Вишнёвоволосый истребитель

Я лежал на ветке дерева и смотрел на луну. Я размышлял о своей жизни, как после меня осенило. Почему мне не попросить бы Тамаё поработать над моим телом? Я спрыгнул с ветки и на всей скорости побежал в Токио. Спустя час я уже был в городе. Я по памяти направился к их прошлому убежищу. Спустя минут 10 поисков я смог войти. Если барьер стоял, то Юширо определённо почувствовал меня. Я, уже по отработанной схеме, запрыгнул на ветку дерева и начал ждать их. Я помню, что мы договаривались, если мне что-то понадобиться, то надо пройти через барьер и Юширо почувствует меня, но сейчас мне было интересно, придут они или нет? Прошло около часа. Я заметил два тела, что прошли через барьер и оглядывались. Я спрыгнул с ветки дерева. Они посмотрели на меня и ужаснулись. — Танджиро? Но почему ты… — Долгая история. К вам пришла кровь, что я отправил к вам с помощью кошки? — перебил я Тамаё. — Да… Но мы думали, это кровь какой-то высшей луны… Так вот почему кровь была похожа на кровь Незуко… — Можете не волноваться, я сохранил человеческий разум и воспоминания. У меня к вам просьба. Можете снять с меня контроль и проклятие прародителя? — Да, я могу попробовать… Но после этого ты будешь долго восстанавливаться… — Я согласен. — Почему ты не хочешь дождаться противоядия, обращающее демона в человека? — Я получил огромную силу с помощью обращения в демона. Она понадобится мне для победы над прародителем. — Хорошо, теперь я точно помогу тебе. — Э… Спасибо. Мы прошли в поместье Тамаё. Юширо смотрел на меня с подозрением, а я же просто посмотрел ему в глаза. Он немного поёрзал, но пялить на меня он перестал. Мы прошли в подвал дома. Меня предупредили, что это займёт очень много времени и будет больно, но я всё равно был согласен. Если этого не сделать, то мои шансы на победу будут очень маленькими. Слава богу, прародитель отправил нас на долгое задание и ослабил контроль надо мной. Тамаё ввела в меня большое количество яда, который не позволит мне регенерировать долгое время. Дальше я не особо помню, что происходило. Так как яд быстро распространился в моём теле, Тамаё сказала мне, что этот яд сделан с помощью крови демонов, что я присылал, когда был человеком, но сейчас яд был усилен ещё и моей кровью. Ядом занимался Юшибо, в то время как Тамаё что-то творила с моим телом. Конечно же, я не умру, даже если не буду регенерировать сейчас, но мне пришлось терпеть поистине адские муки. Даже наказание прародителя за непослушание не было таким болезненным, как операция на моём теле. Я, честно сказать, кричал первое время. Юширо, словно садист, вводил меня яд, как только я начинал слабо регенерировать, но я напомню, что этот засранец усилил яд. Как же было больно. Дальше я не стерпел и потерял сознание. Очнулся же я когда операция была завершена. Всё тело адски болело. Тамаё, как увидела, что я очнулся, выдохнула с облегчением. — Я так рада, что ты пришёл в себя! — Я себя дерьмово ощущаю… Давайте на потом всё это оставим… Расскажите, что вы сделали с моим телом, и почему оно так адски болит? — Ну… В тебе было очень много крови Музана, не удивительно, что ты так переживаешь эту операцию. Мне пришлось удалить клетки Музана напрямую из твоего мозга, из-за чего у тебя теперь обычные демонические глаза с белой склерой и вытянутым зрачком. Проще говоря, с удалением клеток ты вышел из дюжины бесовских лун, ты не находишься под его контролем, но всё также бессмертен и силён. Опасность операции была в том, что его клетки могли взбунтоваться, почувствовав, что их удаляют, но с помощью усиленного яда против регенерации, они не смогли уничтожить тебя, так как они не смогли регенерировать потерю других клеток, а без этого, они не смогли превратиться в нечто из твоего тела и убить тебя. Как-то так. — Честно… Не особо чё-то понимаю… Но всё круто, да? — Да, — проговорила с успокаивающей улыбкой Тамаё. — Хорошо… А где мы, кстати, находимся? Интерьер совсем не тот, что в прошлом доме — осматриваясь, проговорил я. — Это другое наше убежище. Мы не могли рисковать и перенесли тебя сюда, так как туда мог