Хрустальная ненависть

— Ну, потом он проводил до дома и на прощанье поцеловал, – закончила свой рассказ Женя. — И как? — Что "и как"? Мы же не впервые целуемся. В том то и дело – никак. Он как будто меня проглотить хочет. — Наверное, он просто плохо целуется, а ты сама его целовала вообще? – спросила Загитова. — Может быть…или нет…не помню. Всё, дуй спать, мне на тренировку завтра.

***

Вечерняя тренировка младшей группы подходила к концу, а это означало, что скоро начиналась индивидуальная тренировка Жени Медведевой. Этери Георгиевна вместе с Даниилом Марковичем обсудили и исправили все недочёты в поставленной программе, осталось только технически подготовить спортсменку, потому что артистизма в Евгении было хоть отбавляй. — Здравствуйте, а Даниила Марковича сегодня не будет? – спросила только подошедшая Женя. — Здравствуй, он отошёл за кофе, ты размялась? — Не особо. После прошлой тренировки поясница побаливает, – зашнуровываясь ответила брюнетка, — я на льду разомнусь. Такой расклад Этери явно не устраивал. Нагрузок как таковых не было, но откуда тогда растяжение в пояснице? « Может с тем мальчиком…? » – подумала блондинка. — Жень, давай флип-тулуп, потом посмотрим или лутц, или риттбергер. Хотя фигуристка не подавала вида, но прыгать ей было страшновато. Поясница болела благодаря "Твистеру", да и позориться перед блондинкой тоже не хотелось. На её удивление каскад получился чистым, но выражение лица, сделанное во время каскада, было не самым приятным зрелищем. — Подойди, – подозвала её рукой тренер, — здесь болит? – Этери аккуратно прощупала поясницу Медведевой, на что получила в ответ громкое "Ай", — идём, у меня мазь в шкафу должна быть. Некоторые медикаменты, мази, бинты находились не только в медпункте, но и в кабинете Этери Георгиевны. На всякий случай. — Садись, – указала головой на диван Тутберидзе. — Куда? — Можешь на шкаф, можешь на стол, но я бы рекомендовала на диван, – усмехнулась она рассеянности девочки. Внезапный холодок со спины заставил Женю поёжиться, а когда холодная мазь оказалась на её коже так вообще и дёрнулась. И если бы она не знала, кто сейчас находился с ней в одной комнате и делал такой замечательный массаж, то она бы подумала на профессиональную массажистку из Таиланда, внезапно оказавшуюся здесь. Этери таковой не являлась, но выходило у неё достаточно хорошо, по ощущениям Жени. Движения были сильными и одновременно нежными, что младшей хотелось застонать от такого удовольствия или она уже застонала, не помня об этом. — Я готова каждый день надрывать спину, если Вы будете делать мне такой массаж. — Ты мне льстишь, а спину лучше приберечь, – похлопав по плечам спортсменку, сказала Этери, — вон Даниил Маркович вернулся, давайте короткую прокатаем. Данная программа была об истории взросления из девочки в девушку, что точно подходило к Медведевой. Тренерам была очень заметна эта колоссальная разница между прежней и нынешней Женей. Привычная капризность, непослушание, сменились покладистостью, спокойствием и сдержанностью. — Медведева, ну крутись-крутись быстрее! Что за аксель?! - после этих слов она подъехала к фигуристке, — Почему так медленно? И дуга для акселя была мала. Или ты так и планировала одинарный? – ответов на все вопросы тренера не последовало, а только тяжёлая отдышка, — Ладно, на сегодня всё, но чтобы это было в последний раз, а то в парные отправишься. — Пфф, ещё чего, – тихо фыркнула брюнетка и отъехала к выходу в поисках салфетницы, — чёрт… У Вас в кабинете моя салфетница, я заберу? – крикнула Женя Этери, которая что-то обсуждала с Глейхенгаузом и, получив быстрый кивок, ушла с катка. « И на кой чёрт я её сюда тащила? » — Этери при… – внезапно вошедшие посетители запнулись, когда поняли что перед ними далеко не главный тренер, — а где Этери? — Вы наверное про Этери Георгиевну? – Медведева сделала акцент на отчестве женщины, потому что ну кто эти люди, чтобы называть Тутберидзе просто по имени, — она на льду, скоро освободится. А вы собственно по какому поводу? Младшая группа ушла часа полтора назад или вы решили записаться? Женя подумала, что эти две женщины точно мать и дочь, младшая выглядела лет на 40, а старшая на 60. И выглядели они очень ухоженно и кого-то ей напоминали. — Вы знаете девушка, мы с мамой очень долго задумывались над тем, чтобы отдать ребёнка в такой серьёзный спорт, Вы наверное фигуристка сама? Что можете посоветовать? – с большим увлечением спрашивала женщина и присела на стул. — Да, меня с 3-ёх лет отдали, но не сразу к Этери Георгиевне. Попробуйте отвести сначала просто на каток. Вдруг вашему ребёнку вообще не понравится, зачем его мучить всю жизнь. А если понравится, то приводите уже на просмотр сюда. — Очень мудрый совет, а что ещё можете рассказать, например как у Этери Георгиевны? Сложно? — Поначалу было да. Она немного холодный человек и ни с кем тут не сюсюкается. Строгость, конечно, присутствует, но в достаточной степени. Прыгать до посинения она не позволит, хотя раньше я так думала, – Женя, стоявшая спиной к двери, не заметила как её приоткрыли и продолжала свой монолог, — и если вдруг вашего ребёнка возьмут, а потом скажут лучше отдайте его в парное, то не слушайте. Обычно она так говорит, когда у неё настроения нет или когда тренировка не задалась. А то я бы давно в парных каталась, – со смешком завершила фигуристка. — И что же было сегодня? У меня настроения не было или у тебя тренировка не задалась? – спросила Этери, заставив стоящую напротив Медведеву зажмуриться. — А мне тоже интересно…ты когда пришла и сказала, что уходишь в парное, у тебя настроения не было или тренировка не задалась? – спросила с улыбкой пожилая женщина. — Мам, ты же знаешь, что из-за роста мне было тяжело в одиночном. « Мам? Я то думаю на кого они похожи! » — Знаю дочь, знаю. Нам вот эта любезная девушка помогала с выбором отдавать или не отдавать в этот спорт, и вот мы с Маринкой решили отдать тебя в фигурное! – пошутила она. — Всю жизнь буду благодарить Евгению, за такой правильный совет, – саркастически сказала тренер, — ты почему ещё не ушла? — Жду когда придут за мной. — Пусть ждёт девочка. На улице холод, чего ей там стоять в такую погоду, мы тоже подождём, – заступилась за Женю Марина. — А вы сами собственно какими судьбами? — Как это какими! Чтобы мы пропустили чемпионат России? Никогда! – ответила старшая Тутберидзе, — тем более у нас появился фаворит, будем болеть, – подмигнула она Жене. « Главное, чтобы у Вашей дочери была такая же фаворитка » – усмехнулась брюнетка. — Спасибо…постараюсь оправдать Ваши ожидания, – сообщение, пришедшее с телефона, заставило её отвлечься от разговора, — а, ну за мной не придут, я на такси тогда. « Смазливый мальчик даже не соизволил забрать свою девушку, не по мужски » – подумала Этери. — Ещё чего, ты время видела? Я тебя подвезу, – отрезала главный тренер. — Мне вообще-то 17, я сама могу добраться до дома, – серьезно ответила младшая. — Да хоть 25. Это не предложение было, а приказ, Медведева. — Этери, ну зачем ты так грубо. Женечка, действительно, сейчас такое время, что и средь бело дня крадут. Я думаю всем будет спокойнее, если тебя отвезут. Да и Маринка на своей машине, поэтому мы не в обиде будем, – с улыбкой завершила Этери Петровна.

