В переулках Токио

После дня занятий Мей больше всего на свете хотела чего-нибудь сладкого. Желание усиливалось из-за учениц, неспешно поедающих маршмеллоу и шоколад под завистливые взгляды подруг. Мей подумала, что впервые за 24 года она осталась без подарка на Белый День. В студенческие годы её одногруппник Кио ни разу не оставил её без сладостей 14 марта. Однако, после нескольких лет безуспешных попыток добиться главной красавицы Токийского университета, он оставил попытки. Как будто прочитав её мысли Сино прислала смс. «Только что видела твоего бывшего в ювелирном в компании какой-то иностранки». И зачем мне эта информация, это раз. Два — он мне не бывший т.к. никогда не был настоящим. Он вообще не был настоящим. Избалованный и любящий покрасоваться перед другими, всеми силами демонстрировать, что он лучший. Именно поэтому он и выбрал Мей объектом своего обожания. Самая красивая, самая умная. Девушку классом ниже он не представлял рядом с собой. Идеальность во всём была его главным критерием выбора подруги. Мей безнадёжно вздохнула и принялась собираться домой. До дома пешком было не больше получаса и девушка решила пройтись. Пришло в голову, что солнце она видит в самых прекрасных его проявлениях: нежный рассвет и благородный закат. Остальную часть дня она проводила на работе. Картина вызвала у девушки небольшую тоску. В этом году Белый день совпадал с цветением сакуры. Она представила, что сейчас идёт не домой, а на встречу с мужчиной. Он ждёт её в их любимом кафе и волнуется, понравится ли ей его подарок. Её шаг с такими мыслями был очень неспешным, и потемнело быстрее, чем она добралась до своей улицы. Жильё, которое она снимала, находилось в тупике. Ей это нравилось: минимум соседей и шума. Никаких незнакомцев. И сегодня не стало исключением. За последние 10 минут пути она не встретила никого, кроме соседской кошки. Завтра суббота и Мей не надо было готовиться к занятиям. Хотя чтение её любимых книг она с трудом могла назвать работой. Но сегодня ей хотелось расслабиться и заняться чем-то максимально глупым, не требующим никакой умственной деятельности. По телевизору как раз шло какое-то шоу, и вечер в компании шуток и юмора показался ей отличным выбором. Абсолютно спокойный, безмятежный вечер прервался сначала несколько раз моргнувшим, а потом окончательно погасшим экраном. Она уже начала дремать и небольшую синюю вспышку за окном приняла за блик от телевизора. Но погасший через пару секунд свет выдернул её из дремоты и заставил напрячься. Тихо. Глаза постепенно привыкают к темноте, а звуки кажутся громче. Хоть Мей и привыкла жить одна, но из-за произошедшего показалось будто в комнате похолодало. Глухой удар о землю за окном заставил её тихо вскрикнуть. Через минуту она поняла, что дрожит, сидя между стеной и диваном. Как она вообще тут оказалось и что происходит на улице? Вернулась тишина. Но странный звук на улице ей точно не показался… Плюс эта странная поломка телевизора и отключение электричества… От страха даже мелькнула мысль позвонить Масамуне. Но пока брат сюда доедет она успеет поседеть. Самым логичным было дойти до рубильника. Молясь, чтобы на весь дом не хрустнул какой-нибудь сустав, она аккуратно встала и на цыпочках пошла к двери, где был электрощиток. Но не смогла сделать последние два шага. Боковое зрение уловило силуэт на противоположной стороне улице. Прозрачные занавески не скрывали очертаний мужчины, лежащего на траве с раскинутыми руками. Телефон. Нужен телефон. Скорая. Или полиция? Как им позвонить? 101? 