наведаться Музан, ведь он определённо почувствовал, что ты вышел из его контроля. — Музан… Ублюдок… В скором времени… Я убью тебя, — проговорил я, скалясь от злобы. — Не скоро, так как ты будешь ещё долго восстанавливаться. Твоё тело перестраивается. Для твоего быстрого восстановления есть людей не обязательно, да и теперь не нужно. Госпожа Тамаё перестроила твой желудок. Будь благодарен! — проговорил Юширо, входя в комнату, где я разговаривал с Тамаё. — Кстати… А сколько я спал? — Две недели, — сказал прямо, как отрезал, Юширо. — Твою мать… А восстанавливаться мне сколько? — Месяц, — всё также прямо ответил Юширо. Я хотел заорать от такого времени, но смог сдержаться. Прошло уже несколько дней как я очнулся. Всё это время я тренировался. Тренировал своё тело, дыхание и владение катаной. Всё же я давно не тренировался. Нет, я, конечно, участвовал в множестве боёв с демонами, но нельзя было забывать основы. Всё оставшееся время прошло в тренировках. До своего ухода я ещё раз отдал свою кровь Тамаё. Она сказала, что в скором времени лекарство будет готово, так как я демон, в которого Музан влил чуть ли не половину своей крови, из-за чего лекарство должно было появиться раньше по изначальному сроку в несколько лет. Тамаё сказала, что примерное время на изготовление лекарства — это 2–3 недели. Меня обрадовал такой результат. Я выдвинулся ночью. Я немного побродил по Токио, а после отправился в поместье Убуяшики. Спустя несколько часов я уже стоял на входе в поместье, и я хотел постучаться, как вдруг дверь открывает жена Кагая и приглашает меня внутрь. — Дежавю, — проговорил я, удивляясь с того, что меня спокойно пропустили в дом. — Танджиро, это ты? — проговорил Ояката-сама. — Да, — придя на голос, проговорил я. — Я тебя ждал. — Как вы узнали? — Тамаё всё рассказала и отправила твоего ворона к нам. — Ворон… Неужели Сцуми? — Да! Кар! — влетая в дом, проговорил ворон. Он сел на моё плечо. По всей видимости, он скучал, если позволил себе залететь в дом Оякаты-самы. Ояката-сама лишь улыбнулся. — Когда ты пропал, я отправил твоего ворона к Тамаё, если бы ей что-то понадобилось. Я очень рад, что ты вернулся, Танджиро, — проговорил со своей улыбкой Ояката-сама. Я невольно печально улыбнулся. Всё же, я скучал по нему, видимо, как и он по мне. — Я тоже очень рад вас видеть. Как я погляжу, проклятие Музана становится всё серьёзнее? — смотря на перебинтованную половину лица Оякаты-самы, сказал я. — Да… К сожалению, мне недолго осталось. Расскажи мне, что ты делал, когда был в составе высших лун? Я рассказал всё Оякате-саме. Я рассказал про то, что мы с Кёджуро сражались против всех шести высших лун, четверых из которых мы убили, а четвёртая и первая выжили. Также я сказал, что после боя, когда я очнулся, я и Ренгоку уже были демонами. Ояката-сама был зол на Кибуцуджи Музана, так как он за время своего существование сделал много плохого, и даже сейчас. Я рассказал про то, что Ренгоку теперь не тот, кем был раньше. Он утратил все свои человеческие воспоминания, он больше похож на бывшую третью луну — Аказу. Я рассказал всё, что я делал и о планах Музана, я даже рассказал, что мне пришлось есть людей, но я ел только преступников, а ещё я рассказал про группу истребителей. Я раскаялся перед Кагаей, ведь я давал им шанс уйти. — Я убил их безболезненно, а после съел, мне очень жаль… Тогда они наткнулись на меня, когда я был очень злым… Простите, Ояката-сама! — сказал я и поклонился, ударяясь лбом об пол. — Уже ничего не исправить… Хорошо… Главное, что сейчас ты с нами, а за тех охотников я помолюсь, — сказал грустно Ояката-сама. — Ещё раз простите! После же я поведал ему о том, что уровень высших лун сейчас сильнее даже без меня, чем был до этого. Так как у них осталось четыре высшие луны, которые превосходят в силе прошлый состав, я сказал Оякате-саме, что надо тренировать охотников на демонов. Я же помогу всем, чем смогу. Ояката-сама согласился и направил моего ворона к другим, чтобы те собрали всех столпов прямо сейчас. Простыми словами, собрание столпов. Мы ещё час так разговаривали, как прилетел мой ворон