Наследие великого Наруто, который так и не успел стать хокаге

      Сегодня у Неджи задергался глаз. Терпение Хьюги подходило к концу, жизнь в доме с малышом была невыносимой. Пока Боруто был маленьким, он часто плакал, писался в памперс, будил своего дядю ночами и еще куча всяких «прелестей». Только было одно «но». Он лежал в своей кроватке! Неджи сам определял, где будет находится племянник, на его руках, в детской люльке или на его футоне. Сейчас все изменилось.       Начиналась эта история вполне мирно. Боруто делал свои первые шаги, Неджи умилялся и очень-очень им гордился. Тут даже обычно спокойный Хьюга показывал всем свою бурную радость, а его альбом пополнился фотками Боруто. Сначала он ходил, а потом и вовсю бегал по скромному дому Неджи, разнося все вокруг. Вазы с любимыми икебанами пришлось убрать, потому что ходячий ураган уже разбил одну из них. Игрушки ребенка оказались разбросаны по всему дому. Неджи, уже отвыкший от работы шиноби и необходимости быть настороже, постоянно наступал то на забавные погремушки в виде уточек, то на кубики ярких, даже кислотных цветов, а в самом удачном случае на плюшевую панду.       К слову, игрушки ребенка Неджи искренне ненавидел, чего старался не показывать, одобряя выбор своего племянника. Когда Боруто был младше, Хьюга мог выбирать вещи для него спокойных тонов. Он играл с игрушками из дерева и ткани, чей минималистичный дизайн радовал глаз Неджи, а вся одежда малыша была однотонной: белой, бежевой и черной.       Сейчас Боруто уже сам мог выбрать себе что-то в магазине. И его внимание привлекали яркие внеземные животные, пищащие и стукающие «развивающие» игрушки, а еще большое разнообразие разных кубиков. В одежде стал преобладать ярко-розовый, малиновый, кислотный цвет, при одном взгляде на который Неджи хотелось шлепнуться в обморок. Но он терпел. Крепко стискивал зубы и оплачивал выбранную вещь. Боруто был счастлив, укладываясь спать в обнимку с новым плюшевым чудиком фиолетового цвета с тремя глазами и ртом, что был определенно больше всего остального тела.       Для счастья племянника Неджи терпел все это безобразие в своем доме. Но стоило ему привыкнуть к тому, что пол его дома — это словно огромная поляна со взрыв-печатями, как появилась новая проблема. Боруто начал пытаться есть самостоятельно. Сегодня его первая попытка. И именно сегодня у Неджи, впервые в его жизни, задергался глаз.       Вкусное яблочное пюре оказалось везде. Детский стульчик, пол, стены, сам Боруто, Неджи – все в нем. А он отвернулся всего на пару минут, чтобы положить рис себе в тарелку! «Почему на мне, а не во рту?!» - спрашивал себя Неджи. Ему было бы куда проще накормить племянника как обычно, своей рукой с ложечки, но так нельзя. Надо его уже учить пользоваться ложкой, взрослый уже.       В этот самый неудобный для Неджи момент в дверь постучали. Он сложил руки лодочкой, несколько секунд спокойно дышал, под оживленный лепет ребенка. Получилось немного успокоиться и вернуть хотя бы шаткое, но душевное равновесие. Неджи переоделся, пока гость стучал не переставая. Наконец-то он открыл и увидел перед собой сестренку – Ханаби.       - Да неужели! Чем ты так занят был? Неужели спал? Вот что делает лень с шиноби!       - Я не спал, Ханаби. Рад тебя видеть, - Неджи слегка поклонился ей в знак приветствия.       Ханаби это проигнорировала.       - А что ты тогда делал? Вот ты уже столько лет на миссии не ходишь, обленился! По юкате вижу, что спал, мятая вся!       Неджи оглядел одежду, которую надел в спешке. Да, действительно мятое.       - Ты прекрасно знаешь, что на миссии я не хожу не из-за лени, а…       - Я прекрасно знаю, что ты больным прикидываешься! – перебила его Ханаби, - ой, я такой бедненький, несчастненький, у меня все так болит, никогда больше не буду шиноби! Ну серьезно, прекращай этот балаган, ты бы делом занялся.       