110? Мей не могла этого вспомнить. Хорошо что вспомнила что надо дышать. А мужчина за это время ни разу не двинулся. Он вообще живой? Откуда взялся в нашем тупике? Звука драки точно не было, на соседа не похож. На этой мысли включился свет. Больше не было видно что происходит за окном, но к этому времени Мей успела немного успокоиться. Не без страха она осторожно открыла входную дверь. Мужчина лежал в прежней позе. Господи, кому-то плохо, а я что-то мистическое воображаю. Девушка быстро обулась и направилась к странному незнакомцу. Свет фонаря освещал лицо. Молодое, красивое и в ссадинах. Он дышал. Мей аккуратно дотронулась до плеча, попробовав разбудить. Не вышло. Она потрясла настойчивее и парень открыл глаза. Взгляд был мутным, абсолютно непонимающим. — Молодой человек, вам плохо? — спросила Мей и тут же ударила себя по лбу за глупый вопрос. Алкоголем не пахнет, не похоже, что под веществами. Конечно, лежит тут без сознания потому что ему хорошо. Незнакомец попытался облокотиться на руку чтобы подняться, но тут же упал обратно. Потёр переносицу, видимо, желая прийти в себя. — Давайте я помогу вам подняться. — Мей обошла его сзади и немного приподняла за плечи, помогла присесть. Но даже просто сидеть мужчине было тяжело. Надо вызвать скорую, но не бросать же его опять на земле. Поэтому она решила попробовать довести его до дома, а уже потом позвонить 119. — Обопритесь на меня, я помогу вам дойти до дома. — сказала Мей, закидывая руку парня себе на плечо чтобы помочь добраться до дивана. Поняв, что от него требуется, он оперся о девушку чуть не повалив её. Держась одной рукой за Мей, а второй за стену, ему всё же удалось подняться на ноги. Когда они дошли до комнаты Мей сама чуть не упала вместе с ним. Секунда передышки и надо звонить в скорую. Но хриплый голос не дал ей это сделать. Она не разобрала ни слова. — Вы что-то сказали? — переспросила она. Ещё пара секунд у мужчины ушла чтобы найти силы и повторить просьбу. С трудом удалось понять, что он просит воды. Она поспешила на кухню и вернулась со стаканом. Ей пришлось помочь ему попить, т.к. «поход» до комнаты, очевидно, забрал последние силы. — Спасибо. — поблагодарил мужчина. — Где я? Вопрос поставил Мей в ступор. Точнее, не сам вопрос, а то, как он был произнесен. Не угадывался ни один из диалектов. — Это Хейан-кё? — на оставшийся без ответа первый вопрос мужчина задал второй. Тут уже Мей не могла скрыть своего изумления. Почти 200 лет никто так не называет Киото. Некоторые младшие школьники даже не знают древнее название Киото. Древнее… Мей осмотрела мужчину. Его одежда была будто из исторического фильма. А диалект… Тут лингвистическое образование всё объяснило: это не диалект, а какое-то средневековое произношение. Ещё и Киото называет старым названием… Он что, актёр, которого во время съёмок ударили по голове? — Вы в Токио. Почему вы называете Киото Хейан? Вы актёр? — мужчина начинал потихоньку приходить в себя, в глазах наконец-то появилась осознанность. Вопрос он проигнорировал. Вместо этого стал осматривать комнату. — Вы в Нерима. Я нашла вас у своего дома и привела к себе. Сейчас я вызову такси и отвезу вас в больницу. — парень выглядел бодрее и причин беспокоить экстренную службу не было. Сразу после этой мысли он зажмурил глаза и быстро открыл. Но взгляд ничего не выражал. — Благодарю за помощь. Я чувствую себя лучше и могу идти. — сказал он с этим странным акцентом. Хоть Мей и была отличницей, но даже она не могла так хорошо произносить слова на старояпонском. Размышления прервал зазвонивший телефон. Мей решила ответить т.к. знала, что за сбросом последует повторный звонок. Сино была как всегда вовремя. По видеосвязи решила узнать что ей лучше надеть завтра на свидание. До этого спокойный мужчина резко вскочил с дивана с непонятно откуда взявшимся саи в руке. Мей сбросила звонок со словами «я перезвоню» и застыла. — Ты ёкай? — спросил мужчина и кинулся на Мей.