Трудности прощения

Ноябрь в городе выдался прохладным, мужчина на входе казино зябко передергивает плечами, прощается с охранником и ступает на оживленную улицу, погружаясь в вечерний шум. В это время года по улицам Японии снуют толпы туристов любуясь изобилием красок, наслаждаясь прохладной погодой и прочими достопримечательностями приветливого Токио. Его редко, что радует в последнее время, закурив сигарету и окинув улицу взглядом, он устало облокотился на железный заборчик. Красные, оранжевые, жёлтые деревья, сливаясь в блевотно-яркое нечто, режут глаза. Блять, как же он хотел зимы: чтобы не пестрило на каждом углу, чтобы холодно, чтобы уткнуться носом в чужую шею. И никого не видеть, ни о чем не думать, никуда не отпускать. Выныривая из потока паршивых мыслей, что из разряда ни о чем и обо всем сразу, Хаджиме отталкивается от забора, делает глубокую затяжку и щелчком пальцев отправляет окурок в сторону мусорного бака. -Недолет, — тихо проговаривает Коко и шипит от боли. -С хера ли ты застыл, принцесса, не в галерее, — бросает мужчина, чуть не сбивший его с ног, продолжая свой путь, даже не оглядываясь. Этот сранный маргинал наступил ему на ногу, оскорбил и ушел не извиняясь. Он находился в таком шоке от произошедшего, что не сумел вовремя сориентироваться и высказать все, что он думал про ситуацию и про мужчину в частности. Красивые, темно- синие туфли от известного бренда испачканы и вероятно поцарапаны - были дороги ему. И не в цене или эксклюзивности дело, собственно говоря деньги всегда можно заработать, а за пару лишних тысяч тебе сошьют самую эксклюзивную пару, хоть из огненнобрюхого тритона. Эти туфли были подарком от Инуи. Тот скрытничал пару месяцев, брал сверхурочные в мастерской, спал по несколько часов, иногда засыпая над очередным мотоциклом и выводил Хаджиме из себя своим подозрительным поведением. Коко злился и пытался поговорить, от него отмахивались обобщающим - «все хорошо». Неделю спустя нервы Коко не выдержали и начались скандалы, по поводу и без он цеплялся к Сейшу, понимал, что сам себя топит, и если у Сейшу и правда появился кто-то, то криками делу не поможешь, но сдерживаться не получалось. В момент, когда ему стало казаться, что Сейшу ускользает, сквозь его пальцы и расставание маячит на горизонте, с залегшими мешками под глазами, но с мягкой полуулыбкой Сейшу поставил коробку перед ним и опустился на диван. Коко посмотрел на партнера и перевел взгляд на коробку, без опознавательных знаков. -Если ты хотел расстаться, мог бы просто сказать, необязательно мне бомбу подкладывать. -Коко, ты ебанутый? О каком расставании идёт речь? — говорит Сейшу, не совсем понимая о чем говорит Хаджиме и что за шутки решил шутить.- Это подарок, для любимого человека. Коко осторожно открывает крышку и глазам не верит, в коробке туфли темно-синие, замшевые, лимитированные, его любимого бренда и пиздец какие дорогие. -Это мне? -Нет блядь, нашему императору, с тобой посоветоваться хотел, подойдет ли его величеству этот цвет. Коко, ты хорошо себя чувствуешь?— спрашивает обеспокоенный Инуи и тянет Коко на себя, проверить лоб, на температуру.- Такие вопросы дебильные задаешь. Я почему по твоему, как мул пахал последние пару месяцев? А потому что мой парень сранный эстет, и тряпки ему подавай исключительно ему под стать. Твои туфли стоят, как моя почка. А мои почки никому не нужны, вот и пришлось старым-добрым способом доставать деньги. -Я же предлагал тебе деньги, я дам столько сколько захочешь, надо будет я фабрику тебе по производству обуви куплю. Что захочешь будет твоим, только заикнись…- шепчет Хаджиме и опускается на пол, кладя голову на колени Инуи. Осознание происходящего и собственной глупости давит на него. -Коко, мы уже обсуждали это миллион раз. Мне нравится моя работа, я в состоянии сам заработать деньги и сделать приятно человеку, которого люблю. -Ты просто хочешь больше времени проводить среди железок со своим любимым Дракеном, -бурчит Коко в коленки Инуи и замолкает. Руки Сейшу зарываются ему в волосы. Массажные движения успокаивают волну негатива и нелицеприятных комментариев, в сторону коллеги Инуи. -Не начинай, Хаджи, только тебя люблю, только ты