Любить неправильную жизнь

Намджун сидел на кровати и пытался разодрать глаза. С недосыпа голова была чугунной, но, раз уже проснулся, опять ложиться уже не хочется. С трудом встав, молодой человек поплёлся на кухню. Из головы не шла вчерашняя ситуация, только теперь мысли парня приняли другое направление. Он вспоминал внешность женщины (женщины? девушки?) перед собой, что успел мельком разглядеть, и пытался совместить его с понятием "мама". Причём, не просто мама, а мама взрослого сына. Конечно, Ким и раньше видел невысоких, худеньких женщин, но они не вызывали в нём такое удивление. Дело было совсем не в этом. Эта дамочка выглядела как подружка собственного сына. Дерзкая, стремительная, честная и открытая. Намджун вдруг представил её у себя на плечах на каком-нибудь концерте. Почти почувствовал вес небольшого тела, прикосновение к коленям, когда придерживал бы их ладонями… Парень помотал головой и удивлённо заозирался вокруг себя. Почему он сейчас подумал о ней ТАК? Да, у него давно не было девушки, а эта красотка очень эффектна. Наму вспомнил свою бывшую и, скривившись, вздохнул. Капризная девчонка изводила его своими постоянными придирками и нытьём, постоянно требовала подтверждения его чувств к ней и только и делала, что любовалась собой. С ней было неуютно. Зато привычно. Как в детстве. С мамой. С мамой нельзя было расслабиться, мальчик никогда не знал, чем именно он испортит настроение сегодня самому главному в своей жизни человеку. Ощущение того, что он — обуза, не покидало ребёнка ни на мгновение его невеселой жизни. Он и не подозревал, что может быть по-другому. Безусловное принятие? Не, не слышали. Когда в детском саду малыша отдавали вечером маме и говорили ей о том, что он во время дневного сна намочил постель, мама очень стыдилась этого, ругала мальчика, просила не позорить. Наверное, уже тогда Намджун понял, что на защиту мамы он может не рассчитывать. Как будто он остался совсем один. Ни папы, ни братьев, ни сестёр. Только равнодушно-брезгливая мать. Став старше, ребёнок усердно учился, стараясь заслужить похвалу, но маме было с ним просто не интересно. Она скучала рядом с сыном, тяготилась его присутствием и раздражалась от любой просьбы своего ребёнка, будь то голод или помощь со школьными делами. Вскоре Намджун научился обходиться без мамы. Он стал очень самостоятельным, мог сам себе найти еду, и приготовить одежду в школу. Мальчик делал всё, лишь бы не обременять маму собой. А она как будто и не заметила, что сын отдалился. Крутилась перед зеркалом, делала карьеру, ездила с подружками на отдых. Ни кого не видела, кроме себя. И всё так же иногда просила не позорить её. Из дома парень ушёл в пятнадцать. Случайно в гараже у соседа стал помогать разбирать машины на продажу, да так там и остался. Позже купил уже свой гараж, стал работать на себя, а по субботам подрабатывал охранником в ночном клубе. Жить стал в своём гараже, где обустроил маленькую комнатушку в задней части помещения. Потом появились и друзья. Кто-то, как и сам Ким, вроде домашний, но не очень нужный, кто-то откровенно лишний в собственной семье. Один паренёк и вовсе был из приюта. Ребята стали не разлей вода, но то, что они росли в семьях, где не было особой любви, они не знали и не принимали прикосновения друг друга, поэтому, увидев обнимающихся парней, Намджун вдруг почувствовал такую ярость, которую не удержала бы никакая сила. С детства парень для себя решил, что правильно, а что нет и причины этих решений он уже не искал. Например, он считал, что чем грубее у тебя работа, тем интеллектуальнее должен быть отдых, и шёл в свой выходной в музей или библиотеку, хотя там было откровенно скучно, а молодому человеку хотелось тупо пить пиво с друзьями на пустыре под грохочущие колонки. Правильно быть сильным, поэтому каждый день турник и штанга, даже если дождь, болезнь или вселенская катастрофа. Правильно не нуждаться в другом человеке, в нежности, в тепле… Отключить в себе эту потребность как функцию. Намджун, отхлебнув кофе, открыл приложение на телефоне со скидками на мероприятия. Это было похоже на лотерею: кто-то отказался от билета в день премьеры и на концерт или выставку можно попасть за треть стоимости. Вот и сегодня Ким пил кофе, листая ленту предложений. Самым дешёвым вариантом оказалось посещение выставки современного искусства. Не ахти как интересно, но приходится экономить, да и на мероприятиях такого рода парень ещё не был. К тому же в эту галерею можно особо не наряжаться, повседневная одежда вполне подойдёт. Не теряя времени, молодой человек быстро собрался и вышел из дома. Войдя в просторный светлый зал галереи, Намджун не спеша двинулся вдоль стен, рассматривая странные картины. Рядом шла экскурсия для небольшой группы посетителей и парень стал невольно прислушиваться к голосу гида. Поравнявшись с другими людьми, Ким