My Bad Habit

      Рюджин оставляет их с Джису наедине, как только ставит еду на столик и под грозным взглядом Хван, все же сдается, беря один из пирожков себе. Закрыв двери, девушка направляется в свою комнату. Юна в позе морской звезды раскинулась на полу, прикрыв глаза. Недовольно вздохнув, блондинка слегка пнула сестру по ноге, заставляя ту обиженно сморщится.       — Я, между прочим, твою собаку мыла. — Бурчит младшая, поднимаясь.       — Меньше подсматривать будешь, — парирует Рюджин, садясь в кожаное кресло за стол. Она кивает на стульчик рядом, и сестра нехотя садится. — У нас заказ был большой, помнишь?       — От той компании, с которой Я заключила договор? — Выделяя свои заслуги, интересуется брюнетка. Рюджин тяжело вздыхает, кивая. — Конечно, ты же у нас сбежала. Хоть бы объяснила сразу, — бурчит Юна, складывая руки на груди. — Я так ничего и не поняла.       — Ты видела ее синяки? Что ты хочешь, что бы я объяснила? — Юна стушевалась, виновато глядя на свои руки. Тихо буркнув извинения, младшая нервно сжала края футболки. — Прости, я просто сама нервничаю еще. — Рюджин чуть сжала ее плечо.       — Я правда перегнула, заслужила. Если бы кто-то сделал подобное с Джису, я бы его, — брюнетка продемонстрировала, как отрывает голову обидчику. Шин старшая усмехнулась, понимающе кивая. — Ты же ему вмазала?       — Конечно, но не будь такой кровожадной, — усмехнулась Рюджин, клацая мышкой и глядя в ноутбук. Юна лишь фыркнула.       — Кто бы говорил. Это же не я разбила нос мальчику в школе.       — Он напросился. Не надо было смеяться над Черен.       Шин младшая согласно кивает, указывая пальцем на экран:       — Дизайн слишком яркий, нет? — Она чуть стучит по монитору, привлекая внимание Рюджин к ярко-алому дивану.       — Мне тоже не очень, но это желание заказчика. — Пожимает плечами блондинка, разглядывая проект. Она хмурится, просматривая отчеты о предполагаемых расходах. Пальцы нервно барабанили по столу, ведь, хоть Юна и была еще «маленькой», но опыта у нее было куда больше, чем у многих из ее рабочих, а потому была права. — А если мы как-то это обыграем?       — Как? Ну, давай сделаем красную комнату, — смеется младшая. Рюджин тоже усмехается. — Туда все вот эти БДСМ штучки, нужные книжки на полки.       — Ага, именно книжки они и будут там читать, — Шин старшая смеется. — Тот фильм явно пошел тебе не на пользу. — Она получает легкий пинок в живот. После чего закатывает глаза и резко толкает ногой стул рядом, заставляя Юну укатиться в другой конец комнаты.       — Эй! — Возмущается брюнетка. Она смеется, быстро подбираясь к сестре и, схватив ее за спинку кресла, начинает тянуть на себя. — Паровозик!       — Юна, мне не 5 лет! — Бурчит Рюджин, пытаясь встать с кресла, но брюнетка его наклоняет назад. — Юна!       — Чух-чух! — Смеется девушка, продолжая катать Шин старшую — Не становись скучной взрослой!       — Господи, и как Джису тебя терпит, — усмехается блондинка, прекращая попытки выбраться и заливаясь смехом, когда слышит возмущенные звуки от Юны.       День прошел прекрасно. К вечеру в дверь позвонили. Йеджи сидела на диване, а Лиа направилась открывать. Вскоре в гостиную вошел высокий темноволосый мужчина. Он улыбнулся, приветствуя Йеджи. Услышав знакомый голос, Юна выбежала из кухни, где до этого нагло воровала с доски нарезанные овощи. С разбега прыгнув на отца, младшая Шин повисла на нем, словно коала.       Джису усмехнулась, садясь рядом с Хван и наблюдая за этой картиной. Рюджин же показалась из кухни с половником в руках, хмыкая и закатывая глаза. Она привалилась плечом к дверному проему, кивая и не забывая саркастично отметить то, что отец пришел к ним, как на деловую встречу, в костюме. Мужчина лишь усмехнулся, жалуясь, что дочь его терроризирует.       — Это не так, просто я ради этого ужина наряжаться во что-то красивое не буду, — фыркает блондинка, возвращаясь на кухню. Йеджи усмехается в ладонь, но все еще опасливо поглядывает на реакцию мужчины. Тот не злится. Лишь вздыхает, опуская вторую дочь.       — Какой ужас, ты стал слабее! — Смеется Юна, увиливая от попыток отца ее ущипнуть. — Ха! Промахнулся! Раньше ты меня держал на спине намного дольше! — она вновь увиливает, смеясь и довольно падая на диван к девушкам, прячась за Джису. — А все! Я в домике. — Отец смеется, улыбаясь во все 32, и согласно кивает. Сняв с себя пиджак, он садится за стол, закатывая рукава рубашки и обнажая темное тату на руке. Это довольно красивый эскиз с девушкой, которая сидит на берегу вместе с гитарой. Работа сделана качественно и привлекает внимание.       — Нравится? — Интересуется мужчина, поднимая свои темные глаза на Йеджи. Та испуганно дергается и кивает. Она все еще нервничает, хоть и видела его не в первый раз. — Интересно почему я сделал это тату? — Теперь уже кивают две девушки, а Юна лишь успокаивается, и улыбка чуть сходит с ее лица. Сказав что-то про выпивку, она удаляется из комнаты. — Это Шин Со Ён, мама Рюджин. — Мужчина проводит рукой по силуэту на предплечье, улыбаясь. — Она тоже любила играть на гитаре.       — Что тут за депрессивные рассказы? — Рюджин вышла из кухни, неся в руках большую тарелку с чапчхэ. Она поставила ее к остальным угощениям, грозно глядя на отца.       — Что? Что плохого? — Не понял мужчина. Сейчас казалось, будто он намного младше Рюджин, а не наоборот.       — Не нагоняй тоски. Не будем про мою маму. — Блондинка долго смотрит ему в глаза. Возможно, она сказала бы и еще что-то, если бы не теплая ладонь Йеджи.       — Все в порядке, не злись, — Хван улыбается, одним своим видом успокаивая младшую. Та чуть морщит нос, но сдается, кивая. Хонсам прибегает на звуки разговоров, удивленно останавливаясь на пороге. Его хвост виляет из стороны в сторону, а взгляд направлен на мужчину.       — О, милый песик. Твой? — спрашивает отец Рюджин. И Йеджи кивает, все еще держа за руку младшую.       — Наш, — ровным тоном произносит блондинка. Она слегка сжимает ладонь старшей. После чего отпускает, вновь удаляясь на кухню.       — Вау! Это выглядело мощно! — Комментирует вернувшаяся Юна, держа в руках две бутылки. Одну с вином, а вторую с чем-то более крепким. Мужчина усмехается, кивая головой. Он протягивает руку Йеджи.       — Представимся, наконец, я Шин Мэн Хо, — он осторожно сжимает ладонь рыжеволосой, видя страх в ее глазах. — Приятно познакомится.       — Хван Йеджи, взаимно, — девушка улыбается, немного успокаиваясь. Мужчина кивает, убирая руку и протягивая ее уже Лие. Та пожимает ее.       — Чхве Джису, можно звать и Лиа, как будет удобнее, — произносит она, и Мэн Хо улыбается.       Вскоре Рюджин, наконец, закончила с готовкой, сняв с себя фартук и упав на диван, рядом с Йеджи. Хонсам уже улегся на коврике возле стола, наблюдая за хозяйками и пришедшим гостем.       — Знаете, что меня забавляет? — произносит мужчина, посреди трапезы. Рюджин приподнимает бровь, отрываясь от лапши. — То что вы обе, выбрали девушку, которая старше вас. Так еще и с противоположным характером. — Он беззлобно смеется, пока Рюджин слегка пихает его ногой.       — Не смешно, — бурчит она, скрывая краснеющие уши под волосами. Йеджи и Лиа шутку оценили, поддерживая отца своих девушек, и тоже заливаясь смехом.       — Бросим их? — Предлагает Юна, напоминая ребенка переростка. Она скрестила руки на груди, обиженно выпячивая нижнюю губу. Рюджин кивнула, замечая, как Йеджи, хоть и понимая, что это не более чем шутка, напрягается.       — Лучше уж обидимся и будем не разговаривать, — осторожно беря руку рыжеволосой в свою, произносит Шин с улыбкой. Ее отец лишь закатывает глаза, усмехаясь.       — Вот в этом вы копии! — Указывая на мужчину, кричит Юна.       — А ты ростом в него пошла и что? — Фыркает Рюджин. — А еще своей буйностью.       — Я не буйная! — Возражает Юна, стараясь дотянуться до сестры и в шутку ударить ее, но Джису мягко берет ее за запястье, заставляя вернуться на место.       — Ты просто экспрессивная, да, — соглашается Лиа, гладя свою девушку по голове. И та, словно щенок, улыбается, обнимая ее и прижимаясь. Отец усмехается, наливая себе еще немного в рюмку и подливая Рюджин.       — Я рад, что вы нашли свои половинки, — он одобрительно кивает, поднимая стакан. — Выпьем за то, чтобы все у вас было хорошо!       — И у тебя! — Хором отвечают сестры и усмехаются. Звенят бокалы и рюмки от легкого касания. Йеджи уже расслабилась, возможно, от действия вина, но тем не менее, она удобно расположилась на плече Рюджин.       Они долго разговаривали о том, как и кто встретился. Рюджин смеялась с зардевшегося лица Лии, когда Юна вспомнила об их первом свидании. Отец кивал, иногда задавая вопросы и довольно улыбаясь. Рюджин и Йеджи затронули тему знакомства меньше, предпочитая рассказать о совместном проживании. Хван, наконец, перестала бояться, а потому, обиженно рассказала о том, как блондинка вечно ее кусает.       — А это у нее с детства, она все пальцы мне поискусала, когда у нее зубки начали резаться, — громко хохоча, произнес мужчина. Рюджин лишь закатила глаза, ворча что-то про: «им больше не наливать». — Ты бы знала, как забавно приходить уставшим домой, где в кресле спит моя подруга, на столике рядом кружка с кофе, а эти, — указывая пальцем на сестер, мужчина усмехается. — Дерутся. Причем сцепились, так, что не разнимешь. Они кусали друг друга и пинали. У них какая-то особая любовь все в рот тащить. — Мужчина усмехается, видя, как Юна, играя с рукой Джису, слегка кусает ее. Заметив тишину, младшая непонимающе отстраняется, под громкий хохот людей. Хонсам лишь поднял голову, оглядываясь и тоже пытаясь понять причину бурного смеха.       — Да уж, это, видимо, семейное, — пожимает плечами Рюджин, когда, наконец, перестает смеяться. Йеджи обнимает ее. Они и не заметили, как пролетело время. Рыжеволосая прикрыла глаза, размеренно дыша. — Котенок, ты спать хочешь?       Хван кивнула, не открывая глаз. Отец понимающе кивнул, а потому блондинка встала, осторожно беря Йеджи на руки. Уже в комнате, уложив и накрыв одеялом, Рюджин осторожно целует ее в щеку и возвращается к столу.       Юна удаляется следующей, напоминая сонную муху. Лиа позволяет Рюджин отвести ее. И вот, наконец, за столом остаются трое. Хонсам уже дремлет возле ног Джису, сложив голову на длинные лапки.       — И так, что по состоянию Йеджи? — Интересуется Мэн Хо. Он садится удобнее, опираясь локтями на колени и чуть пригинаясь к столику. Джису кратко описывает свои опасения насчёт встречи девушки с родителями.       — Вы могли заметить, что ей непривычно видеть такие теплые отношения с родителями. Это что-то новое для нее. Она боится, хоть часто и не показывает этого. При том, Йеджи старается держаться за Рюджин. Буквально. — Лиа долго объясняет все тонкости. Пока двое Шин сосредоточенно смотрят на нее. Сейчас по ним сразу видно, что они родственники. Одинаковая поза и до жути похожая мимика. Разница лишь в чертах лица. Судя по всему, девушка больше пошла в маму. — Таким образом, если ей нужно будет встретиться со своей семьей, то ты должна быть с ней, — обращается Джису к Рюджин. Блондинка кивает, закусывая алкоголь овощами.       — И встретиться все же придется. Квартира была подарена Йеджи родителями, она имеет все права на нее. Вся ее семья настроена против нас. Я подключил лучших адвокатов. Пока им удалось найти видео с улицы, еще давнее, но тем не менее. Там ее бывший парень довольно сильно ударяет ее поздно вечером. Но если дело дойдет до суда, то этого будет мало. Йеджи придется дать показания, а также поработать с их психологом.       — Зачем столько трудностей? Боже, мы же можем просто отсыпать денег и все! — Рюджин почти рычит от злости, откидываясь на спинку дивана и закрывая глаза. Ей хочется уберечь Йеджи от всего этого, взять и спрятать.       — Потому что, ты могла ее запугивать, — произносит Лиа. Мужчина кивком подтверждает ее слова. — Также, вероятнее всего, ты, тот парень и Йеджи будете давать показания полиции в разных комнатах. Чтобы никто не смог совещаться. У меня не так много связей, как у твоего отца, но все же знакомые психологи у меня есть. Если мне удастся, то я договорюсь о том, что бы ее принимал кто-то из них.       — Спасибо, я заплачу, — произносит младшая, но Джису лишь кладет свою руку на ладонь Рюджин.       — Не нужно. Ты лучше будь рядом с ней, я буду лично ее консультировать, но это будет не так просто. Хотя, рядом с тобой она словно забывает об ужасах детства. Вам с ней придется увидеться с ее семьей, если все дойдет до суда.       — Я постараюсь все же свести все лишь к тому, что Йеджи даст показания и того парня посадят. Да, лишать родителей прав уже поздно, но тем не менее. Им можно вынести штраф или еще что-то, — произносит мужчина.       Они еще около часа разбирают все возможные варианты. После чего Рюджин настаивает, чтобы отец остался у них до утра. Он нехотя соглашается, ложась на диване. Девушки же расходятся по комнатам. Младшая осторожно прикрывает дверь за собой. Подняв одеяло, девушка ложится рядом с Йеджи. Та мирно спит, чуть сморщив носик и крепко держась за простынь. Рюджин притягивает ее ближе, обнимая за талию. Хван, словно слепой котенок, почувствовав знакомое тепло, тычется в шею, пока, наконец, не устраивается так, как ей удобно.       — Люблю тебя, мой лучик, — Шепчет Рюджин, зная, что девушка спит.

***

      Йеджи встала первой. Недолго лежит рядом с девушкой, играя с ее светлыми волосами, но нужно было встать, чтобы выгулять Хонсама. Нехотя поднявшись с кровати, она собирает волосы в хвост, направляясь в ванную. Старается не шуметь, чтобы дать Рюджин немного поспать. Взяв из гардероба спортивные штаны и толстовку, Йеджи на носочках выходит, закрывая дверь.       Решив приготовить что-то на утро, рыжеволосая направляется туда. Вещи она кладет на кресло. Уже зайдя в комнату, девушка чуть было не вскрикивает, вовремя осекаясь. Она испуганно шарахается, ударяясь об стену.       — Эй, ты как? — Шин старший помогает ей подняться. — Прости, я не хотел тебя напугать. — Он чешет свой затылок, примирительно улыбаясь. — Ты пришла готовить завтрак?       — Да, думала сделать что-нибудь девочкам. Рюджин еще спит, а я, наверное, пойду погуляю с псом. — Произносит Йеджи. Мужчина отходит, показывая на сковородку на плите. — Оу, вы уже все сделали… — Хван улыбается, кланяясь.       — Не благодари. Все хорошо. Я думал, вы поспите подольше. Так непривычно видеть, как Рюджин долго спит. — Он усмехается. — Я думал, она и дальше будет изводить себя. Раньше она толком не высыпалась. Вечно работала, я волновался за нее. А приехать было некогда. Юна старалась за ней присматривать, но ты же знаешь Рюджин. Своенравная кошка, — Шин усмехается. — Когда ты рядом, мою дочь словно меняют на другого человека.       — Она однажды сказала, что проблема не во мне, а в том, кто был со мной рядом. Ваша дочь, чудесный человек. Рюддон очень чуткая, нежная и заботливая. Она готова бросить все ради дорогих ей людей. А еще она так красиво играет на гитаре. Спасибо, что… Приняли меня, — Йеджи вытирает выступившие слезы. Мужчина замирает и после улыбается, обнимая Хван.       — Ты мне как еще одна дочь. Да и ты сделала чудо. Рюджин не трогала гитару несколько лет, когда мой отец приехал нас навестить, он сказал о том, что… Она бездарная так же, как и ее мать. Я разозлился и поссорился с отцом. А Рюджин закрылась в себе. Она перестала брать гитару в руки. Даже зная, что она тайно играла в день смерти Со Ён, я волновался. А сейчас, ты говоришь, что она играет на гитаре. — Мужчина осторожно стирает свои слезы, стараясь не сильно сжимать в объятиях девушку. Он прекрасно понимает, что это может ее напугать. — Спасибо я должен говорить тебе, Йеджи. И вы очень мило называете друг друга, — брюнет отстраняется, все еще чуть сжимая плечи девушки и улыбаясь. — Ты и впрямь сотворила чудо.       Мужчина убирает руки и предлагает ей пройтись. Рыжеволосая кивает. Она быстро переодевается и выходит в коридор, где ее ждут Хонсам и Мэн Хо. Она прицепляет поводок к псу и, взяв ключи, они уходят.       Они гуляют возле парка, разговаривая о жизни. Мужчина честно рассказывает о том, что у Рюджин и Юны было тяжелое детство. Он старался обеспечить их, но внимания давать не успевал. Йеджи узнала о трагичной истории матери Рюджин. Мэн Хо купил им кофе, и они сели на лавочку. Он с светлой грустью смотрел на свое тату.       — У меня есть еще тату на спине с каракулями, — он усмехнулся. — Юна и Рюджин нарисовали это на мое день рождения. Увы, показать я сейчас не смогу, но я люблю их обеих. Я хочу что бы у них было все в порядке. Я не самый лучший отец…       — Вы прекрасный отец, — возражает девушка, но Мэн Хо лишь качает головой. Он втягивает носом воздух, тяжело выдыхая. После чего, спросив разрешение, закуривает.       — Вчера я ранил Юну. Она делает вид, что все в порядке, но Джису наверняка знает все. Юна очень ранимая. В отличие от Рюджин, это намного заметнее. Она куда эмоциональнее и это хорошо. Но я все еще знаю и вижу, что она чувствует, когда я говорю о своей жене. Не ее матери, нет. О матери Рюджин. Увы, Юна до сих пор боится, что я больше зациклен на Рю, но это не так. Мне сложно это продемонстрировать, но я люблю их обеих. Любовь очень сложная вещь. — Он выдыхает темный дым, потягивая кофе. — Я сделаю все, чтобы у них обеих, все было хорошо. И для тебя. Ты важна для Рюджин, а потому я приложу все усилия, чтобы решить сложившуюся ситуацию.       — Я благодарна вам, — кивает Йеджи. Она не знала почему, но наедине с этим мужчиной чувствовала спокойствие. Не было страха или напряжения. От него словно исходила приятная аура, но какая-то… подавленная?. В его глазах все еще читалась вина за ошибки прошлого. Он не простил себя, да и вряд ли сможет это сделать.       — Я знаю, что у тебя сегодня прослушивание. Ведь так? — Рыжеволосая кивает. — Рюджин говорила, что ты много тренировалась, поэтому желаю тебе успехов. Уверен, ты прекрасно танцуешь. По крайне мере, по словам моей дочери, это действительно стоящее зрелище. А она кому попало комплименты не делает.       Они остановились у многоэтажного дома. Мужчина просил передать дочерям, что им следует еще раз собраться всем вместе. После чего, попрощавшись с Йеджи, которая сама обняла его на прощание, сел в машину и уехал.       