на первый взгляд. Но в её чертах считался гнев. Джонатан промолчал. Он уже понял. Что совершил ошибку. Вернее выплеснул слабый яд, который мог сделать непоправимое. Залпом выпив тёплый чай, он встал со стула и извиняюще поклонился. —Прошу прощения, но мне похоже пора уходить. И прошу прощения за свои слова. Я не отказываюсь от них. Но пожалуйста, не воспринимайте слова какого-то идиота и дегенерата, которого вы знаете от силы месяц, слишком серьезно и близко к сердцу. Я болван и придурок. И сегодня особенно предурошнее. Спасибо за чай, Цубаки. Как всегда великолепно. Сона, как всегда хорошая игра. Спасибо. И до свидания, всем. — сухо попрощался Джонатан со всеми. Он молча покинул кабинет. Все с удивлением проводили его взглядом. Цубаки была в гневе. Теперь между ней и Соной... —Цубаки. Садись рядом со мной. Стоя, чай пить неудобно! — предложила Сона с милой и заботливой улыбкой и голосом. —Да... С радостью... — ответила Цубаки, сев рядом со своей подругой. Все остальные решили забыть о странном очкарике и начали своё классическое чаепитие в студсовете. —Жасмин. Великолепно. — кратко высказалась Сона, продолжив небольшими глотками пит чай. К удивлению «королевы» между ней и Соной не было никакого напряжения и недопонимания. Ей казалось, что её подруга просто приняла факт заинтересованности Джонатана в ней и в Соне как данность. Это было неожиданно, но приятно. Она не хотела иметь трещины в их дружбе и отношениях. **** Раз уж речь зашла о дружбе и отношениях, переведём внимание к пятёрке первокурсников. Лин в группе с четырьмя девушками шёл по направлению к женской раздевалке. Сейчас было время для клубов, поэтому Катасэ, Мураяма и Миттелт шли тренироваться. А вот у Лина и Азии были другие планы. —Ну, мы наверное пошли. Если те двое или троица придут не перебарщивайте. Я с ними сам поговорю. Ну! Пока! — попрощался Лин. —До скорого, ребята! — с улыбкой попрощалась Азия. —Пока!/ До свидания! / Покеда! — в перемешку попрощалась девичья троица. Лин и Азия ушли, всё ещё махая руками, а Катасэ, Мураяма и Миттелт зашли в раздевалку. Поставив сумки в железные шкафчики, они начали раздеваться. Сняв всю верхнюю одежду и оставшись в одном нижнем белье, вся троица и ещё пару девушек проверили окна. Хотя и Лин поставил новые тонированные окна, но из-за жары приходилось открывать их, поэтому все девушки были настороже. Но вроде тех извращенцев не было. Когда девушки начали надевать свою форму, Катасэ решила начать небольшой разговор. —Так значит Лин и Азия идут в музей, Миттелт? —Ага. Если точнее в секцию про медицину. Азия решила поучиться на медика. —О! Классно! Это уважаемая профессия. Азия молодец! — высказалась Мураяма. —Это и не удивительно. Азия — настоящий ангел во плоти! И медицина идеально для неё подходит. — Катасэ. —Хм. Действительно... — Миттелт могла бы засмеяться от ироничности слов Катасэ. «Демон-ангелочек с силой исцеления, изучающая медицину. Противоречие на противоречии.» —Эм. Миттелт. Получается, что Лин и Азия будут гулять одни до вечера? — со смущённым лицом спросила Мураяма. —Ага. До шести часов, они должны вернуться домой. — ответила Миттелт. Катасэ и Мураяма уже давно знают, что Азия и Миттелт живут вместе с Лином и остальными в одном доме. Объяснил мелкий это типо общагой. Все они из приюта и учатся здесь по пособиям или типо того. Поэтому Катасэ и Мураяма быстро заглушили свои девичьи фантазии об этой пикантной ситуации. Но была одна мысль, которая не давала им покоя. —И Лин и Азия... У них типо что-то на подобии... свидания? — с неуверенностью и покрасневшим лицом спросила Катасэ. Мураяма тоже немного покраснела. Это был весьма смущающий вопрос. Девушки уже давно в курсе об отношении Лина и Миттелт и вопрос Катасэ был весьма вызывающим. Она надеялась, что Миттелт не обидеться. —Возможно это было бы типо свидание, если бы на их месте были другие парень и девушка. Но это Лин и Азия. Лин слишком ребячлив и видет в Азии лишь своего друга и семью, а Азия всё ещё невинная дева и уж точно не видит в Лине романтический интерес. Тем более сейчас у неё другой «интерес». Хотя сейчас она никак не проявляет интерес... — задумчиво закончила Миттелт. —Т.е. ты не ревнуешь? — Мураяма. —Мы все равно живём, учимся и проводим время практически все вместе. Если говорить честно, то от того, что мы с Лином встречаемся, отношения между нами не сильно изменились и развились. Собственно говоря, нам это и не очень то и не надо. Так что даже если и что-то будет между ними, то вряд ли можно заметить разницу. — Миттелт говорила с задумчивым лицом, в мыслях представляя ситуацию в теории. —Т.е. чисто теоретически. Ты бы не была против, если Азия и Лин... Ну... Того... Были парой?... Т.