Первая встречная, люби меня вечно

      Сначала Гермиона долго плакала, отгородившись от сопереживающей ей подруги, которая пыталась выяснить, что произошло. Гермиона чувствовала себя куклой, с которой игрались. Это было ужасно обидно. Вдвойне обиднее было то, что человек, игравший её чувствами, был крёстным её лучшего друга. Она доверяла Сириусу, он был тем, кто стал проводником в её счастье, а потом он же взял и разрушил всё. Хотя было ли это счастье? Всё было подстроено.       Потом Гермионе уже нечем было плакать, и она села на кровати, обхватив колени руками. Она пыталась подключить разум и посмотреть на ситуацию с другой стороны. Сириус же не знал, что это она. Наверное, не знал. Но, когда они встретились на Гриммо, ему же стало всё понятно. Почему он не признался, а решил мучить её?       Гермиона недолго об этом думала. Вскоре разум её начал подкидывать некоторые интересные детали, поднимающие вопрос: почему же Всезнайка-Грейнджер не догадалась, что Сириус = Рональд? Только сейчас перед Гермионой начали мелькать моменты, кричащие об обмане: взгляд Сириуса, которым он на неё смотрел — это взгляд Рональда, когда тот испугался, что Гермиона уйдёт; аристократические манеры, не присущие такому безалаберному пацану и удивившие Гермиону; и, наконец, запах Рональда в комнате Сириуса. Те духи, которыми он пользовался и которые случайно уронила Гермиона. Она-то считала, что сходит с ума, а оказывается, над ней открыто смеялись. Гермиона повернула голову в сторону двери. Не хотелось, чтобы её такой увидели мальчишки. Сейчас она вовсе не та «бессердечная» зубрила. Ей впервые было настолько больно, но этим не с кем поделиться. Она представила, как подходит к Гарри и говорит: «Представляешь, я влюбилась в твоего крёстного в чужом теле. И теперь не знаю, что мне делать». Это звучало глупо и запутанно, а ещё Гермионе казалось, что, если Гарри воспримет это всерьёз, то сразу побежит к Сириусу, а Блэка в её переживания точно вплетать нельзя. Нельзя его подпускать близко, он уже достаточно посмеялся.       Сириус сел на кровать, уперев локти в колени и накрыв ладонями голову. Он просчитался. Хотя, откуда ему было знать, что Гермиона вернётся, что тихо войдёт к нему, не дав даже малейшего шанса? На кровати сидел Рональд, ещё не вернувший Сириуса, но уже ни для кого не имевший значения. Рональд умер вместе с раскрывшейся тайной.       Блэк встал и подошёл к комоду. Взяв в руку духи, он сначала покрутил флакон, а потом с яростью швырнул в стену. Стекло не разбилось — оно было слишком плотным, отчего Сириусу показалось, что над ним издеваются. Рональд решил оставить свой след и ясно показал, что выжечь его будет не так просто, если вообще возможно будет это сделать. Сириус хотел пойти к Гермионе и поговорить, но в данный момент у него не было слов для оправданий, он сам себя ненавидел за весь этот обман, хотя, как обычно бывает, мы начинаем себя ненавидеть только тогда, когда обман вскрывается. Наверное, мы виним себя за глупость, за невнимательность, позволившую так легко подставиться. У Сириуса был идеальный план, но теперь это казалось лишь ребячеством.

