Трудности прощения

Утро Инуи началось после полудня, его разбудил звук сообщения. Он мог бы проспать еще пару часов, но Сейшу чувствовал себя на удивление свежим и решил не продолжать бессмысленное валяние в кровати, а подняться и заварить себе крепкий кофе. Бесшумно, что бы не беспокоить Дракена, он натянул шорты и вышел на кухню. Под шум закипающего чайника Сейшу писал сообщение раскаяния. Он чувствовал себя виноватым, игнорирование не характерно для него, проще во всем разобраться, по собственному опыту он знал, что рано или поздно все отложенные разговоры тебя настигнут. Размешивая сахар в чашке он думал о том, что на самом деле его чувство вины гиперболированно, и он сам себе это навязывал. В конце-то концов он взрослый человек и имеет право на отдых без сопровождения. Да, Инуи мог бы позвонить, ответить на сообщение или хотя бы оставить записку, но не сделал ничего из перечисленного. Он знал, что Луис поедет за ним и не даст ему совершать глупости, вроде курения дури на пыльном полу. Сейшу имел проблемы с построеннием личных границ, когда человек входил в близкий круг людей, Инуи автоматически становился податливым. Он редко кого пускал в свою жизнь и настойчивый итальянец был одним из них. В отношениях с Лу он обозначил свою неприкосновенную территорию, силясь охранять ее, но чем ближе Луис подбирался к сердцу, тем размытее становились границы. И если в начале отношений Сейшу ездил на показы один, то после ситуации с безумным фанатом Гальярди стал вечным спутником везде, оправдывая это беспокойством за безопасность блондина. Инуи устраивало это до нынешнего момента. Ведь Коконой ограничивал его так же по каким-то очень существенным причинам. Если все его умозаключения верны, то выходит, что его нынешний партнер похож на прошлого и в этот замкнутый круг он втянул себя сам. Он уже несколько лет ходил к психотерапевтам, принимал лекарства и читал книги по психологии, а столь простая истина, которую ему безуспешно пытались вдолбить врачи, лежала на поверхности. Пока он не разберется в своей голове — он в тупике. Будут меняться лица, города и страны, но проблемы в отношениях останутся теми же. Обескураженный своим прозрением Инуи решил не переживать раньше времени, а дождаться пробуждения Кена и обсудить с ним свое открытие. Это мало-мальски походило на план и он расслабился. Не куривший с самого пробуждения Сейшу накинул чью-то толстовку и вышел на балкон. Кто-то забыл закрыть окна на балконе и морозный ветер подул в лицо окончательно согнав остатки сна. На втором балконе был пол с подогревом и мягкий диван, но в той комнате спал Дракен и лишние звуки могли его разбудить. От чашки поднималась струйка пара и он сделал небольшой глоток, горячий напиток мгновенно согрел горло. Все сложности отошли на второй план, кофе и сигареты действовали на него умиротворяюще. Тишина длилась недолго, на балкон маленьким, беспокойным зверьком влетел Майки: -Проснулся наконец- то, это моя толстовка, кстати. -И тебе привет, Манджиро, — Сейшу неторопливо выдыхал дым, мысленно сетуя на нарушителя спокойствия, — Я не знал, что она твоя, у Рю похожая была. Докурю и обязательно верну. — Почему вы так поздно приехали? Чем вы втроем занимались? Почему вы с Кенчиком спали вместе? — Сано младший придирчиво осматривал собеседника, пытаясь прочитать невербальные сигналы, Инуи был непроницаем, — И что у тебя с ногами? Сейшу пропустил шквал вопросов, заинтересовавшись только последним. Опустив взгляд на свои ноги он улыбнулся, догадавшись куда клонит Манджиро. На бледных ногах, насыщенным цветом багровели синяки. -По порядку. Мы отдыхали, заговорились и опоздали. У Шиничиро только две гостевые комнаты — в одной спал ты, а другую отдали нам. Я бы с тобой не лег и под страхом смертной казни, а