е. иметь тройные отношения... — с лицом цвета помидора спросила Мураяма. Катасэ тоже была красная. Вновь смущающе вопросы. Но Миттелт похоже не была ошеломлена или смущена странным интересом Мураяма и Катасэ к её парню. Она немного задумалась и непринуждённо ответила: —Как и я говорила ранее, вряд ли это как-то сильно изменило наши совместные отношения. Так что в принципе без разницы. Да. Я была бы не против. По крайней мере Азия намного милее и лучше, чем кое-кто двое... — немного раздражённо закончила Миттелт. Мураяма и Катасэ не знали о существовании Ил и Нэл, поэтому при упоминание кого-то двух, они ненароком подумали о себе. —Эм. Миттелт. Ты это про нас? — с лёгкой грустью спросила розоволосая девушка. —Что?... НЕТ! Я говорила о двух раздражающих и шустрых близняшках, которые иногда пытаются меня подразнить... — в глазах Миттелт пробежали искры гнева. —Это хорошо! А то нам неприятно думать, что ты как-то ревнуешь Лина к нам. Он ведь часто помогает нам и общается с нами. — с успокоенной душой проговорила Мураяма. —Эй! Я не ревнивая стерва, чтобы раздражаться каждой девушкой рядом с Лином! И вообще! Против вас я точно ничего не имею. И уж если речь случайно зайдет об любовных многоугольниках, то я буду только рада! — непринужденно и беззаботно ответила Миттелт. —Ага. Это... —... Катасэ и Мураяма вновь смущённо покраснели, когда вникли в слова Миттелт. Другие девушки, которые были в раздевалке и слушали их разговор, тоже стали красными. Они быстро посмотрели на подругу, но не увидели, чтобы та краснела как они. —МИТТЕЛТ! ТЫ ЧЕГО ТАКОЕ ГОВОРИШЬ?! — кричала Катасэ с раскрачневшим лицом. —Что? — Миттелт не понимала её. —ДА! ЭТО СТРАННО! ТЫ ТАК ГОВОРИШЬ. КАК БУДТО НЕ ПРОТИВ КАКОГО-ТО ГАРЕМА! — поддерживала крики подруги Мураяма с красными щеками. —Ой-да ладно вам! Здесь каждый второй мальчик говорит об гаремах девушек, а вторая половина думает об этом. Тут ненароком и начнёшь раздумывать об этом от нечего делать. Как-будто вы не задумывались, кто из мальчиков заслуживает или способен собрать гарем! — громко на всю раздевалку сказала Миттелт странную и нереальную на первый взгляд мысль. —А? Это... —Да кто... —... Катасэ и Мураяма не хотели признавать, как собственно и все девушки в раздевалке, что думали об этих смущающих и нелепых мыслей. Все они стыдливо смутились. Как мальчики иногда проводили опрос об самых красивых девушках, так и девочки голосовали о самых привлекательных и красивых парнях. Юто Киба по классике всегда был на первом месте. И все студентки были удивлены, что у него никого нет. Это их немного разочаровало и досаждала. Некоторые из самых преданных поклонниц даже были не против стать частью несуществующего гарема. Разумеется и о других парнях девушки не забывали. И безусловно в фаворитах был молчаливый и крутой Вульф и учтивый и вежливый Джонатан. Примерно треть первоначальных поклонниц Юто перевели своё внимание на них примерно поровну. Остатками по популярности довольствовались оставшаяся троица. Михаил был добрым, сильным и большим, и именно в этом порядке для всех, кто просто знаком с ним или говорил с ним. Разумеется такие парни, точно смогут защитить девушку. Но Михаил не проявлял какой-то особой харизмы перед девушками, поэтому все считали его надёжным другом и одноклассником. Кант был подозрительным вороном среди пятерки. Особо не проявляя какие-либо пикап-таланты и интереса к девушкам в школе в начале своей учебы, он умудрился сначала привлечь внимание двух главных красавиц академии, а потом уже подружиться с Акэно и иногда пить с ней чай, о чём знали все. И к странному стечению обстоятельств он умудрился поссориться с ней и Риас. Но, по ещё более непонятным стеченияс обстоятелств, буквально через пол-месяца он спокойно и беззаботно общается и даже флиртует с Акэно и Риас. И делают они это открыто. **** Для доказательств выше написанных слов вернёмся немного назад во времени. Класс третьекурсников. Сразу после звонка с последнего урока. Все ученики собирали свои вещи в сумки. Многие спешили в свои клубы, некоторые хотели домой, а один очкарик с тёмными короткими волосами тихо и незаметно покинул класс и пошёл в кабинет студсовета. Кант зорким глазом провожал взглядом Джонатана, надеясь, что тот не натворил лишних дел. «Ворон» спокойно сидел на стуле и собирал сумку, когда его макушка не очутила мягкую и объемную тяжесть пары больших грудей, а его шея не почувствовала объятие пары красивых женских рук. По бесцеремонному и слегка похотливому поведению Кант уже догадался, чья грудь лежала на его голове. —Чем могу помочь, Акэно? — спокойно спросил Кант, подняв голову наверх. Но единственное, что он увидел, это большие «холмы». Собственно. Этого он и ожидал. —Ара-ара! И как ты догадался? — игриво спросила Акэно. —Только ты имеешь привычку подкрадываться сзади и прижиматься своей грудью