Лишнее движение.

Тюрингия концентрационный лагерь S III На улице холодно, в полумраке по крышам стучит дождь, некоторые уже залегли в кровати, а кому то пришлось спать на холодном полу вспоминая лишь громкий и отточенный хлёст от плетей. Составом в лагерь было доставлено немение пяти тысяч человек, точного счёта не было поставлено. Да и кто бы стал сосчитывать грязных вонючих русских солдат. Стоя перед «господином» опустив головы они вслушивались в некому ненужные чёртовы реплики фрица что с важно поднятой головой ходил не подалёку от них держа револьвер около плеча, изредко барабаня по его рукоятке. из одного карцера, смотря в «окно», за этим всем наблюдал Николай. Он стоял на носочках кое как дотягиваясь до небольшого окошка. В голову лезли лишь одни вопросы: как и зачем им столько людей.. Русских же и так предостаточно в лагере. Утихомирившись Ивушкин встал на обе ноги и свесив голову скорчился от покалываний меж рёбер. Скрепя зубами он уселся на подстенную лавку и зажмурившись выгнулся от резкой боли. Будто тысячи ножей воткнулись тебе в спину и ты не можешь их достать. Раны вновь стали кровоточить, танкист сунул руку под полосатую рубашку и почувствовав что то холодное, что стекало по его телу, паренёк тут же понял что это была кровь.. Хотел он было встать и снять рубашку осматривая раны, как вдруг раздался щелчок дверного замка что вёл в камеру. Быстрым рывком лейтенант оказался в углу и закрывшись руками сжался в клубочек, как будто черепаха спряталась под своим же панцирем. В карцер, медленными шагами и захлопывая за собой двери зашёл фриц, на удивление у него не было не плети, не ножа в руках.. Он лишь спокойно поправлял чёрные перчатки на руках, и с любопытством разглядывал пленного сидящего в углу. Русский медленно опуская одну из рук что считалась его защитой, разглядел перед собой высокого немца чьи глаза закрывала фуражка. —Ivushkin.–приулыбнулся фюрер сняв с себя головной убор. —*а может ты уйдёшь? Я может спать собирался. Завтра день тяжёлый. И я тебя не знаю.*—вскинув брови говорил себе танкист. Штандартенфюрер подойдя чуть поближе положил руку поверх волос пленника. Николай застыл, в страхе, что его сейчас схватят. Взглотнув и стиснув зубы он не издал не единого звука, лишь тихо и тревожно выдохнул оставив взгляд у ног незнакомца. —erinnerst du dich an mich? //ты меня помнишь?//—пригнулся немец рассматривая черты лица Ивушкина. —*я даже не знаю, о чём ты говоришь.*—отмахнулся про себя пленный всё сильнее прижимаясь к стене.Выгнувшись нацист ещё пару минут, с неким раздумием, осматривал с головы до ног несчастного русского. После чего, с капелькой холатности Ягер усмехнулся и развернувшись как не в чём не бывало покинул карцер, скомандовав унтерам что стояли по бокам держа в руках орудия, чтобы они незамедлительно отвели Николая к врачам, чтобы его привели в порядок и накормили.Но при этом чтоб не в коем случае, к Ивушкину даже пальцем не притронулись с плохими намерениями.—*Ich brauche ihn lebend.* На что оба послушно вывели Николая из камеры, поведя его в сторону медицинского корпуса. Николас же спокойно направился к своему кабинету в надежде просто побыть одному. Зайдя в комнату он оказался в хрустальной тишине, что так не хотелось разрушать. Медленно подойдя к рабочему столу немец развесил пиджак на стул лёгкими рывками вытирая пыль что насобирал на улице, с погонов. Оперевшись рукой о край стола фриц скосил губы поцарапывая перчатки из нутри, что то вновь заставило его задуматься о танкисте, но вскоре он опомнился и подойдя к небольшому шкафчику достал от туда натёртый до идеала бокал, второй рукой он схватился за бутылку с красным вином. Поскольку руки были заняты, Николас поднял уставший взгляд на открытую дверцу шкафа и закатив глаза закрыл её лёгким толчком плеча. Вернувшись к столу он стянул с рук перчатки,из за тени показались длинные пальцы и еле видные выступающие на кистях фрица вены. Бокал до половины наполнился алкоголем,да и минуты не прошло как он оказался пустым,фюрер иссушил его одним глотком и стукнув пальцем о стопку бумаг что лежали на столе, чуть покачиваясь из стороны в сторону уселся на стул устало закинув одну ногу на другую. Вскоре раздался не громкий стук в дверь, Николас резко поднял голову поправив рубашку что уже успел смять от небрежного обращения с ней. —herein! //войдите//–в пол голоса воскликнул фриц поспешно вставая из за стола.