Сборник старых работ. АРХИВ

Человеческие жизни и кометы чем-то похожи. Вдруг возникающие из ниоткуда, они стремительно движутся в одном направлении, и, наконец, вновь исчезают. Такова участь каждой из них, их время чересчур скоротечно. И вот они летят, затерянные среди тысяч параллелей таких же жизней и небесных тел. Вспышка- и виднеется яркий подсвеченный след, но и он вскоре испарится. Чьи-то следы ярче, чьи-то тусклее, но зависит ли это от их обладателя или все же Вселенная сама распоряжается, насколько ясно и долго им суждено светить?

***

«Тот, кто терял…» Солнце постепенно опускалось, все ниже и ниже к горизонту, к границе между алеющим небосводом и спокойным вечерним морем. Город неспешно погружался в розоватую дымку, затихал, засыпал. Он смотрит на город… и перед его взором всплывает это место, когда тут не было ни домика, ничего кроме дикого скалистого берега. Властелин Камня сам построил здесь порт. Это было так давно… и многое уже изменилось. ”Славный вкус одного мондштатского вина навевает давние воспоминания… он совсем не изменился с тех пор. Но где же теперь те, с кем я его пил?” В голове вихрем проносятся всевозможные сюжеты и образы. Ностальгия по прежним временам… не всегда это чувство приятно. В прошлом он многое пережил и многое повидал. Он- бог, могущественное, бессмертное существо- но небесный ли это дар! Его враги и друзья, каждый его контракт, каждый бой и каждый чертов кирпич Ли Юэ- сколько времени он носит все это с собой! Сколько раз предавался воспоминаниям? Сколько раз жалел о том, что осталось в прошлом? О том, что бессмертие- это проклятье? Не пересчитать, сколько. Да, он бессмертен- но всему вокруг него рано или поздно приходил конец. И каждое из этих завершений он видел, он был свидетелем множества смертей. Смертей городов, империй, царств и… людей. Теперь же возникший в затуманенном разуме образ заставил Чжун Ли почувствовать дрожь, словно ток насквозь пронзившую его тело. Он дернулся, опустил голову. Руки потянулись к лицу, закрывая глаза, пряча, скрывая от всего внешнего мира и погружая во тьму. Как мог он снова… почему каждый раз одно и то же? Нет, тьма- это еще хуже! Он должен жить дальше, жить настоящим- нечего ворошить прошлое и оплакивать тех, кто давно уже покоится где-то в Селестии! Но он никак не может выкинуть из головы эту фигуру… молодой девушки с длинными каштановыми волосами. И с большой глазурной лилией в волосах. «…будет снова любить» -Здравствуй, сяншень! Прости, что опоздал, хе-хе! -за столик сел юноша с кучерявыми рыжими волосами, виновато улыбаясь. Чжун Ли, ещё раз вздрогнув, медленно поднял голову и посмотрел на Чайлда, отчего тот буквально опешил. Никогда прежде он не видел в этих отнюдь не чужих глазах такой ужасающей печали. -Чжун… Чжун Ли? Что с тобой? Все хорошо? -запинаясь, не скрывая внезапную тревогу спросил Тарталья. Они смотрели друг на друга какое-то время. Чайлд с испугом и искреннем беспокойством, а Чжун Ли… взгляд же Чжун Ли вдруг начал постепенно светлеть, и через несколько мгновений в нем не осталось ни капли грусти. На Чайлда сейчас смотрели яркие янтарные глаза, полные нежности и любви. Брюнет слегка наклонил голову и, улыбнувшись, мягко произнес: -Аякс. Не хочешь прогуляться после ужина? Я покажу тебе кое-что. Цветы. Ты бы знал, как хорошо они сочетаются с цветом твоих восхитительных глаз…

***

«За рассветом…» Темно. Пока что темно. В это время года рассвет всегда раньше. Сяо любил порой его встречать. Он сидел на краю скалы, свесив одну ногу. Гора Хулао- обитель адептов, таких, как он. Это священное место скрыто от людских глаз, за что Сяо его и ценил. Он совсем не любил город и его окрестностей. ”Ц, здесь слишком шумно” -просто повторял про себя юноша из раза в раз. А в Заоблочном пределе хорошо. Тихо, спокойно. Легкий утренний ветер колышет желтоватую траву, щекоча руки. Вот солнце понемногу поднимается из-за каменного горизонта, и его свет неспешно разливается по ясному небосводу. Уже почти полдень. Жарковато. Солнце начинает припекать полянку. Ну, ничего. Сяо лишь закрывает глаза и поднимает голову, словно позволяя звезде нежно дотрагиваться до кожи тёплыми лучиками. Ему это по душе. Он невольно вспоминает, когда мог только мечтать о тепле. Солнце… оно было. Было, только скрытое в холодном тумане вечной зимы. Оно нисколько не грело землю. Да что уж там земля. Один снег слепит глаза. Так ярко, что уже тошно. И еду достать в солнечные дни было даже труднее! Чуть сумерки, так он выходит на охоту. То зайца какого, то птицу поймает. Сяо свёл скулы и сглотнул. Сырое мясо было просто отвратительным, да был ли у него выбор? Как много лет он скитался по бесконечно мерзлым и холодным долинам, один, запуганный и грязный, никому не нужный, словно дикий зверь, сколько веков ел одно только сырое мясо? О, он больше не сможет ощутить этот ужасный вкус снова. Неприятные воспоминания. Даже тёплые ласкающие лучи солнца отходят на задний план. Трава вся вдруг покрывается снегом, а небо становится серым, и солнце серым и бледным, и теперь оно уж точно не греет, а кажется только холодит воздух. «…близится вечное лето» -Сяо, вот ты где! -радостно кричит Итер, делая последние шаги, прежде чем забраться к нему. -Зачем же ты сидишь на самом солнце, тебе разве не печёт? Сейчас же лето, ты можешь получить солнечный удар, Сяо! -вдруг выругался блондин. -Прости... -тихо сказал адепт. -Э-э… не надо извиняться, просто отойди в тенек, ладно? Смотри, я принёс тебе миндальный тофу, давай вместе пообедаем тут. -путешественник достал из рюкзака два мешочка. О, его коса расплелась. Видимо, подъем был тяжёлым. Сяо заворожённо глядел на шелковистые пряди, разливающиеся по спине и груди, светлые и длинные, точно лучи солнца. Тогда адепт нежно взял те, что свисали впереди, и аккуратно убрал за плечи, чтобы они не попали в еду. -Т-ты чего… -раскраснелся блондин, только осознав всю беспорядочность собственной прически. -Спасибо, Итер. -услышал он в ответ.

