Он понял, что

Все знали, что Эмир Козджуоглу был одержим Нихан Сезин. Все знали о его не здоровой любви к ней. Но никто и никогда не осмеливался ему говорить об этом. Все его уважали и боялись. Никто не хотел переходить ему дорогу. Но только не она. Только не Джерен Карачай. У нее отсутствовал инстинкт самосохранения. Она без малейшего страха говорила ему то, что не мог сказать никто другой. Никогда не приклоняла голову при его появления, всегда держалась гордо и ровно, смотря с вызовом. И ей было похуй, все равно, что он - Эмир, являлся ее начальником. Что захоти, и она сразу же окажется на улице, без работы и дома. Что если он захочет, то перекроет ей кислород. Но Эмир знал, что она не окажется в таком положении. Потому что она была не такой как все. Не всем удавалось из простой прислуги стать женой одного из наследников Карачая И почему-то, Эмир был уверен, что Джерен захоти, оставалась бы в статусе замужней Миссис Карачай. *** Джерен знала, что не смотря на ее связи, не смотря на ее не хилый счет в банке после развода, если его разозлить, он может превратить ее жизнь в ад. Знала и при этом не боялась. Она была из таких, кто никогда не отступал от своего, она добивалась того чего хотела. Она никого не боялась. Всегла шла к поставленной цели, ни смотря на препятствия, ни на падения. Если у неё была цель, никто и никогда не мог ей помешать. А в этот раз, её целью был Эмир Козджуоглу. *** Джерен говорила ему всю правду и при этом била наотмашь. Пытаясь открыть ему глаза на его чувства, пытаясь наконец оставить свою женушку и ее верного рыцаря Кемаля. Он упустил тот момент, когда все смешалось. Упустил момент, когда они стали намного ближе, чем начальник и подчинённая. И как ни странно, рядом с ней, он начал забывать о Нихан, о одержимости ею, о любви к ней. Рядом с Джерен он терял голову. От её отзывчивости, ласки и взаимности. Рядом с ней, не взаимная любовь к Нихан отходила на задний план, терялась где-то там, в шуме реального мира. Вспоминал о ней лишь тогда, когда Карачаевская сука была далеко. Тогда, он вновь становился одержимым мужем - психопатом. *** В один момент, даже рядом с его такой любимой как казалось когда-то Нихан, перед глазами начали появляться ее игривые зелёные, наполненные азартом и вызовом глаза. Какая ирония..сменить одни зеленые глаза на другие В миг, вся одержимость Нихан прошла. Она была чужой, такой далекой и холодной, что внутри все замерзало. Эмиру больше не хотелось, чтобы она была его, не хотелось ее прогнуть под себя, подчинить и тем более, не хотелось ее любви. Эмиру стало все равно на этого рыцаря Кемаля, который каждый раз якобы хотел спасти свою принцессу из лап кровожадного дракона. Но у него никогда не получалось. Все его мысли занимала лишь Джерен. Ему все время хотелось побыстрее оказаться рядом с ней. Вновь говорить с ней, спорить, сориться и мириться страстно, жарко. *** Она открылась ему неожиданно, чем повергла его в шок. История рассказанная ею была чем-то с родни нереальной. Хотя и его не была детской сказкой. В голове крутилось лишь то, как такая хрупкая девушка, смогла все это пережить, не сломаться, не свихнуться? Смогла выстоять наперекор всем. Джерен Карачай, поистине была сильной женщиной. Эмира брала злость, ему хотелось уничтожить этих братьев, хотелось поголовно заставить всех заплатить за все то, что они заставили её пережить. Нет, Эмир ее не осуждал, не хотел и не имел права. Он слишком был к ней привязан, чтобы осуждать. Слишком относился к ней по-другому. Или все же, он её просто слишком любил. После затянувшегося молчания, она уже встала, чтобы уйти, но он притянул ее обратно, усадил рядом с собой, прижал крепко к себе и почему-то рассказал о своей жизни. Рассказал обо всем. Она слушала его молча. Эмир ожидал сожаления, но малышка Карачай вновь его удивила. Джерен его не жалела, не смотрела на него глазами наполненными горечью. Она просто тихо поддержала. Так, как умеет лишь она. **** Он больше не мог возвращаться в дом к своей так называемой любимой жене, делить с ней одну комнату и терпеть ее истерики. Решение пришло быстро и спонтанно. Просто отдал приказ своим адвокатом, чтобы подготовили документы на развод. И через неделю, придя домой, кинул эту папку на стол, где обедали члены семье Сезин. Все удивлено замерли, когда из его уст прозвучало безапелляционное: "Мы разводимся" Нихан начала с остервенением листать документы в папке и с неверием смотреть на него. Она была уверена, что это какая-то очередная игра Эмира. Что Эмир не мог так просто отпустить, прийти и дать документы на развод после всего, что было. Но Эмир не шутил, он и близко не шутил. Ему по скорее хотелось разобраться со всем этим дерьмом и вернутся к своей зеленоглазой, капризной принцессе, которая не покидала его мысли ни на миг. *** Она была полной противоположностью его жены. Если Нихан всегда злилась, ненавидела и смотрела волком, то Джерен была буйной, веселой, азартной, порой капризной и с непростым характером. Носилась в их квартире как ураган. И была такой милой и уютной в его рубашке, что в душе разливалось тепло. Джерен не спрашивала, можно ли ей брать его рубашки, она просто надевала их и ходила по квартире. Никто не носил его вещи, ни одна девушка не смела к ним прикасаться, даже в своих самых смелых мыслях. А Нихан, тем более, за километр обходила Эмира, не то, что его вещи. Его жёнушка была зациклена лишь на своем Кемале. Что тошно становилось, при его упоминании. И Нихан всё-таки подписала бумаги, не сразу, спустя два дня. Скорее всего, после того как с Кемалем перепробовали все варианты, с чего вдруг Эмир решил развестись. Нихан пришла к нему в офис сама, с бумагами. Прошла в его кабинет, по хозяйски устроилась в одном из кресел и начала свой разговор. Эмир видел как Джерен ревновала. Прожигала взглядом его уже бывшую женушку. Зашла в его кабинет гордо, протянула папку, сказав о каких-то важных подписях. На автомате подписал все документы, ухмыляясь и смотря на нее. Вышла она также гордо как и зашла, при этом, даже не удостоив взглядом его бывшую жену. *** Вечером, возвратившись в их квартиру с его вещами, Эмир обнаружил ее в гостиной. Спящей в его рубашке, белокурые волосы были хаотично разбросаны на подушке, ресницы подрагивали, а губы были немного приоткрыты. И тогда, он понял, что никогда больше ее не отпустит. Никогда и ни за что.