Кровавый рыцарь

Богато украшенная спальня в стиле барокко. Её красные стены были совсем чёрными в предрассветных сумерках. В кровати лежал привлекательный мужчина с едва ли не юными чертами лица и читал книгу, освещая страницы лишь свечой. Его русые, почти что жемчужные волнистые волосы струились по шёлковой ткани подушки. За открытым окном послышались взмахи огромных крыльев, и вампир безразлично поднял взгляд. На подоконник наступили изящные чёрные сапоги, цокнув каблуками. В окне появился силуэт рослого мужчины. Он стоял против света, что не давало разглядеть лица. У чёрного рогатого силуэта только горели глаза огнём, да поблёскивали острые зубы. Клодиус оскалился — теперь ему было дело до происходящего. — Какого чёрта?! Демон усмехнулся этому каламбуру и спрыгнул на пол, заставляя фалды мундира развеваться за собой. — Ну, здравствуй, Клодиус. Вампир вскочил с кровати в одной ночной сорочке. — Ты кто такой? Он огляделся по сторонам в поисках чего-либо для самообороны. Мужчина сейчас проклинал себя, что не решил повесить в спальне хотя бы одну саблю в качестве декора. — Я — Морс Сангвинеа! Может быть, слышал обо мне? Клодиус выдержал паузу, стиснув зубы. — Возможно. Чего тебе нужно? Морс окинул вампира оценивающим взглядом. — А ты красавец. Я бы предпочёл уединиться с тобой в постели, но, к сожалению, ты перешёл дорогу леди Аргенти. Клодиус поморщился. Если ему и нравилось спать с мужчинами, то явно не с такими зрелыми и властными, как этот демон. — А ты ей мальчиком на побегушках нанялся? Скрежет зубов исчадия раздался на всю комнату. — Всего лишь по дружбе и свободной воле помогаю дорогой подруге. Я не терплю, когда задевают честь моих друзей. Вампир совсем не знал, что же делать: его застали врасплох, безоружным, в одном исподнем. Хотя, конечно, одно оружие всегда было у него при себе — природное. Клодиус решил, что лучшей защитой будет нападение, и молниеносно бросился на демона, намереваясь вцепиться тому в глотку. Морс обеими руками схватился за лицо противника, не давая ему укусить себя, однако когти вампира, достигшие плеч, уже сквозь ткань впивались в кожу. Морс со всей силы ткнул вампира каблуком в живот, чтобы отцепить его от себя. Тот отшатнулся, хватаясь за ушибленное место, но тут же замахнулся снова, целясь в лицо Сангвинеа. Демон с лёгкостью перехватил руку Клодиуса у своего лица и уже собирался сломать пясть, как ему в челюсть прилетел второй кулак. Исчадие схватилось за неё, его глаза вспыхнули ярче прежнего. Несмотря на сильную боль, он низко посмеялся. — Давай, покажи мне, на что ты способен. Боль только возбуждает меня. Вампир гневливо оскалился и снова кинулся к Морсу. Они обменивались ударами кулаков и ног, оба понимая, что не могут укусить друг друга, к тому же Клодиус не давал даже шанса демону достать шпагу. В какой-то момент Сангвинеа прижал своего противника к шкафу, оскалившись и потянувшись клыками к его лицу. Не раздумывая, вампир испуганно ударил Морса ногой в пах, и тот с возбуждённым стоном упал на пол. В бледном сумеречном свете Клодиус увидел очертания эрегированного члена демона, выпирающего из-под ткани. Его захлестнули страх и отвращение. Как одолеть бессмертное существо, которое так открыто наслаждается болью? С каждым таким откровением его шансы на победу растворялись. Однако Клодиус не был намерен сдаваться. Он тоже бессмертный! Пока вампир размышлял об этом, тяжело дыша, Морс успел подняться. Кровопийца самодовольно ухмыльнулся и ринулся к подозрительно спокойному демону. До