причины Кена спроси у него. На ногах синяки. Я на все вопросы ответил? -Это Дракен оставил синяки? — Майки покрылся мурашками от холода, но упорно ждал ответов. — Да, он очень беспокойно спал, крутился всю ночь и пинался, — Инуи переживал за Рюгуджи, тот очень давно не испытывал проблем со сном и спал, как медведь в зимней спячке. Этой ночью Сейшу слышал, как друг бормотал во сне, метался по всей кровати и пару раз очень ощутимо пнул его. — Я не хочу, что-бы вы спали в одной кровати, — Сано говорил тихо, властно и безапелляционно, — Хватит и того, что я спустил на тормоза этот внеплановый побег к тебе. Мне не нравится эта тесная связь между вами. -Я перестану с ним общаться, если он сам того захочет, не стоит давить на него, Манджиро, этим ты его только отдаляешь. -Кажется я не просил твоего совета. — Я даю советы, тем, кто может их принять, — Сейшу начинал потихоньку закипать, — И это точно не ты. — Коконой прав, ваша дружба зашла далеко за рамки этого понятия, — голос Майки стал звучать угрожающе, тело натянулось, как тетива, его терпение держалось на честном слове, — Либо ты прекращаешь, либо это сделаю я, но с неприятными последствиями. -Ох, блять, кончай ломать комедию. Или что? — Инуи неожиданно зашипел, — Втащишь мне? Подрежешь в переулке? Наймешь кого-то меня убрать? Что ты сделаешь, Майки? Манджиро не ожидал такой реакции вечно спокойного Сейшу. На угрозы он ждал смирения, подчинения и страха, но явно не ехидно ухмыляющегося блондина, который с научным интересом теперь наблюдал за ним, это было нагло с его стороны и Сано это очень не понравилось: -Инупи, я с тобой собственноручно справлюсь, и поверь мне это принесет немыслимое удовольствие. — Майки, твои сранные угрозки на меня не подействуют, и если ты начнешь, как шизанутая малолетка распускать руки и другие конечности, то я расскажу твоему брату, какая ты дрянь, — Инуи с наслаждением наблюдал за меняющимся выражением лица собеседника, но решил не останавливаться, — То что тебе друзья до сих пор жопу подтирают, не значит, что это обязанность всех и каждого. Дракен, Баджи, Тосва, Шин, Эмма — все с тебя пылинки сдували и носились, как с яйцом фаберже. А выросло эгоистичное, нарциссичное и манипулирующее чудовеще. Если ты будешь вести себя, как инфантильный ребенок, то я пожалуюсь твоему «родителю». Шиничиро давно следовало надрать тебе зад. Манджиро очень не хотел, что-бы Шинни узнал каким монстром он был и какие преступления совершались им или по его приказу, он сомневался, что брат стал бы «надирать ему зад», но боялся увидеть горечь и разочарование в глазах любимого старшего брата. Когда родители погибли, Шиничиро взял на себя роль «отца» семейства и воспитывал младших в меру своих возможностей и Майки не хотел, что-бы Шин винил себя, за ошибки младшего Сано. Майки проиграл эту битву и скрылся в квартире, громко хлопнув дверью, буркнув: -Еблан ненормальный. -Истеричка, -хмыкнул Сейшу и медленно, давая Манджиро время отойти, тушил окурок об керамический бок пепельницы. *** За окном смеркалось. Сейшу и Майки, демонстративно не замечающие друг друга, смотрели телевизор. Их игра «займи большую часть дивана» была с переменным успехом, ноги Инуи были длиннее, что позволяло их шире расставить, но Манджиро было удобно так сидеть, Сейшу же уставал в такой позе. Дракен застал их за молчаливым пиханием друг друга, они настолько сосредоточнно делили диван, что не заметили как он вошел в комнату: -Эээм… Привет? -Добрый вечер, спящая красавица, — Сейшу сделал вид, что все нормально и не он только, что соревновался за звание альфа-самца этого шикарного дивана из икеи. -Привет, Кенчик, — Майки обезоруживающе улыбнулся, — Хочешь чай? Рюгуджи охренел от вопроса, он что проснулся в паралельнной вселенной, где заботливый Сано