со всеми недостатками мне нужен, не хочу другого, — Сейшу шепчет на ухо, как заклинание читает, успокаивает, завораживает, заманивает, под кожу пробирается голосом глубоким, а Хаджиме ведётся, мурашками покрывается, в глаза заглядывает и хочет верить. От воспоминаний его выдергивает клаксон автомобиля, достав телефон и посмотрев уведомления, он садится в подъехавшее такси. Он должен забрать Сейшу с работы, а сам, ведомый плохим настроением, опаздывает. Сейшу будет недоволен, ведь это его, Коко, просьба забирать Инуи с работы: потому что темно, а Инуи на каблуках, потому что холодно, а Инуи отказывается одеваться по погоде, потому что Инуи пиздецки красивый, а Хаджиме не сможет без него. *** Расплатившись с таксистом, он выходит из автомобиля и зарывается в ворот пальто, горящая вывеска «D&D Motors» и свет в окнах говорят, что его парень все еще работает или задремал, что очень на него похоже. -Эй, ты забыл, сменить табличку на двери, снова заработался и забыл обо всем? — кричит Хаджиме, а колокольчики на двери звенят, оповещая о его приходе.- Привет, Рюгуджи. -Здравствуй, Коконой, если бы Сейшу спал, ты бы его точно разбудил своими воплями, — говорит Кен оглядываясь на него. Глаза Коко сузились, от такой наглости. Какими способами ему будить СВОЕГО парня, решать может только он. И никакие «коллеги, друзья и просто хорошие ребята» не будут в это вмешиваться, Сейшу только его, и то что он, позволяет другим греться в лучах его Инуи, исключительно его добрая воля и альтруистично настроенная натура. Но и добро когда-нибудь заканчивается. Дерьмовый день, почему ему сегодня все хамят, он хочет домой, рассыпаться на кусочки под спокойным взглядом Сейшу и вдыхать его запах. -Как и когда мне будить моего парня я решу сам, Рюгуджи, за собой следи, а лучше заведи себе кого нибудь, и не лезь к нам, — цедит Коко, окидывая зал взглядом. Рюгуджи раскинувшись на кресле потягивает напиток из бокала, а напротив, в белой майке и комбинезоне спущенном на талию, сидел Сейшу. Длинные, светлые волосы заколотые назад растрепались, чуть проступивший румянец и ярко зеленные глаза - Сейшу прекрасен любым. Коко смотрит на него и забывается. -Коко, отстань от Кена, мы закончили сегодня большой проект, был заказ на раритетный мотоцикл, мы никак не могли найти нужные детали, сегодня доставили последние. Посмотри какой красавец получился, — тараторил Сейшу, вставая с дивана и подталкивая Коко в угол зала. На небольшом выступе, сверкая серебряным, отполированным боком, стоял боббер 70х годов. Коко не любит мотоциклы, предпочитая им комфортные, кожаные сидения автомобиля, но даже он, с минимальным набором знаний, признавал колоссальную работу Сейшу и Рюгуджи. -Малыш, ты большой молодец, я горжусь тобой, — шепчет, что бы только он услышал, Хаджиме и оборачивается к своему парню, что бы невзначай оставить легкий поцелуй. Сейшу смотрит внимательно, в глаза заглядывает, а вокруг шлейф фруктовый. -Ты опаздывал, Коко, Кен предложил отметить окончание работы. Ты на звонки не отвечал, я думал у тебя завал на работе и ты не заберешь меня. Мы планировали выпить и по домам идти. Как у тебя… -Что за дерьмо, Инупи, мне не нравятся посиделки тет-а-тет с этим мудаком, а ты еще и бухать с ним удумал? Меня заебал твой вездесущий Кен, -шипит Хаджиме, перебивая Инуи. Да, он знатно психанул. Кен-такой понимающий, в душу не лезет и принимает все как есть, буддист ебанный. Главное Сейшу это все нравится, Сейшу тоже буддист, что невозмутимо принимает все тяготы взрослой жизни. Может они к одному мозгоправу ходили? Сейшу - буддист, но самый любимый, если б он другим был, то прогнал бы Коко тогда, 2 года назад, когда он уставший, дико проебавшийся и потерянный появился на пороге мастерской с бутылкой вина и нелепыми извинениями. Нет не прогнал и бутылку об голову не разбил, и принял. Не дал на дно опуститься и все это время раны зализывал. Стал, хотя к чему врать, он был всегда, аксиомой в жизни Коко. Маяком и домом, куда заблудший Коконой возвращается и будет возвращаться. Он больше не упустит Сейшу. Коко любит буддиста - Сейшу, а вот буддист - Рюгуджи бесит одним своим существованием. -Эй, голубки, хватит собачиться, вы мне ауру в магазине портите, валите уже домой, Сейшу, завтра у тебя выходной, выспись уже, а то на тебя смотреть тошно, — прерывает их перепалку Кен, уходя в подсобку для персонала.