Я буду ждать тебя

Я ещё не выходил на сцену, но точно знаю, Юнги в зале. Без понятия, откуда эта уверенность, но я всегда чувствую его появление заранее. Он привозит его в клуб не чаще раза в месяц. Богатый ублюдок Ким Сокджин, я ненавижу его! Хотя не имею никакого права на ревность. Он может позволить купить себе, кого угодно, а если не купить, то принудить. Пак рассказывал мне про него страшные вещи. Нужно быть самоубийцей, чтобы хотя бы поднять глаза на его любовника. Мин Юнги прекрасен, как лунный свет в отражении морской глади. Издалека я рассматриваю его ангельское личико и тонкую, хрупкую фигурку, которая кажется совсем невесомой на коленях Джина. Он по-хозяйски лапает его и засовывает язык в рот. Меня выворачивает от этой картины, но я не могу отвести глаз. Объявляют мой номер. Я знаю, что Юнги смотрит на меня, его взгляд обжигает. Я двигаюсь только для него. Музыка затихает, раздаются апплодисменты. Я как всегда сажусь на край сцены и позволяю богатеньким дамочкам и папикам засовывать купюры и записки с номерами мне в трусы. Джин в окружении охраны сидит совсем рядом. Я замечаю, что Юнги что-то шепчет ему на ухо, тот ревниво хмурится, недовольно щиплет его, Юн в ответ хохочет и кладёт маленькую ладошку ему на пах. Похоже она управляет всеми желаниями этого ублюдка. В гримёрку ко мне приходит Хос. Я вижу, он недоволен и даже зол: - Тебя заказали на приват, будь в золотом зале через десять минут. - Я не танцую приваты, ты же знаешь. - Знаю. Но или ты идешь и танцуешь для Ким Сокджина и его мальчика, или нас закрывают к херам. Я думаю, дополнительно ничего объяснять не надо? Я не верю своим ушам, меня одновременно накрывает волной страха и бешеного возбуждения. Иду в душ и почти все десять выделенных мне минут стою под ледяной водной, пытаясь привести свои мысли и чувства в порядок. Но у меня ни хрена не получается. Я знаю, что моя жизнь катится к чертям. Стучу в дверь VIP-апартаментов, Джин сидит в кресле, Юнги разместился на полу между его ног, как маленькая дорогая собачонка. Я нерешительно замираю у двери. - Проходи, не тушуйся, Чонгук, так ведь тебя зовут? – спокойно говорит Джин, поглаживая Юнги по волосам. – Юни захотелось посмотреть на тебя вблизи, станцуй для него. Я беру стул, ставлю его в центре комнаты, подхожу к Юнги и протягиваю ему руку. Наши глаза встречаются, от его взгляда и мягкой доверчивой улыбки холод пробегает по позвоночнику. Он кладет руку в мою ладонь, она раза в два меньше, просто тонет в ней. Мин послушно идёт за мной и садится на стул, не спуская глаз. Я к чертям забываю о том, что его хозяин смотрит на нас, об опасности, которая исходит от него. Всё что мне нужно, это почувствовать горячее дыхание Юнги на своей коже, увидеть как в его глазах загорается желание. Я танцую и раздеваюсь, лишь иногда позволяя себе дотрагиваться до него. Он вздрагивает от каждого прикосновения. Я вижу, что он возбужден, облизывает розовые пухлые губы, гладит себя по бёдрам, прикрывает глаза и тяжело дышит. Я срываюсь, легко подхватываю его под зад и кружу. Он упирается ладошками мне в грудь, наши губы слишком близко. - Хватит, - слышу я резкий приказ Джина. Мы оборачиваемся и смотрим на него, удивляясь и спрашивая себя, что он тут делает? Мин неуклюже сползает с моих рук и опасливо смотрит на Джина. - Спасибо, Чон, вы свободны, - холодно продолжает он. Мне становится страшно за Юнги, я не хочу уходить. - Всего доброго! - ласково говорит Юн и возвращается на место между колен Джина. Меня выламывает изнутри обида и боль, быстро я собираю одежду и