Таинственный дом. Другой мир

Рассмотрев, наконец-то, свое тело, Рихард собрался вылезти из ванной, но тут возникла еще одна проблема. Выбраться из довольно объемного "корыта" без посторонней помощи, имея вместо ног хвост, оказалось не так-то просто. Однако Круспе решил не звать ребят и обойтись своими силами. Свесив хвостовой плавник через край ванны, мужчина оперся руками на бортики и сел на этот самый бортик, но равновесие удержать не смог. Скользкий хвост тут же поехал в сторону, и Рихард свалился на пол, покрытый плиткой из белого мрамора. При падении он довольно сильно ударился локтем и теперь, матерясь сквозь зубы, поглаживал ушиб ладонью. В этот момент Круспе в полной мере осознал, насколько он беспомощен на суше, пока его хвост не обсохнет и не превратиться в ноги, и от понимания данного факта ему стало не по себе. В памяти тут же всплыли кадры из какой-то передачи про животных, где рассказывали про тюленей, быстрых в воде, а на суше неуклюжих и довольно медлительных. И вот сейчас мужчина чувствовал себя этим самым тюленем. - Все в порядке? - обеспокоено спросил Шнайдер, заходя в ванную. Услышав влажный шлепок за дверью и нервное "блять" после этого, ребята сразу догадались, что произошло и поспешили заглянуть к другу, чтобы удостовериться, что с ним все в порядке. - Да, - Рихард опять потер локоть и, вздохнув, посмотрел на друзей. - Дайте полотенце, мне надо хвост побыстрее высушить. - И как ты с ним только справляешься? - удивился Пауль, садясь рядом с русалкой и осторожно вытирая хвостовой плавник, до которого Круспе пока не мог дотянуться. - В воде нормально, а вот на суше никак. - Я бы тоже хотел плавать как ты, - с некоторой завистью произнес Ландерс, продолжая вытирать влажно поблескивающий мясистый хвост друга. - А ты попроси у Акселя... - усмехнулся Круспе и резко замолчал, прислушиваясь к своим ощущениям. - Все, уберите полотенца, трансформация уже началась. Через несколько минут хвост исчез, и Рихард, с удовольствием встав на ноги, пошел в спальню, оставляя ванну в полном распоряжении Пауля и Кристофа, который уже давно мечтал сполоснуться. Однако, переступив порог комнаты, мужчина насторожился. Из гардеробной доносились какие-то подозрительные шорохи, и Круспе, быстро надев свои черные шаровары, подкрался к приоткрытой двери, за которой весьма ожидаемо оказался Габриель. Мужчина уже нашел на полках нужную одежду и, перекинув ее через руку, что-то перебирал в небольшом выдвижном ящике. Увидев "русалку", он приветливо улыбнулся и, наконец, выудил из тумбочки черный тонкий предмет, оказавшийся самым обычным карандашом для макияжа глаз. - Пора подбирать одежду для работы, - объяснил Габриель свое пребывание в гардеробной. - Я уже нашел шмотки для твоих друзей. - А я в этих штанах пойду? - Можно и в этих. Для тебя не принципиально. Ты все равно будешь встречать гостей в образе русалки. Только глаза немного подведи, чтобы были повыразительнее. Пауль, Дум, давайте быстрее! Пора собираться на работу! - весело крикнул Габриель, выходя из гардеробной и кидая подобранные вещи на одну из широкий кроватей. - Уже? - Ландерс первым выглянул из ванной и удивленно уставился на мужчину. - Да, - широко улыбнулся тот и потер руки. - Сейчас сходите в туалет, чтобы потом не бегать, потом оденетесь, и я отведу вас в процедурный кабинет. - А туда зачем? - насторожился Рихард, который уже двинулся к ванной комнате. - Клизму сделать. Вас ведь могут заказать и в качестве актива и в качестве пассива, - пожал плечами мужчина. - А что, нельзя как-нибудь... - Пауль на несколько секунд задумался, - волшебным способом? - Волшебная клизма? - рассмеялся Габриель. - Нет, до этого мы еще не дошли. - Вот дерьмо... Посмотрев вслед Рихарду, который первым скрылся за дверью уборной, Кристоф оперся спиной о стену и, скрестив на груди руки, перевел взгляд на своего любовника. Ему очень хотелось, чтобы именно Пауль лишил его анальной девственности, однако обстоятельства