Вечер работы фонарей

Правда ли то, что сидеть в душном кабинете очень неприятно? Да, несомненно. Так и думал Достоевский, уже выходя на крышу одного из зданий. Небо затягивали облака, смеркалось, наставала полная тишина и прохлада. Темнота идеально подходит под аметистовые глаза. Свесив ноги с крыши, Федор сидел так в его любимом покое. Ночные фонари внизу начинали свою работу, а юноша сидевший на краю только её закончил. Приятная прохлада так и пробирала тёмные волосы и худощавое тело молодого парня, тот был не очень одет по погоде, но и уходить тот не собирался. Ему нравилось сидеть в полной тишине, но всё же холод сейчас пробирал куда больше чем обычно... Опуская голову ниже, Достоевский, заметил знакомый силуэт который оживлённо шагал по тротуарам около дороги. Федор конечно знал кто это был. Человеческий силуэт снизу поднял голову, а через несколько секунд пропал да и вовсе. Достоевский и не обернулся когда услышал шаги позади него... – Приветствую, милорд. Позволите составить вам компанию? – послышался знакомый голос так же позади юноши – Разве когда-то тебе требовалось моё разрешение, Гоголь? – отвечал тот тем же вопросом, а после снова услыхал шаги которые приблизились вплотную. Рядом сел беловолосый паренёк. Улыбаясь тот смотрел на Достоевского, а он в свою очередь только вздохнул – Зачем пожаловал? – отвечал Федор уже потом переводя взгляд на Николая – Да нет, мне ничего и не нужно. Просто искал тебя! – достаточно громкий голос послышался со стороны, такой звонкий голос Николая – Ты так просто не приходишь... Что-то может случилось что ты говорить не хочешь, но это меня мало заботит. Анекдоты не травишь.. ох, я знаю в чем дело. Ты устал за день? – не сводя фиолетовых глаз с белых волос говорил Достоевский, ему они правда в какой-то степени нравились. Гоголь чуть промолчал же, он устало отвёл взгляд вниз – Видимо это так – говорил тот так же спокойно. Николай же как будто снял маску, он правда сильно устал, этот день был правда нагруженным. Гоголь заметил взгляд Достоевского на своих волосах, как тот их разглядывал.. – Не уж то тебе нравятся так мои волосы? – говорил Коля чуть смеясь – Можно и так сказать... Они мне напоминают только что выпавший снег, чистый как слеза невинного дитя... – затихающим голосом говорил Достоевский – Так мои волосы никто не хвалил, да их никто не хвалил вовсе... Хм.. если хочешь можешь что-то типо того.. взять в руки косу мою? – говорил Николай зевая, он так бы и пал смертным сном на этой крыше... – Я не уверен что смогу собладать со своей способностью, я плохо контролирую её сейчас из-за усталости – неловкое молчание нарастало всё сильнее, но Николай его прервал – Ну, если умирать тогда только от твоих рук.. – говорил Коля улыбаясь, после тихо добавляя сказанное – От рук любимого человека пасть я не против... – после этого Гоголь осознал что сказал это в слух и отвернулся, одной рукой держа свой рот. То же молчание вновь нарастало, неужели тот так легко проболтался? Из-за усталости Гоголь не контролировал свои мысли и мог что-то сказать и вслух.. – Это шутка! – после этих слов Гоголь засмеялся так же звонко как и обычно. Достоевский ничего не ответил на это, так же показывая этим что шутка была не такая уж и смешная.. шутки по поводу чувств Федор достаточно сильно ненавидел, хоть и знал что Николай шутит по всем поводам. Темноволосый только опустил взгляд на дорогу, а после уже и не замечая Николая рядом... В это время Гоголь ускользнул с ужасным смущением... После тот уже пришел в свою комнату, что ему дал Достоевский, это означало что то может прийти в любое время к нему и что-то обсудить. Хоть и Гоголь был