к моей голове. —Хм? И всё? А если бы это была Риас? Ты бы смог отличить нас? — лукаво спросила Акэно. —Ну... — взгляд Канта был направлен направо, прямо на красноволосую демоницу с сине-зелеными глазами и с шикарной фигурой. Риас всё ещё сидела на своём месте, через стол от места Канта, и медленно собирала свою сумку. Она делала это слишком медленно и неторопливо, чтобы это казалось естественно. Разумеется она видет в каком положении были Акэно и Кант. И конечно она хорошо слышит их разговор. И всё её внимание было сосредоточено на этих двоих. Риас не смела признавать тот факт, что она немного ревнует как девица. Она конечно была готова к «особому» вниманию Акэно к Канту. Тем более её подруга заприметила его раньше, чем Риас, поэтому по «справедливости» Акэно имела право спокойно заигрывать и дразнить его и её. «Собственно. Мы оба свободны. Ещё ни в каких отношениях... Формально конечно же. И Акэно знает об этом и пользуется... Настоящая дьяволица!» — с лёгкой усмешкой подумала Риас. — «А я не способна ответить так же дерзко как и она... Не перед всем классом!» — Риас была способна на заигрывания и флирт. Но не таких развратных и смелых к у Акэно. К тому же, она поняла, что тот уровень смелости, которую она позволяло с Иссеем, относится только к её слугам и товарищам. А с Кантом это уровень падал. К её и его сожалению. —Ну... Во-первых, я мог отличить вас по рукам. У тебя Акэно они более белоснежные, а у Риас более светлая. — сказал Кант. —Неужели, ты способен отличать отенки нашей кожы? А! Точно! У тебя ведь были хорошие возможности рассмотреть нас вблизи и очень тщательно! Я и забыла! — с милой улыбкой проговорила Акэно подозрительные для посторонних слова, как-будто в этом ничего не было. —... — все слушатели внимательно прислушались после её слов. —А что ещё может нас различить? —Рост. В... Кхм. Таком расположение я вполне могу различить разницу в четыре сантиметра. —Надо же как точно! Действительно, мой рост 168, а у Риас — 172. Но как ты смог точно определить? —У меня хороший глазомер. Такой же хороший как у Лина. И в первую же нашу встречу я смог определить ваши параметры. —Ара-ара! Значит все наши параметры? — с хитрой улыбкой спросила Акэно. —Ну да! Наверное я даже помню их все. —В таком случае, скажи обхват наших талий. —У тебя — 60 см, а Риас — 58. —Бёдер. —90 — у Риас, 89 — у тебя. —Груди. —Объём 102 см у тебя и 99 см у Риас. —Так значит больше... —У тебя грудь больше на три... сантиметра... — последние слова Кант произнёс с ужасным осознанием своей ошибки. Акэно мило улыбалась, смотря на свою подругу, ожидая дальнейших её действий. Кант медленно повернул голову лишь для того, чтобы увидеть грациозную походку аловолосой гордой девы. Риас направлялась прямо к ним с неясными для Канта намерениями. «Только бы не убила. Дай хотя бы отработать...» — мысленно просил он свою богиню. А класс тем временем опустел. Кант догадался, что это работа Риас. Девушка подошла к ним и, перекинув ногу через Канта, встала перед ним во весь рост. Ноги парня оказались между её слегка раздвинутыми ножками, и эта поза наводила парня на некоторые похотливые мысли. Акэно сделала шаг назад, чтобы не мешать интересному представлению. Риас же не теряла времени и прижалась телом к туловищу Канта, положив свои большие груди на его голову. Лицо парня прижималось к её рубашке в области под грудями. Даже через ткань он мог ощущать тепло и запах девичьего тела. Теперь макушка «ворона» стала подставкой для Риас. Риас нежно обхватила шею, а затем своим милым, нежным и мелодичным голосом начала задавать вопросы. —Приятно? —Ага... —Вес наверное ощущается? —... —Ка-ант. —Да... —А у кого вес больше? —... —Ара-ара! Какой интересный вопрос! — высказалась Акэно. —... —Ка-ант. —... «Мне пиздец при любом ответе! Ну ладно...» — «ворон» решил быть честным. —С небольшой разницей, но у Акэно потяжелее... будет... — тихо ответил Кант. —Хм. — Риас утвердительно хмыкнула и победно улыбнулась Акэно. —Ара-ара! Неужели Кант хочет сказать, что у меня коровье вымя? — спросила Акэно звонким голосом в полошуточном тоном. —Как небольшая разница в весе, привёл тебя к этому выводу? — Кант не понимал связь. —Да я шучу! Да и к тому же я не против быть доильной коровкой! — с похотливым и кокетливым голосом сказала Акэно, незабыв развратно облизнуть губы своим шаловливым язычком. —... — Риас удивлённо смотрела на Акэно. «Ну, конечно. Акэно всегда может перевернуть любые слова в свою пользу. И в очень развратной форме! Она обходит меня в абсолютном отрыве...» — от небольшой досады и зависти Риас крепче прижалась к Канту, нечаянно душа его. —Риас, подвинься! Моя грудь уже устала! Верни мне мою подставку! — игриво попросила Акэно, вновь прижавшись к Канту сзади. Она чуть-ли не вытолкнула своими