складывались иначе. Конечно, была вероятность, что его не выберут вообще, но Шнайдер не слишком на это рассчитывал. - Все будет нормально, - через силу улыбнулся Ландерс, прекрасно понимая, что сейчас чувствует его любимый и, желая поддержать. - Крис, я совсем забыл, - неожиданно произнес Габриель и согнулся от смеха. - В процедурном кабинете тебя ждет сюрприз! - Осмотр у гинеколога? - мрачно предположил Дум, настроение у которого опять испортилось. - Нет, намного лучше! - Блять, час от часу не легче, - скривился барабанщик. - И что мне одевать? - Вот это, - Габриель перестал подтрунивать над Шнайдером и указал на узкие кожаные штаны черного цвета со шнуровкой по бокам и белую рубаху старомодного покроя с кружевными свободными манжетами. - Только рубаху не застегивай, путь на распашку будет, чтобы грудь было видно. - Хорошо, - одобрительно кивнул Дум, который уже был готов к тому, что ему выдадут платье или юбку. - А это, наверное, мне, - произнес Ландерс, с любопытством разглядывая короткие латексные шорты на бедрах и черную обтягивающую футболку. Причем в шортах было даже небольшое отверстие для оленьего хвоста. - Да, а на ноги одевай вон те ботинки до колена, - Габриель указал на три обувные полки. - Остальные могут идти хоть босиком. Одевшись, и рассмотрев друг друга, ребята приготовились опять блуждать по особняку, однако далеко идти не пришлось. Как оказалось, процедурный кабинет располагался на этом же этаже только в другом крыле, и уже через минут пять мужчины стояли перед самой обычной, ничем не примечательной деревянной дверью, на которой красовалась серебристая табличка с черной надписью на неизвестном языке. - Габриель, ты читаешь на этом языке? - спросил Рихард, глядя на табличку. - Конечно. И вы быстро научитесь, если останетесь здесь. - Нет, что-то не хочется, - вставил Ландерс и почувствовал, как его маленький хвостик непроизвольно поджался при мысли о такой перспективе. - И что здесь написано? - поинтересовался Шнайдер, тоже уставившись на дверь. - Процедурный кабинет, ну, или комната, - пожал плечами Габриель, удивляясь бестолковости новоприбывших. - И как это звучит? Прочитай, - Пауль усиленно смотрел на символы, но они не напоминали никакие известные ему буквы или цифры. - Процедурная комната, - опять повторил Габриель, не совсем понимая, чего от него хотят. - Нет. Прочитай на здешнем языке, - пояснил Рихард. - Тут нет своего особого языка. Просто символы у нас другие, и обозначают они не только звуки, но и слова. Все, заходите уже. Я за вами через полчаса зайду. Дум, а тебя ждет сюрприз, - довольно напомнил мужчина и, улыбнувшись, зашагал прочь. Поняв, что тянуть время бесполезно, Ландерс первым поскребся в дверь и робко заглянул в просторное помещение, часть которого была закрыта белыми ширмами, разделяя его на маленькие комнатки. Стены, пол и высокий потолок, украшенный причудливой лепниной, были выложены светло-серым мрамором с темными прожилками, а через пять огромных, имеющих форму арок окон, зал освещался яркими, но мягкими лучами вечернего солнца. Недалеко от входа вдоль стен стояли несколько не застекленных стеллажей с какими-то книгами и медицинскими картами, большой стул, и широкая резная, но в то же время массивная скамья, сидение которой покрывал пурпурный бархат. Вся эта мебель была сделана из белого камня, однако смотрелась совершенно не тяжеловесно, даже с некоторой долей изящества. Зайдя в просторное помещение и прикрыв за собой дверь, ребята завертели головами, рассматривая зал, и поэтому не сразу заметили, что из-за ширмы к ним вышел очень необычный доктор. Это был полутораметровый грызун с черными глазками-бусинками в белом медицинском халате, более всего похожий... на пресловутого суслика, ставшего "героем" эротических фантазий Шнайдера. - Ну, здравствуйте, новенькие, - приветливо улыбнулся врач, отчего его морда приняла какое-то хитрое выражение. - Мне уже о вас рассказали, так что давайте знакомиться. Меня зовут