Юна и Джису вскоре тоже отправились к себе, оставляя парочку наедине. Но вместо каких-либо нежностей, Рюджин бдительно наблюдала за последним прогоном танца, сидя на кресле. Лицо Йеджи было сосредоточенным. Ее грудь тяжело вздымалась, но она продолжала совершать различные элементы.       — А это не слишком? — Спрашивает Шин, подав ей воды. Хван лишь машет головой, вытирая пот со лба. — У нас еще два часа.       — Ты в который раз пропускаешь работу? — Усмехается старшая, на что блондинка лишь закатывает глаза. Повернув к ней ноутбук, Рюджин тыкает в экран.       — Видишь? Работаю я, работаю. Я могу из дома работать прекрасно. Все отчеты просмотрены, отправлены по почте. — Докладывает младшая, глядя на ручные часы.       Йеджи жутко волнуется, когда они прибывают на место. Почти всю дорогу в машине, они на репите слушали песню к выступлению, пока Хван распевалась, повторяя движения. Ее рука сжимала ладонь Рюджин, пока младшая пыталась всячески подбодрить девушку.       Сцена была Йеджи к лицу. Шин заранее попросила Черен помочь ей, а потому, сейчас в руках блондинки был виден большой букет с цветами. Она с упоением смотрела на сосредоточенное лицо своей девушки, что прекрасно справилась со своей программой. Тяжело дыша, девушка отошла в сторону к другим кандидаткам, занимая свое место.       Когда оглашали результаты, Рюджин сама не дышала. Ее взгляд метался от таблицы до рыжей копны волос. Ладони потеют, а к горлу подкатывает противный ком. Давно она так не волновалась из-за чего-то. Экран большого табло, наконец, загорелся, показывая числа.       Рюджин быстро пробегает взглядом. Она почти рычит от досады, когда видит разницу всего в балл. Одна оценка — и вот, Йеджи не проходит дальше. Да, второе место это прекрасно, но отбирали только первых.       Хван расстраивается, забрав награду за участие и уходя к Рюджин. Она крепко обнимает Йеджи, пока слезы стекают по щекам. Свободной рукой гладит ее спину, позволяя уткнуться в свою шею. Шепчет тихие слова на ухо, иногда касаясь губами.       — Вы так раскисли, между прочим, зря, — произносит подоспевшая Черен. На ее лице довольная улыбка. Она дожидается пока Йеджи немного отойдет от Шин, шмыгая носом. — Мой босс заинтересовался тобой, просил предложить тебе вакансию. Правда, придется немного тебя подучить. Как ты смотришь на то, что бы стать хореографом? Работать придется с начинающими группами, ставить их на ноги.       Йеджи смотрит на Рюджин, и блондинка, усмехаясь, пихает ее локтем, подмигивая. Хван активно кивает, заставляя Ли засмеяться. Они обнимаются, и Рён поздравляет ее, говоря о том, что поможет подтянуть слабые места в танцах.       Поэтому из здания они выходят довольные. Черен убегает, ссылаясь на работу. На улице стоит уже теплая погода. Солнце приятно согревает кожу, и Рюджин чуть щурится, опуская очки на нос.       — Йеджи! — Знакомый до боли голос раздается со стороны, и рыжеволосая испуганно шарахается. Букет выпадает из ее рук, пока она ошарашенно смотрит на двух людей у лестницы. — Доченька наша! Боже, мы так надеялись, что найдем тебя здесь! Мы пришли забрать тебя от этой, — ее мама недовольно косится на Рюджин. Младшая вышла вперед, прикрывая рукой девушку. Взгляд главы семейства Хван прожигает в Шин дыру. В его мечтах она, наверное, уже давно жарится на вертеле.       Пальцы Йеджи цепляются за ткань рубашки, сжимая ее. Она нервничает. Это понятно, ведь если бы не черные лосины и длинные рукава топа, то многие бы увидели остатки от синяков. Шин смотрит сверху вниз на родителей Хван. Продолжении следует…