- Сей, на пару слов. -Коко, нам надо обсудить поставку, перед моими выходными, так что это буквально на пару минут, можешь вызывать машину.Кен прав, я устал, как собака. Инуи отстраняется и идет за Рюгуджи в подсобку, оглядывается на Коко, еле заметно улыбаясь и прикрывает за собой дверь. Хаджиме взбешен наглостью Рюгуджи и спокойствием Сейшу, он садится на диван доставая телефон, и прислушивается к приглушенному разговору. -Сейшу, все в порядке? Твоя бухгалтерша злая сегодня. Он тебя обидел, мне вставить ему мозги на место? От обеспокоенного голоса Дракена, Коко передёргивает, рыцарь недоделанный. -Нет, босс, все хорошо, я не дам себя в обиду, ты же знаешь, думаю у Коко трудности на работе, открытие нового казино в Одайба, потрепали нам двоим нервы, открытие прошло хорошо, но конкуренты давят со всех сторон. Милый Сейшу, конкуренты никогда не являлись проблемой для Коко, тех кого он не мог запугать своими связями и темным прошлым, он мастерски делал своими партнерами, а сотрудничать с Коконоем не хотел только дурак. Все понимали, что хитрый лис, пусть и получит больший процент, но и того увеличения дохода, что гарантирован с Хаджиме, будет более чем достаточно. Единственный игорный дом, который мог конкурировать с казино Коконоя в Одайба, пару дней назад подписал контракт о слиянии и расшерении бизнеса, под брендом Хаджиме. -Сейшу, какое бы у него ни было настроение, но срываться на близких людях нельзя, это... -Прости, Кен, я устал, я люблю Коко со всеми недостатками, он ведь тоже терпит мои. У нас не идеальные отношения, но мы работаем над этим. Все хорошо, правда. А теперь, босс, давай обсудим поставку новых деталей на кавасаки… Сейшу говорит тихо, Коко напрягает слух, чтобы услышать. Ему не нравится забота Кена, который, по его мнению, лезет куда не надо, но то что Инуи не впускает «чужаков» на их, с Коко, территорию, заставляет сердце Хаджиме биться быстрее. На телефон приходит оповещение, о прибытии машины, Коко щурится читая, поднимает взгляд и видит Сейшу. Светлые волосы, обрамляя лицо, спадают на плечи и Инуи откидывает их назад, легким взмахом головы. -Пока, большой босс, не скучай тут без меня, а если заскучаешь, то Манджиро не зови, а то он опять сожрет все наши запасы и не предупредит, - Сейшу вполоборота смотрит на Кена и тепло улыбается.- Будет как в прошлый раз, в полночь пытались найти круглосуточный супермаркет, потому что в холодильнике мышь повесилась. Инуи в легкой ветровке и на каблуках, стоит, улыбается, а Хаджиме в жар бросает. Улыбки Сейшу можно, как бриллианты, собирать в шкатулку и прятать в сейф. Не часто на спокойном лице, его парня, можно увидеть яркие эмоции, а он раздаривает драгоценные улыбки, как чертов Санта Клаус. — Всего один инцидент был, а ты до старости будешь вспоминать, я тогда занят был, а Майки ест много, когда ему скучно, вот я и не уследил, - смеётся Кен.- Удачных выходных. И выспись. Я серьезно. Твои мешки под глазами больше, чем мешки Майки, времен ужасного Бонтена. Клиентов распугиваешь. -Ты сначала доживи до старости. Пока, босс, и отпишись, когда домой доберешься, а то я буду волноваться за твою плоскую задницу. Коко, мы идем? Слишком близкая дружба, которую Коко не мог предотвратить, а хуже всего, что катализатором был он сам, ну и еще Сано, черт бы его побрал. В машине Коко чуть расслабляется, переплетает пальцы с чужими и поворачивается лицом к Инуи: -Ты правда принимаешь ВСЕ мои недостатки, даже самые гадкие и отвратительные? — он задает вопрос, а сердце пропускает пару ударов, Коконой боится услышать отрицательный ответ. -Конечно, Хаджиме, все твои недостатки это тоже ты, а я люблю тебя и буду любить, — Сейшу говорит тихо, почти касаясь уха Коконоя губами и опускает голову ему на плечо. — И я тебя, Сейшу. По размеренному дыханию, Коко понимает, что его парень, утомленный тяжелой рабочей неделей, уснул. Хаджиме смотрит на него с восхищением, в который раз убеждаясь, что в Сейшу прекрасно все. А ещё Хаджиме понимает, что не сможет отпустить его.