выхожу, закрывая за собой дверь. У меня нет сил идти, адреналин зашкаливает, пульс долбится по венам. Я упираюсь лбом в дверь, пытаясь справится с дыханием. С той стороны раздаётся низкий хриплый стон Джина, а потом звуки шлепков, к горлу подкатывает тошнота, мне ничего не остаётся, как позорно убежать в гримёрку. С того дня они не приезжали больше трёх месяцев. Я схожу с ума от беспокойства и бессилия. Я ничего не могу сделать. Кто я такой рядом с миллиардером Ким Сокджином? Одно его слово, и я просто исчезну с лица земли. В один из вечеров ко мне в гримёрку заходит главный телохранитель Джина - Ким Намджун. Он смотрит на меня, как на ничтожество: - Есть предложение, - без всяких предисловий начинает он, - Ким хочет видеть тебя, платит хорошие деньги, собирайся. Я понимаю, что бесполезно что-то пытаться спрашивать у этого человека, малейшее моё сопротивление и он сломает мне все кости, ссыплет в мешок и в таком виде доставит своему хозяину. Я послушно поднимаюсь и иду за ним. Меня заталкивают в тёмный кабинет, освещенный только настольной лампой. За столом сидит Сокджин, его взгляд абсолютно безумен. Он с ненавистью разглядывает меня. - Добрый вечер, Чон Чонгук! Спасибо, что согласились встретиться со мной, - говорит он предельно вежливо. - Что вы хотите? - Хочу, чтобы ты трахнул моего мальчика. Он такой ненасытный, я уже не справляюсь. Я в ужасе пячусь к двери. - Ну, куда же ты? Я думал, ты обрадуешься. Ведь он же понравился тебе, я заметил тогда. - Я не понимаю о чём вы. - Не смей мне врать, - визжит Джин. Резкая смена его настроения пугает меня ещё больше. Этот человек сошёл с ума. У меня нет никаких сомнений. - Я отведу тебя к нему. Будешь делать, что я прикажу. Если мне понравится, получишь вознаграждение. Я молча иду за ним, меня накрывает паника, нет ни единого шанса сбежать из его дома, окруженного огромным забором и напичканный охраной. Он открывает дверь и впускает меня в комнату без окон. Я задыхаюсь от ужаса. На широкой кровати поджав под себя ноги и закрыв глаза сидит Юнги. Он никак не реагирует на нас. Я замечаю, у него наушники, он что-то тихо напевает себе под нос. На нём только простая белая футболка. Больше ничего. Я уверен, все эти месяцы Джин не выпускал его из этой комнаты. Он садится в широкое кресло в углу и приказывает: - Раздевайся. У меня нет выбора, только как-то пытаться тянуть время и молится. Я сбрасываю одежду. - Начинай. Можешь целовать и трогать, где захочешь. Стараясь двигаться как можно мягче, чтобы не напугать, присаживаюсь на кровать рядом с Юнги и дотрагиваюсь до гладкой кожи на коленке. Он приоткрывает глаза и равнодушно смотрит на меня, на его лице нет ни одной эмоции. Я вглядываюсь в его глаза, зрачки почти полностью заполняют радужку. Он под какой-то жёсткой наркотой. - Ну, долго мне ждать? – кричит Джин. Я глажу Юнги по щеке. Я ненавижу себя, но я возбуждаюсь. Встаю на колени и притягиваю его к себе, нежно целую, у меня щемит внутри от того, какой он маленький и хрупкий. Юн послушно приоткрывает рот, пускает мой язык, позволяет вылизывать его. Я забываюсь. Всё плывёт. Есть только мы. Так невозможно близко. - Заставь его взять в рот, - приказывает Ким. Я хочу убить его. Я реально обдумываю такую возможность. Придушить, самый простой вариант. Но страх за Юнги не дает мне этого сделать. Намджун убьёт нас обоих. Если бы я был уверен, что Юнги не тронут, я бы уничтожил его. Я присаживаюсь и надавливаю Юнги на спину, чтобы он прогнулся. Почему он такой податливый? Я задыхаюсь, непроизвольно толкаюсь в горячей и мокрый рот. Слышу, как в