Полынь и Роза

Огромные деревья нависали над беседкой, утопающей в лозе. Зеленные стебли оплетали основу, достигая верха и распуская жёлтые цветы. Некоторые лепестки танцевали по воздуху, падая на голову сидящей в отдалении от служанки девочки. Каштановые волосы с прядями цвета золота украшались лепестками цветов. А смотрящий на эту картину женщина тихо охала, глядя на свою красивую госпожу. Лишь по глазам девочки можно было понять, что этот танец лепестков ее не интересовал. - Хитоми. Дорогая, тебе не кажется, что окружение прекрасное..? - вопрошала Каори, приседая рядом с молчавшей девочкой. Пушистые ресницы затрепали, и взгляд девочки упёрся в нее. Пустые глаза прекрасной Хитоми больно кольнули сердце. Лёгкое разочарование от закрытости дочери господина Сузуми закрадывалась под кожу, разнося мурашки. - Ну ладно. Наша Хитоми-чан не любит цветы? Да?,- неловко улыбнулась Каори, поднимая дитя. Маленькие ручки оплели шею, а голова прижалась к шее девушки. Улыбка скользнула по лицу Каори. - Пошли к То Сану? Будем надоедать ему на зло. Видете ли дела! А на дочь ни минуты! - Тихо причитая, она закрутила девочку вокруг оси. Был летний день, но неожиданно для всех он предстал пасмурным, жаждущим опустошения от ноши. Грозовые тучи наступали на небе, в надежде утопить землю в первозданной стихие воды. Хитоми смотрела на волнистое грязно серое облако, положив голову на плечо няни. Уже несколько лет прошло с "начала" жизни, а ей кажется, что она застряла, словно муха в варенье. Жизнь это хорошо, но когда есть за что зацепиться. В сердце зияла пустота. Оторванные кусочки души остались во тьме прошлой жизни, где были ее близкие. Мама, папа, братья,  даже муж, который проник ядовитым стебельком в самое сердце. В попытках найти новое счастье она пустила росток анемона Каа-сан. Ее волосы цвета золота и глаза аметисты. Ее запах был смесью фиалок, чернил и молока. Весёлый смех молодой матери и поцелуй в висок. Песни сирены, которые она не могла понять из за изначального незнания языка. - Я хочу к Каа-сан...- Залепетала Хитоми, подняв голову и посмотрев на сероглазую служанку. Девушка замерла, переведя на госпожу печальный взгляд. "Бедное дитя, она скучает по своей Каа-сан...". - Хитоми-чан, ты пока не сможешь пойти к матери. Ты же знаешь, что она болеет. - Когда смогу?, - сглотнула она вязкую слюну. Сердце нервно трепетало от нынешней ситуации. Из - за преждевременных родов здоровье Сакэры, матери Хитоми, стало слабым. И с дуновением ветерка она могла слечь в постель на недели. - Хм. Я не знаю, госпожа- ответила Каори, с печалью отводя глаза. Служанке не хотелось видеть грустные глаза госпожи. Хитоми медленно кивнула, принимая к сведению. "Не знаю" такое лёгкое слово. Скажешь не знаю и все проблемы решены. Люди, не нагнетая, отстают от тебя и ищут ответы у других. Не знаю, даже если ты все знаешь. Этим словом и она покрывалась в прошлой жизни. А можно было и спросить у отца, если мы к нему и идём. Может она сейчас смотрит с иронией, но понимает, что для Каори она лишь милая девочка, не понимающая множество вещей. Утруждать госпожу ее персоной? Не посмеет. Шагая по коридору поместья, на руках Каори, она рассматривала деревянные стены и висящие на них картины. Красное солнце распустился на полотне, и его окружали журавли. Достопочтенные господа. Журавли величественно восседали на раскинувшимся дереве, неся свое бессмертие. Процветание, счастье, плодородие. Следующие две картины тоже почти не отличались от первого. Разница была лишь в локациях. Горы и озеро. В черепушке всплыл призрачный силуэт племянника, который