большими грудями груди чуть меньшего размера девы с алыми волосами. Теперь голова парня-подставки ощущала тяжесть двух пар буферов. Груди Акэно и Риас сильно прижимались друг друга так, что их форма немного сплющилась, а кожа сильно ощущала трение об собственные бюстгальтеры. На их лицах появились лёгкие румянцы от смущения и наслаждения. А из ртов доносились тихие стоны. Риас не хотела признавать, но... «Это удивительно приятно! Прижиматься друг к другу грудями и тереться ими... Никогда бы не подумала, что это так здорово. А если бы мы были голыми?» — мысли Риас становились всё развратнее. А Акэно... «Ара-ара! Как нас занесло! Интересно, что будет дальше?» Ну Акэно есть Акэно. Она просто веселилась и наслаждалась сложившейся ситуацией. А Кант молчал под их грудями. Ему не на что было жаловаться. Да его придушивали. Но придушивала красивая и любимая девушка своим телом. А сзади поддерживала подругу вторая красивая и любимая девушка. Кант мог держаться пару минут без воздуха, поэтому он бы не торопился, если бы в класс не вошла маленькая седоволосая девочка, искавшая своего семпая и президента. —Акэно-сан, госпожа Риас, вы здесь? Я хотела бы... — Конэко не договорила, т.к. застыла от увиденной картины. С её стороны вид трёх молодых людей не сильно отличался от действительности. Единственное, ракурс был такой, что она не видела лица третьего индивида. Полмесяца назад она бы подумала на Иссея, но явные изменения в отношениях между одним длинноволосым парнем и её семпаями и факт того, что они находились в классном кабинете, подсказывали ей об другом индивиде. —Привет, Конэко! Ты нас потеряла? — миловидным голосом спросила Акэно. —Да. Но я могу подождать... Если... — Конэко не находила слов, чтобы правильно сформулировать предложение. —Заходи, Конэко! Мы... Эм... Закончили. Наверное... — слегка стыдливо проговорила Риас, отстраняясь от Канта и Акэно. Конэко, немного покраснев от неловкости, зашла в класс и села на стул перед местом Канта. Видно, она непрочь была передохнуть и собраться с силами для последующего разговора. Риас тоже хотела взять стул и сесть... —Я пожалуй, выйду в коридор. — Кант уже намеревался встать со своего места и дать его Риас, но белоснежная женская рука на его плече остановила его. На губах Акэно появилась хитрая и кокетливая улыбка, явно обращённая Риас. Аловолосая принцесса разрушения заметила этот подозрительный взгляд, и она мгновенно поняла замысел этого действия. Как только Акэно сделала первый медленный шаг, Риас сделала все три, сев на колени Канта. —Ара-ара! Я опоздала! Какая досада! — наигранно расстроилась Акэно. —Найди себе другое место, Акэно. — победно проговорила Риас с уверенной улыбкой. —Эй... Я что для вас мебель? Сначала подставка, теперь стул. А дальше что? — Кант в принципе не против такого расклада, но здесь была Конэко, которая внутренне горела со стыда и смущения за своих старших. «Озобоченные...» — смогла наконец признать Конэко. Она не хотела думать о госпоже Риас и Акэно в таком ключе, но они сами подтверждали её мысли. —Ара-ара! Придётся мне найти другое место. Например, стол... — просто сказала Акэно, намереваясь сесть на стол Канта. «Тс. Достало!» — Канту уже надоел этот затянувшийся спектакль, поэтому он раздвинув свои колени так, что на правой осталась сидеть Риас. —Ара? Схватив Акэно за талию левой рукой, он посадил её на левую колену. Теперь на нём сидели две девушки. —Ара-ара! Тебе так понравилось быть в роле стула, что ты захотел стать скамейкой, Кант? — кокетливо спросила Акэно. —Просто теперь вы в одинаковом и равном положении. Иначе вы не угомонились бы своим... Чем-то непонятным. К тому же Конеко всё ещё ждёт разговора. Риас и Акэно посмотрели на «белую кошечку», которая мирно и тихо сидела перед ними. «Озобощенные!» — Конэко не изменила свою мысль о всем этом представлении. Девушкам стало немного стыдно за свои действия. —Действительно. Извини, Конэко. Так зачем ты нас искала? — наконец-то поинтересовалась Риас вопросом. (Щип) —ай! за что? — тихо спросил Кант у щипнувшей его левую руку Акэно. —Руки. — спокойно ответила Акэно, указывая на руку парня, лежавшую на её талии. —извини. сейчас уберу. прости, что распустили руки. —Нет. Я не против, чтобы ты меня трогал в разных местах, — похотливо сказала Акэно. — Но сейчас они должны быть на конкретной части моего тела. —какой? —Волосы. —волосы? — взгляд Канта прошёлся от начала волос до их кончиков и увидел, что последняя четверть собирает пыль с пола. «Ой...» —прости. сейчас почищу. —Буду благодарна. Наконец-то мы можем вернуться к Конэко и её вопросу, проблеме или что-то на подобии. Пока Кант сдувал пыль с волос Акэно, чистил их и зачесывал, Конэко начала говорить. —Я хотела показать Акэно свой бэнто на правильность. — Конэко