***

«Ночь до зари…» Смеркается. К ещё пока бледному месяцу постепенно стягиваются массивные и тяжёлые тучи, предвещая сильный дождь. И действительно: не прошло и получаса, как в стекольное окно стало неистово биться множество капель, а позже и вовсе его силуэт начали подсвечивать периодичные вспышки молний. Дилюк сидел в большой зале на кресле у камина, размышляя о чем-то своём. Он то и дело посматривал то на огонь, то на окно, за высоким сводом которого беспощадно бушевала стихия. Эта погода напомнила ему… тогда тоже был ливень с грозой. Он закрыл глаза… И вот он уже не в поместье, а где-то на лесной дороге. По пути к нему. Вокруг, действительно, темно. Дождь хлещет по земле, превращая ее в грязную кашу, а ветер дует с такой силой, что как бы не упали на дорогу деревья. Но тогда он этого не замечал. Не замечал ничего, кроме человека, лежащего у его ног. Он молча смотрел на бездыханное тело перед собой. Его глаза были широко раскрыты, но не всё, что в них можно прочитать- шок. Опустошение, вот ещё что. Взгляд мало помалу расфокусировывался, сознание мутнело и вокруг все исчезало. Бешеный дождь, грязь, повозка позади, тело, Кейя… все это исчезло, и пространство вмиг погрузилось в беспросветный мрак. Лишь маленький мальчик, сидящий на коленях на мокрой и грязной земле, прижимая испачкавшиеся кровью ладони к груди, смотрящий в никуда. Тьма, тьма, тьма, лишь она. И пустые, ничего не выражающие более глаза. ”Отец?..” Только прошептал он в пустоту. «…ты в душе береги…» Мужчина тяжело вдохнул и нахмурил брови, возвращаясь в реальность. Быть может, он напрасно сожалеет о прошлом? Что было- то прошло. А треск пален из камина и мягкое, еле ощутимое тепло от огня согревают. Освещают былую темноту… Он посидел еще несколько минут, прежде чем попросить горничных приготовить ему кровать для сна. Дилюк встал с кресла и направился к лестнице, как вдруг его взгляд упал на яркую орнаментную вазу, стоящую посреди комнаты. «…свою птицу…» Конечно, ее дизайн был настолько экзотичным и броским, что сложно каждый раз не смотреть на оную, замечая определённый ее контраст с цветовой гаммой всей прочей мебели. Винодел изо дня в день задавался вопросом, зачем только он поставил ее на такое видное место! Но сейчас же… смотря на вазу, ощутилось что-то жгучее глубоко в душе. Он ещё немного полюбовался ею, а потом мягко прикоснулся и будто погладил прохладный фарфор, сам не понимая, зачем. Тогда Дилюк вскоре убрал руку и повернулся к лестнице, но тут по ту сторону двери раздался нетерпеливый стук… -Дилюк! Понимаешь, я тут был на задании неподалёку… -торопливо начал объясняться Кейя, как только красноволосый отворил дверь. -Добрый вечер. -недоумевая, растерянно поздоровался тот. -Ой, привет. Ну, вообще-то, уже не вечер, ха-ха! Уже довольно поздно, а я промок до ниточки, и поэтому решил заглянуть к тебе, ведь до Мондштата я точно не дойду… -… -Ну, знаешь, пожалуйста, дай мне переночевать у тебя, а, братец? -улыбаясь, с надеждой спросил и вправду полностью промокший капитан. -Ладно, входи. -вздохнул Дилюк. Но было в этом вздохе что-то… вернее не было в нем типичной раздражённости, а порой даже неприязни. Прозвучала вероятно вместе с ним нотка доброжелательности, чего Кейя никак не мог не заметить. -О-о, эта ваза… ты до сих пор ее хранишь, да ещё и в таком месте? Тебя действительно не смущает, что она совершенно не вписывается в интерьер, ха-ха-ха! Наверное, когда я покупал ее, думал, что ты выбросишь мой подарок пару дней спустя. -откровенно посмеялся капитан. -Обязательно выброшу, не волнуйся. -равнодушно сказал Дилюк и, делая приглашающий жест в сторону лестницы, снова задержал свой взгляд на ней. А потом вдруг тепло улыбнулся и поднялся в след за братом. «…не дай ей разбиться»