Хрустальная ненависть

      Придя домой после печально завершившейся для её тренера тренировки, чувство вины не покидало Женю. Ведь именно она была виновницей причинённого вреда Тутберидзе. Вспомнив её слова о том что стоило бы купить браслет с её именем и отчеством, Женя начала искать в интернете всевозможные сайты, на которых предоставлялась данная услуга по созданию гравировки на браслетах. Решено было заказать два браслета: один для самой Медведевой, а второй для Этери Георгиевны, потому что та, по воспоминаниям фигуристки, звала её только по фамилии и решила подарить ей с её именем. Успешно сделав заказ, который она должна была забрать после чемпионата России перед последней в этом году тренировкой, она окунулась в царство Морфея.

***

Утро для Жени выдалось не из легких, так как легла она позже обычного, но надеялась, что по дороге вялость улетучиться, ведь через каких-то пару часов начнутся соревнования. Попрощавшись с Жанной, Женя начала подходить к дверям здания. Но услышав дикий вой мотора и повернувшись, она заметила только что подъехавший и до боли знакомый белый внедорожник, из которого выходила Этери Георгиевна. И самое интересное, что не осталось не незамеченным для любопытных глаз брюнетки, выходила она не со стороны водительского сиденья, а с пассажирского. Женя так и осталась стоять у дверей, разглядывая иммобилизирующую повязку на руке женщины, которая с каждой секундой приближалась к ней. И только брюнетка открыла рот, чтобы поздороваться, как старшая прошла мимо неё, не обратив никакого внимания, зашла в помещение. « Кто-то с утра не получил разрядку, видимо… » В раздевалку Медведева заходила последняя. По крайней мере, она так думала, но, почувствовав, что её смачно так толкнули плечом, опровергла мысль. — Широкая слишком? – Женя кинула злой взгляд на Липницкую. — Нечего на пороге топтаться. — Выдра. – зло рыкнув себе под нос, она прошла к скамейке. — Зоологию изучаешь? Слишком часто произносишь названия животных. – фыркнула Юля. В комнату постучался Даниил Маркович с просьбой к Жене выйти ненадолго в холл, где её ожидали болельщики, готовые вручить той цветы и прочие подарки. Получив положительные эмоции от фанатов, она надела коньки и помчалась на лёд, где решила выплеснуть все свои эмоции. Но, к сожалению, радость эта закончилась на том моменте, как только Женя приступила к тренировке. Она сама от себя не ожидала такого исхода событий. Вроде делает всё как обычно, но вращения получались настолько ужасными, что даже Сергей Викторович не побоялся их таковыми назвать. — Честно говоря, я впервые вижу, чтобы у неё были такие вращения, она уже 3 раз падает назад. – сказал Дудаков. — Я сама не понимаю, вроде она правильно всё делает, но почему-то теряет равновесие. – с задумчивым лицом Этери продолжила наблюдать за остальными. Медведева решила, что не стоит отчаиваться на одних только падениях во вращениях, и приступила к прыжкам, как обычно, начав с легкого для неё флипа. И вот она едет спиной внутренним ребром правой ноги, она чувствует, что почему-то лезвие на коньке ощущается не как обычно, но её это не останавливает, и она ударяется зубцом правого конька о поверхность льда, но, потеряв координацию в воздухе, с грохотом падает на холодную плоскость. И громкое айканье раздалось по всему катку, на что штаб Тутберидзе быстро перевёл глаза. Приказав другим продолжать тренировку, Даниил Маркович и Сергей Викторович продолжили её вести, а врачи команды увели Медведеву в медпункт, и вместе с ними шла Этери Георгиевна. — Растяжение лодыжки. – констатировал факт врач. — Что?! Нет! Посмотрите ещё раз! Да всё нормально, смотрите, – Женя попыталась подвигать ногой, но кроме боли ничего не почувствовала. — Ай! — Не делай резких движений, сейчас просто придерживай лёд. После мы тебе наложим гипсовую повязку. — Какая ещё гипсовая повязка! У меня соревнования через несколько часов! – Медведева вспомнила о присутствии тренера рядом и умоляющими глазами смотрела на неё. – Ну скажите же им… – и после слов послышались всхлипы. Врач начал суетиться в шкафу, видимо искал необходимую мазь и гипсовую повязку. Этери по дороге в медпункт уже понимала, что травма более менее серьёзная и была готова к этому вердикту, в отличии от Жени. Но такой бурной реакции, которая уже начала походить на истерику, она точно не ожидала. — Тише, тише, – женщина приобняла фигуристку, пытаясь её успокоить. — всё случается, никто от этого не застрахован, ты же сама понимаешь, тебе сейчас надо восстанавливаться. — Но… сейчас же соревнования… – Женя подняла красные глаза на тренера. — Это не последние твои соревнования, – Этери смахнула большим пальцем слезинки на щеках спортсменки. — слышишь? Всё будет хорошо. – она пододвинула голову ближе ко лбу фигуристки и прикоснулась к нему губами. Эти нежности были прерваны доктором, который занялся лодыжкой Жени. Что касается самой Жени, ей действительно не хватало мягкости в общении и отношении с Тутберидзе, ведь с прошлым тренером они были очень близки. Благодарственные объятия, поцелуи в щечку после каждой тренировки казались совсем обыденными вещами. А новая команда, тренера и холодная война с Этери Тутберидзе морально давали на состояние фигуристки, и действовала она по тактике - "лучшая защита - нападение". Но со временем стенки этой защиты начали трескаться. Доктор сказал, что на восстановление нужно около полтора месяца, и чтобы нагрузок на эту ногу не было, желательно было ходить с костылями. Жанне Этери позвонила ещё пока Медведевой фиксировали повязку, и поэтому к концу процедуры она ждала её возле входа. — Женечка, солнышко, ты как? – Жанна подошла к дочке и пыталась помочь той дойти до машины. — Фигово, мам, как ещё, поехали давай. – с большими усилиями она села на переднее сиденье. — Здравствуйте, Этери Георгиевна, спасибо что позвонили. — Добрый день, не благодарите, это наш долг. Сейчас ей нужен покой, успокоительного не давайте, ей его уже дали, – тренер метнула взгляд на сидящую в машине фигуристку, которая сидела с закрытыми глазами. — И находитесь рядом с ней. Я думаю ей сейчас особенно важна поддержка близких. — Конечно, сделаем всё возможное.