любил японскую культуру и мечтал об этой стране. Даже ходил хвостиком, зная, что она тоже любить аниме. Только вот больше короткометражные. Учил язык и культуру, готовился по профессии. Это от него она слышала о символе бессмертия - Журавль. Хитоми выслушивала его мечту о студии. Хороший был малый. Да только быстро сгорел и потух его огонек под натиском других. Стал он серым, был побеждён... Стараясь не зацикливаться на прошлом, она перевела взгляд к потолку. Каори продолжала идти прямиком к отцу, который вовсе ей не отец. Глава клана Хосино был и в самом деле уродом с приставкой моральный. В эту эпоху женщины исполняли роль вещи, и даже ее мать, настоящая наследница, не смогла этого избежать. Рядом прошел огромный мужчина с очень редкими бровями. Его губы были сжаты в полоску, а руки в тисках. Переведя взгляд на него, она видела в какой ярости был мужчина. Прикрепленный на спину меч блестел от падающего солнца. Напряжённая спина уходила все дальше и дальше. Недоумение. Хитоми гадала, что же такого опять сказал этот идиот. Люди из ее клана были торговцами, но славились они как шиноби. Только вот лишь четыре из десяти были шиноби и клан невелик. Ее отец, глава клана по женитьбе крутил пойманной властью, словно люди были игрушкой. Слабость, честность, доброта были самой ненужной характеристикой в этом мире насилия. А верующий в это ее клан был безобидной пташкой среди огромных ястребов. Даже не выходя из територии поместья, Хитоми знала, что попала в мир сильных, где слабость была фатальной ошибкой. Клан был слаб. Пользовался этим и Сузуми Хосино, бывший младшим сыном клана Годуре из Страны Земли. Люди боялись его из за сил его прежнего клана. Забыли, что вошедшие в другой клан часто бывали отрезанными от огромных кронов семьи (Если они конечно не сильные кланы на типо Учих, Сенджу и Узумаки). "Слабые добрые и терпимые люди всегда у ног более сильных, жестоких и хитрых". Жестокая реальность жизни. Лёгкий стук прервал ее ход не радостных мыслей. Каори, услышав голос хозяина, вошла, а Хитоми внутренне закатила глаза. Книжные полки были наполнены книгами. Темные корешки растрескались, а у некоторых книг названия были стёрты. Хитоми было интересно, что скрывали эти страницы, запертые невидимым замком. В углу был поставлен стол, где было собрано множество бумаг. За ними была видна каштановая макушка. Кудрявая голова поднялась с кипы бумаг, оглядывая пришедших. Его серые глаза с интересом осматривали пришедших. Поднятая бровь и немой вопрос был отправлен к служанке. Каори легко и элегантно поклонилась. - Господин Сузуми. Маленькая Химе  спрашивала про госпожу Сэкеру, - отчиталась она, отпуская ресницы. Сузуми придирчиво оглядел ее и раздражённо вздохнул. Плавно поставив на бумагу штамп, он отложил ее на край и взглянул на дочь. Четырехлетняя Хитоми. Мистические аметисты пронзили его, заставляя сжаться саму душу. Будто смотрели с непринятием. - Хитоми. Ты же понимаешь, что мать сейчас на карантине?- потерь он переносицу. - Сейчас врачи говорят, что ей нужен отдых. Любой человек... Хитоми перевела взгляд на очень интересный деревянный пол. Длинные, темно красные и на вид очень дорогие. В прошлой жизни ее дядя был строителем, и он говорил, что бывают разные виды полов. Конкретно деревянными являются: необрезная доска, фанера или ДСП, фальцованная доска или доска из клееного бруса. Вряд-ли конечно, тут есть такие но. Первые два варианта подойдут для настила черновых полов, на который можно настилать чистовое напольное покрытие. А также... -..