Кукловод для леди Морганы

Уже на следующее утро Айнатэль пришёл в себя настолько, что сам сел и даже поел. Возможно, он мог это делать и раньше, но боялся Морганы. Предпочитал присутствие аркканцлера, который нынче не торопился в гости. Если Клод говорил правду, то с ним демон разговаривал куда охотнее, чем со своей спасительницей. В любом случае, больной быстро шёл на поправку, продолжая при этом молчать. Ел он совсем немного, то и дело проваливался в сон, но голубые глаза уже смотрели вполне осмысленно. Движения были плавны и изящны, пальцы - тонкими, нежными и длинными, не ведавшими тяжёлой работы. На Айнатэле красовалось явно дорогое кольцо из неизвестного белого металла с чернёной вязью, похожей на руны. Скорее всего, юноша стрелял из лука: кольцо было правильной, вытянутой с одного края формы, идеально лежащей на большом пальце. Когда он попал в их мир, на правой руке оставалась защитная кожаная крага, похожая на экипировку лучника, тоже с удивительной красоты вязью, украшенная неведомым металлом по лицевой части. Сейчас крага валялась где-то в спальне возле остальных вещей, впопыхах снятых с раненого. На слова Морганы о том, что Клод вызвался поучаствовать в его судьбе, эльф едва заметно кивнул. Моргана старалась быть милой. Потом вежливой. Потом подчёркнуто вежливой, чтобы демон имел в виду, что она сердита и с ней его штучки не пройдут, но тот как воды в рот набрал. Что ж, не её дело, конечно, и благодарности от потусторонних сущностей она тоже не ожидает. Хотя мог бы иметь совесть и признать: если бы не его своевременное перемещение, те отвратительные рожи, что сразу же появились за ним в круге, точно поймали бы его и прикончили, а если бы не Моргана, он погиб бы уже в этом мире, под вопли и хаотичную беготню Мальвы и адептов. Забрал бы его Клод поскорее, а то новый неблагодарный постоялец начинал её неимоверно раздражать: устроили тут лазарет! Около часа Айнатэль мирно дрых на диване. Вот кого ничего не заботит: поправится и будет здоровее всех здоровых, да ещё и аркканцлер берёт его на поруки! Все шишки достаются Моргане. Она подошла к дивану и потрясла раненого за плечо, тот распахнул свои ярко-голубые глаза и в удивлении уставился на неё. — Если ты немедленно не заговоришь со мной, я отправлю тебя туда, откуда ты вылетел, — спокойно заявила Моргана. — И в тот же временной промежуток, секунда в секунду, мгновение в мгновение: это, если хочешь знать, азы обратного перемещения. Те прегадкие рыла, пытавшиеся нашпиговать тебя отравленными стрелами, закончат начатое, даже если ты умеешь очень быстро бегать: судя по призывающему кругу, они были всего в нескольких шагах за твоей спиной. И да, они явно не такие милые, славные и способные к диалогу, как я. Выбирай. — Я понял, — кивнул Айнатэль. Говорил он с некоторым трудом, голос был певучим и мелодичным. — Мне понадобилось время, чтобы понять ваш язык, но он не настолько сложен, как кажется на первый взгляд. — Вот и умница, — одобрила Моргана. — Перейдём к насущным проблемам: какого демона ты со мной не разговариваешь? Айнатэль внимательно посмотрел на неё. У него удивительным образом получилось посмотреть свысока, лёжа на диване возле стоящей Морганы. — Сначала я восстанавливался. А потом… Потом я должен был говорить с правителем, — строго сказал он. — Я сам правнук короля и имею право разговаривать с тем, кого сочту приемлемым, равным себе по положению! И потом... — он на секунду замялся. — Зачем мне разговаривать с ведьмами? Это, положа руку на сердце, крайне опасно! Никогда не знаешь, что у вас в головах! — Так тебе во дворец, правнук короля, — Моргана прекрасно понимала, что со стороны её улыбка кажется отнюдь не дружелюбной. — За Императором! — Тот, кого вы называете аркканцлером, тоже подходит. — А дракон? — Дракон требовал меня убить. Дракон во мне не заинтересован. Дракон воин, а не властелин. — Как мило, можешь не продолжать! Ты действительно не человек? — Скорее нет, — осторожно ответил эльф. — В нашем мире есть такие же, как вы. Но я принадлежу к высшей расе… Мы бессмертны, вечно юны и искусны в ремёслах!.. — Про бессмертие своё рассказывай кому-нибудь другому, но не мне, представитель высокой расы, — Моргане стало смешно. — Шишка