пыталась говорить серьезно и уверенно, но лёгкий румянец выдавал её смущение. —Конэко, в еде нет правильности или неправильности! Главное, чтобы она была съедобной, а вкус — это дело вкуса! Извини уж за тавтологию! — успокаивала Акэно маленькую девочку. — Если ты следовала самому простому рецепту, которую я тебя дала, то всё должно быть отлично! —Тогда просто посмотри, пожалуйста. — Конэко передала маленькую коробочку с бэнто. Развязав узел и посмотрев её содержимое, Акэно стала перечислять содержимое. —Так... Рис; немного помидоров с огурцами, листья капутсы и лук — мини-салат. Хорошо! Две редиски, половина вареного яйца. И главное — куриные котлеты! Молодец Конэко! Бэнто — это просто. Главное соблюдать баланс и соотношение в продуктах. У тебя всё гормонично! —А для кого ты сделала его, Конэко? Не для себя же. — спросила Риас, не знавшая о ситуации. —вульф... — очень тихо и робко ответила Конэко, смущённо отводя взгляд. —О... Ясно. — с понимающей улыбкой сказала Риас. —Просто, как слуга своей госпожи, я решила взять на себя задачу отблагодарить Вульфа-семпая за его помощь в Рейтинговой игре. — уверенно и спокойно нашла отговорку «белая кошечка». —Разумеется, Конэко. Но я всё равно буду ему должна, хоть и в меньшей степени, наверное. — ответила Риас на милые оправдания девочки. —Тогда мне остаётся только прийти в гости. —Я могу проводить тебя. Я как раз иду домой. — вклинулся Кант. —Жалко! Я хотела ещё тебя поиспользовать! — высказалась Акэно. «Я/Он что? Для тебя раб?» — подумали одновременно остальные. —Ладно! Тогда пойдём сейчас? — спросила Кант у Конэко, когда с его ног вставали две девушки. —Да. — ответила Конэко, тоже вставая. Через несколько минут они вдвоем покинули кабинет, оставив Риас и Акэно одних. Они сами решили медленно двинуться в здании своего клуба. По пути туда черноволосая девушка посмотрела на аловолосую с хитрой и подозрительной улыбкой. —Чего ты так смотришь на меня? —Да просто так! Не думала, что ты так серьезно отреагируешь на наши заигрывания! —Я не была серьезной. Просто... Ответила тем же. —Ты же ревнуешь, Риас! Признай. —Чего мне ревновать? Мы друг другу никто пока что. Мы обе в равных положениях в этом вопросе... —Да? А я вот немного ревную! Ты так нагло отобрала его внимание у меня, что мне пришлось принять «сверхмеры»! — хитро намекнула Акэно. —Что за «сверхмеры»? — непонимающ спросила Риас. —Кое-что интимное! Сама догадайся. И кстати, значит вы с Кантом ещё никто друг для друга. Т.е. вы не пара? —Нет. Пока что... Мы решили подумать неделю и решить всё с возвращением Вульфа в школу. —Ясно. Так значит я не отбивала его у тебя, и он не изменял тебе. Жаль. А я так хотела попробовать себя в роли любовницы изменника... — наигранно расстроилась Акэно. — Какого это уводить парня у подруги? —Т.е. ты рассчитывала на это? — с веселой улыбкой спросила Риас, понимая несерьёзность и шутливый контекст слов подруги. —Да я просто шучу! Я бы никогда не занималась таким за твоей спиной с твоим парнем. —Это приятно... —Только с твоего согласия или перед твоими глазами. —... слышать... —Слушай, а если я захочу с ним поцеловаться или даже сделать «то самое», ты разрешишь нам сделать это? Чисто теоретически конечно же. Акэно конкретно дразнила и прикалывалась над Риас, и Гремори это уже надоедало, поэтому она со всем оставшимся спокойствием ответила непринужденно и чётко: —Целоваться можно, но заниматься «этим» только после начала официальных отношений. Я всё сказала. —Ара? Ты серьезно? Я ведь... —Я не шутила. Всё. Хватит бессмысленных разговоров. Мне захотелось чая, ты не против присоединиться ко мне? — спросила Риас с лёгкой улыбкой. —Разумеется. Но чур я завариваю! —Ладно. Но только не слишком крепкий, как в прошлый раз. —Конечно-конечно! Риас и Акэно ушли. **** А Миттелт с подругами вернулась. —Зачем ты вообще начала этот разговор? — розоволосая Катасэ. —А вы почему погрустнели, когда я говорила о двух раздражительных бестиях? — задала Миттелт интересный вопрос. —Э? Да так просто... Это... Мы ведь твои близкие подруги и одноклассницы! И с Лином мы ладим. А с другими девушками вы особо не общаетесь. И поэтому подумали так! — нашла отговорку коричневолосая Мураяма. —Почему вы подумали на себя, если мы хорошие подруги. Да и в контексте про отношения, вы не должны были подумать на себя. Только если вам не нравится Лин, разумеется. — пришла к выводу Миттелт с хитрой улыбкой на губах. —ЧТ?