того, как Клодиус успел это осознать, во тьме что-то блеснуло. Лезвие пронзило его грудь насквозь. Вампир захрипел, в неверии глядя на противника. Судя по невозмутимому и высокомерному взгляду Морса, он ожидал, что это произойдёт. Если у этого демона и было плохо с эмпатией, то сознательно он просчитывал людей довольно быстро. Конечно, такой удар не был смертельным, но этого и не требовалось. Он был болезненным. Клодиус попытался двинуться и закашлялся, из его рта полилась кровь. Морс наклонился к вампиру, схватил за волосы и припал к его губам, начав вытягивать душу. Пусть это и было лишним, демон действительно целовал свою жертву, скользя языком внутри. Вместе с душой он глотал и кровь Клодиуса, позволяя некоторым каплям небрежно стекать по подбородку. С каждой секундой этого поцелуя вампиру всё сложнее было собраться с силами и двинуться хоть на дюйм, он терял волю к жизни. Глаза исчадия же вспыхнули огнём, его вены пульсировали мягким светом: создание бездны наполнялось мощной энергией. Через минуту Морс отстранился, отпустив волосы и наклонив лезвие, и бездыханное тело жертвы свободно соскользнуло на пол. — Ахх… Хотя бы поцелуй я получил от такого красавца… — Мужчина облизнулся и надменно поставил ногу на грудь поверженного вампира. Он отряхнул лезвие шпаги и поднёс его к лицу, слизывая оставшиеся капли крови. И вдруг демон осознал: раз он обещал принести голову Клодиуса, её придётся отделить от тела. Рубить шею шпагой было безумием. Тяжело вздыхая, он убрал оружие в ножны. Морс наклонился, покрепче упёрся каблуком в грудь трупа, схватил его голову, вонзаясь когтями в череп, и с нечеловеческой силой потянул вверх. Раздался хруст суставов и костей, и мёртвая плоть сдалась под натиском. К сожалению демона, от сильного сжатия с ощутимым хрустом треснул и один висок. «А я так хотел привезти этот сувенир целым…» Из разорванной шеи хлынула кровь, окрашивая алым кончики роскошных локонов мертвеца. — Не-ет, так не пойдёт. Он поднял трофейную голову за волосы и кончиками пальцев, не касаясь, стал водить поверх открытых сосудов, магическим огнём прижигая их. Кровь перестала течь, но всё ещё капля за каплей медленно сочилась из обрубка. — Другое дело. Перед тем, как положить голову в мешок, Морс решил рассмотреть её. Некогда прекрасные черты этого лица теперь безжизненно обмякли. Ни один мускул на этом лице больше не двинется. Мужчина ухмыльнулся этим мыслям. Ему нравилось чувство власти, которое он испытывал, отнимая жизни. Убрав трофей в мешок на поясе, Морс, наконец, оглядел себя. Вампир успел постараться и изрядно потрепать его одежду: в нескольких местах была порвана вышивка, а в других ткань и вовсе висела лохмотьями. — Сволочь. Не могу же я показаться перед Сильвией в таком виде. Демон провёл рукой по всем дырам в одежде, залатывая магией так, будто их никогда и не было. Энергии было не жалко — только что он поглотил огромное её количество. — Ах! Цветочек! Морс вспомнил, что на его груди была роза. Он осмотрелся. В луже крови у мёртвого тела лежал тот самый тёмный цветок. Мужчина наклонился, чтобы поднять его, и слегка отряхнул. От крови роза стала ярче, и демон посчитал это поистине красивым. Он нацепил её обратно на грудь. — Сильвия будет мною довольна. Ах, Сильвия… — Морс закрыл глаза, мечтательно вздыхая. Затем, ступая прямо по луже на полу, он прошёл мимо трупа к окну. Демон запрыгнул на него, расправил кожистые крылья, взявшиеся из ниоткуда, и взлетел в рассветное небо, оставив на подоконнике кровавые следы.