взволнован, но он смог как-то перевести дыхание, успокаиваясь. Использование способности дало о себе знать и резкий сон явно настиг того, но было хорошо то, что тот хотябы был около кровати, просто спиной завалившись на неё. Пепельные волосы знатно были потрепаны, на утро пришлось всё переплетать... Гоголь не выспался к сожалению, будучи снова чуть более вялым, чем обычно. Это было не так сложно, понять то, что тебя могут отвергнуть, но всё же он надеялся на положительный ответ.. В ту ночь Достоевский тоже почти не спал, из-за бессонницы, а так же из-за своих размышлений, по поводу того что сказал Николай. Федор куда меньше волновался, скорее был в замешательстве, была ли это шутка или это было его признание? Тот быстро пришёл к выводу и плану как это узнать... Сигма легко должен с этим справиться, но вот только тот хотел чтоб это оставалось в приватности... Спросить напрямую? Вариант самый лучший, но тот и не знал как задать этот вопрос так чтоб Гоголь не ушёл от него каламбурами... Прошло достаточно много времени, все занимались своей работой. Снова же, под конец дня, Достоевский уже не был настолько уставшим... А вот Николай... Николай устал снова, это правда, но всё же умело скрывал это. И в этот раз Федор сидел на крыше, но уже передал "шуту" что хочет поговорить, на том же месте что те встретились вчера, Коля явился, он бы не смел ослушаться – Что-то надобно от такого человека как я? – говорил тот заходя на крышу – Да, разговор. Сядь со мной – говорил Достоевский приближающимся шагам. Гетерохромик так и сделал – О чем же ты хочешь поговорить? О, кстати, я такой анекдот придумал! Рассказать? – безуспешно пытался перевести тему Николай – Гоголь, не строй из себя шута хоть сейчас, а так же тебе не стоит уходить от темы так. Я хочу поговорить о твоих вчерашних словах – беловолосый замешкался, но так же ,не показав, этого ответил – Так это была шутка? – уже с достаточно громким сердцебиением говорил тот – Не стоит врать мне. Расскажи мне о своих чувствах. Я не Сигма чтоб читать тебя – говорил непринужденно Достоевский, от чего, от волнения, у Николая аж кровь в жилах стынет – Ладно... Я всегда шутил по этому поводу, никак не решаясь рассказать... Тот же пример вчера, я устал и не проследил что говорю. Эти слова правдивы, ты мне правда нравишься... Я люблю тебя – последние слова тот говорил даже будто безразлично, но всё же волнение было – Я долго размышлял на эту тему. Ты мне тоже симпатичен. Я думаю что ты мне тоже нравишься, но есть проблема. Я не умею в любовь, я не понимаю что нужно делать в этом от слова совсем. Даже те книги которые я успел прочесть, они мне никак не помогли. Я к тому что тебе придется всё делать самому в первое время, пока я не пойму что нужно делать в тех или иных случаях. Если ты конечно готов к этому, я не хочу давить на тебя, мы можем просто разом это забыть и не упоминать никогда больше. – выслушав Достоевского, Николай продержал паузу, снова размышляя и пытаясь успокоиться. Гоголь был очень рад что его не отвергли – Конечно я буду рад тебя как-то обучить этому... Можно даже сейчас это начать делать что-ли? – уже с полной радостью говорил белобрысый и улыбаясь при этом. Он выглядел таким живым... – Прям сейчас? Я не против. Что мне нужно делать? – говорил Федор смотря на Гоголя – Тебе, конкретно... Ни-че-го!– обладатель аметистовых глаз может даже был в замешательстве, что тот хочет сделать, поэтому промолчал. Николай же обнял Достоевского, ярко улыбаясь. Николай уткнулся в шею темноволосого. Федор ничего не говорил, только начиная поглаживать светлые волосы возлюбленного... Луна была несменна, а так же ещё сильнее любима этимии двумя