Пепел

Вечер в Нью-Йорке был для всех разный. Многие проводили лучший день своей жизни наслаждаясь жизнью и зная что воспоминаниях об этом дне словно паяльником выжгуться в их памяти. Другие только начинали жить, делали первые шаги и произносили первые слова, их часы только начали идти. У некоторых часы пасторели, стрелки шли уже не так чётко, постоянно замедляясь что кажись моргни, и они уже навсегда остановятся закончив своё время. Но...а что если жизнь идёт, но ты не в праве насладиться всеми её красками? И ты вроде бы не насолил богу на небесах, и не смухлевал играя с ним в карты. Так какого черта, он подарил ему запретную жизнь, обрекая страдать? Почему? И не только его, но и трёх таких же, как он. Дорогих ему...мутантов. Нет, правда. Разве мы заслуживаем этого? Почему мы должны страдать? Хотя, что это за сопли. «Заслуживаем» и «Не заслуживаем». С каких пор мы получаем то что заслуживаем? И да, мы грешны. Но и остальные грешны не меньше. Так какого хуя, они могут нормально жить, наслаждаясь ускользающими счастливыми моментами. А мы должны всю жизнь выживать и прятаться словно крысы? Всё эти мысли быстро переползающие с одной на другую были в его голове. Голове Свифта. Он сидел на крыше одного из зданий Нью-Йорка с тлеющей сигаретой во рту. Эта сигарета была как он. Она была всего одна, и казалось что от наполняемого лёгкие дымом ты чувствовал наслаждение. Словно как Свифт иногда радуясь что он жив, и надо благодарить хотя бы за это. Но наслаждение быстро ускользало, словно его не было, как какого-то сновидения. Он тлел, и казалось скоро от него останется один пепел. Но казалось бы, сигарету можно было взять ещё одну. Только вот Свифт начать заново игру под названием «жизнь» не мог. Не было желанной кнопки «Перезапуск». Но если бы при переигрывании он мог бы выбрать быть человеком. Да, смешно быть человеком, когда презираешь их? Ну прям клише. Но он бы без промедления воспользовался бы этой возможностью, но только если бы она не ограничилась на него самого. Ведь хоть палитра его жизни была до скудности мала, краски в ней всё же присутствовали. Братья. Они были единственные кто насыщал его жизнь цветами. И он был им благодарен, даже если и не говорил им этого. Они сами знали. Знали что порой за грубыми и браными словами скрывалось она — благодарность. И возвращаясь к перезапуску жизни. Если бы такая возможность была только у Свифта, он бы её не принял. Никогда. Да он был редкостным засранцем, как любил выражаться в его сторону один из его семьи. Но он и не отрицал. Он был засранцем, но таким что не бросит их. Если уж им было суждено страдать, то они будут терпеть это все вместе. Ведь если начнёшь жизнь заново один, то не большее ли это страдание чем страдать с кем-то? Жаль, не было правдивого генератора ответов на мучащиеся вопросы в голове. Но ничего, такого нет не только у Свифта и его братьев. Такого нет не у кого. Возможно в чём-то их жизнь циклична с людьми. А возможно и нет. Но Свифт бы не отказался, если бы в качестве небольшого сострадания всевышний вырвал из его лёгких смолу, которая забирает часть его жизни. Но раз специального центра куда можно обратиться с обращением: «А будет ли выдано пособие, за жизнь мутантов?» не было. Приходилось довольствоваться тем что есть. Тем что скорее всего тот чьи шаги сейчас слышно за спиной Свифта, не вырвет эту смолу саморучно. — Ну и какого хера я должен искать тебя по всему Нью-Йорку просто потому что для тебя телефон, это какая-то безделушка? — послышался недовольный голос за спиной. И не было нужды оборачивается, чтобы узнать владельца. — Ребел. Так переживал за своего любимого старшего братика, что не мог уснуть, если меня нет дома? Как мило. — Мечтай, засранец. — клептоман только улыбнулся на это высказывание. — Ты идёшь или нет? — не дожидаясь ответа Реб развернулся, чтобы слезть с крыши. А Свифт не секунды, думая, пошёл за ним. Обладатель тонф немного ушёл вперёд, а Свифт оглянувшись вообразил как же он выглядел сидев там на крыше. Очередные мысли прервали, к счастью или сожалению, разобраться не было времени. — Не отставай. Самобичеванием можешь заняться и дома. — прервал Свифта Ребел, и ухмыльнувшись потянул своего брата за концы повязки. — Ай-ай-ай, Ребби нежней. — заверещал Свифт следуя за братом. Да, может он и стлел полностью, но вдруг он мог словно феникс возродиться из этого пепла?