углу Джин начинает глубоко дышать, ублюдок начал дрочить. Юнги машинально поднимает и опускает голову, он действует как на автомате, как по какой-то программе. Меня коробит от этого. - Трахни его, - хрипит Ким. Я не могу. Я не хочу насиловать его. В ужасе я смотрю на Джина. - Или я вызову сейчас всю свою охрану и они пустят его по кругу на твоих глазах, а потом и тебя. В растерянности я шарю глазами по кровати, вижу пачку презервативов и смазку. Тянусь к ним как в полусне. Всё вдруг становится каким-то до ужаса нереальным. Я притягиваю Юнги к себе ложусь с ним на бок, проталкиваю один палец, он легко входит: - Он растянут не переживай. Начинай. Это самый желанный и самый ужасающий секс в моей жизни. Крепко прижав к себе Юнги я стараюсь двигаться как можно осторожнее, но тело не может долго бороться, инстинкты берут верх, я срываюсь, прижимаю его животом к кровати, широко раздвигаю ноги, начинаю жёстко вбиваться, вымученно кончаю, ненавидя всех в этом мире, но больше всего себя. Нам привозит меня к дому, пихает пачку денег за ворот футболки, я машинально прижимаю их рукой. Я не могу пошевелится, он выталкивает меня из машины и уезжает. На ватных ногах я еле доползаю до квартиры, падаю на пол в прихожей и начинаю рыдать. Я хочу умереть. С того дня проходит около месяца. Я стараюсь забыть. Много пью и курю. Но это не помогает. Мне не хрена не помогает. Я всё еще хочу сдохнуть. Они заходят в мою квартиру, как к себе домой, надевают мешок на голову и выводят, запихивают в багажник. Мне не страшно. Мне плевать. Я даже, где-то рад. Я щурюсь, когда в глаза бъёт свет, оглядываюсь по странам, какое-то полуподвальное помещение, серые бетонные стены. Взгляд приковывает светлое пятно на полу, я начинаю задыхаться, на карачках подползаю. Его глаза смотрят в одну точку, он улыбается, светлые волосы разметались по щекам, на виске маленькая ровная круглая рана. Юнги лежит в луже крови. Я пытаюсь протянуть к нему руки, но не могу справиться с тремором. Пытаюсь кричать, но не получается. Слёзы застилают глаза. - Это ты виноват! Я поднимаю голову, надо мной нависает Джин, в его руке револьвер. - Это ты. Всё ты. Ты виноват. - Зачем? Ты же сам? За что? – я не могу понять. - У нас всё было так хорошо, пока я не привез его в ваш блядский клуб. Он никогда не смотрел на меня так, как на тебя. В тот вечер, когда ты танцевал для него, он попросил отпустить. Он перестал принадлежать только мне. Все эти месяцы я пытался вытравить тебя из его головы. Но он зовёт тебя. Сука! Во сне он постоянно зовёт тебя. Громкий хлопок и я вижу, как моё тело падает рядом с телом Юнги. Я чувствую тепло и счастье, полное и абсолютно беспредельное от того, что его душа рядом. - У нас опять не получилось, - его голос слишком печальный. Я поворачиваюсь, Юнги рядом со мной смотрит, как Ким сидит у его тела и рыдает, притянув к себе на колени, качает как ребёнка, целует прекрасное безжизненное лицо и начинает кричать. Исступлённо и в полном отчаянии. Я понимаю его и даже сочувствую. Я испытываю это чувство потери раз за разом уже многие сотни лет, почти вечность. Вбегает Нам, он с трудом оттаскивает его от трупов и выводит. - Я всё еще скучаю по тебе. Но Чонгук, я теряю надежду. Я уже сбился со счёта, какая это попытка? И с каждым разом время, которое дают нам все короче. Это всегда так невыносимо больно. - Прошу тебя, не теряй веру. Я уверен, у нас всё получится, в следующий раз точно. Его образ расплывается в легкую прозрачную дымку. - Я буду ждать тебя, - последнее, что я слышу, до того как он полностью не исчезнет.