***

— Женечка, ну поешь ты уже что-нибудь. – Жанна сидела напротив дочки с протянутой ложкой супа. — Ну ма-а-м, не хочу, я не голодна. — Доченька, ты же знаешь, что если похудеешь, то это плохо скажется на будущих тренировках. — Они у меня не скоро. – она отвернулась в сторону окна и потупила взгляд. — Ну, хочешь я Алину позову, чтобы тебе не так грустно было?       Несмотря на то, что Женя Медведева была открытым человеком и знакомых у неё было предостаточно, друзей она выбирала тщательнее, а лучших тем более. Алина оказалась одной из них. Эти девочки впервые познакомились, когда каждой из них было по 4 года, на катке на ВДНХ. Алина не была, как Женя, профессиональной фигуристкой, скорее любителем, но зато она была прекрасной балериной. Жили они, как оказалось, позже по соседству, что, их конечно, радовало, но плотный график обеих мешал совместному времяпровождению. — Медведь, ну ты чего как маленькая давай я тебя покормлю, – Загитова взяла ложку с супом и протянула. – давай, давай, за золото! — Ты серьезно будешь меня так кормить? – Женя косо посмотрела на подругу. — У меня нога в повязке, а не рука. — Какая разница, ты ни ногой не ешь, ни рукой, быстро ешь или никакого золота! — О Боже… – и ей ничего не осталось, как доесть этот уже остывший суп.

***

Весь вечер они лежали и смотрели по телевизору русские мелодрамы, которые так обожала Загитова и терпеть не могла Медведева. — Я не могу уже на это смотреть, ты же понимаешь, что всё равно эта уборщица станет его женой, зачем реветь. – сказала Женя. — Так она его не любит, а любит его брата! Какой же трудный перед ней будет выбор… – сквозь всхлипы произнесла Загитова. Мелодраму они всё же досмотрели, фигуристка конечно же, с большим трудом, но зато Алина получила полное удовольствие от финала. Джерри видимо, тоже понравилось кино, потому что на протяжении всего просмотра она находилась возле эмоционально смотрящей Алины. — Ну и что теперь будем делать? – спросила Алина. — Не знаю, можем в ноутбуке покопаться. — Слу-у-шай, у меня есть одна прикольная идея. – с чертиками в глазах Загитова бросила взгляд на Женю. — Мне это уже так не нравится… – сказала Женя, взяв ноутбук.       Медведева как в воду глядела, та самая идея подруги не понравилась с первых слов. Но, не выдержав сильного напора Загитовой, она вместе с ней уже создавала фейковую анкету на сайте знакомств. — Почему именно мужская? – Женя произнесла это так, как будто это был единственный вопрос который её волновал. — Так же веселее и интереснее! Как назовём нашего будущего мачо? — Ну, я не знаю, Иннокентий пусть будет. — Медведь, я сказала мачо, а не ботаника с Бауманки. – Алина щелкнула ту по носу. — Ауч! Ну, Евгений пусть будет, чёрт с ним. — Ага, Медведев? – с усмешкой спросила Загитова. — Не, какой-нибудь Зайцев. — Зайцев? Ладно. А лет нашему Евгению Зайцеву буде-е-т… — 39. — Какой-то старый мачо Евгений Зайцев получается. — Ничего не старый, Бенедикту Камбэрбэтчу тоже 39. — А фотографию откуда найдём? – Алина уже и забыла, что нужна будет фотография. — Да вот! – Женя указала на спящую собаку. — Джерри сфоткай и пойдёт. И вот они уже 2 часа залипают на сайте, где им сразу приходят сообщения о том, какая милая собака на фотографии профиля и как хочется потискать её вживую. Смеясь над входящими сообщениями, они сами решили попробовать кому-то написать. И очень долго выбирали себе жертву. — Стой! Переверни на предыдущию страницу! – воскликнула Медведева. – Опусти ниже, стоп, стоп. — Этой что ли писать будем? — Ты чего, Алин, с дуба рухнула? Это мой тренер… — Да ладно, Медведь! Ты гонишь! Тем более пишем! – Алина уже начала водить курсом к кнопке добавить, как рука Жени её остановила. — С Ума сошла? Так она из меня на катке тайское мороженое сделает! — Не ссы, подруга, ты тут не медведь, а заяц. – сказала Алина и тыкнула на заветную кнопку.