будет готовить ему чаи и может быть приготовит, что-нибудь на ужин: -Да, не отказался бы. -Отлично, тогда и мне сделай, пожалуйста. Хочу зеленный с персиком и одной ложкой сахара. Фух, Дракен облегченно выдохнул, все на своих местах. -Сиди, я сам тебе приготовлю, -Инуи встал, ногой пытаясь нащупать тапочек под диваном, — Знаю, как ты не любишь двигаться до первой «утренней " чашки. Манджиро молниеносно соскочил с дивана и помчался на кухню: -Я ему приготовлю чай, а то ты еще плюнешь туда. Кен сел рядом с победоносно улыбающимся Сейшу, и попытался проанализировать сложившуюся картину, кусочки упорно не складывались, словно половина была не отсюда вовсе: -Объяснишь, что тут происходит? -Кто-то понял, что он был неблагодарной скотиной и становится на путь исправления, — Инуи пытался скрыть ухмылку, но не получалось, — Кстати в девять нас заберет Луис. На кухне шумела вода, гремели дверцы шкафчиков и фырчал недовольный Майки: -Вы же в курсе, что кухня и гостинная совмещены и я вас слышу? -Разумеется в курсе. *** За два дня до Нового Года, набегавшись по Беверли Центру в поисках «идеальных» подарков, они загруженные разноцветными пакетами заскочили в кофейню, выпить кофе и отдышаться. День близился к завершению и с большим трудом им удалось отвоевать двухместный столик в дальнем углу зала. Кен выглядел измотанно, длительный шоппинг для него был сущим кошмаром, за эти четыре часа он уже выпил пару бутылок пива, так как уверял, что без «бензина» он не заводится. Инуи походы по магазинам не доставляли дискомфорт, но и ожидаемой разрядки он не почувствовал, подсознание вопило, что главный подарок он не купил, Сейшу гнал этот голос в задницу и внутренний конфликт не давал получать удовольствие. Раздраженный на самого себя он грубее, чем следовало, сделал заказ и сел за столик, напротив Дракена: — Я заказал тебе брауни и эспрессо. — Хм… спасибо, конечно, но я не хотел сладкого, может ты его съешь? -Я и себе заказал, — голос Инуи звучал недовольно, — И тыквенный латте. -Что-то случилось? Обычно у тебя нет такой тяги к сахару. — Мне, не нравится куртка, которую я купил для Луиса, слишком темная, ему не идет такая палитра. Почему я взял черную куртку? — Сейшу не ждал ответа и даже не взглянул на Дракена, — А знаешь кому идет? — Мне идет, мне всё идет. Инуи опешил, словно вспомнил, что он тут не один, и наконец-то посмотрел на Рюгуджи, который невинно захлопал глазами, кокетливо пожал печами и послал в воздушный поцелуйчик. Сейшу захохотал на весь зал, так громко, что люди с соседних столиков замолчали и начали оборачиваться на них, но ему было абсолютно все равно, у него был самый неподражаемый друг, с которым и в аду не будет одиноко. Отдышавшись и приведя дыхание в порядок он протянул Кену пакет: -Не хочу ему дарить ЭТУ куртку. А ты такой красавчик, что и в мешке будешь богоподобен. — А ты получаешься без подарка для своего ухажера? — Я присмотрел отличные низкие сникеры. Белого цвета. Светлые тона выигрышно контрастировали со смуглой кожей и темными волосами Луиса. Итальянец часто носил пастельные тона, избегая кричащих и мрачных оттенков. Инуи знал это, но по привычке выбрал черный. Чертова память. Чертов Коко. -Мне сегодня снилось, что я гулял по окрестностям озера Акан. Я чувствовал себя абсолютно счастливым и словно невесомым что-ли. Было тепло, хотя алые клены и серое небо отражались в воде. В далеке слышалось множество голосов, это смешивалось в неразборчивый гвалт, все кричали наперебой и смеялись, — Сейшу затих и перестал барабанить пальцами по столешнице, — Я пошел на звук, но сколько бы я ни шел голоса не приближались, я все время был на одинаковом расстоянии от них. Иногда мне слышался твой голос или голос Мичи, пару раз мне казалось, что Коко зовет меня. Я не мог