/ЭЭЭ?! — Катасэ и Мураяма были застигнуты врасплох этими словами. —!!!! — остальные девушки в раздевалке заострили своё внимание. —Хватит болтать ерунду! Он нам не нравится! — Катасэ. —А если и нравится, то только как друг! — Мураяма. —Именно! Хотя он и неплохой парень, но... —В романтическом плане он не кажется серьезным... —Это да. — согласилась Миттелт. — В обычное время он слишком весёлый и беззаботный. Да и в отношениях он профан. Хотя и старается... Но он умеет быть серьезным, если возьмётся за что-то основательно и целеустремлённо... Или если будет стараться казаться крутым альфа-самцом! — отшутилась Миттелт в конце. —Серьезный Лин? Да ещё в романтическом плане? Это даже представить трудно... — выразило неверие Катасэ. —Ага. Он слишком ребячлив и беззаботен, чтобы видеть в нас сексуальных девушек. Именно что девушек со всеми женскими штучками. — Мураяма тоже не верила, что их одноклассник способен на что-то серьезное и романтическое. —Ладно. Я просто говорю, что не против вашей компании. Вот и всё! — сказала Миттелт с лёгкой улыбкой. —!!!!! — Катасэ и Мураяма вновь засмущались от слов Миттелт. Когда все уже переоделись и направлялись на тренировку между Миттелт и Катасэ произошёл короткий разговор. —Как вы с Лином вообще умудрились начать встречаться? Что-то не казалось, что вы были к этому готовы. —Непредвиденные обстоятельства. Только и всего. —Ладно. **** На этой короткой ноте мы прерываем вещание с женского клуба кэндо и вереводим внимание в Дурку и её «сумасшедших». —Пью! Пью! Тра-та-та-та! —Мгхью! БАМ! Тра-та-та! ЗАЩИТА! —ПОЗДНО! Лазер смерти!!! —Ааааа... Пух... Ил и Нэл весело играли с фигурками Миттелт на её кровати и изображали битву двух роботов. —Трансформация! Ду-ту-ду-туу-дууу! — изображала звуки трансформации робота Ил. —Десиптиконы! Отступаем! Ду-ту-ду-туу-дууу! — повторила звук трансформации Нэл. Автоботы и десиптиконы вновь сошлись в схватке не на жизнь, а на смерть. Близняшки с коротким зелёными волосами любили беззаботно веселиться и особенно лениться. После утренней тренировки все отдыхали, дожидаясь обеда и затем второй тренировки. Комната Миттелт не была чем-то примечательной: кровать, стол, небольшая тумбочка и шкаф для одежды. Но был и второй шкаф. Он был наполнен множествами коллекционными фигурками и игрушками. Самыми ценными были фигурки Аски, Рей и Мисато и Ев из Евангелиона; множество женских фигурок из аниме, несколько мех из Гандама и наконец-то самые крытые и детализированные игрушки трансформеров. В основном из фильмов Майкла Бэя. Спросите, как по-сути в анимешную коллекцию затесался американский продукт? Ну, Миттелт не была повёрнутой анимешницой. Да, любила посмотреть что-нибудь, но не более. Её больше интересовало зрелищность и красота происходящего на экране. Поэтому она была фанаткой трёх жанров: мехи, сёнены и махо-сёдзе. Роботы, суперспособности и девочки-волшебницы — всё что нужно для счастья. Во-вторых, Лин. Он привил ей любовь к трансформирующимся роботам, показав фильм «Трансформеры». Миттелт тогда была поражена ахрененной графикой и великолепным звуком. «—Это офигенно! —Вот именно! — ответил ей Лин.» —Пфуууу... Тра-та-та... Оптимус Прайм! На поле! — пародировала Эша Кетчума Ил, игравшая за автоботов. —Эй! Ещё рано для боссов! Сначала нужно вынести или слить всех статистов. — пожаловалась Нэл, игравшая за десиптиконов. —Нет! Давай сразу! Не хочу затягивать. Всё равно скоро обед. Поэтому давай босс-файт! — Эл взяла большую фигуру лидера автоботов с красно-синей окраской. —Нет! Я хочу ещё пару битв! — Нэл не хотела торопить игру, поэтому она схватила большого робота за ноги, намереваясь отобрать и отложить его на время. —ЭЙ! НЕ СМЕЙ! — Эл начала сопротивляться и тянуть Оптимуса за верхнюю часть. Близняшки начали соревноваться в перетягивании транформера. Тянут-потянут — никто победить не может. Второй раз потянут... (Треск) ... — робота сломали. —!!!!!!!! Эл шокирована посмотрела на свои руки и увидела в них часть робота от головы до торса. Нэл в свою очередь взглянула на свои и увидела вторую часть робота от торса до конца ног. —Ой/Упс... — одновременно проговорили они. —АЙ-АЙ-АЙ! НАДО ПОЧИНИТЬ! — как один продолжили близняшки. В панике и суматохе, они пытались как-то соединить Оптимуса, но как и ожидалось, это не срабатывало. Затем в их головы пришла гениальная идея. —Это ведь металл? Да? — спросила на всякий случай Эл. —Вроде да. Для пластика слишком тяжелый! — ответила Нэл. Да. Все фигурки трансформеров были сделаны из лёгкого, но прочного металла. Лин лично делал на 3D-принтере все детали для транформеров, ибо... «—Это ересь, делать роботов из пластика! Только металл — только хардкор!» Фигурки были прочными. Для людей. Но для демонов, чья сила была минимум в десять раз больше, всё ещё нужно было контролировать себя. —Значит мы можем его сплавить обратно! — Эл. —Да-да!... Но... — Нэл. —У нас не такой сильный огонь... —Дыа... —И ЧТО ТЕПЕРЬ НАМ ДЕЛАТЬ? — психанула Эл и... (ТРЕСК) ... оторвала правую ногу робота. Оптимус страдал и дальше. —ХВАТИТ, ЭЛ! ОН И ТАК... (ТРЕСК) Нэл оторвала левую руку от тела робота, продолжая добивать бедную игрушку. —БЛИИИН!