посмотрел на сотрудницу галереи и замер в изумлении. Эту, заплетённую множеством мелких косичек, голову он ни за что не перепутает! Ким Намджун пристально уставился на женщину, не веря своим глазам. Вне всякого сомнения, это была она! Конечно, она выглядела по другому. Белая классическая рубашка, чёрная юбка-карандаш и потрясающие стройные ноги в черных чулках и чёрных же лаковых лодочках на шпильке. На лице экскурсовода были строгие очки в чёрной глянцевой оправе, которые придавали женщине ну очень серьезный вид и если бы не причёска, то шансов узнать её не было бы. Парень встретился взглядом с дамочкой, но на её лице не дрогнул ни один мускул. Равнодушно скользнув по нему взглядом, она как ни в чём не бывало продолжила свою лекцию. * * * Конечно, ЛиЁн его узнала! Там, в гаражах, выскочив из машины, она оказалась прямо перед ним. Помнится, тогда ещё промелькнула мысль: "Ну и шкаф!" И теперь этот "шкаф" ходит в её зале, рассматривая картины! Что он тут вообще забыл? Разве люди, намеревающиеся кого-то побить за ориентацию в трущобах, ходят по картинным галереям? А! Он выследил её и пришёл убить! "Нет, ну это ты загнула!" — сказала сама себе женщина. Но, встретившись с ним взглядом, она поняла что он её узнал. А как иначе? Стоял и пялился, не отводя глаз, козёл! От этого взгляда у ЛиЁн все внутри оборвалось от страха, но она всеми силами старалась не выдать своих эмоций и надеялась, что прямо в этот момент она не похожа на слабоумную. Парень, посмотрев выставку, вскоре ушёл, а ЛиЁн доработала до конца рабочего дня, чувствуя себя как на иголках. Она никак не могла решить, рассказать всё сейчас же кому-нибудь о том, что произошло или нет. Вечером женщина, как всегда переодевшись, вышла с работы. И не увидела на другой стороне улицы высокую фигуру, которая двинулась в том же направлении, что и она. В ЛиЁн, одетой в широкие джинсы, простую черную футболку и панамку с опущенными полями никто бы не узнал элегантного гида престижной галереи современного искусства. Сейчас она была похожа на подростка. В наушниках грохотала альтернатива, жёлтые очки делали мир веселее. И тревожнее. Прошёл всего один день, а он её уже нашел. Трындец! ЛиЁн пришла на автобусную остановку и, в ожидании своего автобуса, стала рыться в сумке в поисках кредитки. Каждый день одно и то же! Нельзя её куда-нибудь положить, чтобы не искать потом бесконечно?! Транспорт в вечерний час пик забит до отказа и ЛиЁн, чувствуя себя камикадзе, решительно начала пробираться через толпу вглубь салона. Борьба за место в автобусе хоть немного отвлекла от мыслей о молодом человеке, что утром пришёл в галерею. Женщина не могла не признаться себе, что внешне он очень ей понравился. Такой высокий, широкоплечий, мускулистый. Красивое спокойное лицо… Если не знать, как им пришлось встретиться, женщина была бы очарована им безвозвратно. Хотя, какое очарование? Он, наверное, чуть старше её сына, а ей самой уже сорок. Зачем она мальчишке? Даром, что выглядит хорошо, но из реальности выпадать тоже не стоит. К тому же, такой красавчик вряд-ли будет один. На одной из остановок двери открываются и в салон входит ещё больше людей. "Всё, как я люблю!" — зло думает женщина. Очень кстати в наушниках заиграл жёсткий рэп, как будто давал разрешение убивать. Толпа напирала и ЛиЁн в живот больно вдавился поручень, что был вдоль стены на уровне талии. ЛиЁн застонала, плотно прижатая с стеклу и проклятому поручню. Стало понятно, что за спиной пытаются перемещаться, пробираясь к выходу, пассажиры. Женщина почувствовала сзади ещё одного человека, который широкой горячей грудью вплотную прижался к её спине. Перед собой она увидела большую мужскую руку, и потом вторую, большие ладони крепко взялись за поручень по обеим сторонам от экскурсовода и ЛиЁн оказалась в кольце длинных крепких рук, облачённых в тёмно-синие рукава. "Такие же рукава, как худи на НЁМ утром" — мелькнула мысль. Женщина позволила себе чуть выпрямиться, когда почувствовала, что мужчина позади неё сумел отклониться назад и плотнее прижалась спиной к груди незнакомца. Тут уж не до деликатности. ЛиЁн закрыла глаза и начала молиться про себя: "Хоть бы ОН! Хоть бы это оказался ОН!" В это время толпа снова надавила и ЛиЁн ощутила, как широкоплечий атлант один держит на себе всех людей проклятого автобуса, не давая раздавить хрупкую женщину перед собой. Она видит сильные руки, которые дрожат от напряжения и побелевшие костяшки крепко сжатых кулаков, что вцепились в поручень и пытается вспомнить о том, что мужчина, которого она хочет видеть за своей спиной, хотел покалечить палкой её сына, но счастье, которое затапливает ее всё больше, не даёт оформиться этой мысли. "Дура ты, ЛиЁн!" — вздохнула она про себя. Но вот автобус остановился и незнакомец вышел вместе с остальными пассажирами, оставив попутчицу теряться в догадках о своей