на твоём лбу вполне себе человеческая. А помирал от яда ты ничуть не красивее любого из нас! — Мы можем умереть от раны, — признал Айнатэль. — Или от тоски, если она безгранична. Но в остальном мы бессмертны. — Тоже мне, высшие существа, — удивилась Моргана. — Умереть от тоски! Где ж это видано — помирать от того, что творится исключительно внутри собственной головы. Нет, милый мой, если вы действительно способны отойти в мир иной от такой ерунды, то вы куда более хрупкие, чем люди. Грустить каждый дурак умеет. Мы встаём и идём дальше, как бы тошно нам ни было. Потому что только тот, кто обладает разумом, способен не только порождать личных демонов в своём собственном рассудке, но и справляться с ними! — Моргана не без удовольствия использовала самый менторский тон из возможных: пусть знает несносный демон, что кичиться своим происхождением или бессмертием перед Морганой бессмысленно. Она всё равно найдёт, к чему придраться. Это талант, взращенный трёхлетним опытом преподавания. Айнатэль нахмурился и промолчал. Он явно желал бы возражать и дальше, но опасался, что тёмная ведьма может испортить бессмертную шкурку. Ладно, пусть живёт, как хочет. — За тобой скоро приедет аркканцлер, с которым ты, судя по всему, более разговорчив, — предупредила Моргана. — И мы тебя развоплотим. Она сделала небольшую паузу в пару секунд и дала себе возможность полюбоваться паникой на идеальном лице чисто из желания расквитаться за то, что эльф так долго притворялся и не хотел с ней разговаривать. Бедолага аж сел. Так резко, что ему явно стало хуже и он тут же упал обратно. — Не паникуй. Это будет понарошку. Я не для того возилась с тобой эти дни, чтобы показательно убить. Я так понимаю, аркканцлер хочет, чтобы твоя… подружка была уверена, что ты мёртв. — Подружка? — уточнил Айнатэль. — Мальва. — Кто это? — Ты должен был слышать её призыв, а потом согласиться, чтобы иметь возможность появиться в круге. На четвёртом курсе всё работает именно так. — Я нёсся прямо к обвалу над гномьими шахтами, — эльф вспоминал, глядя в никуда, мимо Морганы. — Вокруг кипела битва. Услышал тихое “сюда”, дёрнул поводья от неожиданности, но конь оступился, и я вместе с ним успел упасть в дыру. И только подумал “куда угодно, но не так бесславно!” Больше ничего не помню. — О, дальше ты неплохо приложился бессмертным лбом о наши грубые примитивные стены, — кивнула Моргана. — Подозреваю, что не каждый после такого удара выживет. Что ж, значит, тебе обратно точно нельзя. Глубокие они, шахты-то?.. — До дна земли, — скорбно кивнул Айнатэль. — Даже не знаю, какую хорошую новость придумать, чтобы она заглушила плохую: похоже, назад тебе дороги нет! Добро пожаловать в наш мир, — Моргана наклонилась и панибратски похлопала его по плечу. — Обживайся, ищи плюсы, королевич! — Но… — Если как следует подумать, хорошая новость всё-таки есть: ты мог бы посвятить свою жизнь поиску способа вернуться не туда, откуда тебя забрали, но значительно позже или раньше положенного времени. Если ты бессмертен, шанс у тебя есть! Только не вздумай помирать от тоски, не для того я тебя доставала с того света. Если начнёшь - волью в тебя успокаивающее зелье, имей в виду. Оно притупляет разум, зато грустные мысли отпадают. Будешь весёлым и незамысловатым, как мы! В дверь со стороны корпуса тихонько постучали. Клод. Аркканцлер выглядел как человек, толком не спавший много дней подряд. Всегда аккуратный и подтянутый, нынче он казался крайне усталым, осунувшимся. Клод, похоже, бесстрашно разгуливал по Академии, не боясь Кукловода. Это, мягко говоря, настораживало. — Мы можем забрать Айнатэля сегодня? — тихо спросил он, кивком указывая куда-то за дверь. У окна, спиной к ним, стояла незнакомка. Когда она обернулась, солнечные лучи красиво запереливались на светлых волосах, уложенных, как и у Морганы, в объёмный узел у затылка: типичную причёску женщин, посвятивших себя магии. Даже у них, сознательно противопоставлявших себя пустым дворцовым кокеткам, появилась своя мода. Моргана отметила, что спутница Клода уже не юна, но очень привлекательна. Осанка её была образцовой, тёмно-синее платье — скромным, но явно дорогим. — Госпожа Вильгельмина, супруга господина