итоми! Хитоми! - раздался крик, вырывая ее из думов. Переведя свой взгляд на повышенный голос, она увидела серые глаза отца. Крылья носа трепетали от ярости, а держащая ее няня дрожала от распускаемой ауры.  Ки. Так вот он какой! - подумала она, смотря на атлетический сложенного мужчину. Низкий рост не отменял испускаемую ауру у Сузуми. - Ты! С детства не воспитанная! Да кто тебя в мужья возьмёт, если будешь так браваду держать?- Чеканя слова, он подошёл к ней, сверкая грозой. Сузуми заметил, что его дочь не дрожит, в отличии от той же служанки. Поневоле - поднялась бровь. - Каори. - П-простите. Господин... Я после... - Заткнись. - П-простите. - Пойди к Изу-сан, пусть он выделить для Хитоми сенсея. Она слишком засиделась. - вздохнув, мужчина устало перевел взгляд на девочку, что сжала ручку в кулак. Его ярость была словно землетрясение. Мог пошатнуть, разрушить, после уходя, будто его не было. Лишь последствия оставались от него. - Если ты не боишься моего Ки... Запишите ее и на курсы по подготовке шиноби. Комната погрузилась в удушающую тишину. Каори, услышав о подготовки к шиноби, тревожно замерла. В это время Хитоми смотрела глазами блюдцами на гандона полосатого. Она? Шиноби?  Да куда дальше? На войну? Или сразу на смерть? В прошлом она максимум держала в руке кухонный нож и помогала резать барана на Курбан айт! И то через силу и своих, и родственников, которые говорили, что это не дело женское резать барана и вообще не по религии! Тьфу, тут то и ее прошлой религии нет. По венам Сузуми разносился нектар. удовольствия от ошарашенных глаз дочери. - И ещё добавьте побольше этикета. Не хочу, чтоб дочь была дикаркой. Математику, Историю кланов, чтоб она знала, кто враг, кто друг. Философию. Может,  поймет, какая тут у нее роль, и перестанет быть рыбой. Чайная церемония. Уроки хорошей жены, уроки ублажнения. - Господин! Она ещё ребенок для такого! - в ужасе отпрянула няня девочки. - Ещё искусство шиноби! Химе ещё слаба для кунаев. Хитоми же внутренне закипала. - Чем раньше, тем лучше. - Но это не целесообразно! Так же то, что вы говорите о роли жены. Она не должна учиться быть идеальной женой. Она может быть, унаследует Кеккей-генкай нашего клана и станет Гла... - Нет, - отрезал на приложение Сузуми. Глаза кинули молнии в служанку, заставив ту заткнуться. - Она не станет главой. Главой может стать лишь наследник мужского пола. - Но, Господин Сузуми, в нашем клане лишь те, кто обладают Кеккей-генкаем, могут стать главой. Прошлый глава обладал, но наша Госпожа Сэкера нет. И лишь из - за... - Заткнись! - разозлившись, глава клана Хосино ударил девушку. Каори, пошатнувшись, упала, утягивая за собой и Хитоми, что кричала внутри о бреде. - Эта тема сама знаешь запретна! "Да что за хуйня? Это что за драма? Я понимаю, что я попала в аниме, который даже не смотрела...НО что это за цирк? Мне осознания того, что я переродилась в "Наруто" хватает! ". Хитоми захныкала от боли, а внутренний взрослый кричал в истерике от драматической ситуации. Душу переполнял гнев, но тело не принимало ее, делая по своему. После перерождения такое случалось лишь трижды. Почувствовав боль от падения, Хитоми заплакала окончательно, а молодая няня, дрожа, обняла Химе. - Добавьте ещё уроки. Придумайте сами. - махнул он рукой поворачиваясь к своему столу. - Чтоб кроме уроков для шиноби и других, мною сказанных, было еще пятеро. Я не потерплю лень в своем доме. - Да...