Сгоревшая любовь

- Пустите меня к королю! – голос Феанаро громовыми раскатами разносился по дворцу, пока он шел в крыло, которое занимали король с женой. Глядя на пылающие гневом глаза принца, стражники безмолвно расступались перед ним. - Мой принц, но король сейчас за… - один из стражников попытался было остановить принца, но Феанаро одним движением руки отбросил его к противоположной стене: - Пшел отсюда! Наконец разъяренный принц дошел до кабинета отца и без стука распахнул дверь. Полуодетый Финвэ сидел на стуле за письменным столом, на котором стояла ваза с фруктами, а Индис, тело которой было прикрыто лишь шелковой сорочкой и белой шалью, сидела у него на коленях и с похотливым взглядом помещала мужу в рот ягоду винограда. - Мне очень жаль разрушать вашу страстную идиллию, - очень громко проговорил принц, закрывая за собой дверь и запирая ее на засов, - но мне необходимо поговорить с Финвэ. Индис бросила на мужа еще один лукаво-похотливый взгляд, слезла с его колен, закуталась в шаль и хотела было уйти, как вдруг Феанаро преградил ей дорогу: - А вы куда, госпожа Индис? Разве не должна ли королева быть подле короля? Индис, напрягшись, бросила молящий взгляд на Финвэ, но тот, как обычно, ничего не мог поделать со своим любимчиком – сыном от этой проклятой швеи. Индис пришлось сесть на стул рядом с письменным столом мужа. - Дорогой, досточтимый отец, - изо всех сил сдерживаясь, чтобы не перейти на крик, начал Феанаро, - скажи на милость, почему ты зовешь на ужин мою невесту, ничего мне об этом не сказав? Более того, пригласив туда же и мою бесценную мачеху? – принц кивнул в сторону Индис, и она вся сжалась от полного гнева взгляда пасынка. - Я обязан отчитываться перед тобой обо всех своих поступках и решениях, Феанаро Куруфинвэ? – пытаясь сохранять спокойствие, ответил Финвэ. Он схватил первые попавшиеся бумаги со стола и начал их очень внимательно рассматривать: - Разве ты не видишь, что ты мне мешаешь? - Да уж, я видел, чему я помешал! – воскликнул Феанаро и вырвал бумаги из рук отца, швырнув их на пол. - Что ты себе позволяешь, Феанаро? Я не только твой отец, но и твой король, в очередной раз напоминаю тебе! – хотел прикрикнуть Финвэ, но голос не слушался его, и ему удалось лишь прошептать. - Конечно, ты мой король. И не мне тебе рассказывать, что короли делают, а что – ниже их достоинства. Что за гадкий допрос-испытание ты учинил моей невесте? Что за блажь пришла тебе в голову? Хотя нет, в твою голову такая пакость прийти не могла, ты слишком открыт и искренен для этого. Госпожа Индис, ваших ли ручонок это дело? – гаркнул принц, обратившись в сторону мачехи. Индис приосанилась, плотнее натянула на плечи шаль и попыталась показать, что очередная истерика любимого сынка ее мужа ее мало волнует. – Конечно, по себе же судите. Если вы стали королевой, затащив короля в постель, то не распространяйте же вашу логику падшей женщины на мою невесту! – теперь Феанаро закричал в полную силу своего мощного гулкого баритона. - Не смей при мне оскорблять мою жену! – закричал Финвэ, но быстро осел под полным гнева, почти безумным взглядом сына. - А без тебя, значит, можно, да? – насмешливо ответил Феанаро и повернулся к Индис. – Дражайшая мачеха, будьте уверены, что скоро я вас навещу и выскажу все, что думаю о вас. А пока усвойте следующее: если ты, змея, еще хоть раз подползешь без моего ведома к Нерданель, то я… - Молчать! – крикнул Финвэ, и в этот раз Феанаро, как ни странно, смолк. – Имей хоть горсть уважения к женщине, которая пыталась заменить тебе мать, когда ты был совсем мальчиком. Индис внезапно поднялась со своего места и, поправив распущенные волосы, встала прямо перед Феанаро, на расстоянии половины вытянутой руки. Взгляд ее голубых глаз был направлен прямо в глаза пасынку и должен был выражать бесстрашие, но принц видел, как в них пляшет страх. - Отчего же ждать? – звонкий высокий голос Индис разрезал на миг установившуюся тишину. – Дорогой сын, приступай, вот она я, стою прямо перед тобой. - Во-первых, не смей называть меня сыном, змея, - процедил сквозь зубы Феанаро. - А во-вторых, не хочешь узнать, почему ты всегда останешься второй женой Финвэ после первой, бесконечно любимой? Ты можешь изрезать и выбросить все покрывала, салфетки и шторы, украшенные вышивками моей матери, но ты никогда, слышишь, никогда не выбросишь Мириэль Теринде из сердца моего отца! Глаза Индис наполнились слезами, однако она не отводила взор от Феанаро. - Феанаро, остановись… - проговорил Финвэ, хватаясь за голову. - Хочешь знать, почему это так и всегда будет так? – продолжил Феанаро. – Хочешь знать, почему я никогда не любил тебя? Потому что Мириэль, моя мать, столь же ненавистная тебе, как и я – вечное напоминание о ней, любила моего отца, любила всей душой без остатка, как и меня. Именно поэтому она и ушла. А что сделала ты? Я не могу судить о раннем периоде ваших отношений, я не был их свидетелем. Но что ты даешь отцу сейчас, помимо плотских утех? А что берешь? Думаешь, я не вижу, как ты рвешься к власти, как пытаешься превратить его в марионетку, которая бы танцевала так, как тебе хочется? Мама заполнила душу отца любовью; тебе же и дела до его души нет. Ты не знаешь, о чем он думает, когда ночами, после ваших плотских радостей, ходит по уснувшему дворцу, о чем ноет его сердце, о чем кровоточит душа? Нет! Ты из некогда великого вождя эльдар, одного из первых, кто повел свой народ на Благословенные Земли, сделала короля-болванчика, над которым смеются его собственные подданные, короля, который занимается лишь тем, что любит тебя в королевских покоях да водит во дворец молоденьких натурщиц. Запомни, Индис: никакие интриги, чары, уговоры не помогут тебе занять место Мириэль в сердце отца. И ты никогда - слышишь!- никогда не станешь Мириэль. Феанаро закончил свою обличительную речь и с ненавистью посмотрел на мачеху. Из глаз ее двумя дорожками бежали слезы. Финвэ сидел за столом все в той же позе, обхватив голову руками. - Ты не Манвэ Сулимо, дорогой сын, чтобы судить меня, - заговорила вдруг Индис, сглотнув комок в горле. Феанаро, собиравшийся уходить, с интересом развернулся на звук ее голоса. - Тебе многое неведомо, а ты судишь так, словно знаешь все, что происходит в сердцах эльдар. Знаешь ли ты, как я тянулась к тебе, когда ты был совсем маленьким? Я пыталась привлечь тебя игрушками, прогулками, даже готова была сходить с тобой в настоящую кузню, но ты упорно отвечал, что не любишь меня, потому что я не твоя мама. Знаешь ли ты, каков был твой отец, когда мы сошлись? Он почти истаял от горя, став полупризраком. Лишь благодаря моей любви ты видишь его сейчас перед собой живым и здоровым. Об остальных оскорблениях, что ты отпустил в мой адрес, я говорить не желаю, пусть это останется на твоей совести. - И все же, ты никогда не будешь Мириэль, - уже спокойным голосом повторил Феанаро и вышел из кабинета.