***

— У Вас очень любезная семья, – произнесла Женя, находясь в тёплом салоне авто. — Спасибо, ты наверняка хотела сказать "в отличии от Вас"? – хотела смутить собеседницу Этери. — Как Вы могли такое подумать! Чтобы я! Такое! О Вас! Извольте! – наигранно сказала брюнетка. — Сейчас пешком пойдёшь. — А я пойду, – с вызовом ответила Женя и посмотрела на блондинку. — Ну хорошо, иди, – Тутберидзе остановила машину и разблокировала двери. « Ага, пойдёшь ты, как же » – с довольной улыбкой она смотрела на Медведеву. Этери предполагала, что сейчас Медведева одумается, извиниться, и они продолжат поездку. Конечно она понимала, что Женя крепкий орешек, и максимум что от неё следовало ожидать - "ладно, я пошутила", но то, что она на самом деле выйдет из машины и начнёт идти пешком было чём-то нереальным. — Сумасшедшая… – озвучила мысли в слух женщина. Вряд ли Женя шутила, потому что силуэт фигуристки начал всё отдаляться и отдаляться. — Ты чокнутая? Минусовая погода, куда ты вышла, – спросила старшая на повышенных тонах, подъехав к ней. — Вы же сказали "иди", – сказала Женя, коченевшая от холода. — А если бы я тебе сказала прыгнуть с 10 этажа, ты бы тоже прыгнула??? — Пры-ы-г-г-ну-ла, – дрожа кивала спортсменка. — Медведева, ты ненормальная, честное слово. Сядь в машину ради Бога, – открыла изнутри машину блондинка. Несмотря на то, что в салоне ей казалось достаточно тёплая температура, она поставила печку на максимум, чтобы кое-кто точно отогрелся. — Согрелась? – спустя пять минут поинтересовалась Тутберидзе. — Ды-а, – не попадая зубом на зуб, отозвалась спортсменка, что не скрылось от водителя авто. — Ледяная, – убедилась в этом Этери, взяв за руку Женю в попытках согреть. После этого действия Медведевой не то что стало тепло, а невыносимо жарко. Так, что всё начинало гореть. Хоть мозг её и понимал с каким контекстом женщина эта сделала, но сердце глупый орган, которому верят все, продолжал воображать совсем другое. И ничего лучше для неё на данный момент произойти не может. Она, Этери, в тёплом салоне, держаться за руки и едут. С этими мыслями она сама не заметила как задремала. Прибыв до места назначения, Этери стала ждать, когда Женя попрощается и выйдет, чтобы наконец поехать домой и отдохнуть. Подождав минуты 3, она не понимала почему руку её до сих пор держат, а с соседнего кресла ни слуху ни духу. Приблизившись к лицу, на которое спадала прядь волос, она заметила, что та уснула. « Переутомилась » – подумала блондинка. — Жень, просыпайся, – тихо произнесла тренер и заправила прядь волос за ухо. — Доброе утро, – с улыбкой прошептала в близко находящаяся к ней лицо Медведева и, положив ладонь на щёку, прильнула к губам напротив, едва касаясь их, — доброе, – переместив руку, лежавшую на щеке на талию, она снова задремала, оставив в шоке зажатую в объятьях женщину.