да господин. Холод стальных глаз прибил девочку, что дрожала, словно осиновый лист. "Тц. Мне только казалось, что она не ребенок? ". Взгляд зацепил жёлтые сопли, стекающие из носа девочки, в душе Сузуми поднял голову брезгливость и ирония. "Перетрудился. Ха. Да меня брат засмеёт, если скажу, что подозревал дочь в одержимости". . . . - Меня зовут Такеми. Я ваш учитель по искусству шиноби, - с дела начал высокий старик с уже многолетней сединой. Сидя около большого дерева что рос в внутреннем дворе ее "школы", Хитоми осматривала своего учителя. Шрам на переносице и отличительные в ее клане фиалковые глаза. На первый взгляд выглядит как обычный дед, и походу так думает не только она. Вперёд вышел бойкий мелкий ребенок. Отличительно, что кулаки были сжаты. Чисто золотые волосы, так похожие на волосы Каа -сан...Сердце сжалось от короткой боли. Прошел год с того момента, как ее запрягали словно мул. Каори смогла отсрочить уроки по искусству шиноби лишь на год. Хитоми начинала от уроков этикета, заканчивая танцами. Всю программу начинали аккуратно, не давая ей времени даже заметить то, как она стала держать себя и относиться к окружающим. Это ее пугало. Такое впечатление, будто ее отпаивали отваром для "Идеальности". Она теряла частичку за частичкой индивидуальность. Мысли ушли к прошлой жизни, в то время как тот малый начал балаган на тему "Ты старик слишком слаб для нас". Она вспоминала прошлую жизнь, покрытую дымом, проникающий во внутрь и оставляя запах яблочных пирогов, мамы, смех и шуточную битву с отцом, прикосновение рук... мужа. - Ата! Тата! Татаата - раздался крик и вырванная из привычных грез Хитоми, улетела в дерево. Лёгкая боль разлилась по телу, заставляя мурашки зигзагами дойти до мозга. На краю сознания зрела благодарность за подготовку к "Искусству шиноби" в течении месяца. Лёгкие упражнения для дальнейшего развития от брата Каори были маной небесной, ибо укреплённое тело "Почти" не чувствовало боли. - Ауч, - привычное шипение легко покинуло губы Хитоми и открывая глаза, она замерла, смотря на мальчика, что упал лицом прям меж ее ног. Пыхтение. И вот кинутый Такеми сенсеем пацан встал как ни в чем не бывало. По ее лицу разлился лёгкий румянец от того, что было бы, если они были старше? Так не ни в чем не бывало встали? "Черт! Извращенка! Заткнись! " заорал набатом внутренний голос, заставляя ее утонуть в краске. "О чем ты только думаешь? Тебе только пять! Ааааа! Педофилкаа"!  Ладошки легко заключили щеки, горящие от стыда за свои мысли. Откуда, блин, такие мысли, идиотка? Огромная ложка вычерпывала на нее ушат стыда и позора. - ...В порядке! - крикнул летун. Взгляд зацепил оценивающие глаза сенсея. Смотрящий коршуном старик заставил и ее подняться, пройти вместе с летуном круг вокруг деревни. Справедливое наказание для ее идиотских мыслей. Подумала же на голову извращенка. Нет. Она не смотрела на мальчика, как на парня и вообще мужчину. Она просто вспомнила позы, которые... Черт! Не думай. Никакого отношения. Никакого парня. Тем более никаких мужей. Нахлебалась любви с прошлой жизни. Ощущение фантомной боли от предательства зазвонили словно церковные колокола, заставляя ее ручки дрожать от этого. Она. Ненавидит. Предательство. А что нужно сделать, чтоб не предавали? Не имеет отношения. Дыхание начинало сбиваться от бега. Чуть оглянувшись, она заметила сзади белку летягу, что упал на нее. Отстаёт. Нет, все таки как хорошо, что брат Каори помог ей в этом месяце. В мыслях появилась статуя Будды с лицом брата Каори. Святой человек! - Вы - будущее поколение нашего клана. Защитники стариков, детей и членов клана. С древних времён наш клан Сузуми являлся малочисленным, от того и незаметным, - начал говорить Такеми-сенсей, меря шаги в деревянном здание, вероятно, отведенному для