Софи. Ударение на первый слог, а как зовут вас, я уже знаю. Меня не бойтесь и не стесняйтесь, ничего плохого я вам не сделаю. Если возникнут проблемы со здоровьем или вопросы относительно работы, сразу обращайтесь ко мне. Ах, да, когтей у меня нет, только короткие ногти. Да, часто спрашивают. - Я вот только что хотел этим поинтересоваться, - произнес Пауль, поглядывая на пальцы суслика, и уже догадываясь, где они окажутся во время осмотра. - Отлично, с этим разобрались. Тогда полностью раздевайтесь, и на кушетки. Ноги на подставки. А ты, рыбка, - суслик указал лапой на Круспе, - сначала опусти ступни в тазик с водой. Мне надо посмотреть твою генитальную складку. С этими жизнеутверждающими словами, Софи отвел мужчин за ближайшую ширму, за которой обнаружились три кушетки с подставками для ног по бокам, наподобие тех, что крепятся к гинекологическому креслу. Кроме них в комнатке стоял столик с какими-то инструментами и три штатива, обычно используемых для капельниц. А рядом с одной из кушеток действительно находился тазик с водой. Полностью раздевшись, Пауль и Кристоф нехотя залезли на кушетки и раздвинули ноги, устраивая их на мягких подставках. Положение было не особо приятным, но оба мужчины не могли не отметить, что лежать было довольно удобно. Даже Шнайдер потихоньку расслабился и смотрел на окружающий мир уже не так враждебно. Меж тем суслик подвесил на штативы пару прозрачных емкостей, из которых тянулись длинные тонкие трубки и, надев латексные перчатки, открыл баночку с каким-то приятно пахнущим веществом. Макнув палец в желтоватый гель, он хорошо смазал анальные отверстия двух своих пациентов и аккуратно ввел продолговатые наконечники, посоветовав ребятам расслабиться и поглаживать себя по животу. - Да, как-то я себе немножко не так представлял волшебную страну, - уныло произнес Пауль, потерев ладонью живот, как сказал доктор суслик. - Я тоже, - поддакнул Шнайдер, радуясь хотя бы тому, что гигантский грызун не стал смотреть его гинекологическим зеркалом. - Так, давай теперь с тобой разбираться, - деловито произнес Софи, подходя к Рихарду. - Откидывайся на спину, но хвостовой плавник из тазика не доставай. Дождавшись пока мужчина ляжет, врач развел края генитальной складки и уверенно скользнул пальцами внутрь, тщательно ощупывая розовую слизистую и головку полового члена. Больно не было, но Круспе неожиданно для себя самого вздрогнул от омерзения и осознания того, что его лапает огромная крыса. - А почему у меня оргазм сухой? - спросил мужчина, пробуя отвлечься от неприятных ощущений. - Потому что молоки еще не созрели. - Что не созрело? - медленно произнес Рихард, думая, что он не правильно расслышал. - Молоки, - с готовностью повторил врач, продолжая массировать чувствительное местечко под членом. - Они кстати у тебя опущены, как и у большинства русалок, которые родились с ногами. И их надо немного поднять, стимулируя основание, чем я сейчас и занимаюсь. - А если не поднимать? - ошарашено спросил Круспе, не зная, как вообще реагировать на подобную информацию. - Можно и не поднимать, для здоровья это не вредно, но тогда будут периодические проблемы с эрекцией. Каждые два дня созревшие молоки будут давить на основание члена, и он просто не встанет, а кроме того это весьма неприятно и даже болезненно. Пока все, - суслик прекратил массаж и отвернулся к столику со смотровыми инструментами. - А теперь посмотрим, как идет формирование икры. Это немного противно, но надо потерпеть. - Какой икры? - уже ошалело спросил мужчина, уставившись на местного Эскулапа широко открытыми глазами. - Самой обычной. Такие оранжевато-прозрачные шарики... - Я че, двуполый? - Не совсем. Половых органов самки у тебя нет и размножаться в виде русалки ты не можешь, так как у тех, кто родился с ногами, и молока и икра бесплодные, - пояснил суслик и ввел внутрь складки небольшую трубочку с закругленным концом, надавливая куда-то вниз, что было довольно противно. Слева