вас догнать, вы не убегали, кажется это я топтался на одном месте. Там наш кофе готов, заберешь? Дракен поднялся не задумываясь и пошел з заказом, голова была занята другим. Он не сонник и человеческие души чувствует скорей интуитивно, но все что он мог сейчас предположить по поводу состояния Инуи это, то что он скучает по дому и друзьям. А Коконой добился своего и расковырял свежезатянувшуюся рану. Поставив кофе с тарелками на стол, он грузно осел на стул и зарыл пальцы в волосы. -Мне не нравится, когда ты не комментируешь меня. Скажи, что я долбаеб с девчачьими заскоками или что мне нужны целительные пиздюли, что б дурь выбить. Просто не молчи, Рюгуджи. -А что говорить, — Дракен спрятался за стакан кофе, пытаясь выкроить время, что-бы подобрать правильные слова, — Я не эксперт, но даже мне все ясно. Ты скучаешь по дому, да и могилы сестры и родителей ты давно не навещал. Мой приезд пробудил в тебе ностальгию. Ну и Коконой мудак, разумеется, тут к гадалке не ходи. Сейшу задумался, он это все интерпритировал по-другому. Все тот же тупик, пока он бездействует и не может выбраться из замкнутого круга самоуничижания и не принятия себя — его друзья развиваются и идут дальше. Они не могут встретиться, он не может их догнать. Он даже себя не может словить. Версия Кена не была лишена смысла, но Инуи в нее не верил: -Мне кажется, что я поторопился с отношениями. Луис хороший парень, но Хаджиме так быстро выбил меня из равновесия и переключил мое внимание на себя. А вдруг я просто использю Луиса, ну знаешь, как замену или отвлекающий элемент? -Он тебя не привлекает? -Он красив и не глуп. -Ты собираешься с ним венчаться? Взять ребенка из приюта или что-то в этом духе? -Нет конечно. -Тебе с ним хорошо? -Думаю да. -Тогда я тебе скажу самую мудаческую вещь, но.- Рюгуджи взял театральную паузу и отпил кофе, — Будь с ним, потому что тебе хорошо рядом с ним и немедленно расходись, когда почувствуешь, что он тебя напрягает. Ты совсем ничего не делаешь потому что сам хочешь, постоянно оглядываясь на «одобрения» или " порицание». Хоть попытайся сделать что-то для себя. Как минимум один человек в твоей зоне «без осуждения» есть, а дальше ты удивишься, как многим людям в целом насрать на тебя и твои правильно-неправильные действия. Инуи не представлял себе такого отношения. Гальярди был вторым серьезным партнером, после Коконоя и Сейшу постоянно оглядывался назад. Он не представлял как это использовать человека просто ради развлечения, не понимал как можно жить с человеком и не беспокоиться о его самочувствии, потребностях и желаниях. Весь опыт предыдущих отношений он незаметно перетащил в новые. Привычка дожидаться Хаджиме к ужину, отозвалась в Луисе, он никогда не опаздывал и вечерний прием пищи стал у них ежедневным ритуалом, где они делились впечатлениями о прожитом дне и планами на будущий. Итальянец заболел один раз за время их совместного проживания и в отличии от Хаджиме, с благодарностью принимал помощь от Инуи. Все культпоходы, будь то премьера нового спектакля в Дороти Чендлер или комикон, воспринимались Луисом с энтузиазмом и полной отдачей. Коко же уходил в глубокое отрицалово от любых мероприятий не связанных с едой, алкоголем и джазом, и если составлял компанию Сейшу, то с такой недовольной миной, что хотелось уйти бухать в кафе, где играют каверы Дюка Эллингтона. -Ты думаешь, что обманывать это нормально? -Нормальность относительна, Сей. Скорее всего тебе кажется, что ты используешь Луиса, а ведь это не так. Ты можешь не придерживаться моих взглядов, но я все равно их выскажу.