учебы клановых ребят. Наказание закончилось и сенсей изволил начать урок. - Наша сила - это незаметность. Тихо подходя сзади, мы уничтожаем врагов, выходя вперёд. В комнате поднялся возмущенный и удивленный ропот. Дети лет от двух до шести махали руками и шептались друг другу. - Но шиноби не такие! Они честные! - крикнул Белка Летяга, а Хитоми внутри лишь закатила глаза детской наивности. - Нет, - отчеканил Такеми, смотря на своего ученика. "Будут же с ним проблемы" пролетело в голове у старика, и тяжёлый вздох огласил комнату. Ученики слушали, внимая слову. - Шиноби - Это те же убийцы, воры, бандиты, да кто только хочешь, лишь бы деньги дал. Шиноби - это наемники, которые выполняют любую работу за деньги. Запомни это, Юта. - Но...Но папа сказал, что они спасают! - крикнул Юта, распахнув очи. По залу раздался звук хлопка. - Если заплатить деньги, идиот! - припечатала голову Юты к полу высокая для своих лет девочка. Ее тусколо-желтые волосы поднимались вверх от раздражения, наполняясь электричеством. - Продолжайте, сенсей! Зал погрузился в неловкую тишину от увиденной сцены. На полу все ещё валялся Юто, что причитал о злобной Аки. На это стоящая Аки лишь хмыкнула, бросая "Будто я хочу быть рядом! ". - Хм, - улыбнулся сенсей и продолжил начатое. - И так. Мы - клан Хосино. И символ наш - Полярная звезда в окружении полыни. Что это значит? Один из детей помахал рукой, привлекая внимание Такеми. Неловко поерзав под взглядами всех он аккуратно изложил свою теорию: -Из - за того, что она яркая? Мы тоже со своей внешностью вроде яркие. - Хм. Многие могут также подумать, но это абсолютно не так. Полярная звезда воистину самая яркая в небе. Однако важнейшая причина кроется в том, что она - столб света, центр мира. Запомните, это не значит, что наш клан - центр мира. - Сенсей, если это не так, то зачем вы начали разговор о Центре мира -  заинтересованно спросила молчавшая до этого Хитоми. Обычный озноб прошёлся по позвоночнику от взгляда светло фиалковых глаз. - А это маленькая Химе...- По залу прошёлся ропот голосов, и заинтересованные взгляды сместились на нее. Разные глаза смотрели на нее, впитывая поданную информацию. Хитоми внутренне дернула плечами от такой заинтересованности. - Я и собирался объяснить. - Кхм. Извините, - неловко пожала она плечами от смущения. На это сенсей лишь закатил глаза, поворачиваясь в другую сторону, где сидели маленькие цыплята с заинтересованными лицами. - Продолжим. Для начала предлагаем вспомнить фигуру, наиболее почитаемую среди всех синтоистских богов, а именно богиню Аматэрасу. Она является олицетворением солнца, а один из её братьев, Цукуёми - божеством Луны. Два бога, что породили их - Идзанами и Идзанаги, отождествлялись с небом и землёй и соединились браком, обойдя кругом небесный столб. Этот столб - ни что иное, как центр мира, которому соответствует центр звёздного неба - Полярная звезда. Полярной звезде придают особое значение: она находится прямо в центре небосвода и кажется почти неподвижной, в то время как остальные звёзды как будто вращаются вокруг неё. В нашей культуре Полярная звезда тоже важна: её почитают как божество, причём довольно важное. Божество-персонификация Полярной звезды известно как Мёкэн (, "тот, кто видит всё", "дивное видение"). -Так можно быстрее? -  крикнул Белка Летяга, за что получил от Сенсея палкой по голове. - Молчи. Терпение - важная черта для шиноби.