Неджи положил руку на грудь. Ханаби не видела всего того, что произошло на войне тогда. Он был в шаге от смерти, спасло его жизнь лишь чудо. Травмы, которые были малосовместимы с жизнью. Как итог, сейчас он не может быть шиноби. Нет, Неджи не потерял способность контролировать чакру, выполнять техники, использовать клановое тайдзюцу, это все еще доступно ему, но стоит только немного перетрудиться, как сильнейшая боль разрывает его грудь, а ноги подкашиваются. Сердце грозится остановится, а легкие отказываются дышать, воздуха не хватает, силы стремительно уходят, сознание уплывает. Неджи пытался тренироваться, пытался вернуться в ряды ниндзя, ведь они были так нужны для восстановления Конохи. Все было тщетно.       Неджи не захотел спорить с сестрой, которая, с одной стороны, была уже главой клана Хьюга, а с другой, младше него на семь лет девушкой. Так что он просто устало вздохнул.       - Это все, что ты хотела сказать?       - Нет, я вообще не тебя жизни учить пришла, хотя стоило бы. Ты почему к главе клана обращаешься так фамильярно?       «Как ее пустили кланом управлять? Она же просто ребенок еще! Играется, играется… За нее старейшины, я уверен, правят!» - недовольно думал Неджи. Впервые за всю его жизнь кто-то в клане предъявил ему за невежливость, хотя он всегда был образцом для поведения, по нему можно было бы и книжки по этикету писать. Только к членам своей семьи Неджи всегда обращался куда менее официозно. Даже Хиаши, много лет будучи главой клана, воспитывавшийся в куда более жестких традициях, позволял ему назвать себя просто «дядя».       - Прошу прощения, Ханаби-сама. Хотите, чтобы я обращался к вам так? С самого детства, я называл вас просто «Ханаби», вы для меня всегда были многоуважаемой младшей сестрой из главной ветви, я даже подумать не мог, что вы все это время желали от меня обычной вежливости! Приношу свои извинения, - Неджи опять поклонился Ханаби, но уже ниже, показывая свое «почтение». Однако, оба Хьюга понимали, что Неджи просто издевается над заигравшейся сестрой.       - Вот ты зануда! А я даже и не знала, что ты, оказывается, так на мозги действуешь!       Неджи хмыкнул, скрестив руки на груди. Странно, что она этого не замечала, ведь он прожил в доме Хиаши почти семнадцать лет, то есть большую части их жизней они провели под одной крышей.       Тут из комнаты раздался визг – Боруто зашелся в истерике. Неджи сразу, забыв про Ханаби, кинулся к племяннику. Ничего страшного не произошло, ребенок, похоже, просто сам что-то сделал и сам же этого испугался. Неджи взял на руки Боруто, и он быстро успокоился, стоило только ему оказаться на руках родного человека.       - Вот о нем я и хотела поговорить. Ками-сама, что за срач!       Ханаби даже подпрыгнула, когда увидела, во что это желтенький монстрик превратил кухню. Она стояла, брезгливо смотря на капли пюре у ее ног.       - Подожди немного, я с ребенком разберусь и мы поговорим.       Ханаби пришлось ждать долго. Она успела постоять, посидеть, обойти три раза дом, еще посидеть, посмотреть фильм в гостиной, но ей даже в голову не пришло помочь брату.       - Вот и все. Кухня чистая, у ребенка утренний сон.       Неджи опустился на татами рядом с Ханаби. Та валялась на нем, крутя в руках пульт.       - Послушай, ты, конечно, молодец…       - Благодарю.       - Да подожди ты! Я хочу забрать Боруто. Ты молодец, побыл его нянькой, но ему лучше расти у меня. Любому ребенку нужна женщина рядом.       От такого предложения Неджи даже не сразу нашелся, что сказать. Он сжал руки так, что костяшки побелели, внутри был целый ворох мыслей: «Почему она вдруг так решила?», «Как я ей могу отдать моего родного Боруто?», «Как ребенок ребенка воспитает?», «Кто по факту будет его воспитывать: слуги или она сама?».       - Так ты согласен?       - Нет! – неожиданно эмоционально воскликнул Неджи, - все это время с ним был я. И я буду до конца.       - Ему нужна замена матери.       - И отца тоже.       - Неджи, что ты знаешь о воспитании детей?       - Поболее тебя.       Неджи и Ханаби метали друг в друга злые молнии из глаз. Хьюги были сильно напряжены.       - Неджи, ты правда хочешь, чтобы Боруто воспитывал член побочной ветви? – тихо, хитро улыбаясь, даже немного скалясь, спросила Ханаби.       Тут его передернуло. Ханаби хочет забрать Боруто, потому что, видите ли, Неджи из побочной ветви! Наступила на самое больное!       - И вообще, я ему роднее. Ты-то ему даже и не дядя толком. А я самая родная тетя! Боруто сын Хинаты. И он должен воспитываться также, как и будущие главы кланов. А если у него бьякуган будет? Тогда он сменит меня на этом посту. Что думаешь, а?       - Ханаби.       Девушка смотрела на брата с вызовом. Она была уверена в своей победе над ним, но Неджи не готов был отдать просто так племянника, неизвестно в какие руки, драгоценное наследие Хинаты и Наруто.       - Что?       - Когда я забрал Боруто, ты не высказывала мне претензий. А теперь что-то начала. Раньше надо было. Сейчас я его опекун, поэтому я буду его воспитывать. Если Боруто станет главой клана в будущем, то, думаю, ты ему и в более старшем возрасте объяснишь.       - Ты даже дом в чистоте держать не можешь! – нашла причину подколоть Ханаби.       - У меня просто нет слуг. Сейчас дома чисто. Я все убрал. Уходи из моего дома. Я не хочу больше говорить об этом, я не позволю тебе больше меня оскорблять.       - Самолюбивый придурок… - пробормотала Ханаби и пошла на выход. Неджи проводил ее. Он стоял в дверях, смотря, как глава клана удаляется в главное поместье. На улице было пекло, Хьюга не чувствовал даже малейшего дуновения ветерка. В такую погоду Неджи захотелось тоже вздремнуть, тем более дома было вполне комфортно. Он закрыл дверь и спрятался в тень дома.       «Если Боруто проснется, я услышу даже из своей комнаты», - подумал Хьюга и направился к себе. Он достал футон и прилег на него. Переживания за племянника отступили, он понял, что ни за что не позволит его забрать, поэтому смог спокойно уснуть в мягкой постели, которая приятно пахла средством для стирки.       Неджи отлично выспался. Поспать днем – достижение для опекуна гиперактивного ребенка. Прошло почти три часа. Только его напрягла странная тишина, со стороны комнаты племянника доносилось только шуршание. Чтобы не тратить лишние силы, Неджи просто активировал бьякуган. Увиденное заставило Хьюгу тут же подскочить и бегом направиться в комнату.       Двери оказались испорчены. Боруто разорвал всю бумагу в перегородках седзи, висел на деревянном каркасе и весело улыбался. Масштаб разрушений, что понес дом Неджи, оказался огромен. По полу словно снег лежали обрывки бумаги. На одном из них даже был виден узор птицы.       Первое, что испытал Неджи – злость. Он схватил Боруто за руку, оттащил от дверей. Придется делать ремонт, менять всю перегородку, а она совсем не маленькая. И ведь все без его ведома! Стоило ему только уснуть, как сразу же Боруто полез хулиганить! Весь в Наруто!       Неджи замахнулся рукой, он хотел ударить ребенка в наказание. Только малыш просто смотрел на замахнувшегося дядю немного испуганными, но больше любопытными глазами. Он не съеживался, ожидая удара, не пытался вырваться, не старался защититься. Нет. Боруто не знал, что такое насилие.       Хьюга не смог ударить его. Он медленно опустил руку, а после встал на колени, чтобы быть на одном уровне с племянником. Неджи обнял его крепко.       «Мне не обязательно быть таким же, как мой отец и дядя. Мне не обязательно жестоко воспитывать его. Мне не нужно его бить. Мне не нужно причинять ему боль. Я не хочу делать ему больно…»       Мысли о прошлом заполонили сознание мужчины. Он вспоминал, как в раннем детстве отец мог ударить его, наказать, заставить стоять на коленях. Как позже дядя Хиаши активировал печать на лбу, только чтобы наказать. Он катался по полу, хватаясь за голову и моля о пощаде.       - Подумать только, мне уже двадцать один, а я все еще помню детскую травму. Боруто, не делай так больше, ладно?       - Дядя! – весело вякнул ребенок и засмеялся. Неджи облегченно выдохнул.