/БЛИИИН! (ТРЕСК) Голова Оптимуса оторвалась. —МЫ ЖЕ НИЧЕГО НЕ ДЕЛАЛИ! **** Пока зеленоволосые близняшки думали, как бы решить их насущную проблему, в кухне происходила кулинария. Рис варился. Соус из рисового уксуса, соуса мирин, сахара, сока лимона и водорослей комбу для него уже был готов. Теперь Вульф нарезал тонкие ломтики из морского окуня и хираме. —Решил сделать суши, ня? За левым боком парня образовалась красная головушка с милой «кошачей» мордашкой и голубыми глазками. —Ли. Когда у человека в руке нож, лучше не подходить к нему сзади и не отвлекать. Иначе можно пораниться. — спокойным и слегка нежным голосом дал совет Вульф, не прерывая нарезку рыбы. — И да. На обед будет и суши. —Извини, ня! — ответила «красная кошечка» с лёгкой улыбкой на губах, становясь рядом с «волком». Вульф умел быть супер-сосредоточенным и серьезным, поэтому его не как не отвлекали любопытные глазки Ли. «Волк» спокойно и мастерски резал морского окуня на тонкие ломтики. Из 70 см рыбы теперь осталось лишь голова и хвост. Ли всё ещё с любопытством смотрела на работу Вульфа. «Неужели это так ей интересно?» — задумался Вульф над странным любопытством «кошечки». —Теперь очередь хираме, ня? —... — Вульф мгновенно о отпустил нож на стол. Затем, повернув голову направо, он с серьезным и строгим лицом посмотрел на голубую головушка с милой «кошачей» мордочкой и красными глазками. Ни с любопытством посмотрела на него в ответ, не понимая проблемы. —Ни. Повторю и для второй двойняшки. Не отвлекай человека с ножом в руке. Я мог серьезно ранить тебя из-за внезапности. —Не переживая, ня! У меня хорошая реакция,ня. Я смогу уклониться, ня. —... — Вульф всё ещё строго смотрел на Ни. —Извини, ня... — немного стыдливо сказала Ни. —Встань налево к сестре, если хочешь посмотреть, как я режу рыбу. — Вульф продолжил своё дело, и когда Ни в припрыжку шла к сестре, он не забыл ответить на её вопрос. — Да, сейчас я буду нарезать хираме. Ни ничего не ответила, лишь мило улыбнулась и встала рядом с Ли. Теперь две пары любопытных глаз наблюдали за действиями кулинара. И когда две рыбы хираме были нарезаны, Вульф приступил к рису. Заправив горячий рис уже готовым соусом, он сделал первый рисовый «брусочек». —Хотите помочь мне? — спросил Вульф у двойняшек. —ДА. НЯ!/ДА, НЯ! — с искренней радостью визгнули Ли и Ни, протягивая свои «лапки» к мискам с рисом. —Руки чистые? —Сейчас, ня! — одним голосом ответили «кошечки», направившись к кухонной раковине. Вульф не стал торопиться с готовкой, дожидаясь близняшек. К его стыду, он не мог не поглядывать на двух «кошечек». Стройные открытые ножки; объёмные и голые ляжки и упругие ягодицы, прикрытые лишь короткой школьной юбкой; изящные талии и открытые животы с маленькими пупками; стройные, но явно сильные руки; красивые округлые груди третьего размера, прикрытые откровенной «школьной формой» только на половину, поэтому нижняя половина их прелестных «холмов» была хорошо видна глазам парня; милые мордашки двойняшек были очаровательными, постоянные игривые улыбки, красивые голубые и красные глаза у Ли и Ни соответственно, излучающие жизнь и страсть; длинная красная коса и длинный голубой конский хвост у Ли и Ни соответственно; ну, и самое примечательное и выделяющее — кошачьи уши в тигровую окраску. Ли и Ни были невероятно похожи внешне и по характеру. Одно лишь гормонично идеальная симметрия противоположности в цвете их глаз и волос придавало им невероятное очарование и красоту. А игривый и ребячливый характер был довольно милым и приятным, хотя иногда они любили подаставать и подразнить, но это всегда было безобидной и веселой игрой. Вульф поймал себя на мысли, что ему действительно нравилось проводить с ними время. Так успокаивающе и приятно. Чувство как-будто гладишь и играешь с кошками... «Чёрт. Ладно признаю, мне очень нравятся кошко-девочки и Ли и Ни не могли не понравятся мне... Они действительно милые и...» — Вульф не мог признать один факт, но... —Мы готовы, ня! — Ли. —Да, ня! Руководи нами, ня! — Ни. —Ладно. Берите по миске и постарайтесь сделать по двадцать пять рисовых «брусочков». Тут только чётыре миски. Поэтому по четыре суши на каждого. — дал Вульф указания, начав изготовлять рисовые «брусочки». Ли и Ни спокойно и тихо начали свою работу. Они не отвлекали и не отвлекались сами, что приятно удивили парня. Двойняшки могли быть серьезными и сосредоточенными, но ещё больше они были очень любопытными и любили всё новое и интересное. Вульф вновь был очарован двумя «кошечками», и на этот раз он смог себе признаться: «Они... действительно нравятся мне... Две милые «кошечки». Очень красивые и... сексуальные «кошечки»...». **** Пока «волчонок» и две «кошечки» лепили рисовые «брусочки», рядом с ними у плиты Шурия