Дагмера, — представил её Клод, когда Моргана посторонилась, позволяя им зайти, и закрыла дверь. Мать пятерых детей и бабушка примерно двадцати внуков, удивилась Моргана. Практикующий маг. Так вот кого оставлял господин Дагмер, сбегая из семьи на работу! Вильгельмина тепло улыбнулась и кивнула. Интересно, знала ли она про слухи, о которых донесли аркканцлеру его соглядатаи? Про интерес мужа к молоденькой адептке, выбравшей тёмную магию?.. Моргана не чувствовала себя виноватой, скорее осталась довольна таким лестным соперничеством, к тому же никаких попыток увлечь педагогический состав она не делала. Во времена учёбы ей было вполне достаточно адептов и старшекурсников-драконов, не торопящихся связывать себя узами брака. А потом она переключилась на недостижимого ректора, потеряв интерес к остальным мужчинам. До недавнего времени. — Наслышана о вас, леди Моргана, — голос Вильгельмины оказался мягким и обволакивающим, но удивительно сильным. Таким, наверное, приятно как читать сказки на ночь, так и призывать к порядку. — Надеюсь, Айнатэль поправился настолько, что выдержит дорогу. — Ему всё лучше и лучше, но не уверена, что он в состоянии отправиться в путь, — покачала головой Моргана. — Да и разговаривать со мной он почему-то не желает. — Я бы на его месте вас тоже опасался, — оповестил Клод, подходя к кабинету. — То ли дело я, приветлив в общении, душа компании! — Такое поведение мне кажется крайне неблагодарным, — призналась Моргана. — Он привык жить по законам своего мира, леди Моргана. Дайте ему возможность перестроиться! Госпожа Вильгельмина, — он вежливо кивнул женщине — поможет мне создать иллюзию, что наш друг погиб. Для этого нет смысла поднимать Айнатэля, но он должен быть поблизости. Мне придётся выманить Мальву в сад. — Но Кукловод… — одними губами произнесла Моргана так, чтобы Вильгельмина её не услышала. — Я рассчитываю на то, что в ближайшее время он не появится, к тому же вам нет необходимости попадаться ей на глаза. Я разберусь сам. К ректору прибыли гонцы с запада, охране дан приказ никого к нему не впускать, студенты заняты работой. Нам нельзя терять время. — Но вы же тоже… — Поверьте, леди Моргана, обо мне и вовсе не стоит волноваться, — Клод распахнул дверь в кабинет и сказал пару фраз на непонятном языке. Неизвестная речь звучала мягко и гармонично, из кабинета откликнулся голос Айнатэля. — Он жалуется, что у меня ужасный акцент, — поделился Клод с Морганой, зайдя в комнату и склонившись над раненым. — Мол, будто я не на эльфийском говорю, а грызу орехи. Крайне привередливый юноша! Я всего два дня, как научился говорить “вставай, приятель, уходим отсюда!” и “Если орочий яд тебя не добил, то хватит валяться, как изнеженная девица”. — Прямо так и говорите? — Не дословно, разумеется, но смысл тот же. — Велика ли разница? — Скажем так. То, что на нашем языке звучит, как требование немедленно явиться в Тайную канцелярию, у них — приглашение на бал. Клод развязал повязку на груди Айнатэля. Воспалённая и опасная рана, сразу после нападения окаймлённая чёрным ядом, как будто пустившим щупальца по сетке сосудов вширь и вглубь, сейчас выглядела заметно лучше. Чёрный узор сильно сократился, но не исчез. Вильгельмина подсела рядом, пробежалась пальцами по узору, оставленному ядом на коже, и покачала головой. Переглянулась с Клодом, поджала губы. Тот развёл руками: — Мы выскребли запасы университета до донышка. Я им даже яд показывал. Они смотрели на меня так многозначительно, как будто я только что зародил новые пересуды. В глазах мадам прямо читался вопрос!.. По сравнению с тем, что было, он сейчас в отличном состоянии. — Всё лучше, чем я предполагала, но вам очень повезло, — пояснила Вильгельмина. — Мы быстро поднимем его на ноги. Она с любопытством разглядывала вновь заснувшего и безучастного Айнатэля. Создавалось ощущение, что раненый интересует её как необычный магический случай, не более. Она, возможно, с таким же лицом смотрела бы на чьё-нибудь тело, вынесенное с поля боя и изувеченное каким-нибудь новым, неизвестным магам Империи способом. — Я, пожалуй, пойду найду Мальву, — Клод поднялся. — Самое сложное — не жениться на ней по дороге сюда и обратно. Но я постараюсь держать себя в руках!