Дверь отворилась, в кабинет зашёл Николай. Опустив глаза тот закрыл дверь и стал разглядывать пол. —*ничего себе, это же пол, не голый бетон а пол..Дерево.. *—насмехался про себя танкист медленно поднимая взгляд на немца. —*здесь даже животные водятся. Удивительно.*—лейтенант вскинул брови и сунул руки в карманы только выданных ему брюк.Фюрер слегка улыбнулся смотря на распоясанного характером паренька, он кивнул в сторону стула к этому добавив: —Platz nehmen.//присаживайся//— Танкист уселся на стул осматривая каждый предмет в кабинете у немца,фашист уселся на соседний стул положив перед ним карту поле боя и красный карандаш. Зрачки Николая округлились, он сложил руки у груди и закинул одну ногу на другую показывая этим что не собирается участвовать в этом. — was ist so ernst geworden? //чего такой серьёзный стал?//– откинувшись на спинку стула возмолвил немец потирая пальцем край стола. —чё? Я не понимаю язык животных, фэрштейн? —тихо посмеиваясь заявил лейтенант, на что фриц сжал ладони в кулаки и перевёл взгляд на голубые глаза русского, это могло показаться более чем кривлянием родного языка сидящего рядом Николаса.Пленного должны были ударить по лицу или хотя бы избить за то, что языком много вертит. Однако Клаус не сделал этого, он же даже не понял что сказал танкист,но были понятно что это что то смешное для него. Фыркнув фюрер встал и повернувшись к русскому спиной важно завёл руки за спину, постояв так пару тройку минут он развернулся и хотел было сказать что то, как вдруг увидел что Ивушкина нет на стуле. Забегав глазами по кабинету тот остановился на кровати, заметив спящего в постели русского, немец в удивлении медленно подошёл к нему. Взявшись за краешек одеяла он осторожно накрыл им танкиста,на удивление фриц не стал его будить, как сделал бы любой другой человек. Усевшись обратно за стол Николас склонил голову в бок и скрестив пальцы «домиком» стал наблюдать за спящим пленником что словно кот сминал в руках одеяльце. Однако времени на умиления перед русским не было, штандартенфюрер покосился на часы что висели на стене с неким нехотением поднялся со стула натянув на себя пиджак в котором и без того было жарче не куда.Однако по уставу, всем было положено носить форму.Тихо покинув кабинет Ягер поправил воротник рубашки и чуть приподняв голову направился вдоль белых стен по коридору, целенаправленно тот шёл в сторону улицы. Он резко поменялся в поведении и глазах, стал более злым а взгляд и вовсе стал чёрствым и беспощадным. Тот приказал собрать на полигоне абсолютно всех солдат, за неделю из лагеря удрало три заключённых из за того что солдаты поленились следить за кем либо. В сторону наказания фюрер приказал военнослужащим ходить на корточках двадцать кругов, кто остановиться тот получить пулю в лоб без всяких церемоний и нюней. Тогда может они и поймут что это вам не игрушки, это война, а не детский сад и игра в солдатиков. Так прошло ещё час, после чего Николас отобрал курсантов поведя их на учения, остальных же заставил драить полы во всём лагере, да так чтобы они блестели даже в тени. Штандартенфюрер кричал на курасантов так,что чуть ли не сорвал голос на них, каждые пять минут он прочищал горло и отворачивался от них что служило паренькам даже плюсом.«Пока не видит, можно посидеть отдохнуть». Возвращаться в кабинет фриц стал только ночью, идя по сырой земле зарывшись в чёрном пальто что ему выдали пару минут назад,да и то с трудом его заставили одеться. Даже зонт он не захотел брать, просто потому что очень устал, нести в руках ничего не хотелось. Хотелось свалиться на землю, закрыть глаза и просто лежать. Его ноги были ватными, руки тряслись от перенапряжения а голос и вовсе охрип под повышениями голоса на остальных. Зайдя в здание тот спокойно направился к своему кабинету уже успев позабыть о том что Николай остался в комнате совсем один.. Зайдя в кабинет он подошёл к шкафу и открыв его развесил пальто на вешалку, пиджак развесил на студ а вместо рубашки одел чистую белую майку. Подойдя к кровати тот разбулся и свалившись на постель поспешно закрыл глаза впадая в сон, даже не замечая того что танкист спит по другую сторону кровати. Так закончился ещё один тяжёлый день из жизни концентрационного лагеря. И даже не смотря на то что Клаус и Николай были врагами, утром они лежали в форме полу месяца,согревая друг друга тёплыми прикосновениями.