донеслось веселое похрюкивание, как будто кто-то пробовал сдержать смех, но Круспе сейчас было совсем не до веселящихся друзей на соседних кушетках. - И куда денется икра после формирования? Блять, давай осторожнее, - прошипел Рихард, чувствуя, что смотровой инструмент продвинулся немного глубже. - Будет выходить через мочеиспускательный канал каждые три дня. Не волнуйся, это как в туалет сходить. - А что, это очень хорошо, - заговорил Пауль, уже откровенно хихикая. - Попросим Акселя, чтобы у тебя эта полезная функция сохранилась, а после концертов будем ставить на сцене палатку и торговать икрой, выдавая ее за лососевую! - Поль, заткнись, а то я сейчас усрусь! - Кристоф изо всех сил пытался сдержать смех, но, поперхнувшись им, неожиданно хрюкнул так раскатисто, что позавидовал бы даже кабан. - Сука! - Ландерс уже засмеялся в голос и, самостоятельно вытащив из ануса наконечник клизмы, откуда тут же заструились остатки жидкости, резво кинулся к двери, за которой по словам суслика находился туалет. Шнайдер тут же последовал примеру любовника, и уже через несколько секунд Рихард и доктор остались наедине. Ванная комната процедурного кабинета мало чем отличалась от той, которая была в спальне ребят. Разнились они только тем, что тут стояли аж три унитаза разделенные тонкими, словно пергаментными перегородками. - Ой, я не могу! - приземлившись на ближайший толчок, Ландерс опять рассмеялся. - У Круспе молоки и икра! Нет, это приколько, конечно, но как-то уж очень необычно. Я себе так не хочу. - "Я че, двуполый"? - передразнил Рихарда барабанщик и тоже засмеялся. - Прекращай. Я уже устал смеяться. Пауль опять захихикал и огляделся в поисках туалетной бумаги, но привычного рулона нигде не было. Вместо него на приделанной к стенке полочке стоял серебряный ажурный "салатник", из которого торчали бархатистые салфетки, оказавшиеся чуть влажными на ощупь. - Дум, - негромко позвал мужчина, потыкав пальцем странную композицию, - у тебя там бумага есть? - Нет, только мокрые салфетки в горшке, - донеслось справа. - Ну, ладно. Вытащив белый листочек, который действительно оказался бархатистым, Пауль даже улыбнулся. Все-таки влажная мягкая салфетка была поприятнее самой дорогой туалетной бумаги. "Надо будет обязательно попросить у Акселя коробку таких салфеток перед отъездом" - алчно подумал Ландерс, вытирая задницу. - И совсем ведь тут не страшно, правда? - доброжелательно улыбнулся врач, когда Пауль и Кристоф вышли из туалета. - И дело сделали и посмеялись. Одевайтесь и подождите своего друга в зале. Можете на кушетке посидеть, которая рядом со стеллажами, а то многие новенькие, почему-то думают, что она там только для красоты стоит. Одевшись, мужчины вышли из-за ширмы, и Ландерс поманил любовника к одному из высоких окон, начинающихся у самого пола. Вечернее небо приобрело желтовато-оранжеватый оттенок, а водная гладь огромного озера поблескивала золотистыми искорками в лучах заходящего солнца. Пологий каменистый берег, поросший низкими розовыми кустами, был абсолютно пуст, что немного удивило Пауля, который думал о том, что в борделе должно быть немного пооживленнее. - Как-то все очень странно, - тихо произнес Ландерс, глядя в даль. - Может, мы просто спим? - Не думаю. Уж очень красочные ощущения, - усмехнулся Шнайдер и довольно сильно дернул Пауля за хвостик, который высовывался из отверстия на шортах. - Ты совсем охренел? - громче, чем хотел, спросил мужчина и потер толстенькое основание. - Я не удержался, - улыбнулся Кристоф и погладил любовника по пояснице. - А вдруг Аксель солгал, и мы не вернемся домой? Там родные, дети, друзья... - Заткнись, - резко перебил его Пауль. - Я даже думать об этом не хочу. И как Габриель согласился здесь остаться? Неужели там у него никого не было? Я просто не представляю, как можно навсегда покинуть свою семью... детей, родителей... - Не знаю, - Шнайдер встал позади Ландерса и уткнулся носом ему в затылок. - Волшебная страна, блять...