личности. * * * Намджун вышел из галереи, но домой почему-то не пошёл. Внезапная встреча с женщиной, о которой он думал последние несколько часов, будоражила и заставляла метаться по тротуару у дверей центра искусств. С трудом взяв себя в руки, парень решил зайти в кафе на другой стороне улицы, чтобы выпить кофе и привести мысли в порядок. Он даже себе не хотел признаваться, что ни в коем случае не хочет теперь упускать её из виду и даже столик сейчас выбрал у окна, чтобы неотрывно смотреть на двери галереи. Ким не сразу догадался, что рабочий день обычно длится до вечера, а сейчас был только обед и если он собрался дождаться странную дамочку, то ему придётся просидеть тут ещё не один час. Можно было бы пойти по своим делам, а потом вернуться, но она ведь может уйти, пока он не видит. Молодой человек не мог заставить себя сдвинуться с места, оторвать взгляда от дверей здания напротив. Напряжённое ожидание не давало расслабиться, но парень усилием воли заставил себя выдохнуть и честно ответить себе на вопрос: а зачем он её ждёт? Расквитаться за вчерашнее? Нет, конечно! Он же не зверь какой. Да и подло это — хотеть побить женщину за то, что её сын пидор. Ким понимал, что его стремление увидеть эту необычную женщину не имеет никакого отношения к её сыну. Она ему нужна сама по себе. А вот почему он ею так заинтересовался, ещё предстоит выяснить. Может потому что в ней странно сочеталась некая отчаянность и бесшабашность с глубокой уверенностью в себе? К тому же сегодня парень был ещё больше заинтригован, увидев её с совершенно другой стороны. Вчера это была задиристая девчонка, сегодня — респектабельный представитель солидной галереи. Какие ещё грани скрывает в себе этот алмаз? Время тянулось мучительно медленно. Намджун выпил не одну чашку кофе и даже пообедал, потратив на это деньги, на которые он собирался жить до конца месяца, несколько раз порывался уйти, но в конце концов решил дождаться шести часов вечера и посмотреть, если все сотрудники выйдут, а она нет, то значит она сумела проскользнуть мимо него Хорошо, что сотрудники кафе не трогали паренька и не пытались выпроводить. Молодой человек прикинулся мебелью и о нём в итоге все просто забыли. Кроме друзей, которые настойчиво писали ему, ждали под дверью его гаража, искали, а он придумывал какие-то отмазки, удивляя их и самого себя тем, что упорно скрывал своё местонахождение и причину того, почему он тут околачивается целый день. Наконец стрелка подползла к пяти, и Намджун, расплатившись, решил последний час побродить по соседнему парку, впрочем, так же не спуская глаз с дверей галереи. Последний час оказался самым мучительным, но вот из заветного выхода потянулись сотрудники. Ким пытался пристально разглядывать каждого с другой стороны улицы, но никого похожего на нужную ему женщину он не видел. Вот вышел подросток… Стоп! Знакомые жёлтые очки. И всё. Больше ничего знакомого парень не увидел. К тому же, на голове "подростка" была чёрная панама, скрывающая причёску и вообще, невозможно было понять, мальчик это или девочка. Но тут Ким разглядел в фигуре очертания женской груди, и раз всё равно из дверей галереи больше никто подходящий не вышел, пошёл за ней. Перейдя улицу, парень как раз успел заскочить в переполненный автобус, в который с трудом протиснулась фигура, за которой он следил. Игнорируя недовольства других пассажиров, Ким стал пробираться ближе к женщине. Возвышаясь над головами людей, он без труда разглядел черную панамку. Уже почти приблизившись к объекту своего внимания, молодой человек почувствовал давление нахлынувшей толпы. И тут ему удалось рассмотреть лицо под панамкой. Бинго! Это была она! Но ещё удалось рассмотреть, как это лицо вдруг исказилось от боли, когда толпа качнулась вглубь салона и прижала дамочку к стене. Парень, словно ледокол, пёр сквозь людское море, торопясь к хрупкому телу, придавленному толпой. Оттерев несколько возмущенных от узкой спины, обтянутой чёрной футболкой, Ким с облегчением загородил женщину собой. С трудом просунув руки вперёд, он с удивлением нащупал поручень и понял, от чего дамочке было больно. Тут толпа стала давить и Намджуну пришлось напрячь все свои силы, чтобы не дать раздавить себя и человека под собой. Это были очень тяжёлые минуты и Ким задавался вопросом: она каждый день ездит в таком аду? Горячая узкая спина прижималась к его груди, а оба его предплечья касались её боков и Намджун думал, что он практически её обнимает. Ему нравилось. На столько, что он был почти благодарен этой дикой толпе за такую возможность. Но вот, на остановке, где выходит большинство пассажиров, дамочка предприняла попытку обернуться и Ким Намджун в панике выскочил из автобуса. Шагая в сторону своего гаража, парень размышлял над событиями сегодняшнего дня и, привыкнув быть с собой честным, в конце концов решил, что он влюбился.