- со спокойствием достойной Будды проговорил Такеми-сенсей. -  Мёкен - наша богиня, и она та, что следить за нами. Дети кивали болванчиком продвигаясь друг другу. Для них урок был сродни рассказу сказок. - Теперь обратим свое внимание на полынь. Символ почитания предков, также обладающий силой. Хранить и оберегать. Для большинства людей не понять наш знак, но запомните главное. - Такеми замер и улыбнулся уголком губ. Через секунду воздух сгустился а напряжение нарастало. - Мы те, кто становится центром мира для тех, кто ищет защиты, для тех, кто жаждет тепла. Для тех, кому нужна наша помощь, НО в первую очередь для наших членов клана. Мы те, кто почитает предков, а с ними и их потомков. Мы, клан Хосино, ставим цель помогать людям, но в первую очередь спасать своих. Не важно, в ссоре ты с ним иль ненавидишь. В. Первую. Очередь. Членов. Клана. Все восхищённо замерли, в том числе и Хитоми. В голове взрывались фейерверками все ранее сказанные слова. В воздухе витала атмосфера поднятого духа, будто открылись глаза на новый мир. А Такеми лишь смотрел на желторотиков и внутренне ухмылялся. В детстве, слушая это, он точно также восхищённо тараторил о том, что обязательно поможет клану. Выждав момент, когда дети переварять сказанное, он привлек их внимание хлопком. Хитоми, ушедшая в думы, вынырнула из глубин океана. Улыбающееся лицо сенсея и лёгкое поглаживает головы заставило защемить сердце от тоски. Дедушка. Бывший скромным рабочим, в молодости также любил так легонько поглаживать по голове, таки не решаясь на крепкие объятия. - Девиз нашего клана: Семья на первом месте. Сердце рухнуло в тартары, а пред глазами всплыли туманные лица близких. Глаза заволокло пленкой слез, а она окончательно поняла, что ВСЕ. Это начало. Начало после конца. Хитоми всхлипнула и яростно затрясла головой. Нет. Черт, она просто бросила своих, отправившись в эту кругосветку! Оставила мать, отца и бабушку! Братья, они переживут, но родители с бабусей! Сама душа затряслась, а первые капельки соленых слез потекли по лицу, привлекая внимания учителя. - Хитоми? - вопросил он, приседая рядом с девочкой. Что начала плакать. - Ох. Тоненькие ручки обняли половину талии, а кимоно Такеми быстро намокала. -М..Мамаааа - взвыла девочка. Ее голос был так жалок, что даже дети начали жаться к друг другу, смотря на плачущего ангелочка. Каштановые волосы с золотыми прядями рассыпались по плечу, выходя из плена заколки. Раздались лёгкие хлопки по спине, а Хитоми уже не могла вспомнить, сколько она так плачет. - Дитя. Ты должна быть сильной ради нее /них/. И тогда ваши пути встретятся. - Аметисты пронзили Такеми. И впервые в своей долгой жизни он понял. Это другое. - Я так виновата! Я заставила страдать! Это я. Я. - Тыц! Не говори так. Отпусти свою боль. Так сложилась судьба. Так стеклись обстоятельства. Жизнь продолжалась, а лица из прошлой жизни окончательно теряли цвет. Так больно отпускать. Нет. Так. Больно. Терять. Отпустить она не сможет. Лёгкие поцелуи в висок. Запах яблочных пирогов. Дедушкины газеты, которые она резала ради интереса. Бабушкин упрек о том, что столько есть не стоит. О желудке подумай. Детская беготня с братьями, когда один из них обязательно скажет гадость, а другой даст сладость. Все покрывалась толстым слоем льда, где вместе с ними замерзали и чувства к ним. Лёгкий отголосок грусти. плотно заседало в краю сознания. Теряя мы начинаем жалеть. В голове всплывали песни сирены на японском. Сладости из зеленного чая. Запах любимых фиалок и шуршание пергамента. Взгляд фиолетовых очей и неимоверно прекрасная улыбка. Получая, мы можем не ценить. Она. Хитоми, воскресшая из небытия. И она получить свое счастье и ради себя, и ради тех, кого оставила не по воле. Будет жить для тех, кому нужна.