- Дракен был неподдельно серьезен, — Мы все друг друга используем. И пока это взаимовыгодно — люди вместе. Как только один перестает получать выгоду, он уходит. Это нормально переростать друзей, знакомых и партнеров. Но это при адекватной оценке ситуации и себя. Ты же сидишь на дохлой лошади и ждешь, когда она сама тебя скинет. Ты стискиваешь зубы и терпишь, тебе неприятно, лошадь разлагается и начинает вонять, но ты стоически ждешь, что она снова обретет плоть и побежит по полям щипать травку. И пока ты ждешь, все только ухудшается, мухи прилетели на трупную вонь и только когда ребро истлевшей лошади тебя уколет, только тогда ты подхватываешься и уходишь, оглядываясь назад — переживая, что тебе показалось и ты сам виноват уколовшись колючкой поблизости. -А твоя лошадь сдохла? Манджиро дохлый призрак пони, которого ты держишь возле себя от любви ко всему маленькому и пушистому? -Коконой точно твой бывший, знаешь куда бить, что бы было больнее. Майки больной конь, его можно вылечить, но он брыкается, по крайней мере я на это надеюсь. Сейшу неровно вздохнул, пожалев, что задал щекотливый вопрос и расстроил друга. Он продолжил ковырятся в своем десерте, разговоры про лошадей его утомляли, невольно Рюгуджи зацепил тему про Хаджиме и хотя разговор напрямую не касался его бывшего, но Инуи ассоциировал «дохлую лошадь» именно с Коко: — А что если лошадь не сдохла, а боль от укола ты спутал с тем, что тебя лягнули и ты уходишь от своей почти здоровой лошади, просто потому что ты сранный параноик? -Такое может быть, но по теории вероятности такой процент ничтожно мал и скорее всего это была кость с трупным ядом. И когда ты будешь на новом скакуне, ты начнешь нервничать, что и он умер, а может и вовсе никогда не был живым и ты все это время катался на деревянной лошадке. -Заебал со своии аллегориями. Ты думаешь Коко, как лошадь, сдох? -Сейшу, в тебе умер поэт, а вот сука здравствует и процветает. Коконой «помер», буквально, у тебя на глазах, а ты пытаешься придумать ему отмазки, -Кен перетащил многострадальный брауни Инуи на свою сторону и стал с аппетитом поедать, — Хотя, Майки рассказывал, что это не измена, а хуйня на постном масле, денежный клещ нихера не помнит, единственное, яркое воспоминание это ты и какая- то наркота. Полное беспямятство и утром какой то голый хрен рядом. Инуи не хотел этого слушать, но неосознанно был весь внимание, абстрагировавшись от внешних раздражителей, он ловил каждое слово Дракена. Он не пытался поговорить на эту тему с Хаджиме, врач настаивал это сделать одним из первых шагов, но Сейшу проигнорировал, посчитав слишком унизительным слушать про измену, а после и нелепые оправдания. А ведь действительно, он не дал и шанса Коконою попытаться пролить свет на эту ситуацию и хотя бы попытаться объясниться. Он безоговорочно поверил в измену Коко и исчез, оставив их двоих без ответов. Сейчас он понимал, что это очередной отголосок его личной проблемы — неприятие себя и синдром самозванца. Его психиатр помог бы разобраться со всеми открытиями и прозрениями, что посещали его в последнии дни, но доктор Майлз был в отпуске и встретятся они через неделю. Цель на ближайшую неделю — не слететь с катушек. Звучит проще, чем испонить. С помощью Кена было бы легче, но Инуи решил, что отпуск Рюгуджи проведет спокойно, без лишних эксцессов, к тому же их идиллию уже успели нарушить, он не подкинет Кену новых заёбов: -Заскочим в Фенди за кроссами, — Сейшу спешно собирал многочисленные пакеты, предполагая скорое закрытие нужного магазина, — И еще в Моцца, нам нужна парочка пицц на ужин. С твоим приездом я жутко разленился, мы питаемся только доставками, не то что бы мы ими раньше брезговали, но теперь у меня есть оправдание. *** На разложенном диване, уничтожая уже вторую пиццу, все трое с интересом смотрели «Коллекцию Дзюнди Ито». Это был традиционная домашняя посиделка с просмотром экранизаций обожаемого, Дракеном и Сейшу, мангаки. Пару раз в год они