и сообщил, что все столпы собрались во дворике. Я же помог Оякате-саме встать и повёл его к столпам. Выражение лиц на столпах я никогда не забуду. Я хотел прямо там заорать во всю голосину, но сдержался, лишь немного улыбнувшись им. Те хотели меня убить на месте, так как видели мои глаза и мощь демона. — Успокойтесь, Танджиро не находится под властью Кибуцуджи Музана, и людей он не ест. — Но Ояката-сама! — крикнул Обанай. — Танджиро не ест людей, конечно, он съел несколько, как только стал демоном, но он съел ужасных преступников, сейчас же ему хватает простой человеческой крови, как и двум другим демонам, — сказал Ояката сама. Я же стоял сбоку от него, держав за руку, тем самым помогая ему стоять. — Видимо, Ояката-сама, вы решили рассказать им про Тамаё и Юширо? — спросил я. — Да. Это два демона. Тамаё — демон с эпохи сенгоку, которая тогда выбралась из-под контроля Музана, а Юширо — демон, обращённый Тамаё по его воле, ведь иначе бы он умер. Они перестроили свой организм, так что им достаточно только крови в безвредных количествах для человека, а также они помогли Танджиро освободиться от проклятия Кибуцуджи Музана. Поэтому, прошу не считать Танджиро, Тамаё и Юширо врагами. Они, наоборот, наши сильнейшие союзники! Танджиро, слово тебе. — Как и сказал Ояката-сама… Я, Тамаё и Юширо союзники для человечества в борьбе с демонами, хоть сами и таковыми являемся. Госпожа Тамаё является врачом. Она помогла мне снять контроль Музана, из-за чего я перестал быть первой высшей луной. Поведаю вам и о том, что Кёджуро Ренгоку — это третья высшая луна. Он утратил свои человеческие воспоминания, из-за чего сейчас он злой. Он больше не тот, кого вы знали когда-то, ну, а я же их сохранил. Прямо сейчас Кибуцуджи Музан ищет один цветок… Вроде, он называется «Голубая паучья лилия». Как мне известно, с помощью этого цветка он сможет победить солнце… Прямо сейчас, даже без меня, нынешний состав высших лун является сильнейшим! А я один вас всех могу убить, даже не особо парясь. Поэтому, вам нужно тренироваться и пробудить особую силу, которая известна как «Метка». Если же вы не справитесь, человечество будет суждено сгинуть во мраке демонов, и мы больше никогда не сможем одержать победу над Музаном! Именно поэтому, госпожа Тамаё и Юширо создают лекарство, способное из демона сделать обратно в человека! Они планируют отравить им Музана, а после мы уничтожим его, но сейчас рано об этом думать. Вам, как и другим охотникам на демонов, надо тренироваться! — проговорил всё я почти на одном дыхании, а после же я смотрел на реакцию столпов. За время, что я говорил, я видел радостный взгляд Шинобу, и непонимающий от Гию. От других же веяло недоверием и враждой. — А как эту силу… Как вы точнее сказали… Метку… Пробудить? — спросила столп любви с розовыми волосами. — Как мне поведал один мой сенсей… Метка пробуждается, когда сердце бьётся свыше 200 ударов в минуту, и когда температура тела достигает 39 градусов по Цельсия. Простыми словами, тренироваться, пока не потеряешь сознание. Дальше вопросов не было. Столпы не смотрели уже на меня так враждебно, они лишь разглядывали меня, но мне было всё равно на них, кроме Шинобу и Гию. — Я закончил, Ояката-сама, — прервал тишину я. — Я думаю, что всё-таки у кого-то остались вопросы, — сказал Ояката-сама, а дальше понеслось. Столпы спрашивали то меня, то Оякату-саму. Мы же отвечали на всё. Один из вопрос был на подобии «А где сейчас находятся Тамаё и Юширо?», я же ответил, что они сейчас в убежище, но потом будут перенаправлены в поместье бабочки для того, чтобы Шинобу Кочо, как разбирающаяся в ядах против демонов, помогла им. Дальше были не столь важные вопросы. Я обратился к Оякате-саме по поводу моего местонахождения. На что тот, запомнив, что я люблю Шинобу, ответил, чтобы я находился в поместье бабочки «для защиты госпожи Тамаё и Юширо», при этом он немного улыбнулся. Столпы ещё о чём-то общались с Оякатой-самой, я же, обратив внимание, что солнце скоро встанет, сообщил об этом Оякате-саме, на что тот отправил меня в поместье бабочки, а сам же позвал своих двух дочерей.