***

      Римус нервно постукивал пальцами по столу и прятал взгляд, напротив сидела Тонкс весело наблюдая за волнением Люпина. Этот мужчина сделал колоссальные усилия, пригласив её на свидание, но сейчас, как мальчишка, стеснялся, глупо улыбался, когда их взгляды встречались. Дора хотела, чтобы Люпин уже успокоился и посмотрел на неё так, когда они только познакомились. В тот день Римус пришёл на Гриммо по приглашению Сириуса. Хозяин дома был наверху и с кем-то бурно что-то обсуждал. Римус терпеливо сел на диван и стал ждать, когда наверху стихнет обсуждение, чтобы никого не прерывать. Вопреки ожиданиям, обсуждение не закончилось, но люди переместились на лестницу и, переговариваясь, спустились вниз. Они замолчали лишь в тот момент, когда Дора повернула голову, заметив ещё одного гостя. Люпин разглядывал девушку с нескрываемым восхищением. Он ещё не влюбился, но она ему понравилась. Её волосы были нежно-розового цвета, что было необычно и интересно. Её улыбка не была скромной или застенчивой, Тонкс улыбалась широко и немного нагло. Протянув первой руку, она вывела Люпина из ступора. — Римус, — произнес он, подхватывая женскую кисть. — Тонкс, — звонко произнесла она.       Римус знал о ней по рассказам Сириуса, но то, что он представлял, расходилось с реальностью. Вскоре он понял, что девушка очень похожа характером на своего дядю. Римус не смог оставить это без внимания — для него Сириус был тем, кто когда-то принял его со всеми недостатками, как сделали это и Джеймс с Лили. Теперь Люпин надеялся, что Тонкс не испугается и не отвернется, когда узнает о его сущности. К великому удивлению, она уже и до личного знакомства всё знала.       Теперь влюбленный по уши Римус сидел напротив девушки, нервно отбивая ритм пальцами. Они ждали свой заказ и молчали, боясь натянутого разговора, от которого обоих потом будет тошнить. — Как думаешь, Сириус действительно смог отыскать Рональда? — задала вопрос Тонкс, ведь Блэк у них был пока что единственной общей темой для обсуждения. — Я уверен в этом, но, боюсь, его поиски прошли не без авантюры. — А когда он вообще без неё обходился? — спросила Тонкс, уже хорошо изучив биографию дяди по его собственным рассказам, рассказам матери и редких воспоминаний Орденовцев. — Я волнуюсь за Гермиону, для неё это слишком важно, а мальчишки непредсказуемы, — грустно произнес Римус, вспоминая своё детство и отношения, за которыми ему приходилось наблюдать. — У неё есть мы, друзья. Её не оставят одну, — успокоила Тонкс, мягко улыбаясь.       Им принесли заказ. Теперь можно было позволить себе не выдумывать темы для разговора, а просто есть, иногда поднимая друг на друга взгляды.

***

      Сириус ждал следующего дня с боязнью гнева, который обрушится на него со стороны Тонкс и Люпина, которые всё узнают. Если тайна выйдет за пределы их компании, то не сносить Блэку головы.       Сириус принял решение подождать, когда Гермиона будет готова с ним поговорить и обсудить произошедшее. Она должна понять его. Он не специально скрывал свое настоящее, он просто трус, а с трусов много не возьмёшь. Да, ему было стыдно, но теперь ничего нельзя было изменить.       Сириус был уверен, что Гермиона не захочет появляться на завтраке, поэтому вышел ко всем. Но, спустившись вниз, он наткнулся взглядом на каштановую копну волос. Джинни умело веселила Грейнджер, не давая той вернуть свою грусть, о причинах которой так никому не было известно. — Сириус! — вскрикнула Тонкс и помахала ему рукой. Ей уже не терпелось узнать, как всё прошло, ведь Гермиона ничего не рассказала, но Дора была уверена, что с Блэком уж Грейнджер точно поделилась.       Сев на свободный стул возле Тонкс, Сириус удрученно вздохнул и принялся пить поставленный перед ним чай, усиленно показывая окружающим, что он очень занят. Римус внимательно следил за натянутыми движениями его друга. Здесь было что-то не так. Гермиона словно не замечала Сириуса, а Сириус будто прятался. Тонкс также обратила внимание на странное поведение этой пары. Обменявшись взглядом с Римусом, она толкнула Блэка в бок, призывая его обратить внимание. — Тебе Гермиона рассказала о их встрече с Рональдом? — прошептала она на ухо дяде.       Сириус глубоко вздохнул и отрицательно помотал головой. Заметив, что Дора хочет ещё что-то спросить, он молча встал и ушёл наверх. Все присутствующие проводили его удивлённым взглядом, и лишь Гермиона могла спокойно вздохнуть. Всё было слишком запутанно, но оставлять всё так это нельзя.