пересматривали аниме с недовольством критикуя вырезанные сцены и отсутствие нужного стиля рисовки, но громко подпевая опенингу. -Соити странный малый, вроде бы комичный персонаж, а проклятия-то действуют, — Луис задумчиво протянул свое замечание, не отрываясь от картинки на экране, а зря, на него злобно смотрели соседи по дивану. -Ты чё? У нак с Кеном фан клуб Соити, никакой критики в его адрес не потерплю, — Сейшу возмущенно фыркнул и демонстративно отодвинулся от наглого итальянца, ничего не смыслящему в искустве. -Ну всё мир, обещаю я даже мангу прочитаю, что-бы быть в теме и не допускать таких катастрофических ошибок в дальнейшем, — Гальярди поспешно поднял белый флаг, — С вами весело, но у меня завтра дедлайн, так что вы тут продолжайте бездельничать, а я пойду поработаю. -У нас пол книжного шкафа его шедеврами забито, давно пора ознакомиться, — крикнул Инуи удаляющемуся парню и повернуся к Дракену, — Нет, ну ты слышал? Цудзи самый колоритный персонаж, а он его комичным обозвал, у человека нет вкуса. Рюгуджи насмешила бурная защита одного из любимчиков блондина. По его мнению Луис стойко выдержал марафон и искренне пытался увлечься интересами Сейшу. Итальянец до встречи с Инуи вообще считал мангу — чтивом для детей, а аниме смотрел однажды, в глубоком детстве и ему жутко не понравилось, он предпочитал классического человека-паука и черепашек-ниндзя. Поэтому Дракена удивляля придирчивость друга к его партнеру, партнеру, который меньше года назад начал знакомиться с загадочной японской культурой. — Сей, он только осваивается, дай ему время, мы ему все-таки не «Наруто» показывали, Дзюндзи на любителя, — Дракен и сам не все истории понимал, некоторые, он в тайне от Инуи, перечитывал по несколько раз, — Кстати, Кокошка от серии «Глицерид» чуть не блеванул и сбежал, назвав нас «больными ублюдками», а этот ничего, все осилил. Сейшу улыбнулся, вспомнив, как после первой и единственной попытки показать Хаджиме одно из любимых аниме, тот действительно сбежал, а потом уговаривал Инуи сходить к врачу, потому что: " здоровым людям такое не может нравиться». -Я вижу, что он старается, просто если честно иногда чересчур. Ну знаешь, когда это скорее отвращает, чем сближает. Что плохого в разных областях увлечений, он вот тенис любит, но я ж не прусь с ним на корты по средам и субботам. Он предлагал, но мне не нравится тенис, — блондин говорил не громко, что-бы их разговор не доносился по всему дому, — Он мне нравится, он приятный и заботливый, он интересный собеседник и у нас совпадают вкусы на музыку. Но его слишком много. Хм, не знаю как правильно объяснить. Иногда мне кажется, что он растворяется во мне, а я нет. И постоянное чувство вины, что и я должен, так же, растворяться в нем, а я не хочу. Блин, я еще не готов это обсуждать. Как у вас с Манджиро? Дракену казалось, что привычка резко менять направление разговора, была еще одним звеном крепко скрепляющим их дружбу, только Сейшу, ну и он сам, могли завести откровенный диалог и оборвать его таким неожиданным вопросом. Оба бесились от этой привычки друг друга, но в меньшей степени, чем окружающие люди, которым казалось это форменным издевательством. -Никак. У нас с тобой, видимо, новый прикол игнорировать проблемы. Я взял пример с тебя и не отвечаю на звонки, — Рюгуджи было противно от самого себя, тоже мне сильный мужик, а на деле ссыт, как последний трус, — Он мне звонил, но мне надо об этом подумать, а как ты понимаешь, времени у меня на это не было. -Ну естественно. Ты знаешь, что поговорить нужно? Прикинь, как он себя уже накрутил. Он так долго на тебя охотиться и за это время вы впервые переспали, а ты сбегаешь, как дешевая шлюха и уходишь в мороз. Я бы подумал, что тебе не понравилось. -Мне всё понравилось, и даже больше. В