готовила суп. На одном суши двадцать три человека не наесться. В готовке ей помогала Сюлан. Девушка с чёрными волосами и серо-голубыми глазами любили вкусно покушать, но ещё она всегда была готова помочь своим подругам и друзьям в разных делах. Тем более так суп будет готов быстрее. —Похоже ты отстала от Михаила и его «не исключено». — с веселой улыбкой напомнила девушка с загорелой кожей. —И к чему ты начала это? —Просто скучно. Давай поговорим, о чём-нибудь. —Ладно... Ну, да. Я как-то забыла об этом. И мне это уже не важно! Главное, что теперь я вкусно кушаю! —Обжора! —Бесстыдница! —Почему это я бесстыдница? —Вилять голой задницей перед парнем в кухне, когда к вам может зайти кто угодно, это смело... Наверное. — тихо ответила Сюлан, чтобы никто не услышал. —Блин... Карламайн выдала? —Нет. Сама увидела кратким взглядом через щель. Тебе лучше надевать здесь трусики. —Знаю... — немного со стыдом ответила Шурия. —Ты просто дразнила его или серьезно захотела привлечь внимание к себе? Если первое, то лучше не надо. Он парень простой и слишком честный и правильный. —Да знаю я. И скорее второе. Просто он мне стал интересен. Парень хороший, простой и явно надёжный. Да и не думаю, что смогу надолго сдержать свою «жажду». — честно призналась Шурия. —«Жажда»? — Сюлан не понимала её. —«Похоть», иными словами. Каждой женщине нужен мужчина, мне так мама говорила. — объяснила Шурия. —Мама, значит... —Тем более Михаил в моём вкусе. — Шурия не была из робких, поэтому спокойно призналась своей подруге. —Ооо! Вот как значит. Решила взять себе «медведя»? — на лице Сюлан была хитрая улыбка. —Да. И я буду первой! — сказала Шурия с самодовольной улыбкой. —Ты серьезно хочешь соревноваться? И ты это мне говоришь? —Да. Почему бы и нет! Уверена Михаил из тех парней, которые готовят своим любимым девушкам самые вкусные блюда и деликатесы! — откровенно подшучивала над подругой Шурия. —Эй! Я не настолько люблю есть! — с веселой улыбкой ответила Сюлан. —Да-да! Знаем-знаем! — на Шурии тоже была лёгкая улыбка. — Ну, серьезно. Принимаешь пари? Кто первый сможет первой получить взаимный поцелуй, та и победит. Всё просто! Чисто ради соревновательного интереса! —А это только между нами? —Не обязательно. Уверена, что кому-то тоже интересен Михаил, или же он сам кем-то интересуется. Так ведь будет интереснее и веселее! Сюлан решила задуматься над предложением Шурии. С одной стороны, это не изменит распорядок дня и уж точно не принесёт ей неудобства. С другой, ей самой интересно можно ли соблазнить такого правильного и простого парня как Михаил. Ну и в добавок, он ей тоже нравится. Не влюбленность, конечно, но что-то может быть. И к тому же, будет ли его еда иметь особый вкус, если он будет влюблён. Это тоже волновало её разум. —Ладно. Значит взаимный поцелуй? — уточнила условие Сюлан. —Да. Взять его голову и насильно поцеловать — не будет считаться. Лучше даже, если он сам кого-то поцелует. Но остановимся на взаимности. Если он ответит на поцелуй, то это будет считаться победой. —Ясненько! А приз? —Не знаю. Эм... Кто победит, та будет иметь право первой пробовать его блюда! —Договорились! Таким образом Шурия и Сюлан закрепили спор на поцелуй. В этом «соревновании» могли участвовать все, но эти двоя не думали о конкурентках. Единственные, кто проявлял «особый» интерес к «медведю», кроме них, были Карламайн и Изабелла. Что было очевидно для всех. Карламайн всегда искала время потренироваться с ним, пообщаться и помочь, если понадобится. Да и характераси они были похожи. Но она была «рыцарям» с большой буквы и была немного пацанкой, поэтому о любовных делах она знала лишь малость. Да и опыт у неё был только с Райзером, который не очень-то интересовался всей этой сентиментальностью, а привык брать всё напрямую и с силой. Ну, а Изабелла... Изабелла сидела за столом и пила чай, когда весь разговор между девушками произошёл прямо перед ней. Она была достаточно сосредоточенной, чтобы слышать каждое из слова. Именно из-за их странного соревнования на открытой части лица Изабеллы читалось смесь недоумения с испанским стыдом. «Что это был за кринж? Первой пробовать еду? Им настолько делать нечего?» — задавала множество вопросов Изабелла. — «Хм... Первый поцелуй... Ну у меня он уже был. А у Михаила? По виду не скажешь, но может быть и был... Может тоже попробовать поучаствовать? Нет! Я не настолько кринжовая как эти двоя. Но учитывая, что сегодня я буду перед ним голой, наши отношения точно не останутся на месте. Ради мало-мальского приличия их нужно будет развить...» — Изабелла медленно отпивала чай, когда пришла к одному выводу. — «Он парень неплохой, даже славный... Стоит попробовать.» На этой странной и никому не нужной ноте, мы переносимся к супер редкому дуэту в этой истории.