этом и заключается проблема. Я зачем целибат все это время держал и в ладошку спускал? Я понимал, что начни мы с ним трахаться, я уже не смогу остановиться. По факту, он опять победил, добился своего, в обход моим просьбам, — Рюгуджи обреченно вздохнул, осознавая патовость ситуации. И силясь принять последствия своих поступков. -Братиш, ты же в курсе, что это в обе стороны работает? -Ты о чем? Сейшу посмотрел на друга, как на умственно отсталого и пытался понять, как такой умный мужик, может так тупить. Громкий дверной звонок раздался прерывая размышления Инуи, он посмотрел на время почти десять вечера: -Это наверное соседка пришла попросить о чем-то. Милейшая старушка, иногда она к нам обращается за помощью, типо лампочку вкрутить или дерево подпилить в саду, а после рассказывает другим соседям, какие же мы два содомита, — блондин улыбнулся, совершенно не расстроенный поведением одинокой, сварливой дамы, — Луис откроет. Так о чем я? — О том, что секс работает в обе стороны. -Точно. Так вот, я уверен, что Манджиро все понравилось, и он точно так же хочет получить длительное продолжение, тебе всего-то надо взять себя в руки и додавить его, — Сейшу заговорщицки улыбнулся, радуясь просветлению на лице Рюгуджи, — Провоцируй его сам и он сдастся в твои крепкие объятия и не менее крепкие объятья психиатра. Но ни в коем слу… -Милый, это к вам, — прервал его коварный план голос Луиса. -Кто бы меня навещал в такое время? — удивился Инуи и они с Дракеном поспешили в холл. Всю последнюю неделю Сейшу учился ничему не удивляться, повысил дозировку успокоительных и снова принимал антидеприсанты, так что морально он был во всеоружии. На тумбочке для обуви сидел Майки и печатал в своем телефоне, Коконой же стоял спиной к ним и расматривал картину висевшую на стене. Он обернулся на звук вошедших, его тонкие губы растянулись в улыбке: -Доброй ночи, дорогой. Я надеюсь мы не помешали. Малыш, твой новый парень негостеприимен и молчалив. Кстати очень паршивенькая копия, — Коко кивнул в сторону картины, пристыжая Луиса за дешевый вкус. Инуи вспыхнул, это была его картина, он согласен с тем, что репродукция была низкого качества, но он купил ее на гаражной распродаже и это был полный триптих «Сад земных наслаждений» Босха и за все три створки он заплатил сорок долларов, за такую сумму глупо ожидать качественной копии, но картина ему нравилась, а Хаджиме с его эстетическими инфарктами может сходить в жопу. -Мы рады гостям, которых приглашали. Это моя картина и она мне очень нравится, так что свою критику можешь брать в охапку и пиздовать отсюда нахуй, — сложив руки в карманы Сейшу отвернулся к Дракену, — Ты говорил Майки где живешь? -Нет, я не знаю, что они тут делают, — Рюгуджи искренне не понимал, как эти двое тут оказались, — Каким хером вас сюда занесло? Сано отвлекся от своего занятия и включился в разговор: -Привет, Кенчик, как дела у твоего телефона, он не сломан? -Майки, кроме шуток, что ты тут делаешь? -Мы были тут неподалеку вспомнили, что тут живут наши добрые друзья и решили обрадовать их своим визитом, — Манджиро, пригласивший сам себя, уже обувал тапочки для гостей, — Я переживал за тебя, Кенчик, ты не брал трубку, а потом заблокировал меня. -Вас же Шин увозил в Сими-Хиллз, посмотреть парк Реджада, что вы в Санта-Монике делаете? — Сейшу был обескуражен, он переписывался с Шиничиро сегодня утром, тот говорил, что они вернутся завтра, как раз к Новому Году. -Тут ресторан Саро, нам его Вакаса порекомендовал, там действительно очень вкусная итальянская кухня, вам стоит там побывать, — Коконой, последовав примеру Майки, снял пальто и стал разуваться, — Мы их решили оставить одних, пусть отдохнут и побудут вдвоем. Как приличные гости, мы принесли с собой бурбон, где у вас кухня?